Денис Седов: «Мы настраиваем организм, который будет работать как часы»
В Ленинградской области идет реорганизация дорожной отрасли, которая позволит избежать дополнительных трат, заработать дополнительные средства для дорожной отрасли региона и повысить качество работ. Бюджет Ленобласти сэкономит на централизованных закупках материалов и техники, внедрении новых технологий по всему региону, а также сокращении административного аппарата. О реформе дорожной отрасли в регионе «Строительному Еженедельнику» рассказал Денис Седов, председатель Комитета по дорожному хозяйству.
— С какой целью проводится реорганизация дорожной отрасли?
— Цель — создание работоспособного и эффективного органа для содержания, ремонта, строительства дорог. Реформа должна способствовать увеличению объема и качества выполняемых работ, увеличению размера оплаты труда, но при этом реорганизация обеспечивает экономию средств бюджета за счет централизованной закупки материалов и техники, внедрения новых технологий, а также роста перечислений в бюджет Ленобласти. Кроме того, позволяет достигать показателей национального проекта «Инфраструктура для жизни».
Мы ждем от этой реорганизации максимально эффективного строительства и содержания дорог.
— Каким образом проходит реорганизация?
— Мы начали реорганизацию в 2022 году. Тогда работали шесть ДРСУ и ГКУ «Ленавтодор», которое выступало госзаказчиком и заключало с ДРСУ госконтракты на содержание, ремонт, проектирование и строительство дорог в регионе.
Мы объединили несколько разрозненных ДРСУ на базе Киришского предприятия, затем преобразовав в ГКУ. На следующем этапе ГКУ «Ленавтодор» разделили на ГБУ ЛО «Ленавтодор» и Дирекцию дорожного строительства.
Мы разделили обязанности по содержанию, ремонту и строительству дорог. Строительством занимается дирекция. Ремонтом и содержанием дорог будет заниматься «Ленавтодор», у которого в подчинении будут 17 ДРСУ, созданные во всех районах Ленобласти. Они будут участвовать в формировании программы ремонта, содержании строительства, контролировать исполнение работ. Некоторая централизация, таким образом, у нас получилась.
— Как же заявленное сокращение управленческого аппарата, если в каждом районе есть ДРСУ?
— У нас существовали 17 площадок, на каждой были все службы — например своя бухгалтерия. Когда мы объединили все в общую систему, все управленческие органы сконцентрированы в одном месте. На освободившиеся в результате сокращения управленцев места придут рабочие и технические специалисты.
— Случились ли затраты на реформирование отрасли?
— Мы экономим, а не тратим. Мы свои затраты считаем вложениями. Закупили 500 единиц новой техники. В планах — поменять еще 200 единиц. Планируем обновить парк техники на 70%. Это затраты, но это плановые затраты, они направлены на улучшение качества.
Также мы реорганизуем поставку материалов. Раньше все закупали мелким оптом. Теперь будем закупать большими объемами и получим оптимизацию цены за счет объемов.
Кроме того, мы уходим от зачастую избыточных конкурсных процедур. Прежде при необходимости ремонтировать дорогу объявляли конкурс. Масса предприятий выходила на этот конкурс. Конкуренция жесткая, участники демпинговали, занижали цены. Не всегда конкурс выигрывали достойные компании. А на фоне слабой системы контроля на предприятиях мы получали нерадивых подрядчиков. Теперь ответственность за все ремонты и содержание ложится на ГБУ со своей системой контроля, финансирования, снабжения строительными материалами.
Дирекция дорожного строительства будет заниматься всеми сложными работами, расторговывать контракты.
В этом году мы смогли отремонтировать много дорог, в том числе за счет бюджета следующих лет. Сейчас бюджет будет корректироваться: надо контракты 2025—2026 годов расторговать пораньше, чтобы подрядчики выходили на объекты в этом году.
— А что доходы?
— Коммерческую деятельность в результате реорганизации мы не имели в виду. По уставу ГБУ может участвовать в любых торгах по всей стране. Сколько смогут — столько заработают. Но не сразу. Когда в своем регионе справимся со всеми задачами, тогда пожалуйста. Мы пока настраиваем организм, который потом будет работать как часы.
Еще один очевидный источник дохода — асфальтобетонный завод. За последние 50 лет мы запустили первое государственное предприятие — государственный асфальтобетонный завод. У нас есть асфальтобетонные заводы почти во всех районах, но это старые заводы. Они могут производить смесь, пригодную только для ямочного ремонта. Полноценно все марки асфальтобетона, которые применяются сегодня в дорожном строительстве, производит только Кировский асфальтобетонный завод — его хватит в ближайшее время и на Кировский район, и на районы, граничащие с ним. Мощность производства — 150 тонн в час асфальтобетонной смеси, до 1200 тонн за смену. Этого завода пока хватит на текущие работы, потом планируется купить еще три завода. Каждый завод будет обеспечивать три-четыре района, мы рассчитываем на производство 300 тыс. тонн за сезон.
Большой объем производства позволит продавать асфальтобетонную смесь на открытом рынке.
— Каким образом планируется улучшать качество дорог в регионе?
— Уже в этом году почти на всех дорогах Ленобласти в рамках ремонта были применены материалы, состоящие в реестре новых лучших технологий. Это технология устройства слоев дорожной одежды из асфальтобетона, технология применения лент стыковочных битумно-полимерных «Брит», технология применения геосинтетических материалов для разделения слоев дорожной одежды, обустройства сигнальными дорожными столбиками автомобильных дорог и сооружений на них, устройства дорожных водопропускных труб.
Для гравийный дорог используется так называемая турецкая технология: слой щебня одной фракции, слой щебня другой фракции, проливается все битумом. Мы получаем асфальт плотностью и несущей способностью чуть ниже, чем асфальтобетон, который мы в привычном смысле укладываем одним-двумя слоями. На мало нагруженных дорогах можно применять эту технологию, не меняя по паспорту несущее покрытие. Большой километраж гравийных дорог можно перевести в асфальтовый.
— Как комитет будет контролировать своевременное исполнение и качество работ?
— В комитете будет возрожден технадзор. Это инженеры технического надзора, которые будут находиться в каждом районе. Предписания, административки — это все остается как маленькая «дубинка», которая будет следить за реализацией полномочий государственной власти.
— Когда ориентировочно реформа завершится?
— Ориентировочно окончание объединения — в июне. После реорганизации необходимо будет решить вопросы потребности дорожной техники, в том числе той, которая подлежит замене.
Помимо этого, необходимо увеличить в 3–3,5 раза финансирование на содержание автодорог для соответствия федеральным нормативам.
Ведущие отечественные предприятия по выпуску строительной продукции, владеющие передовыми технологиями, смотрят в будущее с осторожным оптимизмом. О возможностях и перспективах развития российского производства светопрозрачных конструкций и систем дымоудаления беседуем с генеральным директором ООО «Керопласт» Игорем Гусаковым.
— Наше производство в Санкт-Петербурге существует с 2002 года, в прошлом году мы отметили 20-летие. За это время накоплен большой опыт применения лучших европейских технологий по изготовлению нашей продукции из комплектующих от ведущих мировых производителей.
— Сегодня возможности сотрудничества с поставщиками из Европы существенно снижаются. Что вы предпринимаете с учетом сложившейся ситуации?
— Сейчас приходится перестраивать организацию поставок и искать альтернативу комплектующим из Европы. Определенный складской запас сертифицированных импортных изделий — финских комплектующих для светопрозрачных конструкций и немецких двигателей для люков дымоудаления — еще имеется. Но, как и многие производители, мы сейчас решаем задачу импортозамещения.
— Каким образом?
— Двумя путями. Первый — это развитие производства комплектующих собственными силами. Сейчас на своей площадке налаживаем выпуск акриловых куполов для светопрозрачных конструкций, которые ранее ввозили из Финляндии. Уже закуплено оборудование, идет пусконаладка, планируем открыть производство осенью.
Второй путь очевиден. Мы сейчас ведем большую работу по поиску новых поставщиков в России и дружественных странах, в частности, в Китае.
— Вас устроит китайское качество комплектующих?
— Тотальное низкое качество товаров из Китая — это миф. Предприятия этой страны прекрасно ориентируются на клиента и умеют соответствовать его требованиям. Ряд компаний, работающих в нашем сегменте рынка, уже успешно используют китайские комплектующие. Низкосортную продукцию приобретает невзыскательный покупатель, не предъявляющий производителю высоких стандартов. Думаю, мы сумеем найти предприятия, которые смогут изготовить изделия под наши требования. Поэтому получим то, что нас устраивает, и гарантии качества нашей продукции останутся неизменными.
— Очевидно, что для этого нужно проделать большую работу.
— Да, она идет полным ходом. В частности, сейчас мы активно тестируем аналоги европейских двигателей для люков дымоудаления, изготовленные в России и дружественных странах. Делаем все необходимое, чтобы не снижать темпов производства продукции.
— Год назад вы говорили, что потребность в светопрозрачных конструкциях и люках дымоудаления растет. Этот тренд сохраняется?
— Да, сохраняется. Более того, рынок подвигает нас к расширению ассортимента. Приведу характерный пример. Современные зенитные фонари изготавливаются из акриловых и поликарбонатных светопрозрачных конструкций. До появления этих высокотехнологичных материалов использовалось стекло. Так вот, сегодня существенно увеличилась потребность в стеклянных зенитных фонарях. Технический прогресс идет по спирали. Сейчас мы сертифицируем новое в нашем ассортиментном ряду изделие — зенитный фонарь из стекла. Это, конечно, «хорошо забытое старое», но выполненное по передовым технологиям производства и в соответствии с современными стандартами качества.
— Чем стеклянные зенитные фонари хуже или лучше акриловых и поликарбонатных?
— Что касается недостатков, то стекло — материал более хрупкий и тяжелый. В расчет кровли, на которой планируется размещение стеклянного зенитного фонаря, должна быть заложена соответствующая нагрузка. Из преимуществ можно отметить, во-первых, более низкую стоимость. Во-вторых, стекло лучше, чем акрил и поликарбонат, держит тепло. Тем самым обеспечивает более высокую энергоэффективность, которой в современном строительстве уделяется особое внимание.
— Строителям будет интересно лишний раз напомнить о возможностях вашего производства.
— На данный момент мы способны выпускать 200 изделий в месяц.
— Вы производите продукцию серийно или под заказ?
— И то и другое. Что касается работ под конкретные заказы, то мы сегодня предлагаем нашим покупателям полный цикл: изготовление, доставка, монтаж и последующее гарантийное и постгарантийное обслуживание. При этом, естественно, даем гарантию качества не только продукции, но и монтажных работ. Считаю, что такое взаимодействие с заказчиком наиболее выгодно обеим сторонам.
— Какова динамика выпуска продукции по сравнению с аналогичным периодом прошлого года?
— Зимой темпы были ниже, чем в прошлом году. Обычно подрядчики заказывают наши изделия перед строительным сезоном, поэтому в январе-феврале мы всегда работаем интенсивно. В этом году ситуация была иная, но с наступлением весны строители активизировались, и в апреле наш завод уже трудился в две смены.
— Насколько широка сейчас география применения вашей продукции?
— Вся Россия — от Калининграда до Камчатки плюс ряд регионов Казахстана.
— Что можно сказать сейчас о ситуации на российском рынке светопрозрачных изделий и люков дымоудаления?
— Этот наш сегмент довольно узкий, и игроков не так много. Конкуренция жесткая, как и везде. Серьезное влияние на ситуацию оказал уход с российского рынка одного из крупных его участников, компании «Ламилюкс». Мы занимаем нишу производителя продукции высокого класса с соответствующими стандартами качества и ценовой политикой. Спрос на наши изделия неизменно стабилен, более того, в последнее время наблюдается рост.
— Изменились ли за год сферы потребления вашей продукции?
— Нет. По-прежнему наши изделия востребованы на объектах коммерческой недвижимости (бизнес-центры, магазины, торгово-развлекательные комплексы, складские и производственные здания), а также общественно-деловой (учреждения здравоохранения, образования, культуры, административные здания, инфраструктурные объекты: вокзалы, аэропорты, паркинги и т. п.). Заказы для жилищного строительства поступают редко. Иногда приходят запросы от частных домовладельцев.
— Расскажите об основных объектах, над которыми работаете сегодня.
— По-прежнему у нас большой объем заказов в производственной сфере. Поставляем продукцию на Амурский гидрометаллургический комбинат в г. Амурске Хабаровского края, завод «Лазерные системы» в Стрельне (Санкт-Петербург), фабрику Danone в Подмосковье, которая будет передана новому владельцу.
Важными для нас объектами являются аэропорты: международный в Якутске, единственный в мире аэропорт — полигон для испытания новой авиационной техники в условиях низких температур, а также аэропорт в Левашово (Санкт-Петербург), где будет создан современный аэродром совместного базирования военных и гражданских воздушных судов.
Сегодня в России большое внимание уделяется строительству объектов в сфере образования. Наша компания участвует в реконструкции детского центра в Евпатории (Крым), Дворца пионеров на Воробьевых горах в Москве, строительстве и реконструкции многих школ Санкт-Петербурга.
Среди объектов культуры хотелось бы отметить строительство новой сцены Малого драматического театра — Театра Европы (МДТ) в Санкт-Петербурге и культурного центра «Меридиан» в Москве.
Принимая во внимание потребность в наших изделиях и тенденции рынка, о которых я говорил, наша компания смотрит в будущее с осторожным оптимизмом.