Баланс роста и идентичности: как уральская столица строит будущее
Главный архитектор Екатеринбурга Руслан Габдрахманов рассказал о том, как градостроительная политика отвечает на вызовы времени, почему промышленные территории превращаются в новые точки притяжения и зачем городу нужны креативные кластеры.
— Руслан Гайнельзянович, вы определяете вектор развития уральской столицы. Какие главные вызовы современности — климатические изменения, стремительная урбанизация, сохранение идентичности — наиболее актуальны для Екатеринбурга? Могут ли архитектура и градостроительство стать инструментом для их преодоления?
— Для Екатеринбурга ключевой вызов — урбанизация, необходимость найти баланс между стремительным ростом и сохранением природной и историко-культурной самобытности. Этот процесс продолжается уже давно и в будущем будет только усиливаться. Параллельно набирают силу климатические, демографические и экономические изменения, трансформация сферы труда. При этом растет запрос на комфортные условия жизни, что затрагивает все отрасли городского развития: от современных транспортных решений и общественных пространств до качества коммунальных услуг, развития социальной и коммерческой инфраструктуры. Безусловно, проблема решается в первую очередь через продуманную градостроительную политику — это наш стратегический ответ. А инструменты — документы, направленные на реализацию общей стратегии. Именно через них мы формируем среду, которая будет устойчивой, экологичной и удобной для жизни.
— Екатеринбург уникален многослойным историческим обликом, где классицизм, конструктивизм (столетие которого будет отмечаться в 2025 году), модернизм и современность образуют неповторимый ансамбль. Приведите успешные, на ваш взгляд, примеры активного включения этого наследия в живую ткань современного города.
— Екатеринбург и правда — многослойный город, где каждая эпоха образует уникальную среду и несет свою смысловую нагрузку: память о времени, людях, социальных и экономических трансформациях. Но подлинное искусство работы с наследием — не в том, чтобы просто охранять его за забором. Настоящая ценность — дать зданиям новую жизнь, вписать их в динамику современности. В Екатеринбурге уже немало таких примеров: исторические постройки становятся не объектами ретротуризма, а площадками для фестивалей, выставок, ресторанов и мастерских. Мы также видим, что после благоустройства общественных пространств новую жизнь обретают и объекты по соседству. Яркие примеры — недавно открывшийся после реконструкции Литературный квартал или набережные Исети, где исторические здания стали естественным акцентом в обновленной среде. Сохранение и переосмысление прошлого делает Екатеринбург городом с сильной идентичностью и интересным будущим.
— Какие новые подходы к ревитализации промышленных территорий кажутся вам наиболее перспективными именно для Екатеринбурга?
— Если сохранить изначальную функцию невозможно, ключевая задача — превратить неиспользуемые территории в драйвер развития города и отдельных районов. Наши основные подходы можно сформулировать так: комплексное и сбалансированное функциональное преобразование (многофункциональность); интеграция в городскую ткань через транспортную инфраструктуру и зеленый каркас; сохранение индустриального наследия там, где возможно его адаптировать под новые функции; экологическая реабилитация: очистка почв от загрязнений, формирование новой «зеленой» инфраструктуры; усиление транспортной доступности с упором на мультимодальность; четкая очередность развития, чтобы каждый этап был самодостаточным по инфраструктуре; разнообразие архитектурных решений при сохранении общей стилистики и промышленного духа. Такие подходы не только развивают городскую среду, но и открывают новые возможности для жителей.
— В одном из интервью вы упоминали об острой нехватке креативных кластеров. Как будет решаться проблема дефицита современных многофункциональных общественных пространств — культурных хабов, коворкингов, арт-резиденций?
— Сегодня горожане, особенно молодежь, ждут появления новых пространств для общения, учебы, работы и творчества. Поэтому наша главная задача — создание сети многофункциональных общественных площадок. Благодаря слаженной работе бизнеса и власти в городе уже функционируют такие точки притяжения, как Синара Центр, Ельцин Центр, а также развиваются проекты с муниципальным участием: «Домна», «Л52», недавно открывшийся центр «Салют» и другие. Пока эти объекты сконцентрированы в центре, поэтому в будущем важно создавать такие же пространства на отдаленных территориях, на базе новых или реконструируемых культурно-досуговых центров. Появление большего количества доступных «точек притяжения» позволит усилить полицентричность города, о которой мы так часто говорим.
— Какие инновационные решения в создании общественных пространств — новые материалы, технологии, озеленение — актуальны для уральской столицы?
— Ежегодно на Форуме 100+ TechnoBuild мы изучаем предложения партнеров — от новых материалов до подходов к проектированию — и лучшие из них внедряем в наши проекты. Сегодня важно сочетать проверенные традиционные решения со стремлением к постоянному улучшению. С точки зрения инноваций мы возлагаем надежды на современные материалы с повышенной долговечностью и низким углеродным следом, которые позволят сократить эксплуатационные расходы. Перспективны системы умного освещения и навигации, повышающие безопасность и комфорт. Большое значение имеют новые подходы к озеленению: использование устойчивых пород, вертикальное и водное озеленение, решения для сохранения экосистем и увеличения биоразнообразия. Все это делает общественные пространства не только красивыми и удобными, но и устойчивыми.
— Екатеринбург — лидер по высотному строительству. Новый «Парус» (293 метра), похоже, станет архитектурной доминантой. Как вы обеспечиваете баланс между амбициозным строительством и сохранением масштаба, панорам и исторической идентичности районов?
— Высотное строительство давно стало частью архитектурного ДНК Екатеринбурга. Город способен создавать объекты высокого уровня, и у «Паруса» есть все шансы действительно стать новой доминантой, задающей планку. Встраивание высоток — сложный процесс, каждый новый объект меняет городскую среду и силуэт. Поэтому мы заранее анализируем множество факторов: панорамы, видовые коридоры, масштаб и пропорции, восприятие с разных точек города. Важную роль играет диалог власти с профессиональным сообществом и девелоперами. Так уникальные объекты становятся не только символами современности, но и частью целостной среды, где новые здания дополняют уже сформировавшиеся городские слои.
— Какие типы объектов, по вашему мнению, должны проходить через открытый архитектурный конкурс?
— Открытые архитектурные конкурсы — важный инструмент для поиска идей и повышения качества решений как для территорий, так и для отдельных объектов. Через такой конкурс должны проходить все значимые объекты, которые формируют лицо города и влияют на его восприятие. Это прежде всего ключевые общественные пространства и градостроительные узлы, включающие объекты транспорта, общественно-деловой застройки, спорта, высотного жилья. Конкурс — это не только поиск лучшего решения, но и способ вовлечь сообщество в обсуждение, создать диалог между всеми участниками городских преобразований. У нас уже есть успешные примеры, которые показывают: прозрачность процесса напрямую связана с качеством результата.
— УрГАХУ — кузница кадров для архитектурной отрасли. Как вы оцениваете потенциал екатеринбургских бюро? Должны ли ключевые проекты доверяться местным силам, или необходим свежий взгляд со стороны?
— Екатеринбургская архитектурная школа действительно сильна: наши вузы подготовили не одно поколение профессионалов, силами которых реализуются сложнейшие проекты. Потенциал местных команд огромен — они лучше чувствуют ткань города, его масштаб и идентичность. Но мы открыты и к свежему взгляду извне: приглашенные специалисты обогащают дискуссию, предлагают новые решения, делятся опытом. К слову, Форум 100+ ежегодно подтверждает свой статус площадки для живого диалога, где специалисты обсуждают идеи, технологии и формируют совместные подходы. В результате такой синергии рождаются проекты, которые будут формировать облик наших городов и радовать многие поколения жителей.
Визитная карточка
Руслан Габдрахманов — главный архитектор Екатеринбурга, директор Департамента архитектуры, градостроительства и регулирования земельных отношений администрации города. Вступил в должность 1 июня 2022 года.
Родился 9 июня 1988 года в поселке Мортка Тюменской области.
В 2010 году окончил Уральский федеральный университет имени Б. Н. Ельцина по специальности «городское строительство и хозяйство».
Прошел профессиональную переподготовку по направлениям «Экономика и управление предприятием», «Градостроительное развитие территорий», «Управление территориальным развитием» и другим.
Активно участвовал в формировании Стратегии пространственного развития Екатеринбурга. За разработку Генерального плана уральской столицы на период с 2025 по 2045 год награжден Премией имени В. Н. Татищева и Г. В. де Геннина.
Для строительного рынка опять наступает время, когда импортозамещение выходит на первый план.
Многие отечественные аналоги, которые до сих пор развивались в тени привычных стройматериалов и конструкций, получили возможность потеснить конкурентов за счет лучшего соотношения цена/качество. Один из таких аналогов — шпунтовая продукция Челябинского предприятия ГК «ТрубМет-УралШпунт», деятельность которого направлена на обеспечение строителей экономически эффективными решениями в области гидротехники, возведения фундаментов и подземного строительства.
О том, как изменится рынок, рассказывает Алексей Ашастин, генеральный директор ТД «МИР» — Официальное представительство завода ГК «ТрубМет-УралШпунт».
— Алексей Владимирович, расскажите, пожалуйста, о преимуществах шпунтов, которые вы предлагаете заказчикам.
— Основной продукт, который мы поставляем на строительный рынок, это сварной шпунт корытного типа СШК, профили сварные шпунтовые двутаврового типа СШД и трубошпунт ПШСТ и ШТС. Шпунт СШК разработан в 2017 году как альтернатива горячекатаным шпунтам Ларсена зарубежного и отечественного производства. Он имеет схожую геометрию и может быть погружен в грунт с помощью той же техники и теми же методами вибропогружения и статического вдавливания, что и при работе с другими шпунтами.
СШК изготавливаются из низкоуглеродистых низколегированных сталей класса прочности не ниже 345 марок 09Г2С, которые обладают более высокими механическими свойствами по сравнению с аналогами из стали классов прочности С235, С255. Применение более прочной стали позволяет уменьшить толщину конструкций и площадь поперечного сечения, снизить массу шпунта. При сохранении прочностных характеристик наш шпунт является более легким, что сокращает затраты и ускоряет процесс строительства.
Закупка шпунта, расходы на поставку, логистику и погружение рассчитываются исходя из веса в тоннах или из погонного метра шпунтовых конструкций, поэтому применение СШК экономит средства заказчика на материале, стоимости работ, транспортных издержках.
В ассортименте компании есть более 100 видов профилей от легких до тяжелых, с шириной от 400 до 2000 мм. Мы поставляем шпунты длиной от 3 до 28 и более метров. В конструкциях СШК применяются замковые соединения тип КО (кулачок/обойма), сертифицированные в ЦНИИС и имеющие разрывное усилие свыше 1700 кН/п.м. — это выше, чем у шпунтов Ларсена.
Преимущества СШК оценены экспертами стройкомплекса: в 2018 году приказом Минстроя РФ они включены в классификатор строительных ресурсов с присвоением кода, гармонизированного с ОКВЭД, и размещением продукции в ФГИС ценообразования в строительстве. Трубошпунт и замки КО также включены в классификатор.
— Часто ли к вам обращаются в поисках нестандартных шпунтовых конструкций?
— Возможно, мы одна из немногих компаний на рынке, которая производит панели разных конфигураций под заказ, можем разработать усовершенствованную замковую конструкцию, предложить технические решения под конкретный проект. Например, для строительства Лахта Центра были изготовлены нестандартные шпунтовые конструкции.
Что очень важно — мы умеем производить угловые панели. Обычно при устройстве стенки с угловыми соединениями подрядчику приходится самому сваривать новые конструкции на стройплощадке. Немногие из даже опытных застройщиков знают о том, что проект и производство угловых шпунтов можно заказать у нас, и они будут исполнены в заводских условиях и с заводским качеством. При этом их стоимость практически не отличается от стоимости рядовой панели независимо от количества в поставке. Например, на один из объектов мы отгрузили заказ массой 3000 тонн, где из более чем 600 стандартных панелей пятнадцать угловых были изготовлены по специальному проекту.
— Предприятие — изготовитель шпунтов находится в Челябинске. Есть ли сложности с логистикой? Все-таки везти длинномерные изделия приходится за тысячи километров.
— Мы организуем доставку продукции автомобильным и железнодорожным транспортом в любую точку России и тщательно проверяем маршрут. Надежность и своевременность поставок — это кредо компании. Наши шпунты применяются на Камчатке, в Забайкалье, на объектах Крыма и на нефтегазовых месторождениях в Сибири. Кроме перевозки, мы выполняем антикоррозионное покрытие шпунтов. То есть предоставляем комплексные решения и техническую поддержку нашим клиентам на всех этапах взаимодействия и постоянно ищем возможности повысить уровень сервиса, прозрачность поставок. Нам нечего скрывать, и на любой стадии выполнения проекта заказчик может получить сведения о ходе работы и проверить их.
— Почувствовали ли вы изменения на строительном рынке в связи с международными событиями?
— Эти изменения связаны прежде всего с валютным курсом. Как следствие, цены на импортный шпунт за считанные дни стали запредельными. Цены даже на отечественный шпунт и раньше зависели от растущей стоимости металлопроката, что зачастую приводило к пересмотру договоров, а за последние недели стоимость шпунтовой стенки выросла как минимум до 30%.
Но и в этих условиях заказчик ТД «МИР» оказывается в выигрыше. Несмотря на то, что цены на нашу продукцию тоже подросли из-за расходов на сырье и логистику, разница между затратами на поставку СШК и других шпунтов по-прежнему значительная.
Я уверен, что многие проекты с использованием шпунтовых конструкций сейчас будут пересмотрены, особенно те, в которых были заложены импортные шпунты и комплектующие. Даже импортные замковые соединения будут заметно влиять на конечную стоимость. Первый фактор изменения в комплектации проектов — цена, которая «улетела» очень высоко. Второй фактор — сроки изготовления, которые для шпунтов, поставляемых из-за рубежа, тоже возросли. Поэтому ранее утвержденные проекты, в которых предусмотрено применение шпунтовых конструкций, с большой вероятностью будут переориентированы на российского производителя. К нам уже обратились компании, готовые рассмотреть экономически более эффективные решения.
— Как изменится ваша деятельность в новых условиях? Насколько готов производитель удовлетворить спрос на челябинский шпунт?
— Сейчас основную долю поставок составляют шпунты корытного типа. Надеемся, что положительная динамика развития СШК сохранится, и мы увидим еще не один удачно реализованный проект.
У нас в ассортименте есть шпунтовая свая двутаврового типа СШД собственной разработки с улучшенными геометрическими параметрами и усовершенствованными замковыми соединениями тип КО2. СШД можно рассматривать в качестве более экономичной замены трубошпунту. Как показали расчеты конструкторов и проектировщиков, которые пересчитали проекты с трубошпунтами, двутавровый шпунт СШД дает колоссальные преимущества по нагрузкам и при этом экономит средства заказчика: разница будет составлять от десятков миллионов рублей и выше.
Что касается объемов поставок, то мы всегда работаем по принципу «возьмем в работу столько, сколько сможем произвести». Никогда не беремся за заказы, если не в состоянии их обеспечить, потому что дорожим наработанной за годы репутацией. До сих пор наши слова не расходились с делом, мы выполняли свои обязательства по поставкам в срок, а то и с опережением графика.
— Как вам видятся перспективы строительного рынка?
— Стройку останавливать нельзя ни при каких обстоятельствах. Объекты, которые находятся в работе, будут обязательно выполнены, а новые проекты, скорее всего, будут переоценены с точки зрения применения других, более экономически выгодных, материалов и конструкций. Надеюсь, что ТД «МИР» сумеет сохранить всех своих заказчиков. Я убежден, что после вынужденной паузы стройка станет масштабнее, упор будет сделан на промышленное строительство новых заводов и предприятий.