«Город живет и развивается по своим законам, а мы их выявляем и транслируем»
Не всякий архитектор может спроектировать объект, который будет органично смотреться в исторической застройке. — не только в Петербурге, но и в других российских городах. О специфике нового строительства среди дореволюционных построек и объектов культурного наследия рассказали партнеры бюро, главные архитекторы проектов Иван Кожин, Евгений Новосадюк и Антон Яр-Скрябин.
— Какую часть портфеля компании составляют проекты, реализованные в исторической части городов?
Яр-Скрябин: — Вместе с проектами по реставрации и приспособлению памятников — не менее 80%.
Кожин: — Если смотреть по всем регионам, где проекты «Студии 44» были реализованы, то может быть даже и все 90%.
Новосадюк: — Тут важно понимать, что считать историческим городом. Например Астана, где по проектам бюро были построены Дворец творчества школьников, а также Казахская национальная академия хореографии, — сравнительно молодая и бурно растущая городская структура. Такого исторического центра, как в Петербурге, там нет, но это не значит, что при проектировании в Астане мы не должны учитывать существующий там контекст.
Кожин: — В Нижнем Новгороде, где по проекту бюро сейчас строится IT-кампус; в Пскове, где по нашему проекту вблизи средневековой крепостной стены спроектирован жилой комплекс, частью которого стала отреставрированная ТЭЦ; в Калининграде, для центра которого мы разработали концепцию развития центральной части города, признанную в 2015 году на Международном фестивале архитектуры в Сингапуре лучшим мастер-планом мира, — везде мы работаем с контекстом и очень внимательно относимся к интеграции новых зданий в историческую ткань.
— При проектировании в исторической части города от чего надо отталкиваться? И всегда ли нужна отправная точка?
Яр-Скрябин: — Назову три такие основные точки: во-первых, это контекст в самом широком понимании; во-вторых, локация, то есть расположение и характеристики участка проектирования; в-третьих, функция будущего здания.
Даже в чистом поле возникает определенный контекст: стороны света, окружающая природа, рельеф, роза ветров и т. д. Еще более плотный и разнообразный контекст существует в сложившейся городской структуре. Это история места, градостроительная ситуация, транспортные связи и множество иных факторов, которые и по отдельности, и вместе способны повлиять на формирование архитектурного образа.
Кожин: — Мы — из Петербурга, и работа с контекстом — часть нашего ДНК. Контекст для нас — не только внешние характеристики окружающей среды. Сказываются личные обязательства по сохранению городской ткани и жесткие ограничения, главная цель которых заключается в защите исторического наследия: мы относимся к контексту намного внимательнее, чем многие другие архитекторы. Москва — абсолютно иная. Здесь больше контрастов и градостроительной свободы.
— Может ли новый проект быть в стилистике окружающей застройки?
Новосадюк: — Философия проектов «Студии 44» заключается не только в максимально ответственной работе с контекстом, но также в том, что мы никогда и ни под каким предлогом не делаем архитектуру «в стилях». Мы выстраиваем взаимоотношения нового и старого не через подражание и стилизацию — такой путь для нас абсолютно неприемлем, а через поиск глубинных связей. Это работа с контекстом следующего уровня.
Глупо в современных материалах и при современных возможностях создавать подобия неких исторических прототипов. Парфенон из железобетона как минимум экономически строить нецелесообразно. Мы в своей работе ищем новые подходы, переосмысливаем классическую ордерную систему или трактуем пропорционирование в зависимости от контекста и стоящих перед нами задач.
Кожин: — Мы пытаемся говорить на современном языке и искренне стараемся избегать любых псевдоисторических цитат. Город — это не дачный участок, на котором его владелец вправе построить что угодно. Это некое общественное образование. Он живет и развивается по своим законам, а мы их выявляем и транслируем.
Новосадюк: — Показательный пример такого подхода — проект ЖК «Imperial Club» на Васильевском острове. Структура этого комплекса выросла из градостроительного плана Доменико Трезини, а также из нехарактерной для нашего города исторической застройки набережной Лейтенанта Шмидта.
— Архивные исследования, исторические справки, согласования в КГИОП и прочее… Работа над проектами в исторической части городов занимает больше времени, чем проектирование, например, на периферии?
Яр-Скрябин: — Как правило, все процессы идут практически одновременно с разработкой проекта. Вслед за согласованиями и получением новых вводных происходит внесение корректировок. Не думаю, что это как-то серьезно отражается на сроках проектирования.
Кожин: — При работе в сложившейся исторической среде намного больше факторов, которые влияют на архитекторов. Поэтому, конечно, всегда хочется чуть больше времени на проектирование. При этом надо держать темп. Думаю, нам удается сохранять баланс. В конечном счете все зависит от сложности объекта.
Новосадюк: — Еще один важный аспект — работа с объектами культурного наследия. Естественно, при этом необходимы архивные исследования, требующие времени. К счастью, в «Студии 44» работают архитекторы-реставраторы, которые готовы к решению сложных задач. Получается очень интересное взаимодействие, когда находки наших коллег позволяют определить наиболее уместное архитектурное решение. Так было, например, с проектом музейно-выставочного комплекса «Горэлектротранс», который займет участок одного из старейших городских трампарков. В основу теоретической базы проекта вошли сведения из обнаруженного нашими коллегами у букинистов оригинального альбома 1905 года.
— Правда ли, что в Петербурге — одно из самых строгих в России градозащитных законодательств?
Яр-Скрябин: — Насколько я знаю, у нас самый зарегулированный город в мире. Поэтому отвечу за всех: в Петербурге действительно самые жесткие законы, связанные с сохранением исторической среды.
— Возникают ли у архитекторов проблемы с градозащитниками?
Кожин: — Хотелось бы понять, о ком именно идет речь. Об общественных организациях, о сложившихся институциях или некоих активистах? Если у населения есть внятный запрос на публичное обсуждение того или иного проекта, это прекрасно. Конструктивный диалог необходим и приносит пользу. Другое дело, когда громко кричат, но за этими криками не чувствуется ни малейшего желания разобраться в ситуации. Сразу возникают подозрения в ангажированности. Не скажу, что для нас это проблема. Мы всегда действуем в рамках регламентов. Более того, у нас есть свой собственный «внутренний» регламент, сверяясь с которым, удается избежать критических ошибок и хамских по отношению к исторической среде решений.
Яр-Скрябин: — Звучная архитектура, что в моем понимании равно архитектуре классной, заметной и по-хорошему бескомпромиссной, всегда вызывает эмоциональный отклик. Общественный резонанс — нормально, а как к нему относиться, каждый решает сам.
— Насколько часто приходится убеждать заказчиков в необходимости тех или иных решений?
Новосадюк: — Постоянно. Это часть нашей работы. Хорошо, когда заказчик представлен в лице руководства одной компании. Намного сложнее убеждать государственного заказчика, когда единый архитектурный проект разделяется между разными комитетами и департаментами, которые формируют зачастую противоречащие друг другу замечания.
Яр-Скрябин: — Убеждать приходится на любом этапе проектирования и даже во время строительства. Помню, как в работе над ЖК «Фортеция» в Кронштадте мы бились за увеличение площади квартир, за более интересную квартирографию, за облицовку кирпичом, за обустройство индивидуальных палисадников вместо балконов, а застройщик очень переживал, что квартиры вырастут в цене и не продадутся. В итоге уже на стадии строительства люди стали покупать жилье по заниженной цене застройщика, а потом продавать чуть ли не в два раза дороже.
И в проекте ЖК «Мануфактура James Beck» мы год искали единственный необходимый нам кирпич, тогда как застройщик изначально задумывался об использовании недорогого базового кирпича, что могло бы все испортить. К счастью, и в этом случае нам удалось найти взаимопонимание: проект состоялся в том виде, в каком был задуман.
Кожин: — Бывает и обратная ситуация, когда опытный и успешный девелопер настаивает на своих решениях, поскольку лучше знает, чего хотят его клиенты. Для появления хорошей архитектуры надо, чтобы в паре заказчик — архитектор была достигнута определенная гармония. Архитектору нужно очаровать заказчика — именно он строит и вкладывает деньги.
Яр-Скрябин: — Правда, в процессе реализации некоторые нотки из такой гармонии вдруг начинают выпадать, гармония слегка расстраивается, но это еще одна важная наша задача — пройти вместе с заказчиком весь путь от начала до конца без ощутимых потерь.
— В Москве, как недавно заявили специалисты института Генплана, жилье активно вытесняется из исторической части города. Грозит ли нехватка жилья центру Петербурга?
Кожин: — В центральной части нашего города — огромный жилой фонд, который, конечно, никуда не денется. В подавляющем большинстве это историческая застройка. С другой стороны, участков под новое жилье практически не осталось, а те, что есть, — невероятно сложные. В этой связи мне вспоминается наша работа над проектом ЖК «Meltzer Hall» на Петроградской стороне. Дом возводится на месте бывшей фабрики Мельцера с сохранением ряда исторических построек, которые вошли в состав нового комплекса. Думаю, что в этом проекте нам удалось, оставаясь абсолютно современными, вписаться и в сложный участок, и в контекст.
Новосадюк: — Вытеснение жилья — негативный сценарий для любого исторического города. Есть примеры Брюсселя или Чикаго, где за историческими зданиями начинают расти офисы, в результате чего из центра уходит жизнь. Надеюсь, что Петербургу это не грозит.
Яр-Скрябин: — Современный город, как мне кажется, должен представлять собой некую полицентрическую систему, в которой и жилье, и офисы распределены равномерно. В Петербурге существует гигантский и до сих пор плохо освоенный серый промышленный пояс, который уже начинает точечно застраиваться жильем. Понятно, что жить поближе к центру приятно, но хочется, чтобы эти территории включали в себя не только жилье, но и центры деловой активности, общественные пространства и даже некие инновационные и экологически чистые производства категории light industrial. Мне кажется, Москва сейчас развивается именно в этом направлении, то есть становится все более полицентричной, и это хорошо.
— Руководитель «Студии 44» Никита Игоревич Явейн — один из лучших в стране специалистов по проектированию в исторической среде и работе с ОКН. Можно ли говорить об определенной школе внутри бюро, принципы которой разделяют все его сотрудники?
Яр-Скрябин: — Давайте начнем с того, что мы втроем учились у Никиты Игоревича на факультете архитектуры в Академии художеств. Поэтому преемственность возникла сразу и абсолютно естественным образом.
Новосадюк: — Кстати, во время нашего обучения работе в исторической среде уделялось чуть меньше внимания, чем сейчас. Знаю об этом точно, поскольку преподаю под руководством Никиты Игоревича на факультете архитектуры. Сейчас благодаря его инициативе появились студенческие задания, которые прямо связаны с такой работой. Добавлю, что и во главе «Студии 44», и в качестве преподавателя Академии художеств Никита Игоревич последовательно продвигает идею: псевдоисторизм губителен для исторической среды. И мы полностью разделяем такой подход.
Кожин: — Думаю, архитектурная школа, которая, как мне кажется, постепенно складывается вокруг «Студии 44», базируется на огромном опыте работы в исторической среде. У нас давно сформировался целый набор разнообразных решений, доказавших на практике свою полезность, уместность и эффективность. Это позволяет четко понимать, что допустимо в той или иной градостроительной ситуации, а что нет, и в то же время придает определенную уверенность. Мы сохраняем все, что положено сохранить, и при этом делаем яркую и смелую архитектуру, которая опирается на контекст.
Все, что было построено, рано или поздно может быть разрушено. Но мало кто знает, что современный качественный и безопасный демонтаж зачастую не уступает по сложности проектированию и строительству зданий.
О том, что на самом деле стоит за процессами сноса и демонтажа, рассказывает директор по маркетингу и рекламе Виктория Викторовна Гурьянова.
— Виктория Викторовна, ваша компания отмечает 20-летие. Как изменилась отрасль за эти годы с точки зрения технологий, правил игры, кадрового обеспечения?
— За двадцать лет отрасль сильно изменилась во всех направлениях. Можно сказать, что она оздоровилась, стала чище и прозрачней благодаря нововведениям в законодательстве. Кроме того, существенно выросло количество профессионалов демонтажных работ на всех этапах производственного процесса, начиная от проектирования и заканчивая утилизацией и рециклингом.
К сожалению, ни в одном учебном заведении не готовят специалистов по такому сложному, требующему различных знаний и навыков направлению. Многие специалисты приходили в демонтаж из строительства с лозунгом «ломать — не строить», не понимая всей специфики производства демонтажных работ. Проработав в данной сфере несколько лет, некоторые из них приобрели необходимый опыт и стали высококлассными профессионалами, однако в демонтаже каждый такой специалист наперечет. Крупные компании очень ценят своих профессионалов, и на рынке труда за ними идет настоящая охота. Наша компания решила пойти дальше в своей кадровой политике и сама растит специалистов. Мы активно сотрудничаем со строительными вузами и приглашаем к себе на стажировку или преддипломную практику студентов, некоторые из них по окончании учебы уже стали сотрудниками компании. Кроме того, ведется работа со строительными факультетами разных университетов по созданию методических материалов и учебных программ по теме производства демонтажных работ.
— Какие значимые направления развития отрасли за последнее время можно отметить? Что вы думаете о недавних нормативных поправках, которые вводят новые правила регулирования демонтажных работ?
— Мы только приветствуем нормативные изменения, которые предусматривают введение «умного сноса», дополнительные требования к безопасности ведения работ, учет опыта применения лучших практик и новых технологий при сносе зданий. Все это позволяет значительно снизить риски и сохранить здоровье, а порой и жизни людей. Компании, работающие в соответствии с этими требованиями законодательства и норм безопасного ведения работ, могут не опасаться за свою судьбу в отрасли.
— В чем преимущества вашей компании? Ведь конкурентов на рынке не так уж мало.
— Основным преимуществом нашей компании является комплексный подход к демонтажу. Мы производим полное обследование демонтируемого объекта, проектирование всего цикла работ, непосредственно демонтаж зданий и сооружений любого масштаба и высотности, обеспечиваем необходимые согласования в надзорных органах, для чего в компании есть специальное подразделение. Наши специалисты готовы осуществить рециклинг и утилизацию строительных отходов согласно нормам законодательства и в соответствии с разработанными в компании техническими условиями, чем, увы, могут похвастаться лишь немногие компании, работающие на рынке. Мы выполняем как техническую, так и биологическую рекультивацию, а также берем на себя полное экологическое сопровождение отходов, в том числе при реконструкции опасных производственных объектов. Заказчик может быть уверен в том, что демонтаж будет произведен качественно и в срок и он получит полный пакет необходимых документов.
— Расскажите, пожалуйста, о знаковых объектах, на которых довелось поработать специалистам компании. Какие из них хотелось бы отметить и почему?
— Таких объектов очень много, каждый из них важен и уникален по-своему. ГК «СносСтройИнвест» завершает работы на бывшей территории завода Севкабель в Санкт-Петербурге. Важным для нас проектом стал снос ветхого жилья в Мурманской области — заброшенные и откровенно опасные здания, уродовавшие облик маленького северного города, были снесены, а на их месте будет создано общественное пространство с парком и фестивальной площадкой. Кроме того, компания активно сотрудничает с ГУП «Водоканал Санкт-Петербурга», участвует в проектах реконструкции электрогенерирующих объектов «Интер РАО». Ведущие строительные компании ЛСР, «Гранель» и «СетлСити», являются нашими постоянными заказчиками. Огромный опыт в работе с «Северсталью», Газпромом, «Криогазом», Роснефтью и другими знаковыми в нашей стране компаниями.
Историческая справка
В 2002 году компания «СносСтройИнвест» начала работать на строительном рынке Санкт-Петербурга как генеральный подрядчик работ по модернизации промышленных предприятий, объектов гражданского и военного назначения. За двадцать лет был пройден большой путь от локальной генподрядной строительной организации до крупной компании, профессионально решающей любые вопросы по демонтажу и сносу зданий в разных регионах страны.
Сегодня «СносСтройИнвест» — это многопрофильный холдинг, объединяющий в своем составе демонтажное управление, проектное бюро, экологическую службу, компанию по переработке вторичного сырья и материалов, собственный парк специальной техники.
В 2015 году наступил ключевой момент в нашей истории: компания, уже хорошо известная на Северо-Западе, открыла подразделение в Москве, что позволило начать активное продвижение деятельности в регионах.
ГК «СносСтройИнвест» успешно работает по всей России, постоянно расширяя географию своего присутствия и увеличивая количество объектов. В этой связи в 2021 году была принята инвестиционная программа развития холдинга. В рамках программы уже проведены три этапа закупки специализированной техники для демонтажа и переработки вторичных материалов. В планах компании — дальнейшее расширение собственного автопарка, что дает возможность продолжать активно работать одновременно на нескольких десятках объектов в любых регионах.
Важнейшим ресурсом компании являются высококлассные специалисты с многолетним опытом работы в такой сложной и специфической сфере, как демонтаж. За двадцать лет работы штат сотрудников увеличился в десять раз, а часть сотрудников, которые стояли у истоков бизнеса, продолжают работать в компании.
В 2022 году был зарегистрирован товарный знак. Теперь написание «СносСтройИнвест» — это объект интеллектуальной собственности, а компания обрела защищенный законодательством бренд, известный каждому участнику российского рынка демонтажных услуг и пользующийся заслуженной репутацией. Также в 2022 году были получены лицензии УФСБ РФ, Министерства культуры, Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору.
История компания насчитывает сотни примеров успешной реализации проектов по демонтажу различных объектов. Мы гордимся крепкими партнерскими отношениями с нашими заказчиками, высоким качеством услуг и квалификацией наших сотрудников.
Мнение:
Алексей Гаврилов, заместитель руководителя строительного объекта ГК «Гранель»:
— Какие работы были выполнены специалистами ООО «СносСтройИнвест» для вашей компании?
— ООО «СносСтройИнвест» — компания, которую мы знаем не первый год. Она хорошо известна профессионалам в регионах Москвы и Санкт-Петербурга. Компания заслужила высокую репутацию. Недавно ООО «СносСтройИнвест» выполняло работы по демонтажу самовольных построек на нашем земельном участке — было снесено одиннадцать недостроенных двухэтажных коттеджей.
Специалисты ГК «СносСтройИнвест» четко понимают задачи и видят не просто объект для демонтажа, а участок как территорию комплексной застройки, на которой девелопер начнет возводить новые жилые дома, объекты инфраструктуры, зоны отдыха и многое другое.
— Что можно сказать о качестве выполнения, применяемом оборудовании, соблюдении сроков, требований охраны труда и промышленной безопасности?
— Работая на нашем объекте, компания «СносСтройИнвест» показала высокую компетентность в вопросах сноса зданий и сооружений, сработала оперативно и профессионально. Собственная современная материально-техническая база компании позволила уложиться в заявленные сроки. Все работы были выполнены с соблюдением требований промышленной безопасности.
— Какие особенности сотрудничества с компанией «СносСтройИнвест» хотели бы отметить?
— Партнер своевременно подготовил полный пакет исполнительной документации. Важно, что сотрудники компании не только выполняли требования заказчика и надзорных служб, но и предлагали свои оптимальные решения. Вызывает уважение, что «СносСтройИнвест» держит слово и четко соблюдает график работ. Профессиональный подход компании позволяет четко и слаженно выполнять работы на строительной площадке. Мы надеемся на долгое взаимовыгодное сотрудничество.
Андрей Пономарев, заместитель главы Печенгского муниципального округа:
— Компания «СносСтройИнвест» приняла участие в реализации программы социально-экономического развития Печенгского муниципального округа Мурманской области. Специалисты компании демонтировали четыре ветхих пятиэтажных здания и подготовили площадку для дальнейшего благоустройства в п. г. т. Никель.
Эти здания представляли опасность для жителей и создавали поселку неприглядный облик. Теперь освободившаяся территория даст возможность создавать новые современные инфраструктурные объекты.
Специалисты «СносСтройИнвест» заслуженно имеют репутацию профессионалов высокого уровня: все работы были выполнены качественно и в срок, с соблюдением нормативных требований в сфере демонтажа и сноса зданий.
Павел Михайлович Паршин, ведущий инженер по строительству АО «Криогаз»/CryoGas Inc:
— К ООО «СносСтройИнвест» обратились, учитывая многочисленные хорошие отзывы о компании и опираясь на долголетний опыт на рынке демонтажных работ. На нашем объекте ООО «СносСтройИнвест» столкнулось с неспецифичными и нестандартными задачами и профессионально выполнило все работы в полном объеме. Обращает внимание отзывчивость всей компании и каждого сотрудника к представленным задачам и вызовам. По профильным работам демонтажа и сноса зданий и сооружения на нашем объекте компания ООО «СносСтройИнвест» выполнила работы быстро, качественно и без лишних вопросов, что свидетельствует о хорошей слаженности сотрудников компании, большом опыте и компетенции по любым вопросам.
Также, учитывая большую стесненность в месте выполняемых работ, компания ООО «СносСтройИнвест» с пониманием отнеслась к соблюдению чистоты и сохранности прилегающей территории, что привело к сохранению добрососедских отношений с собственниками соседних участков и отсутствию претензий и вопросов.
По вопросам исполнительной и отчетной документации сотрудники компании подготовили пакет на проверку, который был принят всеми надзорными службами с первого раза и без замечаний, что также свидетельствует о большом опыте и профессионализме.