С глубоким погружением в отраслевую специфику
Иногда подрядчик, застройщик или инвестор оказываются в непростой ситуации, когда требуется оспорить незаконные акты, включить в смету дополнительные работы или избежать штрафов и неустоек. И в этом случае на помощь приходят строительные юристы. О вариантах сотрудничества рассказывает Екатерина Лизунова, руководитель направления «Контрактика» в юридической фирме «LL.C-Право».
— Екатерина, что отличает «Контрактику» от других строительных юристов?
— Я бы начала с того, что нас объединяет. Прежде всего это неравнодушие к самой отрасли, к ее особенностям и проблемам. Мы все наблюдаем за тем, что происходит в экономике, как сокращаются инвестиции, останавливаются большие проекты, поэтому сейчас участникам строительного процесса как никогда важно правильно оценивать риски и перспективы в условиях резко меняющейся рыночной конъюнктуры. Для этого нужно, чтобы рядом была команда юристов, умеющих не только видеть, но и задавать тренды правоприменительной практики в строительстве, защищать право бизнеса на работу в условиях здоровой экономики.
Хотя на практике часто бывает так, что наша работа направлена, скорее, на защиту здравого смысла. Особенно когда речь идет об отношениях подрядчика и заказчика в бюджетной стройке. Это, кстати, одно из наших отличий от многих других команд юристов, работающих в строительстве. Мы глубоко погружены в специфику работы госзаказа, и бо́льшая часть наших клиентов работает именно в этой сфере. Здесь отношения заказчика и подрядчика строятся далеко не на принципе взаимовыгодного сотрудничества. Они определены требованиями бюджетной эффективности, которая, в свою очередь, держится на двух составляющих: экономность и результативность. Причем и то, и другое нацелено на закрытие потребностей именно публичной стороны договора.
Кроме того, в бюджетной стройке есть моменты, о которых может не знать даже опытный подрядчик. По нашим наблюдениям, строительный подряд в госзаказе — это такая параллельная вселенная относительно главы 37 Гражданского кодекса РФ. Здесь многое ломается о принцип бюджетной эффективности, который при возникновении спора защищается в судах через приоритет публично значимых целей. Например, по общему правилу заказчик НЕ ВПРАВЕ отказаться от приемки выполненных работ, если недостатки несущественные и устранимые. Тогда как заказчик по 44-ФЗ уже ВПРАВЕ НЕ отказывать в приемке выполненных работ с такими же недостатками. И это отнюдь не казуистика, а реальные дела, когда подрядчик довольно часто сталкивается с уклонением бюджетного заказчика от приемки выполненных работ. Та же ситуация — и с явными недостатками. По общему правилу заказчик, принявший работу без проверки, лишается права ссылаться на недостатки работы, которые не могли быть установлены при обычном способе ее приемки. Но если подобный спор случится с бюджетным заказчиком, то суд непременно сошлется на постановление президиума ВАС РФ № 51 от 24.01.2000 года, где говорится, что наличие акта приемки работ, подписанного заказчиком, не лишает заказчика права представить суду возражения по объему и стоимости работ. Даже если недостатки были явными.
Применяя принцип бюджетной эффективности в строительных спорах, суды указывают на то, что действия сторон частноправового характера (подписание актов, соглашений и т. д.) сами по себе не могут нивелировать публично значимые цели. Чаще всего с таким подходом подрядчик сталкивается в спорах об объемах и стоимости выполненных работ. Бо́льшую часть споров в этой категории составляют дела по искам заказчиков о неосновательном обогащении, найденном в ходе проверок органами финансового контроля. Поэтому подрядчику, работающему в сфере госзаказа, будь то проектно-изыскательские работы или строительные, очень важно вовремя и верно квалифицировать свои риски и уметь ими управлять. И работа в партнерстве с юристом здесь вполне оправданна.
— Назовите ТОП-3 вопросов, с которыми к вам приходят подрядчики.
— Таких вопросов, конечно, больше, чем три, но среди них можно выделить следующие ситуации:
- выполнили дополнительные работы, а заказчик отказывается их оплачивать;
- заказчик отказывается принимать работы из-за просрочки выполнения или отклонения от проекта;
- заказчик требует вернуть неотработанный аванс, начислил неустойку за просрочку выполнения работ.
Эти и многие другие ситуации конфликта с заказчиком объединяет одно: неправильная оценка ситуации подрядчиком в моменте, когда это было необходимо, и, как правило, недостаточность или даже полное отсутствие юридически грамотной коммуникации с заказчиком.
— Что означает ваш тезис о том, что юрист должен работать на уровне ПТО?
— Часто, когда подрядчику очевидно, что происходит выполнение дополнительных работ или простой по объективным причинам, об этом еще не знают ни руководитель, ни юрист, ни заказчик. В большинстве случаев юрист появляется гораздо позже — когда пришла претензия или иск. И в первую очередь он идет в технический отдел, где находится вся необходимая информация: почему не выполнили вовремя, не по проекту, что за допработы и когда они появились. Ищем письма, протоколы совещаний, техрешения, записи в журналах работ и другое, но регулярно сталкиваемся с тем, что многого из того, что могло бы пригодиться в суде, у подрядчика нет, потому что не знали, что писать, или не фиксировали, так как решали технические вопросы с представителем заказчика или стройконтроля на объекте или по телефону. По этим причинам мы практикуем встречи с техническими службами клиентов. Именно здесь находится источник будущих недопониманий с заказчиком, зарождаются убытки, штрафы и неустойки, которых можно было бы избежать, если бы в нужный момент юрист подсказал, как поступить, дал бы необходимый образец письма, объяснил бы последствия тех или иных действий.
— С чего начинается работа с клиентом?
— Как правило, с интервью, чтобы убедиться, что мы одинаково понимаем проблему и ожидаемый результат. Дальше следует этап детального разбора ситуации, анализ документов и подготовка предварительного заключения, которое включает квалификацию ситуации, анализ рисков, рекомендации по срочным мерам, стратегию движения, план и экономику проекта. Если речь идет о строительном споре, где мы можем просчитать возможные варианты сценария, то в расчет входит не только стоимость юридического сопровождения, но и всех расходов, которые клиент понесет за период рассмотрения спора: пошлины, затраты на судебные экспертизы, командировочные расходы и прочее.
Основная часть команды «Контрактики» находится в Томске — географическом центре нашей страны, также есть дополнительные офисы в Новосибирске и Москве, поэтому нам удобно работать с клиентами со всех уголков нашей большой России. Сегодня неважно, в каком месте и часовом поясе находится юрист: консультации, обмен документами проходят онлайн, как и большинство заседаний в судах и комиссиях антимонопольной службы. Но, конечно, для личного участия в совещаниях, комиссиях и судах мы оперативно вылетаем в любой регион.
Телефон 8 (913) 800-55-03
Сайт: https://llc-con.ru/
ТГ-канал: https://t.me/umnaya_stroyka
В традиционном интервью ко Дню строителя председатель Комитета по строительству Игорь Креславский рассказал нашему изданию об исполнении Адресной инвестиционной программы, импортозамещении и решении проблем отрасли в новых экономических реалиях.
— Очевидно, что строительная отрасль существенно пострадала от санкций. Как это повлияло на исполнение Адресной инвестиционной программы (АИП)? Корректировалась ли она? В СМИ прошла информация о перераспределении средств…
— Перераспределение средств — технический вопрос, он связан с графиками строительства того или иного объекта. Как известно, АИП утверждает Законодательное собрание города на три года, и обычно это происходит в осеннюю сессию. За время исполнения нынешней программы условия очень изменились: приходится заменять импортные материалы, индексируется цена. Если такие изменения не связаны с конструктивом или стоимостью контракта, они утверждаются без экспертизы. На сегодняшний день в экспертизе находится 38 объектов строительства. Часть контрактов пересматривается в связи с изменением цен, но, несмотря на это, мы намерены выполнить АИП до конца года в полном объеме. Планируем ввести 25 социальных объектов.
— Изменились ли темпы строительства объектов — и бюджетных, и возводимых силами частных компаний?
— У девелоперов есть отложенные проекты. Но они отложены на краткосрочный период — застройщики придержали выход новых проектов, потому что продажи замедлились, но сейчас спрос восстанавливается.
Изменилась логистика, сроки доставки, есть сложности с оборудованием, например, с поставкой лифтов. Застройщики переходят на поставки от отечественных, турецких, азиатских производителей. И это уже не будет влиять на скорость строительства.
Уверен, ситуация носит временный характер. Тем более что уровень локализации стройматериалов в России достаточно большой, а в Петербурге он достигает вообще 90–95%.
Сегодня сама жизнь заставляет нас (строителей и чиновников) заниматься импортозамещением. И это лучший способ для создания конкуренции.
— С 1 апреля Правительство РФ ввело мораторий на банкротство, под который, впрочем, не попадают застройщики, чьи объекты занесены в реестр проблемных, и мораторий на некоторые санкции в отношении застройщиков. Это помогло рынку?
— Мораторий на штрафы и банкротства дал застройщикам возможность мобилизоваться и достроить объекты. Но в любом случае ответственность остается за застройщиками.
Сама по себе политика Минстроя РФ в создавшейся ситуации была грамотной, все решения принимались вовремя. Это помогло отрасли работать в плановом порядке. Самое главное — решение по льготной ипотеке было принято вовремя. Ипотека поддержала спрос, а спрос для застройщика — самое важное.
— По-прежнему ли у комитета появляются претензии к подрядчикам, которые, например, срывают сроки?
— Были расторжения контрактов, но сейчас их все меньше: в 2020–2021 годах комитет расторг по нескольку контрактов, а в 2022-м — только один. У нас практически нет претензий к подрядчикам. Те, кто остался, работают профессионально и добросовестно. И, потом, наша задача — не расторгать контракты, а совместными усилиями построить объекты.
— Реестр обманутых дольщиков закрыт — в смысле он не пополняется. А если появятся новые проблемные объекты и обманутые дольщики?
— Вероятность появления обманутых дольщиков есть, но она все меньше и меньше. При схеме проектного финансирования банк всегда может найти другого застройщика, если кто-то не справился. К тому же банк, рассматривая заявку на проектное финансирование, проводит стресс-тесты. Это определение запаса прочности. Успешно пройденный тест дает уверенность в устойчивости финансовой модели застройщика. Но 90% петербургских застройщиков умеют строить и считать деньги.
— Как бы вы определили сегодняшние приоритеты в работе комитета?
— Поддерживать устойчивость строительной отрасли и продолжать ее развитие на благо горожан. Есть план по вводу жилья, мы его точно выполним. Планы на ближайшие годы согласованы с Минстроем РФ — в районе 3 млн кв. м ежегодно. Есть планы по национальным проектам. Есть АИП. Также достраиваем ранее недостроенные объекты. Решаем проблемы обманутых дольщиков: с начала года введено в эксплуатацию уже три многоквартирных жилых дома, до конца года запланирован ввод еще семи домов.
— Что бы вы хотели пожелать вашим коллегам в канун Дня строителя?
— Всем желаю крепкого здоровья, терпения, успешной работы на благо нашего города-героя Ленинграда!