Бауманский мост: баланс между красотой и функциональностью
Велопешеходный мост через Яузу длиной 243 метра связал районы Басманный и Лефортово на востоке столицы. Евгений Астафьев, заместитель руководителя управления линейных объектов компании MARKS GROUP, рассказал о том, как команда профессионалов воплотила этот уникальный проект.
— Исходной задачей для нашей команды являлась разработка проекта моста с обеспечением возможности выделенного велодвижения и устройством амфитеатра над рекой, — рассказывает Евгений. — Это стало отправной точкой, определившей всю дальнейшую работу.
Проектировщики перебрали множество вариантов: от монументальных железобетонных конструкций до более легких металлических и сталежелезобетонных. Но выбор материала и формы диктовался не только эстетическими предпочтениями. При реализации проекта предстояло найти и тот самый баланс между внешней выразительностью, функциональностью и экономичностью.
— Нужно учитывать, что мост не существует в вакууме, — подчеркивает Евгений Астафьев. — Он вписан в контекст набережных Яузы. С одной стороны — учебно-лабораторный корпус МГТУ им. Баумана (позднесоветский модернизм), с другой — ультрасовременный кампус (новейший emo-tech). Архитектура моста отражает в себе обе эти яркие доминанты. В нем есть как строгие аскетичные формы железобетонных и металлических конструкций опор и пролетных строений, так и стеклянные ломаные поверхности лифтовых башен.
Не упрощая задачи
В результате поисков и расчетов было принято решение в пользу металлического строения, которое позволило «перешагнуть» бо́льший пролет, чем могла себе позволить железобетонная конструкция, без возведения временных опор в русле реки.
— Было совершенно ясно: отдавая предпочтение сложным формам железебетонных поверхностей и геометрии металлоконструкций, мы выбираем не самый простой вариант с точки зрения проектирования и строительных работ, — рассказывает Евгений. — Понимали это и заказчик, и Москомархитектура. Но общее целеполагание в реализации визуально выразительного сооружения позволило утвердить предложенную версию проекта. Благодаря вовлеченному участию строительного подрядчика и конструктивному взаимодействию между всеми участниками процесса удалось успешно справиться с задачей без отклонений от первоначальной идеи, достигнув наиболее качественного результата.
Эстетика несовершенства
Покрытие железобетонных подходов к русловой части моста были намеренно выполнены без окраски, подчеркнув тем самым фактуру железобетона со своими локальными несовершенствами. Полигональный низ пролетного строения также стал частью архитектурного замысла.
— Из-за геометрии амфитеатра, спускающегося ниже уровня прохожей части, мы издалека видим дно моста, — поясняет Евгений. — Решили воспользоваться этим, чтобы показать особенности конструкции пролетного строения и даже акцентировать на нем внимание в темное время суток, детально подсветив каждый кессон. Это помогло уйти от классического депрессивного подмостового пространства в пользу светлого и привлекающего внимание участка набережной.
Мобильность будущего
Проект изначально предполагал наличие велодорожки.
— Это было одним из главных условий, — отмечает Евгений. — Велопешеходные мосты, безусловно, обладают рядом особенностей — геометрия моста должна обеспечивать безбарьерное движение велосипедистов, а компоновка прохожей части — минимизировать конфликтные точки с пешеходами.
— На этапе генплана была задана общая концепция планировочного решения, мы же занимались ее детальной проработкой с учетом фактических условий: уточняли конфигурацию и длину эстакадных спусков, прорабатывали продольный профиль и назначали места установки опор. По сути, данное сооружение представляет собой реакцию на набирающий обороты запрос на новый формат и новый баланс городской мобильности, — резюмировал эксперт.
После ухода с российского рынка зарубежных поставщиков лифтового оборудования отечественные производители сумели в короткое время занять освободившуюся нишу. О том, каким образом в АО «МЭЛ» удалось нарастить выпуск необходимых строительному рынку лифтов, рассказывает генеральный директор предприятия Руслан Родиков.
— Руслан Святославович, как известно, предприятия по выпуску лифтового оборудования активно включились в процесс импортозамещения. В этой связи насколько вырос выпуск лифтов, пришлось ли под эти цели модернизировать предприятие?
— Год назад завод выпускал порядка 100–120 лифтов в месяц, а сейчас — 190–200. Темпы производства заметно возросли, но технические возможности для изменений были подготовлены заранее. Последние три года мы ежегодно увеличиваем выпуск на 40–45%, так как у нас принята комплексная программа технического перевооружения производства, которая включает модернизацию промышленного оборудования и закупку новых металлообрабатывающих станков.
Также четыре года назад были произведены крупные инвестиции в НИОКР и создана универсальная лифтовая платформа по примеру предприятий автопрома. На одной платформе можно строить большое количество лифтов разных моделей и классов, варьируя элементы конструкции. Благодаря такому подходу застройщики могут выбирать наиболее подходящую для их задач комплектацию, а завод — оперативно запускать эти модели в производство.
Уход с российского рынка таких поставщиков, как KONE, Schindler, Thyssen, стал новым стимулом для развития предприятия, так как застройщики обратились к российским производителям. Мы, со своей стороны, уже были к этому готовы и разработали дизайн лифтов по всем требованиям к комфорту и дизайну для недвижимости классов комфорт и бизнес. А в конце прошлого года мы первыми в стране запустили серийное производство скоростных лифтов со скоростью передвижения 2–2,5 м/с. Они сертифицированы в соответствии с ГОСТ и уже поставляются на различные объекты.
— Что можно сказать о замене импортных комплектующих или переориентации их поставок?
— Эта планомерная работа тоже была начата еще до введения санкций. В результате сейчас мы смогли сократить долю европейских комплектующих до 5%. Сюда входит определенная номенклатура изделий, для которых пока трудно найти подходящую замену. Сейчас планируем уменьшить количество китайских деталей до 20%. Чтобы достичь этих результатов, ищем российские заводы, способные производить комплектующие должного качества. Например, такие важнейшие для безопасной работы лифтов устройства, как ловители, вскоре начнут производить в России. Наш будущий партнер уже сделал промышленные образцы, они проходят испытания, и до конца года на них могут быть получены необходимые сертификаты.
— С какими зарубежными компаниями приходиться сегодня конкурировать? Нет ли опасения, что западный импорт на российском рынке будет замещен восточным, как это происходит с другими товарами.
— Соперничество нарастает между российскими предприятиями и поставщиками лифтового оборудования из Тихоокеанского региона. При этом из-за валютного курса «восточные» лифты становятся конкурентоспособными по стоимости с отечественными производителями. Но здоровая конкуренция способствует развитию производства и созданию российских качественных, высокотехнологичных лифтов.