Алексей Труфакин: «MEL-Connect — российская платформа для управления надежностью»
Уход западных производителей из-за международных санкций должен был поставить отечественную лифтовую индустрию на грань развала. Вместо этого производители лифтового оборудования ежегодно демонстрируют успехи и совершенствуют технологические возможности. Заместитель технического директора по лифтовому оборудованию АО «МЭЛ» Алексей Труфакин рассказал о новой системе предиктивной аналитики MEL-Connect — собственной разработке АО «МЭЛ».
— Главный вопрос, который задают представители управляющих компаний: как происходит передача данных?
— Подключение максимально простое и универсальное. Наше устройство использует для связи сеть интернет. Мы рекомендуем проводное подключение для максимальной стабильности, но также предусмотрели возможность работы через мобильный интернет.
— Какую аналитику и отчеты предоставляет система?
— Система формирует целый ряд отчетов, которые дают полную картину работы лифтового парка. Во-первых, отчеты по работе лифтов — общая статистика и наработка. Во-вторых, детальные отчеты по ошибкам с полной расшифровкой. И отдельно хочу выделить отчет по времени обслуживания, который позволяет объективно проверить, проводились ли регламентные работы и в какие сроки.
— Система фиксирует все возникающие неисправности?
— Устройство видит и фиксирует все ошибки, которые выдает станция управления. Но мы не просто показываем код ошибки, что делают многие. В момент аварии система делает, образно говоря, «снимок» всех параметров: фиксируется полное состояние датчиков, цепей безопасности и других критических узлов. Это кардинально упрощает диагностику для сервисных инженеров.
— А можно ли понять, где именно в шахте произошел сбой?
— Система определяет место возникновения ошибки с точностью до миллиметра, указывая расположение кабины в шахте. Это сужает круг поиска проблемы для технической бригады.
— Сбор данных — это лишь один шаг. Как полученная информация помогает оптимизировать работу лифтов?
— Вы затронули ключевой аспект. Уникальность системы в том, что она эволюционирует от простого мониторинга к интеллектуальному управлению ресурсами. Накопленные данные о работе лифтов — это бесценный материал для глубокого анализа. Мы уже начали внедрять технологию индивидуального расчета пассажиропотока на основе этих данных. Алгоритмы анализируют интенсивность и характер поездок, выявляя пиковые нагрузки и часы простоя. Это позволяет нам переходить от стандартных решений к созданию оптимизированных графиков работы лифтового оборудования, которые идеально соответствуют реальному пассажиропотоку даже в отдельно взятом доме.
— Получается, вы не только предсказываете поломки, но и нагрузку?
— Предиктивная аналитика работает в двух направлениях: прогнозирование технического состояния оборудования и прогнозирование пассажиропотока. Анализируя коэффициент использования и строя матрицы корреспонденций — откуда и куда едут люди, — мы можем адаптировать работу лифтов под расписание жителей.
— С какими типами лифтовых станций совместима MEL-Connect?
— На текущий момент система полностью адаптирована для работы со станцией управления «SMART CONTROLLER». Ведется работа по интеграции с «WISE3000 Tomorrow». При наличии диспетчерских протоколов от производителя возможно адаптировать систему для работы с лифтами любых марок.
— Чего ждать дальше от системы?
— Настройки лифтов зачастую всегда усредненные. На основе данных с MEL-Connect мы будем развивать систему, способную рассчитать индивидуальную транспортную способность для каждого лифта в конкретной конфигурации здания. На практике это означает, что система помогает нам снизить интервалы движения и время ожидания в часы пик — утром и вечером. Для управляющей компании — это снижение нагрузки на оборудование и, как следствие, — сокращение эксплуатационных расходов и энергопотребления. Мы фактически создаем цифровой двойник лифтовой системы здания и находим ее наиболее эффективный режим работы, основываясь не на предположениях, а на объективной статистике.
Михаил Копков, архитектор, генеральный директор ООО «Архитектурная мастерская М. П. Копкова» / Сегодня в Санкт-Петербурге проектируются и возводятся объекты как в современной стилистике, так и с использованием исторических форм классической архитектуры. По моему мнению, и то и другое уместно, если соответствует петербургской традиции, вписано в градостроительный контекст и сохраняет дух города. Свою позицию поясню на различных примерах произведений петербургского зодчества, включая здания, построенные по собственным проектам: бизнес-центр «Морская столица», жилой комплекс «Город мастеров» и база отдыха у озера Разлив.
Генетический код Петербурга
На рубеже XX и XXI веков в профессиональной среде архитекторов и исследователей архитектуры появилось понятие «генетический код города». Оно призвано объяснить основы формирования градостроительного комплекса Санкт-Петербурга. Новая столица Российской империи была изначально «умышленным» городом. Основные руководящие положения для застройки города разрабатывались еще при Петре Первом выдающимися архитекторами, поступившими в те годы на русскую службу. В их числе — Доменико Трезини, Жан-Батист Леблон, Иоганн Готфрид Шедель, Георг Иоганн Маттарнови и многие другие. Их труды и составляют основу генетического кода Северной столицы.
Генетический код города включает в себя такие элементы, как регулярная планировка, прямоугольная форма участков под застройку и городских кварталов, за исключением территорий с естественными береговыми линиями рек и каналов. Это регулирование высоты построек и системный подход к формированию геометрических параметров застройки. Образцовым примером служит улица Зодчего Росси, где одинаковы высота зданий от земли до карниза и ширина улицы — 22 метра. В то же время длина улицы превышает эту величину ровно в десять раз — 220 метров. Принципиально отличались лицевая и внутриквартальная застройка — власти стимулировали деятельность застройщиков по украшению корпусов, оформляющих красную линию квартала. Генетический код Петербурга подразумевает модульность планировки и ансамблевый подход к застройке города — эстетически одно здание становится продолжением другого.
Благодаря своему равнинному рельефу с широкими просторами, сочетанию прямолинейности городских кварталов с изгибами каналов и рек, разнообразию и в то же время гармонии множества архитектурных стилей наш город приобрел неповторимый архитектурный облик.
Неотъемлемой составной частью генетического кода Северной столицы, я полагаю, является особая ментальность истинного петербуржца, сформированная под влиянием культурных достижений нашего города, включая великую архитектуру.
Гордость Петербурга — архитектурные ансамбли
Отдельно отметим такую важную составляющую генетического кода Петербурга, как ансамблевый подход, который стал гордостью нашей архитектуры и градостроительства. Этому принципу следуют лучшие зодчие. Причем во все времена. В XVIII веке на Дворцовой площади Бартоломео Франческо Растрелли возвел Зимний дворец в стиле пышного елизаветинского барокко. В XIX веке Карл Росси на той же площади построил здание Главного штаба совсем в другом стиле — поздний классицизм или ампир. И Дворцовая площадь стала одним из самых ярких архитектурных ансамблей Северной столицы.
В XX веке архитекторы Евгений Левинсон и Владимир Мунц спроектировали Дом культуры промкооперации, сейчас это Дворец культуры им. Ленсовета. Здание было построено на Каменноостровском проспекте. Столь же органичным для этого района стал жилой дом для партийной элиты, возведенный по проекту Евгения Левинсона и Игоря Фомина на углу набережной Карповки и проспекта Медиков. Следует отметить блестящую работу Ноя Троцкого — Дворец культуры им. С. М. Кирова, построенный между Большим и Средним проспектами Васильевского острова. Все эти здания возведены в 1930-е годы в стиле конструктивизма, новаторского для того времени предвестника массовой жилой застройки второй половины XX века. Однако они прекрасно вписаны в архитектурный контекст исторических районов и соответствуют генетическому коду города. Воспитанные на шедеврах петербургского зодчества прошлого, лучшие представители архитектуры эпохи авангарда не могли работать иначе.
Есть примеры из нашего XXI века. Считаю очень удачным проект жилого дома «Иматра» Олега Сергеевича Романова по адресу: Малый проспект Петроградской стороны, 30. Фасад здания акцентирован изящными ломаными эркерами, что создает иллюзию падающей воды. На мой взгляд, дом прекрасно гармонирует с окружающими постройками в стиле модерн. Видимо, автор безошибочно ощутил «музыку» и ритмику архитектурных форм соседних домов.
Или, например, здание новой сцены Александринского театра по проекту Юрия Исаевича Земцова. Решение смелое с сочетанием классических и современных архитектурных форм, а также большим количеством стекла. Однако оно изящно смотрится на фоне окружающих зданий. То же самое можно сказать и о торговом комплексе Vanity Opera на Казанской улице, 3, со стеклянным фасадом, выходящим на Старый сад. Перед автором проекта — Михаилом Альбертовичем Рейнбергом — стояла сложная задача ввиду очень яркого и насыщенного архитектурного контекста. Но он с блеском вышел из положения, выбрав решение, нейтральное по своему «звучанию», и его постройка стала весьма уместной паузой в многозвучной симфонии окружающих архитектурных памятников.
Об архитектуре «спальных» районов
Если контекст иной, не насыщенный шедеврами петербургского зодчества, то мы также вправе ожидать качественной современной архитектуры, достойной великого города. При этом архитекторы и градостроители должны не копировать шедевры прошлого, а создавать собственные уникальные произведения, следуя петербургской традиции.
В жилом комплексе «Город мастеров» на проспекте Маршала Блюхера мы стремились создать образ петербургской улицы. Независимо от того, в каком стиле работает архитектор, один дом становится продолжением другого, они образуют неразрывное целое. У архитекторов присутствует «чувство локтя».
Архитектурный облик бизнес-центра «Морская столица», построенного в правобережной части Невского района, перекликается с великими историческими событиями. Петр Первый добился выхода страны к Балтийскому морю и возвел новую столицу, сделав из нее окно в Европу.
К этому славному свершению нас отсылают современные формы здания, напоминающие корабль, который словно плывет вдоль Невы по направлению к заливу. Плавность крупных форм фасада усиливает этот эффект. Здание расположено на открытом пространстве, поэтому здесь не уместна детализация фасадов, которая «просится» на дома, построенные на узких улицах. Бывает, идешь по историческому центру, любуешься архитектурой, разглядываешь детали, подмечаешь для себя что-то новое, ранее не замеченное, и вдруг упираешься в голую плоскость стены с пробитыми глазницами окон. Минимализм плохо воспринимается там, где архитектурный контекст насыщен деталями. Но за счет лаконизма фасадов «Морской столицы», полагаю, нам удалось создать необходимый ассоциативный ряд с морской тематикой.
Мост от истории к современности
Мне кажется, мы смогли перекинуть мост от истории к современности. Функционально «Морская столица» в полной мере соответствует потребностям времени, представляя собой бизнес-центр класса А, где применены новейшие достижения научно-технического прогресса. Это — система приточно-вытяжной вентиляции с рекуперацией, центральная система кондиционирования, панорамные лифты, система видеонаблюдения и контроля доступа, цифровая телефония и т. п.
Современность и технологичность здания подчеркиваются многосветными пространствами.
В обеих башнях созданы атриумы, вокруг которых формируются офисы. Пространства атриумов не замкнуты, а полураскрыты, что создает комфорт посетителям здания.
«Морская столица» расположена на пересечении двух магистралей — Дальневосточного проспекта и Зольной улицы, которая после постройки моста через Неву в ее створе приобретет гораздо большее значение для транспортной инфраструктуры Санкт-Петербурга. Мост станет частью новой Широтной магистрали скоростного движения, и это придаст новый импульс для развития окружающей территории. И «Морская столица» будет играть важную роль в формировании архитектурного контекста.
Творческое осмысление прошлого
В Петербурге немало примеров удачного использования современных архитектурных форм, но они не всегда уместны. В частности, для объекта такого назначения, как база отдыха в живописном уголке Сестрорецка на берегу озера Разлив, хайтек будет диссонировать с его функциональностью и окружающим ландшафтом. Поэтому при проектировании базы отдыха мы пошли по пути осмысления и творческой переработки архитектурного наследия прошлого. Здесь был взят за основу принцип совмещения элементов классической и современной архитектуры, которому я часто следую в работе над подобными объектами.
Здания жилого комплекса «Город мастеров», бизнес-центра «Морская столица» и базы отдыха на берегу озера Разлив совсем не похожи друг на друга по внешнему облику, функциональному назначению и архитектурному окружению. Но я считаю, что они следуют традициям петербургского зодчества, удачно вписаны в архитектурный контекст и соответствуют духу города.
Справка:
ООО «Архитектурная мастерская М. П. Копкова» (ранее ООО «АрКо») была создана в 1989 году на базе петербургского Союза архитекторов. Это одна из первых персональных архитектурных мастерских в Санкт-Петербурге. По проектам мастерской возведено немало объектов жилищной, общественно-деловой, коммерческой недвижимости. В их числе — крупные жилые комплексы «Северное Сияние», «Янтарный берег», «Князь Александр Невский». Архитектор Михаил Копков — автор таких проектов, как жилые комплексы «Петр Великий и Екатерина Великая», «Утренняя звезда», «Город мастеров», бизнес-центра «Морская столица» и многих других
Бизнес-центр класса А «Морская столица» построен в 2022 году в Невском районе Санкт-Петербурга на пересечении Дальневосточного пр. и ул. Зольной. Расположен в 900 м от набережной Невы, в 6,6 км от исторического центра города. Состоит из трехэтажного корпуса и двух башен высотой 15 этажей (50 метров) и 24 этажа (85 м), соединенных переходом. По форме напоминает плывущий морской лайнер. Корпуса имеют панорамное остекление. Общая площадь составляет почти 50 тыс. м2. Имеется наземный и подземный паркинги на 236 мест.