Дмитрий Мареев: «СПбЛЗ: интерес к интеллектуальным подъемникам будет расти»
Лифтостроительная отрасль России стремится не отставать от мировых тенденций, используя передовые технологии, включая искусственный интеллект. О новациях, наиболее актуальных для нашего рынка, рассказал генеральный директор Санкт-Петербургского лифтового завода (ООО «СПбЛЗ») Дмитрий Мареев.
— Безопасность является приоритетом в лифтовой индустрии. Какие системы и механизмы нового поколения, обеспечивающие повышение ее уровня, уже применяются на производстве, и что планируется на ближайшее будущее?
— Сегодня активно внедряются несколько ключевых технологий, ориентированных на безопасность. Среди них выделяются современные системы управления, которые автоматически выявляют неисправности и осуществляют мониторинг в режиме реального времени. Также применяются механизмы экстренной остановки и предотвращения произвольного движения кабины вниз и вверх, улучшенные системы сигнализации и контроля для обслуживающего персонала, видеонаблюдение внутри кабин лифтов. Особое внимание уделяется узлам безопасности, которые должны быть безупречными: системы подвески кабин, ловители, лебедки главного привода и станция управления. В ближайшем будущем планируется интеграция с мобильными приложениями, что позволит быстро вызывать специализированные службы в случае остановки лифта или его нештатной работы.
— Лифтостроение вступает в новую эру с использованием искусственного интеллекта (ИИ). Какими умными опциями вы можете оснастить вашу продукцию?
— Внедряются интеллектуальные системы управления, позволяющие автоматизировать процессы диагностики. Важно развивать алгоритмы для управления умными лифтами на основе больших данных, чтобы улучшить эксплуатационные характеристики. Среди инноваций можно выделить и бесконтактное управление, в том числе при помощи смартфонов, интегрирование лифтов с роботами-консьержами, использование Face ID и др. Однако это требует дополнительных проработок и адаптаций.
Подъемники могут быть оснащены такими опциями, как система контроля и управления доступом; интерактивные панели в лифтовой кабине, которые показывают прогноз погоды, новости и другие информационные материалы.
Сегодня многие специалисты поддерживают идею интеллектуальных подъемников. Однако стоит отметить, что в настоящее время является крайне актуальной проблемой: отсутствие единой нормативной и понятийной базы затрудняет точное определение умных лифтов и умных опций. Кроме того, возникает вопрос: насколько такие функции уместны в том или ином объекте недвижимости и сколько нужно заплатить за их реализацию?
— Есть ли запрос на интеллектуальные опции у застройщиков, нет ли опасения у потребителей насчет их надежности и безопасности?
— Как показывает практика, спрос на такие лифты существует, как правило, в жилых комплексах комфорт- и премиум-классов. Однако есть проблема, связанная с наличием дополнительных электронных компонентов в конструкции лифта, которые не являются стандартными, что увеличивает сроки на проектирование и производство.
У потребителей действительно могут возникать опасения по поводу надежности и безопасности умных лифтов. Поэтому стараемся правильно информировать наших клиентов о технологиях и предоставлять гарантии на эти опции.
— Сегодня некоторые высокотехнологичные узлы по-прежнему поставляются из дружественных стран, что требует дальнейших усилий по локализации. Как идет импортозамещение в этой области?
— Действительно, в сегментах «комфорт» и «комфорт плюс» достаточно высокий процент иностранных запчастей. А такой импортный элемент, как частотный преобразователь, и некоторые электронные компоненты присутствуют во всех классах лифтового оборудования. Мы ищем пути стать независимыми от зарубежных комплектующих. Импортозамещение идет активными темпами. Это касается и отделочных материалов, некоторые из которых пока закупаются в других странах.
— Какие тренды наблюдаются в сфере функциональности и дизайна лифта?
— В первую очередь это использование устойчивых к износу материалов и персонализация дизайна лифта под нужды здания. Важным аспектом становится интеграция с общими концепциями умного города.
На нашем производстве используются композитные материалы, высококачественная нержавеющая сталь, напольное покрытие из керамогранита и металлопласт. Это позволяет обеспечить длительный срок службы и комфорт для пользователей.
В начале этого года архитектурное и реставраторское сообщества Санкт-Петербурга понесли тяжелую утрату — скончался Рафаэль Маратович Даянов. Но дело возрождения и сохранения исторического национального наследия, которому он посвятил свою жизнь, будет продолжаться, обещает новый директор ООО «Архитектурное бюро «Литейная часть-91» Елена Скрылева — архитектор-реставратор высшей категории, почетный архитектор России, почетный строитель России, почетный реставратор Петербурга.
— Елена Николаевна, как архитектурное бюро «Литейная часть-91» переживает уход Рафаэля Маратовича Даянова?
— Конечно, нам тяжело, весь коллектив очень любил Рафаэля Маратовича, который был лидером и своего рода идеологом компании, ставя во главу угла не столько денежные вопросы (хотя всем очевидно, что работа бюро должна быть рентабельной), сколько профессионализм работы и задачу сохранения исторического наследия.
Архитектурное бюро «Литейная часть-91» с самого момента своего основания в 1991 году занимало уникальное положение на рынке. Одной из его ключевых специализаций стало выполнение проектов реставрации и воссоздания утраченных шедевров российского зодчества. Их разработка выполняется на базе самого тщательного изучения историко-архивных материалов с максимально возможным сохранением старинных технологий.
Архитектурное бюро работало на таких объектах реставрации, как Мариинский дворец, Константиновский дворец в Стрельне, Китайский дворец и Ораниенбауме, Адмиралтейство, Мариинский театр, Никольский рынок, дворец Бобринских, особняк Гаусвальд, дача Клейнмихель и многих других памятниках федерального, регионального и местного значения. Архитектурным бюро разработаны проекты воссоздания церкви во имя Смоленской иконы Божией Матери, церкви Рождества Христова на Песках, колокольни Воскресенского Новодевичьего монастыря, строительства ряда новых храмов и часовен.
Должна сразу заверить, что архитектурное бюро «Литейная часть-91» сохранит верность принципам и идеям Рафаэля Даянова. Мы по-прежнему видим свою основную задачу в содействии реставрации и воссозданию объектов архитектурного наследия. Рафаэль Маратович неоднократно подчеркивал, что это краеугольный камень ленинградской/петербургской школы реставраторов. И эту традицию мы будем неизменно поддерживать и развивать в своей работе и впредь.
Тем более обидно было, когда в сети Интернет появились сообщения о том, что архитектурное бюро «Литейная часть-91» прекратило свое существование. Хуже того, мы столкнулись с проблемами при попытках добиться удаления этой недостоверной информации. В связи с этим должна однозначно сказать, что Архитектурное бюро «Литейная часть-91» продолжает существовать, продолжает работать, продолжает подключаться к новым инициативам в сфере сохранения и воссоздания национального исторического наследия.
— На каких объектах компания работает в настоящее время?
— Сейчас архитектурное бюро «Литейная часть-91» одновременно работает по нескольким проектам. Крупнейшими из них являются реставрация усадьбы Орловых-Денисовых в Коломягах на севере Петербурга и комплекс работ по восстановлению усадебных домов и сооружений парка «Монрепо» в Выборге с приспособлением под музейно-выставочные цели.
Особняк в Коломягах — объект наследия федерального значения. Он был построен в 1839–1841 годах в стиле классицизма по проекту архитектора Алексея Горностаева. Здание располагалось в парке с прудом. Рафаэль Маратович занимался им еще в «нулевых» годах, но тогда дальше разговоров дело не пошло. Однако несколько лет назад появился новый собственник, который взялся инвестировать серьезные деньги в реставрацию усадьбы с созданием там клубного ресторана.
Как очень часто бывает, архитектурное бюро «Литейная часть-91» пришло на объект, который был доведен до крайне плачевного, фактически полуруинированного состояния. Кровельно-стропильная система была сильно повреждена. Поэтому первым делом, в соответствии с заданием КГИОП, проводились противоаварийные работы по закрытию контура и предотвращению дальнейшей деградации конструкций. Был проведен огромный комплекс работ, начиная с архивных исследований в целях получения максимально точного понимания исторического облика и интерьеров особняка и заканчивая проработкой необходимых гидротехнических мер, необходимых для поддержания нормального состояния паркового пруда. Помимо фасадов и объемных форм, к предметам охраны относятся также три зала и входная зона. Они восстанавливаются по сохранившимся историческим данным. По другим помещениям сведений нет, и они будут оформлены в соответствии с пожеланиями инвестора.
Комплексная реставрация парка «Монрепо» и находящихся на его территории объектов стала возможна после принятия Международным банком реконструкции и развития Всемирного банка решения о выделении на эти цели почти 1 млрд рублей в рамках проекта «Сохранение и использование культурного наследия в России». С участием Минкультуры РФ и Правительства Ленобласти было заключено соглашение в целях восстановления объекта как единственного в стране скального парка (потом, правда, в Россию вернулся природный скальный парк в Алупке).
Это очень сложный объект во всех отношениях. Во-первых, практически все исторические сооружения на территории парка находились в аварийном состоянии и были закрыты для посещения. Соответственно, необходимо было подготовить и провести срочные «спасательные» работы. Опять — огромные архивные исследования. Затем состоялось тщательное изучение конструкций объекта, выявление сохранивших несущие свойства и обеспечение протезирования утраченных фрагментов. Выполнен аккуратный демонтаж уцелевших росписей с тем, чтобы вернуть их на место после воссоздания здания.
Во-вторых, объекты необходимо было приспособить для современного музейного использования. А там не было подключения ни к тепло-, ни к водоснабжению, ни к канализации. И если принять во внимание, что построены объекты фактически на гранитной скале, то несложно представить, сколько усилий пришлось приложить, чтобы обеспечить подсоединение к сетям. Кроме того, все работы велись в условиях продолжения работы парка. Сейчас уже реставрация входит в заключительную стадию и должна быть завершена по планам к концу этого года.
— Есть ли какие-то новые планы, интересные объекты?
— Разумеется, мы работаем над новыми перспективными идеями, ведем переговоры с потенциальными заказчиками. Но пока договоры не заключены, говорить о планах несколько преждевременно.
Однако об одном проекте расскажу, поскольку он, безусловно, был бы очень дорог Рафаэлю Маратовичу. К нам обратились инициаторы воссоздания на территории Митрофаньевского кладбища часовни на месте погребения благочестивого странника Александра Крайнева, скончавшегося в 1889 году. Она входила в число объектов Митрофаньевского храмового комплекса, снесенного по решению властей в 1929 году. Его возрождение было одной из заветных идей Рафаэля Маратовича. И, возможно, восстановление часовни станет первым шагом в этом направлении.
Воссоздание же самой Митрофаньевской церкви, проект которого уже давно разрабатывал Рафаэль Маратович, стало бы настоящим памятником его служению, лучшим способом почтить память о нем.