Дмитрий Галкаев: «Дорожная сфера Петербурга перестроилась, теперь важно не сбавлять темпы»
В канун Дня работников дорожного хозяйства врио председателя Комитета по развитию транспортной инфраструктуры Санкт-Петербурга Дмитрий Галкаев рассказал о достижениях города в сфере дорожного строительства и поделился планами на будущее.
— Как вы оцениваете состояние транспортной инфраструктуры Санкт-Петербурга с точки зрения соответствия потребностям города?
— Санкт-Петербург уникален в вопросах инфраструктурного строительства. Изменчивый климат, стесненные условия исторической части города и большое количество естественных преград делают работу здесь сложной, но крайне интересной.
Последние пять лет правительство Санкт-Петербурга прикладывало особые усилия для равномерной модернизации как исторических и густонаселенных, так и развивающихся районов города, учитывая их перспективную нагрузку и обеспечивая разрастающиеся территории Санкт-Петербурга полноценной транспортной инфраструктурой.
В условиях быстрого роста автомобилизации и естественного увеличения нагрузки на улично-дорожную сеть центра Санкт-Петербурга правительством города прорабатывается комплекс мер по улучшению транспортной ситуации и сохранению исторического центра Северной столицы. Он направлен на создание и развитие дуговых и радиальных магистралей, позволяющих повысить связанность и пропускную способность улично-дорожной сети районов Санкт-Петербурга, а также призванных перенаправить транспортные потоки в обход центра.
С 2019 по 2023 год в Северной столице были построены 28 объектов общей протяженностью почти 65 км. И в планах только на этот год – открытие 13 объектов.
— Расскажите о строительстве Большого Смоленского моста: на какой стадии находится проект, что уже сделано, что планируется сделать до конца года?
— Строительство первой за 40 лет разводной переправы — Большого Смоленского моста — ведется активно. Он соединит берега Невы на самом большом промежутке в черте города — между Володарским мостом и мостом Александра Невского в обход исторического центра. Реализация проекта станет частью внутреннего полукольца поэтапно формирующейся дуговой магистрали, которая соединит северные и южные районы Санкт-Петербурга.
На сегодняшний день работы выполняются в соответствии с графиком. На данный момент ведутся работы по устройству опор в русле Невы, а также береговых опор моста на правом и левом берегах и опор эстакад транспортной развязки на проспекте Обуховской Обороны. Также осуществляется укрупнительная сборка металлических конструкций пролетных строений моста.
Строительство мостового комплекса завершится в 2029 году.
— Губернатор Санкт-Петербурга А. Д. Беглов поставил комитету ряд задач по реконструкции и капитальному ремонту набережных, мостов и других искусственных сооружений. Какие объекты в приоритете? Какие работы уже развернуты?
— Мосты и набережные — визитная карточка Петербурга. Они являются излюбленными местами притяжения для жителей города и миллионов туристов ежегодно. Многие из них признаны объектами культурного наследия. Вместе с тем это элементы транспортного каркаса Санкт-Петербурга, сложнейшие инженерные и технические сооружения, не имеющие аналогов в мире. Наш долг как жителей города и хранителей этого уникального богатства — содержать их в порядке и проводить необходимый ремонт. К большому сожалению, некоторые мосты и набережные не ремонтировались десятилетиями. Пора исправлять сложившуюся ситуацию, теперь у города есть для этого необходимые ресурсы.
Еще в августе в ходе рабочего осмотра объектов транспортной инфраструктуры и благоустройства с акватории Невы губернатор поручил разработать и приступить к реализации «Комплексной программы приведения в нормативное состояние мостового хозяйства в 2025–2030 гг.».
Важно не только привести к нормативному состоянию существующие объекты, но и приступить к возведению новых берегозащитных сооружений, необходимость в которых давно назрела. В частности, до конца этого года начнется строительство набережной Макарова с мостом через реку Смоленку от 2-й линии Васильевского острова до моста через Серный остров.
До 2029 года планируем разработать градостроительную и проектную документацию набережной по левому берегу реки Малая Нева от производственного комплекса «Алмаз» до Ремесленной улицы в Петроградском районе, а до 2030 года — проект поэтапного строительства на левом берегу Невы — набережной от Шлиссельбургского моста до Володарского.
До 2030 года в планах — построить правобережный съезд с моста Александра Невского. Это обеспечит непрерывность движения по Малоохтинскому проспекту за счет строительства тоннельных участков по прямому ходу движения автотранспорта, а также ликвидирует конфликтную ситуацию при левоповоротных маневрах во время заезда на мост.
— Какие еще важные проекты развития транспортной инфраструктуры Санкт-Петербурга реализуются в данный момент? Что сделано на сегодняшний день, что планируется сделать к концу года?
— Как я уже говорил, на 2024 год у нас грандиозные планы. Запланировано открытие движения по 13 новым объектам общей протяженностью более 22 километров, что является рекордным показателем. На сегодняшний день рабочее движение уже открыто по двум реконструированным участкам Колпинского шоссе, новой двухуровневой развязке на пересечении Петрозаводского и Лагерного шоссе, а также по новой Московско-Дунайской развязке. В Приморском районе еще весной достроили новый мост через Черную Речку. Также рабочее движение запустили по Русановской улице. Новые дороги открылились для автомобилистов на намывных территориях Васильевского острова, в Кронштадте завершились работы на двух новых участках Цитадельского шоссе.
Также петербуржцы и туристы смогут оценить удобство новых подземных пешеходных переходов через Приморское шоссе и под площадью Академика Лихачева.
Что касается перспективных планов, в Пушкинском районе до 2027 года будет продолжаться строительство Южной широтной магистрали. Новая трасса с двумя путепроводами через железнодорожные пути Витебского и Балтийского направлений, а также еще одним в створе Петербургского шоссе значительно разгрузит южные районы города, обеспечит беспрепятственный проезд через ж/д пути, снизит транзитные потоки через Павловск и Пушкин.
Продолжается строительство Южной улицы в Лахте до соединения с автомобильной дорогой вдоль восточного берега озера Лахтинский Разлив. Строительство объекта позволит связать МО Лахта- Ольгино с существующим Шуваловским проспектом.
Начались подготовительные работы к реконструкции Цимбалинского автодорожного путепровода в створе улиц Белы Куна и Цимбалина, соединяющего собой два района Санкт-Петербурга. Новый виадук будет иметь четыре полосы движения и обеспечит беспрепятственное и комфортное передвижение между Невским и Фрунзенским районами города. Реконструкцию планируется завершить в 2027 году, к тому же времени планируется реализовать крупный инфраструктурный проект — строительство магистрали М-32.
Также начнется проектирование Поклонногорской развязки с двумя тоннелями. Строительство будет разделено на два основных этапа. Первый — тоннельный переход в створе Поклонногорской улицы и Северного проспекта, по две полосы движения в каждую сторону, протяженность составит почти километр. Второй этап — это развязка на пересечении проспекта Энгельса и Выборгского шоссе, а также тоннельные переходы в створе проспект Энгельса — Северный проспект и проспект Энгельса — проспект Тореза.
Уже сейчас перед дорожниками стоит новый масштабный вызов — начало скорейшей реализации проекта КАД-2, разрабатываемого ГК «Автодор». Новая магистраль пройдет от Петергофа через Гатчину, Отрадное, Всеволожск, Токсово, Агалатово до пересечения с трассой «Скандинавия» в районе поселка Огоньки и будет иметь выходы на платную дорогу М-11 и будущий Восточный скоростной диаметр.
Появление КАД-2 кардинально перераспределит транспортные потоки, уведя большую часть транзитного транспорта из города, существенно улучшив дорожную обстановку в Петербурге, станет драйвером развития прилегающих территорий, формирования новых индустриальных парков и логистических комплексов.
Как уже было сказано, мы многое сделали за прошлые пять лет, где-то даже добились рекордных показателей, превзойдя достижения своих учителей и наставников. Совместными усилиями дорожно-строительной отрасли и правительства Санкт-Петербурга удалось быстро адаптироваться под новые реалии, которые диктует время. Дорожная сфера перестроилась, и теперь важно не сбавлять взятые темпы. Мы смотрим в будущее с оптимизмом, ведь впереди специалистов отрасли ждут еще более масштабные и амбициозные проекты и объемы работ.
ОБЪЕКТЫ СТРОИТЕЛЬСТВА И РЕКОНСТРУКЦИИ ТРАНСПОРТНОЙ ИНФРАСТРУКТУРЫ САНКТ-ПЕТЕРБУРГА В 2024 ГОДУ
|
Район |
Объект |
Локация |
Длина |
Эффект |
Дата ввода |
|
Василеостровский |
Строительство пяти автодорог |
Намывные территории |
7000 м |
Транспортная доступность жилых комплексов на намывных территориях В. О. |
29.08 |
|
Колпинский |
Реконструкция Петрозаводского шоссе |
Новая двухуровневая развязка на пересечении Петрозаводского и Лагерного шоссе |
1500 м |
Беспрепятственный проезд через ж/д, увеличение пропускной способности шоссе |
31.08 |
|
Колпинский |
Реконструкция Колпинского шоссе |
Участок от кругового движения по Софийской ул. до пересечения улиц Фидерной и Танкистов |
1780 м |
Повышение транспортной доступности Колпинского и Пушкинского районов |
21.06 |
|
Колпинский |
Реконструкция Колпинского шоссе |
Участок от автодороги М-10 «Россия» до Софийской ул. |
1500 м |
21.06 |
|
|
Кронштадтский |
Реконструкция Цитадельского шоссе |
Участок от ул. Гидростроителей до ул. Литке с подключением к КЗС |
850 м |
Повышение транспортной доступности Кронштадта, комфортное и безопасное передвижение автомобилистов и пешеходов |
16.08 |
|
Кронштадтский |
Реконструкция Цитадельского шоссе |
Участок от Цитадельской дороги до ул. Адмирала Грейга |
850 м |
16.08 |
|
|
Московский |
Строительство Московско-Дунайской развязки |
Пересечение Московского шоссе и Дунайского проспекта |
1500 м |
Повышение пропускной способности УДС Московского района, выход на трассу М-10 «Россия» |
30.08 |
|
Невский |
Строительство Русановской ул. |
От Октябрьской наб. до заезда в ЖК «Приневский» |
1500 м |
Развитие УДС Невского района |
09.09 |
|
Петроградский |
Строительство подземного пешеходного перехода |
Пл. Академика Лихачева у Биржевого моста с Петроградской стороны |
130 м |
Безопасный пешеходный маршрут от Тучкова моста до Кронверкской набережной и Петропавловской крепости |
24.09 |
|
Приморский |
Строительство моста через Черную Речку |
Створ Сердобольской ул. |
39 м |
Транспортная доступность квартала на Ушаковской наб. |
28.05 |
|
Приморский |
Строительство подземного пешеходного перехода |
«Лахта Центр» |
240 м |
Беспрепятственное передвижение пешеходов через Приморское шоссе, связь с перспективными транспортно-пересадочными узлами и ж/д станцией |
До конца года |
|
Кронштадтский |
Реконструкция Кронштадтского шоссе |
от КЗС до Цитадельской дороги |
1,898 км |
Повышение транспортной доступности Кронштадта, комфортное и безопасное передвижение автомобилистов и пешеходов |
До конца года |
|
Кронштадтский |
Реконструкция Цитадельской дороги |
от Кронштадтского шоссе до Цитадельского шоссе |
943,61 м |
До конца года |
— Как развивается транспортная инфраструктура Кронштадта?
— Во исполнение поручения президента России В. В. Путина продолжаем развитие УДС и строительство набережной в Кронштадте. Одновременно ведутся работы на семи объектах общей протяженностью 11,5 км.
В августе была реконструирована и расширена до четырех полос проезжая часть Цитадельского шоссе от улицы Гидростроителей до улицы Литке с подключением к КЗС, также построен километровый участок от Цитадельской дороги до улицы Адмирала Грейга. По этим участкам уже пустили рабочее движение. В 2025-м завершится строительство последнего участка шоссе, соединяющего уже завершенные отрезки, обеспечив непрерывное движение по новой магистрали. Эта магистраль превратится в современную дорогу с четырехполосным движением, остановками для общественного транспорта, тротуарами и освещением. На протяжении всего шоссе будет создана велодорожка.
На Цитадельской дороге устраиваются верхние слои основания проезжей части и тротуаров.
На Кронштадтском шоссе — наиболее важном и протяженном объекте на острове Котлин — приступили к этапу активного благоустройства, в ближайшее время завершим работы на перекрестках улиц Литке, Адмирала Грейга и Цитадельской дороги. В конце сентября приступили к финальным слоям асфальтобетонного покрытия и посадкам кустов и деревьев.
Выполняются подготовительные работы к строительству объектов дорожной инфраструктуры на территории кварталов 7 и 8, общая протяженность объектов составит почти три километра.
Также разрабатывается проектная документация для строительства проектируемой улицы № 1 от Цитадельского шоссе до Цитадельской дороги протяженностью 650 м.
— «Безопасные качественные дороги» — важный национальный проект. Что уже сделано на настоящий момент? Какие объекты сейчас в работе?
— В 2024 году в городе планируется провести ремонт дорог более чем по 110 адресам. Уже завершили ремонт проезжей части на Будапештской улице, Свердловской и Петровской набережных, участках Приморского и Ленинского проспектов, на Лиговском проспекте, Гатчинском шоссе, а также на проспекте Медиков и Кадетском бульваре. Замену верхнего слоя асфальта и восстановление благоустройства проведут почти на 170 километрах дорожного полотна, из них 100 км будут отремонтированы в рамках национального проекта «Безопасные качественные дороги».
Всего за время участия Санкт-Петербурга в нацпроекте отремонтировано более 500 км дорог и реализовано три крупных объекта. Построены съезды у «Лахта Центра», Московско-Дунайская развязка, реконструировано Петрозаводское шоссе.
Пользуясь случаем, хочу поздравить коллег с наступающим Днем работников дорожного хозяйства и пожелать нам вместе сплоченной командой воплотить в жизнь все масштабные и значимые проекты.
В Санкт-Петербурге немало прекрасных архитекторов, достойно продолжающих дело старых мастеров, чьи шедевры украшают город, а вот системной градостроительной политики Северной столице не хватает. Впрочем, и в этом отношении ситуация постепенно изменяется к лучшему. Об этом «Строительному Еженедельнику» рассказал руководитель архитектурной мастерской «АМЦ-ПРОЕКТ» Сергей Цыцин.
— Сергей Викторович, нередко можно встретить мнение, что хотя градостроительных ошибок, имевших место в 1990-х и нулевых годах, сейчас практически нет, но и по-настоящему интересных, ярких проектов в Петербурге не появляется. Согласны ли вы с такой оценкой?
— Я такого мнения не разделяю. Действительно, Петербург — это феноменальный город, в котором за очень краткий по историческим меркам период сложилась уникальная архитектурная среда. Именно она притягивает сюда людей со всего мира. Именно она формирует дух города. И соответствовать ей в самом деле очень непросто. В то же время эта среда и воспитывает, формирует вкус, задает планку в творчестве. И, на мой взгляд, у нас достаточно очень сильных архитекторов, уровень творчества которых вполне достоин традиций Северной столицы. Кстати, надо добавить, что лишь очень немногие работы специалистов из других городов и стран, пытавшихся что-то делать для Петербурга, можно признать успешными.
В то же время есть проблема, из-за которой даже успешные проекты архитекторов часто не производят того положительного впечатления, на которое вполне могли бы рассчитывать. Проблема эта со временем становится все более явной и требующей решения. Заключается она в нехватке цельной, долгосрочной политики градостроительного развития нашего мегаполиса.
Дело в том, что Петербург — «умышленный город», исторически он всегда развивался по плану, существовала доминантная линия развития города и его агломерации. Само начало строительства осуществлялось на основании согласованного генплана Леблона. Позже генплан Еропкина, градостроительная деятельность архитектора Фельтена и других известных зодчих вносили изменения в планы развития, не меняя его основы. Эти принципы сохранялись и в дальнейшем. Архитекторы в целом следовали заданной концепции городского развития. При формировании новых регулярных кварталов всегда появлялась доминанта (обычно это был храм), вокруг которой происходила организация общественного пространства — площадь, улицы, скверы. Таким образом и складывалось гармоническое единство петербургской архитектурной среды, включавшей в себя множество стилистически разнообразных элементов.
В советское время в определенной мере эти подходы сохранялись — отчасти из-за того, что сохранялась старая архитектурная школа, отчасти из-за планового принципа хозяйствования, предполагавшего предварительную теоретическую проработку направлений развития. Во всяком случае, мы имеем немало примеров реализации не только отдельных проектов, но и целых ансамблей с правильно организованным пространством.
Слом накатанной системы в 1990-е годы негативно отразился на ситуации. Идеология застройки кардинально поменялась. Каждый девелопер фактически был предоставлен сам себе и отвечал только за свой проект. Соответственно, и архитекторы, которые осуществляли их разработку, не занимались средой в целом. Градостроительные институты пришли в упадок, а сама градостроительная политика утратила опережающий характер и комплексность решения. Отмечу, что негативную роль играет, как мне кажется, не сам факт коммерческого освоения площадей, а сложившаяся тогда система приоритетов, исключившая из сферы своего внимания проектирование и развитие общественно значимых пространств. При правильной градостроительной политике освоение вполне может успешно происходить в рамках коммерческих схем, но оно следует за принятыми на городском уровне базовыми градостроительными основами, полноценно учитывая необходимость гармоничного градостроительного развития. У нас же получилось наоборот: организация среды вторична по отношению к отдельным девелоперским проектам. В итоге стратегия развития города в целом прорабатывалась недостаточно внятно.
— Какие пути выхода из сложившейся ситуации вы видите?
— Нужно возвращаться к системной градостроительной политике. Надо отметить, что та проблема, о которой я говорил, не является новостью ни для архитектурного сообщества города, ни для органов власти, которые ведают этими вопросами, ни лично для главы КГА Владимира Григорьева. И в принципе в последние годы многое для исправления сложившегося положения делается.
Но надо понимать, что градостроение очень инертно, это крайне медленный процесс, и те или иные усилия в правильном направлении получают отражение в реальной жизни лишь спустя многие годы. И, подобно тому, как отрицательный результат приоритета интересов застройщиков в сфере градостроения, который сформировался в 1990-х годах, стал очевиден только в «десятых», так и предпринимаемые сегодня усилия для изменения ситуации станут хорошо заметны только через несколько десятилетий. Однако позитивно само то, что уже наметилось движение в нужном направлении.
— Вы говорили о роли градостроительных доминант в деле формирования городской среды. Что может ими стать, раз уж общество изменилось, и такого числа храмов, как ранее, ему не нужно?
— Действительно, сейчас их востребованность существенно ниже. Но очевидно, что дело не в функциональном назначении объектов. Доминантами могут быть административные, офисные, торговые объекты, общественные пространства. Важно, чтобы они выделялись на фоне рядовой застройки и позволяли вместе с транспортным каркасом формировать пространство вокруг себя. Но, соответственно, к ним и архитектурные требования должны предъявляться не просто по функционалу, но и по их роли в градостроительном процессе. На Западе есть такой термин icons architecture — «иконическая архитектура» — то есть индивидуальная, оригинальная, запоминающаяся архитектура, которая определяет облик квартала, района, города. Именно к ней должны относиться доминанты.
Кстати, храмы и сегодня способны быть доминантами. Но для этого необходимо их правильное размещение в городской среде. Ими можно акцентировать площади, зеленые насаждения, общественные пространства. А сейчас они порой строятся «по остаточному принципу». Остается при проектировании жилого комплекса клочок земли, на котором просто невозможно разместить какую-то пригодную к продаже недвижимость, — туда «втыкают» маленький храмик. Конечно, сейчас, когда преобладает высотное домостроение, смотрятся они у подножья высоток просто жалко. Даже при комплексном освоении территории, когда застраивается большая территория и под храм отводится приличный по площади участок, находится он обычно где-нибудь на отшибе и, конечно, градостроительной функции доминанты не носит.
— По вашим словам, к доминантам должны предъявляться особые требования. Недавно губернатор поручил КГА подготовить требования к облику в том числе и нежилых объектов. Вы считаете это шагом в нужном направлении?
— На мой взгляд, вопрос слишком сложен, чтобы урегулировать его какой-то разовой мерой. К решению этой задачи может вести несколько путей, возможно, наиболее эффективна какая-то комбинация из них.
Мне представляется целесообразным наиболее важные, крупные объекты поручать проектировать архитекторам, которые своими прежними работами доказали свой талант, ответственность, уровень качества, способность соответствовать петербургским традициям. Такие люди по определению не будут делать халтуру, им лучше не мешать, не стеснять их творчество формальными требованиями.
— Это то, что было раньше, когда император поручал, условно, Монферрану или Стасову построить собор и фактически давал им карт-бланш. Работала система: талант зодчего плюс развитый эстетический вкус государя, итого — шедевр. Как сейчас определить, кто, кому и на каких условиях дает свободу творчества? Сразу же найдутся недовольные…
— Да, конечно, этот путь трудно формализуется. Он основан на высокой культуре и развитости вкуса, на нравственности и заказчика, и исполнителя, и в значительной мере - общества в целом. Тем не менее уже до революции получили распространение архитектурные конкурсы, в рамках которых представлялось несколько авторских проектов, и специалисты отбирали наиболее интересный из них. Этот путь, хотя и в несколько других условиях, возможно реализовать и сегодня. Кстати, конкурсы-то проводятся, и выигрывают их обычно действительно очень интересные проекты. Но нередко возникает вопрос с реализацией. Достаточно вспомнить историю с новым Музеем блокады. Поэтому, конечно, помимо проведения конкурса, нужна еще и политическая воля для воплощения проекта.
Второе направление — создание системы архитектурных кодов, архетипов застройки. Они очень помогают гармонизировать среду — вплоть до цветовых решений. Но формирование систем требований — это очень сложное дело, где важно, как говорится, не перегнуть палку и не стать заложником формальных требований. У нас архитектурная деятельность и без того предельно зарегулирована. У меня есть нормативы в этой сфере, действующие в Финляндии. По сравнению с Петербургом норм меньше, наверное, в 150 раз. Очень многое отдается на волю проектировщика и заказчика. Разве в Финляндии плохая архитектура?
У нас же введены требования по массе параметров — от плотности проживания и высоты зданий до инсоляции и числа машино-мест. С одной стороны, вроде все правильно: не должны в исторической части города появляться небоскребы, не надо строить человейники, нужна комфортная среда и зеленые зоны. Но с другой — задается некий средний стандарт, шаблон, под который подгоняются все проекты. Архитектор предельно ограничен в творчестве — на все есть норматив. Что же удивляться, что в городе появляется много «среднестатистических» проектов и мало ярких, запоминающихся, о чем вы говорили в начале беседы. Оригинальность замысла сплошь и рядом требует выхода за прокрустово ложе действующих требований. Творчество плохо поддается нормированию. Да, конечно, существует комиссия по получению разрешения на отклонение от предельно допустимых параметров. Но это требует немало времени, да и результат неизвестен, а большая часть девелоперов не готова «терять время», поэтому обычно требует от архитекторов строго уложиться во все нормы.
Так что, на мой взгляд, для того что бы появлялось больше интересных проектов, необходимо искать некий баланс между нормативами и архитектурным творчеством.