Евгений Кочетов: «Артель как философия творческой свободы»
Тринадцать лет назад основатели «2ПБ» приняли твердое решение строить работу проектного бюро по принципу артели. И сегодня они уверены, что именно организационная форма позволила раскрыть мастерство архитекторов и проектировщиков, дала свободу творчеству и подарила Новосибирску проекты жилых комплексов, которые заслужили награды престижных архитектурных премий. В интервью «Строительному Еженедельнику» идейный вдохновитель и один из создателей Проектной артели Евгений Кочетов раскрыл секреты успеха.
— Евгений, в чем главная сила Проектной артели?
— В качестве жизни ее участников. Свободной, осознанной, эффективной и продуктивной. Не в абстрактных лозунгах, а в реальных возможностях работать в своем ритме, развиваться и творить без оглядки на хозяев и собственников.
История России помнит и дореволюционные, и сталинские артели. Именно они объединяли настоящих мастеров своего дела, и, на мой взгляд, в послевоенные годы во многом именно благодаря им страна смогла восстановить и приумножить истощенные ресурсы в темпе, который сегодня непросто повторить. По сути, артель — это система межличностных связей и структура распределения прибыли по функциям, основанная на гибких договоренностях, которая позволяет сообществу высокопрофессиональных людей творить, а не просто «отбывать смену».
Подобные структуры доказывают эффективность в различных сферах. По принципу артели существуют японские якудзы, вольное казачество и даже волчьи стаи. Они работают по общим правилам: коллективно принимают решения, вместе отвечают за результат и делят добычу соразмерно единогласной договоренности. В качестве примера можно рассмотреть и израильский кибуц Хацуор. Эта коммуна владеет и управляет заводом Plassor, который выпускает трубопроводные системы для нескольких мировых брендов. При этом ее члены имеют общую недвижимость, машины и прочее, а все решения принимаются коллективно. Артель — это и пиратский корабль, где капитана могут выбросить за борт, если он не выполняет своих функций, и не имеют значения ни наличие учредительных документов, ни место в штатном расписании.
— Подобные правила действуют и в Проектной артели?
— Да, мне как идеологу и практику с большим опытом удалось выстроить организацию на артельных, кооперативных принципах в рамках ФЗ-41. У нас нет разделения на «собственников» и «работников». Внутри артели все равны в правах и возможностях, но есть и иерархия в виде креста: мастыра (горизонталь) и дробина (вертикаль). Все строится на репутации, на личном вкладе в работу всей системы, поэтому сильнейшим становится более опытный, более умелый, более творческий, более интеллектуально развитый и обладающий широким кругозором.
Тринадцать лет назад мы создали Проектную артель вместе с Олегом Беляевым. Я взял на себя задачи главного инженера, а Олег — главного архитектора. Есть в этом партнерстве особая красота, именно поэтому артель носит название «2ПБ»: ПБ — как сокращение от «Проектное бюро» и «2» — потому что нас изначально двое. Сегодня в структуре есть три уровня: исполнители, руководители и два первых лица с правом принятия решения, если его не удалось выработать на втором уровне в совете руководителей. При этом вне зависимости от размера доли каждый обладает одним голосом, что, собственно, и прописано в законе. У нас нет понятия «контрольный пакет акций», мы не называем людей «кадрами» и «персоналом», у нас нет авторитарной единоличной фигуры для принятия ключевых решений, нет собственнических прав на личность.
В артели много свободы. Офисы открыты 24 часа и принадлежат членам организации. Каждый решает сам: приходить в офис или работать из дома, выбирает свой график, даже регулирует нагрузку. Например, в один год можно установить амбициозную цель и трудиться не покладая рук, а в другой — отдохнуть, пройти «Тихоокеанскую тропу» и выключиться из процесса на полгода. В обычной структуре не дадут больше положенных 28 дней отпуска, а у нас сформирована команда, которая справится со всеми возникающими задачами в этот период. Коллеги к нам приходят и остаются навсегда.
— Как философия артели влияет на сферу проектирования? Какие дома вы создаете, ведь планировка и обстановка как ничто иное определяют внутреннее состояние человека.
— Стоит начать не с наших объектов, а с места для работы. Символично, что офис материнской компании расположен в первом объекте, который мы создали, выйдя из найма 13 лет назад. Лучшие годы мы посвящаем труду, и людям важно, в какой обстановке они работают, поэтому у нас обустроена и лаунжд-зона, и кальянная, и студия с профессиональным звуком, светом и караоке, есть место для занятий спортом и игр в настольный футбол и даже мини-оранжереи. Это наше общее пространство, так что каждый вправе заявить о своих потребностях, которые мы стараемся реализовать.
То же самое мы несем в мир. Мы не проектируем спальные микрорайоны с типовыми зданиями. Во все наши объекты вложены душа и творчество, оттого успешны и наши клиенты. Наши архитекторы — лауреаты ведущих премий. Действующий руководитель и главный архитектор Олег Беляев признан «Архитектором года» благодаря нашим проектам ЖК «Академия», «Гудимов» и MilkHouse, является обладателем Премии мэрии Новосибирска имени И. П. Севастьянова и титула «Человек года — 2021». Архитектор-дизайнер Татьяна Баранова одержала победу во Всероссийском урбанистическом хакатоне «ГОРОДА» в 2023-м. В нашей копилке есть звездные объекты. Проект клубного дома «Наследие» удостоен Серебряного диплома премии «Золотая Капитель», а сегодня ЖК Milkhouse занимает первое место в рейтинге новостроек города Новосибирска. Председатель артели Александр Александров отмечен Почетной грамотой за высокие показатели в работе и успехи в профессиональной деятельности по результатам работы и Дипломом за высокий уровень профессионализма в области проектирования объектов капитального строительства мэра Новосибирска. Отмечу, что сегодня Александр фактически является первым лицом компании. Из нормо-контролера он смог вырасти сначала до проектировщика и ГИПа, а потом до председателя Проектной артели исключительно благодаря своим деловым качествам.
И давайте посмотрим на причины. Я искренне верю, что организационная форма является одним из двух важнейших столпов, но не единственным. Ее дополняет профессионализм участников артели, их мастерство и вдохновение. Нам важно создать не просто проект, а увидеть построенное здание с собственным замыслом, концепцией и именем, которое в конечном cчете поменяет городскую среду. За это нас уважают и ценят. За почти 13 лет работы артель «2ПБ» создала 90 проектов общей площадью 1,3 млн квадратных метров. Каждый —наш «ребенок», шедевр коллективного творчества свободных художников.
— Расскажите о команде. Как привлекаете самобытных и мыслящих специалистов?
— Артельщиков не найти по объявлению, поэтому мы тренируем и взращиваем специалистов. В общей сложности нас 60 человек. Сначала мы приглашали на работу тех, с кем когда-то сотрудничали, но потом источник рекомендаций из ближнего круга истощился. Однако возник новый. За годы работы в Новосибирске мы заработали отличную репутацию среди топовых клиентов и во властных структурах, поэтому сейчас соискатели приходят к нам сами. Из их числа мы выбираем тех, кто придерживаются схожих с нами ценностей. Это справедливость, свобода (или желание свободы) и ответственность. Мне необходимо понять, к чему человек стремится, есть ли в нем страсть к жизни, развитию, познанию и освобождению.
На следующем этапе проходит собеседование с руководителем подразделения, где проверяют профессиональные навыки. И важно, что решение о приеме человека принимает тот, кто будет его обучать. Кстати, в этот момент начинает работать условие преемственности: наставник пожизненно получает 10% с доходов ученика. Получается, для того, чтобы не переживать о доходе на пенсии, достаточно сейчас передать знания и опыт. Если будет пять учеников, то старость можно провести безбедно с доходом примерно в размере 50% от привычных сумм до тех пор, пока ученики работают в системе. И это лучше, чем жизнь на государственную пенсию.
У нас нет текучки, с которой сталкиваются другие участники рынка. Не надо никого удерживать — люди не уходят потому, что лучшего места им не найти.
— Говоря о взращивании специалистов, важно видеть перспективные направления будущего. Как еще в 2013 году вам удалось понять, что BIM станет по-настоящему востребованным?
— Ответ короткий: я не понимал, я почувствовал. Технологией BIM мы занимаемся с первого дня основания компании (мне как инженеру она была нужна для личных целей). И сегодня как практики с 13-летним стажем мы делимся наработками, помогаем коллегам из других компаний внедрять BIM «под ключ» со стажировкой и гарантией. Обучающиеся инженеры, конструкторы и инженеры получают куратора, который подсказывает, как и что выполнять, и очень радуется, когда у учеников получается все сделать самостоятельно. По окончании люди уходят с готовой BIM-моделью, созданной их собственными руками.
— В чем видите главные достижения Проектной артели?
— Сегодня у нас в работе — 185 тысяч квадратных метров для восьми активных заказчиков, в проектировании 16 домов. Проектная артель «2ПБ» вместе с дочерней «3ПБ» занимают второе место по объему текущего строительства в регионе и первое — по количеству заказчиков, по уровню счастья и удовлетворенности членов коллектива, по чистой прибыли! За прошлый год совокупная выручка составила порядка 300 миллионов рублей, то есть после уплаты налогов средний годовой доход каждого из участников достиг отметки в 3,4 миллиона рублей. Я уверен, что такими показателями ни одно из бюро, кроме нашей артели, похвастать не сможет. И этого мы достигли без внешних инвестиций, без поддержки сверху — только за счет артельного принципа. Мы — архитекторы своего времени. Мы строим не только дома, но и принципы, по которым будет жить профессия. Если архитектура — это искусство жить, то «2ПБ» — это артель, где этим искусством владеют в совершенстве.
В канун Дня реставратора своим видением проблем отрасли и путей их решения, а также рассказом об интересных выполненных проектах со «Строительным Еженедельником» поделился генеральный директор ООО «Восстановление» Сергей Треполенков.
– Сергей Николаевич, какие проблемы на данный момент волнуют игроков рынка реставрации сильнее всего?
– В любой сфере деятельности, безусловно, всегда существуют свои сложности. И такая ответственная и специфическая отрасль, как реставрация, конечно, не может быть исключением. На мой взгляд, сегодня можно выделить три основных проблемы, которые не могут не волновать реставраторов-профессионалов.
Первое – это, конечно, такой наболевший вопрос, как финансирование. По приблизительным оценкам, примерно 90% средств поступают в отрасль через систему госзаказа. Надо признать, что реставрационные работы в последнее время осуществляются в довольно больших объемах. Но, с другой стороны, совершенно очевидно, что только государственного финансового ресурса отрасли не хватает. Точнее, по большому счету, даже не отрасли; денег, прежде всего, не хватает делу реставрации и возрождения исторических зданий, храмов, усадеб. Многие годы этот вопрос оставался в небрежении, и огромное число объектов наследия находится сегодня в ужасающем, попросту руинированном состоянии – и не только в глубинке, но даже и в Санкт-Петербурге. Больше того, если ими не заняться в ближайшее время, есть риск утратить их совсем. Именно поэтому отрасли прежде всего нужны деньги.
– Но Вы же сами признаете, что финансовые возможности государства не безграничны.
– Совершенно верно. А значит, единственный выход – это всемерное стимулирование частных инвестиций в дело реставрации. Понятно, что (если не касаться вопросов благотворительности) инвестор, вкладывая деньги, должен понимать свою выгоду. Значит, надо создать условия, чтобы у него появился практический интерес.
У нас уже действуют различные механизмы для этого. Например, такие как программа «Памятник за рубль», при которой инвестор за символическую сумму может получить в аренду объект наследия при условии его реставрации. К сожалению, на практике эта схема работает пока слабо. Во-первых, на таких условиях государство предлагает наиболее разрушенные и, как следствие, наименее привлекательные объекты. А во-вторых, любой частник предпочитает иметь здание в собственности, а не в аренде; как ни крути, а всегда существует риск, что договор аренды будет расторгнут.
Вот в этом направлении, как мне кажется, и надо подумать законодателям. На мой взгляд, вполне допустимо разрешить продажу частникам в собственность даже объектов наследия федерального значения, но обусловить это надо крайне жесткими требованиями по реставрации и дальнейшему содержанию и эксплуатации объекта, любое нарушение этих требований должно стать законным основанием для изъятия здания из собственности. Подобная практика, в принципе, существует во многих странах мира и показывает неплохие результаты.
– Какие еще проблемы в отрасли Вы считаете ключевыми?
– Второй важный момент – это качество работ. Эта проблема актуальна в любой сфере, но для реставрации это критически важно. У всех на слуху безобразные примеры совершенно непрофессиональных действий некоторых компаний. Такого рода фирмы-однодневки демпингуют в ходе участия в тендерах, получают госзаказы, а затем срывают сроки или непрофессионально выполняют работы. В итоге их приходится переделывать, а это – дополнительные деньги и время.
Здесь, безусловно, очень важна грамотно составленная тендерная документация (особенно для крупных заказов). Она должна предусматривать наличие опыта успешной работы, портфолио выполненных проектов. Только так можно добиться того, что на объект придут профессионалы, которые качественно произведут реставрацию.
Третий «больной» вопрос – это кадровый голод. Молодые специалисты, которые приходят в отрасль по окончании учебных заведений (как высших, так и средних специальных), очень слабо представляют себе не только практику реставрационной деятельности, но даже теорию. То есть к конкретной работе на объекте они совершенно не готовы. Стандарты образования в такой специфической отрасли, как реставрация, фактически отсутствуют. Получается, что учебный процесс полностью оторван от практики. В итоге молодых специалистов нам приходится доучивать уже самим.
В этой сфере, конечно, необходимо наладить более тесный контакт между образовательными учреждениями, профессиональным сообществом и конкретными реставрационными компаниями. Это позволит сформировать и грамотную программу теоретического обучения, и наработку учащимися начальных навыков практической работы.
– Чем сейчас занимается возглавляемая Вами компания?
– В настоящее время в ООО «Восстановление» реализуется программа по стратегическому планированию развития деятельности компании. Надо пояснить, что мы осуществляем работу по трем основным направлениям: проведение историко-культурной экспертизы объектов, проектирование реставрационных работ и, собственно, их выполнение. Сейчас прорабатываются мероприятия по развитию каждого из них.
В частности, мы готовимся к участию в ряде тендеров по реставрации интересных объектов (называть их заранее не буду, работа еще не завершена). Нами готовится проектная документация по нескольким объектам. Большую работу мы ведем в сфере дообучения молодых специалистов и повышения их квалификации. Ждать, когда проблема получит системное разрешение, – не выход; приходится заниматься подготовкой высококлассных специалистов у себя в компании.
Кроме того, ведется освоение новых технологий – в частности, проводим обмеры объектов наследия с использованием лазерного сканера LEICA ScanStation C10 с двухосевым компенсатором с большим диапазоном измерения расстояний, полным полем зрения, встроенной видеокамерой и лазерным сканером. Новая технология Smart X-Мirror позволяет синхронизировать встроенную видеокамеру высокого разрешения с лазерным лучом, что обеспечивает точное наложение текстуры на данные сканирования. К плюсам этого метода нужно отнести: использование меньшего количества ресурсов; экономию времени (до 10 раз быстрее) и уверенность в полной и точной информации обследования; возможность представления 3D-пространства сразу после сканирования.
– Раз о будущих объектах говорить еще рано, расскажите, пожалуйста, немного о тех, что уже выполнены.
– У компании «Восстановление» богатый опыт и серьезное портфолио. Сейчас мы ведем работы примерно по десятку объектов (включая проектирование). В частности, заканчиваются работы по реставрации усадьбы Софьи Ковалевской в деревне Полибино Великолукского района Псковской области. Там великий русский математик провела свои детские годы. Приятно видеть, как из руин (усадьба была разграблена и заброшена) возрождается старинное «дворянское гнездо». Завершение работ – уже не за горами. В усадьбе планируется разместить Дом-музей Софьи Ковалевской.
Из многих других наших объектов как наиболее интересные можно, пожалуй, выделить реставрацию Дома ленинградской торговли (ДЛТ) на Невском проспекте, а также корпусов Военно-медицинской академии (ВМА) на набережной Фонтанки. И в том, и в другом случае сложность состояла в том, что нужно было обеспечить выполнение реставрационных работ с одновременным приспособлением к эффективному современному использованию.
ДЛТ изначально проектировался как торговый объект. Но очевидно, что современная технологическая «начинка» магазина премиального класса сильно отличается от того, что было прежде. В итоге было найдено решение, позволившее скрыть все необходимые коммуникации и инженерию в существовавших изначально объемах вентиляционной системы. Таким образом удалось обеспечить наличие современного функционала, не затрагивая интерьеры и прочие предметы охраны.
В корпусах ВМА (общая площадь – около 40 тыс. кв. м) приспособление осуществлялось для использования в медицинских целях. В ходе проектирования были выявлены не учтенные прежде исторические элементы интерьера. Наши сотрудники подготовили необходимый пакет документов по обоснованию ценности находок, и КГИОП внес их в число предметов охраны.
– Чего бы Вы хотели пожелать коллегам в День реставратора?
– Хотя наша отрасль имеет большую и славную историю, День реставратора отмечается лишь с 2006 года. И неслучайно идея его проведения появилась в Северной столице – музее под открытым небом всемирного значения. В этот день я хочу поздравить всех коллег-реставраторов с профессиональным праздником. Сохранение объектов исторического наследия – это сбережение не только самих зданий, но памяти о наших предках, создававших уникальный по красоте город. Желаю всем профессионалам отрасли – от работников реставрационных компаний до сотрудников Комитета по охране памятников – дальнейших успехов в нашем нелегком, но благородном труде, процветания, новых интересных проектов и разрешения всех стоящих перед нами проблем.