Виктория Гурьянова: «Демонтаж — первый шаг к обновлению»
Работы на площадке по реконструкции или модернизации объекта часто начинаются со сноса зданий и сооружений, выработавших свой ресурс. Следовательно, результат всего проекта во многом зависит от профессионализма и ответственности демонтажной компании. Об особенностях работы в сфере демонтажа беседуем с директором по внешним и внутренним коммуникациям ГК «СносСтройИнвест» Викторией Гурьяновой.
— В каких регионах работает компания, на рынок каких регионов планируете выйти в ближайшее время?
— В первые годы компания «СносСтройИнвест» работала, в основном, на Севере и Северо-Западе страны, в том числе в широтах Крайнего Севера. Со временем расширилась география нашего присутствия на рынке, и сегодня мы трудимся по всей России, даже в таких удаленных уголках, о существовании которых не каждый россиянин может даже предполагать. Для нас нет территориальных ограничений для проведения работ. В последние пару лет мы активно развиваем свое присутствие на Дальнем Востоке. С бурным развитием данного региона, обусловленным усилением взаимодействия с нашими восточными соседями, многие дальневосточные предприятия и организации начали вкладывать средства в реконструкцию и модернизацию основных фондов и инфраструктуры, а первым шагом в обновлении, зачастую, является демонтаж – освобождение от изжившего себя в пользу нового. На Дальнем Востоке у нашей компании много крупных проектов, сейчас в этом регионе мы одновременно реализуем шесть проектов и отчетливо видим дальнейшие перспективы.
— Среди ваших заказчиков много громких названий. Расскажите о крупных партнерах «СносСтройИнвеста» и реализуемых проектах.
— Действительно, в числе наших постоянных партнеров такие, как «Газпром», «ИнтерРАО», «Роснефть», «Росатом» и другие государственные корпорации. Мы также работаем со всеми застройщиками федерального масштаба. Среди множества реализуемых проектов, из недавних, могу, отметить сотрудничество с Российской телевизионной и радиовещательной сетью (РТРС), которая сейчас приводит в порядок огромное количество своих объектов, рассредоточенных по всей стране. Сегодня активно обновляются различные объекты инфраструктуры. Еще месяц назад мы демонтировали Артиллерийский путепровод в Санкт-Петербурге, на месте которого будет возведен новый в рамках реализации проекта строительства Широтной магистрали скоростного движения. Много работы на объектах портовой инфраструктуры. Среди наших партнеров— Морской рыбный порт Санкт-Петербурга, Находкинский морской торговый порт, крупное судоремонтное предприятие «Дальзавод» на Дальнем Востоке, Салехардский речной порт.
— Получается, что в последние годы и сейчас ситуация на рынке демонтажа благоприятная?
— Она не всегда была такая. Например, для многих демонтажных компаний весьма болезненным стал обвал рынка металлолома, произошедший в 2022 году. Это было связано с запретом на вывоз металлолома в страны Европейского Союза. Связанная с этим ситуация длилась около полугода, сейчас компании преодолели кризис: рынок развернулся на Восток, внутреннее потребление лома значительно выросло. Наша компания не ощутила на себе последствия этого обвала.
— В последние пару лет демонтаж существенно изменился с технологической точки зрения. Внедряются такие технические решения, как применение лазера, использование роботов, гидроразмыв бетона, алмазная резка и другие. Расскажите об инновационных решениях, внедренных реализованных Вашей компанией за последние два года.
— Применение того или иного метода демонтажа должно, в первую очередь, иметь как техническое, так и экономическое обоснование. Далеко не каждый, из перечисленных Вами методов, активно применяется на практике. Когда стоит задача снести большое строение речь может идти только о механизированном демонтаже, выполняемом поэлементно или же методом контролируемого обрушения.
— Парк техники Вашей компании составляет более 60 единиц. На какую технику и связанные с ней возможности Вы хотели бы обратить особое внимание читателя?
— По мере необходимости мы постоянно обновляем наши производственные мощности. Только в последние два года мы приобрели 50 новых единиц техники. В первую очередь, конечно, для демонтажа — экскаваторы со специализированным навесным оборудованием, дробильно-сортировочные комплексы для переработки отходов демонтажа. Это очень важно, поскольку сейчас государственная политика ориентирована на более активное использование вторичных ресурсов, с тем чтобы свести к минимуму захоронение строительного мусора. Мы довели уровень переработки отходов демонтажа до 96%.
— Расскажите о наиболее сложных, опасных или интересных объектах компании последних лет. Приведите примеры решения сложных задач, поставленных Вашей компании заказчиком.
- Мы ежегодно осуществляем десятки проектов. За более чем двадцатилетнюю историю объектов, которые можно было бы назвать сложными, опасными или просто интересными сотни. У нас в копилке ликвидация различных объектов ОПО, демонтаж высотных сооружений, от 100 метровых дымовых труб, до вышек связи высотой 255 метров, сотни, если уже не тысячи, километров железнодорожных путей и трубопроводов, целые заводы, такие как «Севкабель», «Петрохолод», резервуарные парки крупнейших нефтеперерабатывающих предприятий, кварталы ветхого расселенного жилого фонда, а так же работы по ликвидация последствий ЧС. Как мне кажется, нас уже невозможно чем-то удивить. Из последних проектов с нестандартной задачей, поставленной заказчиком, мне на ум приходит ликвидация объектов МГЭС Лукашевского на реке Ижора. Кроме большой подготовительной работы, связанной с переносом действующего магистрального газопровода, который проходил в зоне демонтажа, после проведения самих работ по демонтажу дамбы МГЭС, нам необходимо произвести заглубление русла реки, на которой находилась эта дамба, осуществить рекультивацию земель береговой линии и зарыбление реки. Таких работ раньше мы еще не осуществляли.
— Одной из самых актуальных задач последних лет стало импортозамещение. Расскажите, где и как Ваша компания переходит на средства производства, изготовленные в России и дружественных странах?
— Конечно, хотелось бы обновлять свой парк техникой от ведущих мировых производителей, которые годами специализируются на изготовлении именно демонтажных машин и механизмов — грохотов, дробильных установок, экскаваторов-разрушителей — имеют соответствующий опыт и гарантируют высокое качество своей продукции. Но это сейчас в своем большинстве санкционные товары, поэтому мы сотрудничаем с поставщиками из дружественных стран, в частности Китая. Недавно приобрели 11 экскаваторов Sany, закупили ломовозы с гидроманипуляторами на базе белорусских автомобилей МАЗ.
— Насколько серьезными оказались санкции для Вашей компании? Приходилось ли перестраивать технологию выполнения работ или организацию производства в связи с переходом на отечественное оборудование и материалы?
— Из-за санкций подорожала доступная ранее техника. Усложнилась логистика в связи с необходимостью доставлять множество товаров с Дальнего Востока в европейскую часть страны. Тем не менее, мы справляемся с возникшими проблемами. О каком-то критическом влиянии санкций на работу компании сейчас говорить не приходится.
— В последние годы одной из самых серьезных проблем в строительном комплексе, включая демонтажные компании, стала кадровая. Насколько остро «СносСтройИнвест» ощущает нехватку персонала?
— Мы испытываем дефицит квалифицированных кадров всегда, но в последнее время этот вопрос стал особенно острым. К сожалению, если мы говорим о технических специалистах, ни одно учебное заведение не готовит демонтажников.
— Наша образовательная система находится в плену стереотипа под названием «ломать — не строить»? Считается, что разрушению можно научиться без специальной подготовки?
— На самом деле далеко не каждый знает, что всё как раз наоборот. В большинстве случаев демонтируемый объект не находится в чистом поле. Плотная городская застройка, характерная для крупных городов, различные действующие коммуникации, коммунальная инфраструктура, действующие железнодорожные пути, автодороги и пешеходные зоны – это далеко не полный перечень обременений, с которым мы постоянно сталкиваемся при производстве работ. Нередко заказчик ставит задачу частичного демонтажа здания и сооружения, при котором нужно очень аккуратно удалять ненужные конструкции здания и сооружения, оставляя в целости и сохранности всё остальное. В этих случаях работа демонтажной компании на площадке состоит из серий высокоточных технологических операций. С учетом специфики демонтажных работ предъявляются особые требования к безопасности. Для того чтобы сформировать специалиста в нашей сфере деятельности, требуется очень серьезная профессиональная подготовка.
— И как «СносСтройИнвест» выходит из положения в условиях перманентного дефицита кадров на рынке труда?
— Мы принимаем специалистов, как и другие строительные компании. По тем же критериям, плюс один дополнительный — желание работать в сфере демонтажа и освоить необходимые для этого новые знания, умения и навыки. Всех наших сотрудников мы обучаем сразу после трудоустройства с целью адаптации к специфике демонтажной работы, затем регулярно повышаем их квалификацию. Для этого у нас разработаны соответствующие учебные программы и внедрены стандарты работы, нормативы и технические условия, которые прошли процедуру проверки и регистрации в органах государственной сертификации и стандартизации.
— Вы надеетесь только на собственные образовательные ресурсы для подготовки кадров по демонтажу?
—Хотелось бы, чтобы рабочих и инженеров по демонтажу готовили профессиональные училища и вузы. И сразу отмечу, что это желание постепенно воплощается в жизнь. Пока только в масштабе отдельных лекций по демонтажу и обращению с отходами, которые читают в некоторых университетах в рамках подготовки инженеров-строителей. Кроме того, мы активно работаем с различными учебными заведениями, как высшей школы, так и среднего профессионального образования. Мы активно поддерживаем Всероссийское чемпионатное движение по профессиональному мастерству, выступая экспертами и предоставляя возможность молодым специалистам проходить практику в нашей компании, и это касается не только технических специальностей.
— Специалиста надо не только найти, адаптировать, но и удержать в компании. Расскажите о социальной политике ГК «СносСтройИнвест».
— Мы предоставляем все льготы, полагающиеся при работе, связанной с вредными условиями труда, а именно к таким относится демонтаж зданий и сооружений. Кроме того, компания организовывает дополнительные профилактические медицинские осмотры, оказывает поддержку молодым семьям сотрудников и никогда не оставляет без помощи работника, попавшего в сложную жизненную ситуацию.
Юлий Борисов, известный архитектор и основатель группы компаний UNK, признается, что не любит использовать слово «компромисс», так как оно предполагает, что кто-то из участников процесса остается неудовлетворенным. По мнению мастера, залог удачного проекта в другом — в слаженной и гармоничной работе команды совместно с заказчиком. Как этого удается добиться и какие творческие плоды рождаются в результате, Юлий Борисов рассказал в интервью «Строительному Еженедельнику».
— Юлий, в вашем портфолио огромное количество работ, совершенно разных по своему содержанию: и знаковые для столицы объекты, и реновация, и комплексное развитие территорий. Какой из реализованных проектов считаете своей визитной карточкой?
— На данный момент у нас несколько флагманских реализованных и строящихся проектов в различных сегментах. Но отдельно я хотел бы выделить бизнес-центры «Земельный» и «Академик». Почему они знаковые? Потому что, с одной стороны, достаточно сложные, уникальные для России и мира. БЦ «Земельный» — это первое здание с зелеными фасадами в наших широтах, а БЦ «Академик» сочетает в себе яркую архитектуру и качества высокоэффективного объекта. И это не является простым авторским жестом: они действительно успешны на рынке и качественно спроектированы в соответствии с высокими показателями эффективности.
Во-вторых, у них есть образы и смысловая нагрузка: «Академик» и «Земельный» своего рода landmak`и, визитные карточки района. БЦ «Академик» рассказывает об истории российской науки, а «Земельный» является экологическим флагманом, утверждая, что в наших погодных условиях тоже можно строить экологически дружелюбные здания, которые окупаются. Кроме того, он стал точкой роста для девелопмента, неким триггером развития окружающей территории. В то же время оба объекта приносят пользу нашим заказчикам, украшают Москву и нравятся горожанам, мы видим большой поток положительных отзывов. Нам удалось не в компромиссе (я это слово не очень люблю, ведь компромисс предполагает, что все недовольны), а в гармонии, реализовать интересы заказчика и бизнеса, сделать приятное горожанам и оставить определенное слово в архитектуре.
— Расскажите, как создаются подобные знаковые объекты?
— Такие проекты создаются в плотной работе с заказчиком. Важно, чтобы в процесс вовлекались все заинтересованные стороны, в том числе и первые лица, и у каждого было четкое желание сделать качественный проект в этом месте. Соответственно, идет серьезная работа в групповом соавторстве с командой заказчика: инженерами, конструкторами, технологами, ландшафтными архитекторами, специалистами в части освещения и так далее. Во-вторых, конечно, надо отходить от стандартных шаблонов проектирования, ведь если двигаться по привычным паттернам, то получатся стандартные результаты, по-другому невозможно. Поэтому приходится изобретать новые решения, инновации, которые позволяют реализовать задуманное.
— При этом ваше проектное бюро принимает активное участие в реализации программы реновации. Какой вы видите Москву будущего?
— У Москвы уже есть свой стиль, свое лицо, то, что ее отличает от всех остальных городов. Она интегрирует в себе различные направления и подходы, все перемалывает, при этом находясь в гармонии. Она должна оставаться разнообразной, чтобы все люди могли найти в ней какие-то кусочки, которые им подходят. В этом, я считаю, основное преимущество нашей столицы: она дает возможность жить и в высотном центре, и в исторической среде, и на зеленой территории, и в милых переулочках, и в сталинской застройке — у всех разные пожелания, и Москва дает возможность их реализовать.
Реновация же позволяет создать один из паттернов — это функциональное, экономичное жилье. В Москве есть такой запрос, и реновация закрывает эту потребность города.
— В итоге какими должны стать застроенные территории?
— У Москвы есть достаточно глубоко проработанный дизайн-код, который был создан при непосредственном участии специалистов Москомархитектуры. Это прекрасный документ с четко прописанными принципами, важное место среди которых занимает человекоцентричность. То есть, с одной стороны, все должно быть удобно для человека, с другой — продуманно и эффективно. И в этой области Москва — передовик. Я знаю, что многие регионы и города сейчас в разной степени заимствуют этот опыт.
В рамках дизайн-кода и развиваются территории, становятся сбалансированными по социальной и дорожной инфраструктуре, поэтому можно не бояться каких-то сюрпризов. Это планомерный процесс, который должен постоянно происходить в городе как в живом организме, когда старые клетки отмирают, а на смену им появляются новые. В этом и есть залог нахождения города в постоянном тонусе.
— И все же насколько легко работать с проектами, которые имеют столь сильную общественную реакцию?
— Мы работаем не только в России, а также в Европе и Азии, поэтому могу сказать, что в Москве выстроен наиболее простой и понятный процесс работы с населением. Он может не всегда проходить идеально, но он точно намного лучше, чем то, что я наблюдал в других частях света.
— В последнее время вы сосредоточили свое внимание на комплексном освоении территорий. Как случился этот переход?
— Серьезно вопрос комплексного развития территории начали обсуждать около десяти лет назад. В начале 90-х люди обустраивали свои квартиры, подъезды и дворы, позже стали появляться жилые комплексы, а сейчас масштаб вырос, и мы говорим уже о развитии больших территорий. Нашим первым опытом в такой работе стал проект в Сколково, и он показал свою эффективность. Сейчас мы работаем над ЖК «Остров», который строится на площади 40 га, и ЖК «Событие» в Раменках. В них предусмотрены все функции, необходимые для жизни, при этом в обоих проектах есть определенная изюминка. Например, в Раменках акцент сделан на природной составляющей места, так как неподалеку протекает небольшая река. Для «Острова» решающим также стало его уникальное месторасположение: с одной стороны, город совсем рядом и есть метро, с другой — недалеко река и заповедник Москворецкого природного парка. Таких территорий в Москве крайне мало, поэтому мы постарались сделать так, чтобы проект полностью раскрывал потенциал и выделял особенности места, которые станут центром притяжения для определенной категории жителей. Пространство «Острова» сочетает в себе все необходимые функции, и мне кажется, это настоящий уникальный город будущего.
— Каким вы видите идеальный вариант комплексной застройки? Какие ценности закладываете в основу своих проектов комплексного освоения территорий?
— Действительно, нам важно заложить в проект определенные ценности. В первую очередь мы примеряем все на себя: хотели бы мы жить в этом месте? А чтобы наши близкие жили здесь? Мы ориентируемся на общечеловеческие ценности, простые и понятные: удобно или неудобно, близко или далеко, что еще необходимо для комфортной жизни. Простой, понятный подход позволяет достаточно легко отсеивать варианты решений любого масштаба, будь то градостроительные решения или дизайн дверной ручки. В техническом задании бывают достаточно сущностные показатели, которые прекрасно описывают экономику проекта и функциональные требования, но реализовать их можно совершенно по-разному. Поэтому мы работаем с большим количеством вариаций и понятным подходом к выбору лучшего.
— Не могу не спросить о Дальнем Востоке. К развитию этих территорий сегодня привлекаются лучшие специалисты, и вы в их числе. Расскажите, какую концепцию обновления предлагаете Южно-Сахалинску и каким он должен стать по завершении работ?
— Южно-Сахалинск — это прекрасная территория, которая прежде всего богата своими людьми, имеет уникальную природу, очень интересное расположение и достаточно много оптимистичных экономических факторов. Отмечу, что администрация города проделала гигантскую работа для того, чтобы привлечь к процессу ведущих специалистов в области градостроительства, анализа потребностей населения и многого другого. В целом у города есть несколько направлений развития: туризм, добыча ископаемых, образование и гастрономия. Соответственно, архитектура там может стать хорошей упаковкой для этих процессов. И, конечно, у Южно-Сахалинска должно быть собственное лицо, тем более что у города есть свое интересное историческое наследие — и советское и японское. Я считаю, что это должна быть среднеэтажная застройка, которая отлично впишется в местный ландшафт и будет соответствовать действующим там особым сейсмическим условиям.
— Все-таки это будет город для тех, кто приезжает в командировку, или для тех, кто собирается переехать и постоянно жить на этой территории? Может ли обновленный город привлечь новых жителей?
— Южно-Сахалинск, я думаю, будет не для командировочных. Конечно, это действительно приятный город, там есть ради чего оставаться, тем более что все рекомендации выданы, и сейчас важно начать их воплощать. Но только лишь архитектура не может привлечь в город активное молодое население, ему важно найти там возможности для реализации своего потенциала, своих желаний.
