Руслан Родиков: «Российские лифтостроители открывают новые диапазоны скорости и комфорта»
Будет ли решена проблема с нехваткой высокоскоростных лифтов в стране, что особенно актуально для строительной отрасли, ориентированной на возведение высотных зданий? Генеральный директор АО «МЭЛ» Руслан Родиков рассказал о текущих тенденциях в освоении этого сегмента на примере столичной компании.
— Руслан Святославович, уход с рынка иностранных игроков стал одновременно и стрессом, и окном возможностей для отечественных производителей. Первое время запросы на скоростное лифтовое оборудование покрывались китайскими производителями. Какова ситуация сегодня?
— Могу привести непосредственно пример нашей компании. Завод «МЭЛ» начал разработку лифтов со скоростью 4 м/с еще с осени 2022 года, после того как рынок покинули западные бренды. В начале 2024 года мы получили сертификат на их серийный выпуск. Он выдан на лифты с машинным и без машинного помещения грузоподъемностью до 2000 кг и со скоростью до 4 м/с включительно. Это знаковое событие не только для нас, но и для всей строительной отрасли. Ранее из отечественных производителей никто не мог предложить серийный локализованный продукт для объектов повышенной этажности. Более того, мы уже стали лидерами скоростных лифтов. В том же, в 2024 году, завод ввел в эксплуатацию современный производственный цех, заточенный под выпуск оборудования этого сегмента.
— Какие импортные аналоги уже удалось заместить?
— Компания открывает все диапазоны скорости, грузоподъемности и комфорта, которые востребованы заказчиком. В середине 2024 года мы получили сертификат на серийный выпуск оборудования по новому ГОСТу 33984.1-2016, с машинным и без машинного помещения со скоростью подъема до 7,0 м/с и грузоподъемностью до 5000 кг, в том числе больничные лифты. Запустили производство лифтов бизнес- и премиум-класса под брендом VEXT, включающего в себя полный цикл операций: лазерную резку поступающих материалов, изготовление деталей на координатно-пробивном центре с последующей гибкой и формовкой, сваркой, покраской на линии немецкого производства и дальнейшей комплектной сборкой лифтового оборудования по грузоместам для отправки заказчикам.
Надеемся, что за счет данной продукции будет решена проблема с нехваткой высокоскоростных лифтов в стране.
— Каковы производственные мощности нового цеха?
— Ресурсов достаточно. В настоящий момент производственные мощности позволяют выпускать до 1000 единиц оборудования для высокоскоростных лифтов сегментов классов «бизнес» и «премиум», не уступающих по качеству, надежности, удобству и функциональности ушедшим с российского рынка американским и европейским аналогам. Такой объем позволяет полностью покрывать запросы российского рынка. Будем и дальше расширять свои возможности и ориентироваться не только на наших потребителей, но и заказчиков из ближнего зарубежья. И что немаловажно — благодаря новому производству организованы дополнительные рабочие места для более восьмидесяти человек.
— На этапе освоения серийного выпуска высокоскоростных лифтов застройщики могли сомневаться в надлежащем качестве продукции отечественного производства. Как вам кажется, в процессе эксплуатации они убедились в том, что российские лифты не уступают зарубежным аналогам?
— У девелоперов и обслуживающих организаций было достаточно времени, чтобы убедиться, что наше оборудование соответствует всем нормам и требованиям в области безопасности, а также обеспечивает удобство монтажа и обслуживания. И, что не менее важно, гарантирует комфортное и удобное перемещение пассажиров.
Как производитель полного цикла мы полностью отвечаем за качество нашей продукции, часть комплектующих производим самостоятельно, что-то закупаем у локальных поставщиков и партнеров из дружественных стран. Так, например, мы используем лебедки Forvorda и Montanari для производства скоростных лифтов. Узлы безопасности — ловители, ограничители, буферы — Hunning. За плавность движения кабины и комфортность поездки отвечают станция управления и дверной привод компании Optimax. Все указанные производители поставляют свою продукцию в том числе компаниям так называемой «большой четверки» — Otis, Kone, Schindler, TKE. Высокоскоростные лифты оснащены бесперебойными блоками питания, которые при отключении электроэнергии в здании доведут кабину до ближайшей остановки. Встроенные фотобарьеры предотвратят защемление в дверном проеме лифта, а ловители двустороннего действия повысят надежность поездки.
Благодаря собственному складу запчастей наши партнеры, монтажные и обслуживающие организации получают нужные детали в любой точке страны за считанные дни.
— Генеральный директор ассоциации «Российское лифтовое объединение» Петр Харламов отметил, что отечественные лифтовые заводы сегодня полностью закрывают потребность в подъемниках для серийных домов до 30 этажей (со скоростью до 4 м/с). Но пока в стране не производят лифты со скоростью 9 м/с. Разрабатываются ли такие модели на вашем предприятии?
— Проанализировав запросы рынка, мы приняли решение сфокусироваться на производстве лифтов со скоростью до 7 м/с. Тем не менее готовы рассматривать и предложения на оборудование с более высокими скоростями. Это единичные проекты. Компания постоянно совершенствует технологии производства скоростных лифтов. Мы анализируем рынок и спрос, в том числе активно работаем над улучшением качества оборудования. Если в будущем сформируется массовый запрос на лифты со скоростью 9 м/с, уверен: нам будет что предложить.
— Завод освоил новую линейку скоростных лифтов «Космос» и «Широта». Какие у них особенности?
— Дизайн линейки «Космос», «Широта» и премиальные линейки лифтов VEXT мы разрабатывали совместно с ведущей студией промышленного дизайна. Здесь лифт становится полноценным дизайн-объектом, продолжением архитектуры здания и общественных пространств, реализованных девелопером. Отделка стен, кнопки, поручни, зеркала в кабине — каждая деталь продумана с точки зрения эстетики и заботы о комфорте пассажиров, в том числе удобстве маломобильных граждан.
При этом оборудование полностью соответствует самым строгим стандартам безопасности. Особое внимание мы уделили скрытым деталям, например кабина скоростного лифта должна иметь повышенную шумо- и виброизоляцию для обеспечения повышенного уровня комфорта поездки пассажиров. Это достигается дополнительными ребрами жесткости, башмаками роликового типа для кабины и противовеса.
— Могут ли модели высокоскоростных лифтов разрабатываться под индивидуальные запросы заказчика?
— Мы предлагаем широкий диапазон вариантов отделки, исходя из пожеланий потребителя, типа здания, при этом соблюдаем эстетичный вид лифта, не забывая про комфорт. Например, заказчик имеет возможность выбрать материал и цвет акцентных панелей, кнопок, поручней, напольного покрытия, расположение зеркал, в том числе с функцией Smart ADV (с встроенным информационным экраном). Таким образом, лифт может стать ярким акцентом или органичным продолжением общей концепции оформления общественных пространств здания.
Сегодня нет практически ничего невозможного: габариты лифтовых купе также могут быть разработаны специально под заказчика. Например, мы производим подъемники с панорамными кабинами, которые востребованы в торгово-развлекательных центрах и гостиницах. Для повышения комфорта пассажиров устанавливается дополнительная шумо- и виброизоляция.
Таким образом, современные технологии и индивидуальный подход позволяют нам создавать лифты, которые не только соответствуют самым высоким требованиям функциональности, но и становятся важным элементом дизайна здания. Благодаря гибкости решений каждый заказчик может получить продукт, идеально отвечающий его потребностям и визуальным предпочтениям.
ГК «Арасар» называют пионером применения новых технологий демонтажа – она одной из первых в России для сноса зданий и сооружений внедрила лазер, алмазную резку и многие другие инновационные решения. О возможностях компании рассказывает ее основатель Александр Штарёв.
– Александр Юрьевич, как Вам удалось внедрить лазерную технологию для демонтажа?
– Мы обратили внимание на лазерную установку, которая использовалась для поджига нефтяных разливов с безопасного расстояния, и увидели возможность ее использования для нашей деятельности. Первый объект, на котором был применен лазер, – Кондопожский комбинат хлебопродуктов. Это произошло в 2022 году. На площадке предприятия мы успешно демонтировали с расстояния 50 метров массивную аварийную металлическую конструкцию бункерного типа высотой 60 метров и общим весом со вспомогательным оборудованием до 50 тонн. Лазер выглядит очень эффектно, как в научно-фантастическом фильме.
ГК «Арасар» одна из первых в России внедрила в демонтаж и алмазную резку, но это было давно, еще в 2000-х годах, когда о таком способе работы на нашем рынке не слышал никто. Мы комплексно подошли к данному вопросу, для продвижения и популяризации этих технологий много работали с проектными институтами, разъясняли потенциальным заказчикам, что так можно. Сейчас выполнение некоторых задач демонтажа немыслимо иным способом. Также мы изучали возможность демонтажа разрядом электрического тока – проводили собственные исследования, ряд решений запатентовали.
Наша команда стремится освоить как можно больше технологий и всегда подобрать наиболее точный способ решения конкретной проблемы. ГК «Арасар» имеет и применяет все возможные технологии в нашей области, разработанные на данный момент, которые позволяют решать любые задачи демонтажа самых сложных конструкций. Я с гордостью могу сказать, что среди российских демонтажных компаний лишь единицы обладают таким набором компетенций.
– Над внедрением каких технологий Вы работаете сейчас?
– Мы постоянно ищем новые пути решения демонтажных задач. Сегодня активно развиваем направление демонтажа гидроразмывом бетона под огромным давлением – 1000 бар. Это, на наш взгляд, перспективная технология на данный момент. Пока она не представлена массово в России, задумывалась как ремонтная. Тем не менее мы видим большой потенциал ее применения для демонтажа.
– У вас много высокотехнологичного оборудования, в том числе импортного, которое требует соответствующего технического обслуживания. Насколько вы зависите от иностранных поставщиков? Как в компании идет процесс импортозамещения?
– К сожалению, не все оборудование можно заместить. Действительно, рынок почувствовал текущие трудности, но они преодолеваются. Знаю, что многие наши поставщики переориентировались с западных рынков на иные и пытаются заменить даже уникальное оборудование. ГК «Арасар» вносит в этот процесс свою лепту. Например, ключевую роль в алмазной резке играет канатная система. Мы запустили производство этого оборудования под собственным брендом на нашей производственной площадке в Санкт-Петербурге, и оно с успехом работает на объектах России. Об этом думали еще до введения санкций и ухода основных поставщиков – нам было интересно освоить такую компетенцию, но когда были введены санкции, мы ускорили вывод на рынок канатных систем собственного производства. Наша компания не только применяет их в своей работе, но и продает другим участникам демонтажного рынка.
– Расскажите о самых крупных и значимых объектах компании.
– За 25 лет своего существования ГК «Арасар» выполнила более 1000 проектов. Прямо сейчас мы реализуем социально значимый проект в Мариуполе. Там мы демонтировали, вывезли и утилизировали около 600 тысяч кубометров строительного объема. Также трудимся на Городецком и Волховском гидроузлах, соответственно, в Нижегородской и Ленинградской областях, на одном стратегическом объекте Росатома и ведем еще с десяток не менее важных федеральных инфраструктурных проектов.
– Какие интересные организационные и технические задачи по демонтажу удалось решить?
– ГК «Арасар» сфокусирована на сложных инженерных задачах демонтажа, это наша специализация, поэтому подавляющее большинство из тысячи наших объектов очень сложные. Следует отметить, что демонтаж всегда разный. К решению каждой задачи требуется индивидуальный подход. Так, например, сейчас на одном из наших объектов выполняется демонтаж под водой на глубине от 10 до 25 метров. При этом полностью отсутствует документация по обследованию демонтируемой конструкции. Решения принимаются по ходу производства работ.
Нам приходилось работать и при температуре –50°С, и круглосуточно в темноте полярной ночи, и под водой, и на высоте более 100 метров, и под землей на глубине 60 метров. Но пока за 25 лет мы не встретили ни одной инженерной задачи, с которой не смогли справиться.
– Известно, что ни один вуз и техникум не выпускает специалистов по демонтажным работам. Как Вы подбираете кадры?
– Да, к сожалению, готовых демонтажников нет, поэтому первый этап поиска подходящего человека очень сложен. Мы находим строителей и переучиваем их на наш профиль. У нас разработано несколько программ обучения и наставничества. Выпущены специальные методички. Есть определенный цикл, который необходимо пройти каждому новому сотруднику. Следует отметить, что в нашей компании всегда благоприятная ситуация для обучения на конкретных практических примерах. Мы обычно ведем не менее 10 проектов в различных точках страны, причем все они разные по виду демонтируемых конструкций, применяемым технологиям и внешним условиям. У нас всегда есть подходящая работа, которую можно демонстрировать человеку, и на ее примере разъяснять специфику нашей деятельности.
– Вы говорили, что компания «Арасар» применяет комплексный подход к демонтажу зданий и сооружений.
– Все зависит от желания заказчика. Принципиально мы сейчас позиционируемся как узконаправленная компания – занимаемся демонтажем, изучаем все, что связано с демонтажем. Становимся с каждым днем лучше и лучше в этой профессии. Разумеется, мы можем выполнить весь комплекс услуг по демонтажу объекта: проектирование, работы на площадке, экологическое сопровождение, а также благоустройство и озеленение.
– Расскажите о возможностях компании: какова производительность, сколько объектов вы способны вести одновременно?
– Наша компания востребована на рынке демонтажных работ, поэтому ведет не менее 10 проектов одновременно. Конкретную производительность мы не определяем, потому что находимся не в плановой экономике, поэтому беремся за решение задач в любом объеме, который предлагает рынок. И за 25 лет работы компании не было ни одного случая, чтобы мы не справились с задачей или отказались от проекта по причине полной загрузки техники или людей.
– В случае нехватки ресурсов под конкретную задачу вы привлекаете рабочую силу или оборудование со стороны?
– Субподряд практически не используем, потому что, во-первых, наша работа очень ответственная, особенно с точки зрения безопасности, во-вторых, мы привыкли к колебаниям рынка в зависимости от различных факторов, в том числе политических. За четверть века работы мы научились гибкости и способности адаптироваться к любым внешним условиям.