Виктория Гурьянова: «Демонтаж — первый шаг к обновлению»
Работы на площадке по реконструкции или модернизации объекта часто начинаются со сноса зданий и сооружений, выработавших свой ресурс. Следовательно, результат всего проекта во многом зависит от профессионализма и ответственности демонтажной компании. Об особенностях работы в сфере демонтажа беседуем с директором по внешним и внутренним коммуникациям ГК «СносСтройИнвест» Викторией Гурьяновой.
— В каких регионах работает компания, на рынок каких регионов планируете выйти в ближайшее время?
— В первые годы компания «СносСтройИнвест» работала, в основном, на Севере и Северо-Западе страны, в том числе в широтах Крайнего Севера. Со временем расширилась география нашего присутствия на рынке, и сегодня мы трудимся по всей России, даже в таких удаленных уголках, о существовании которых не каждый россиянин может даже предполагать. Для нас нет территориальных ограничений для проведения работ. В последние пару лет мы активно развиваем свое присутствие на Дальнем Востоке. С бурным развитием данного региона, обусловленным усилением взаимодействия с нашими восточными соседями, многие дальневосточные предприятия и организации начали вкладывать средства в реконструкцию и модернизацию основных фондов и инфраструктуры, а первым шагом в обновлении, зачастую, является демонтаж – освобождение от изжившего себя в пользу нового. На Дальнем Востоке у нашей компании много крупных проектов, сейчас в этом регионе мы одновременно реализуем шесть проектов и отчетливо видим дальнейшие перспективы.
— Среди ваших заказчиков много громких названий. Расскажите о крупных партнерах «СносСтройИнвеста» и реализуемых проектах.
— Действительно, в числе наших постоянных партнеров такие, как «Газпром», «ИнтерРАО», «Роснефть», «Росатом» и другие государственные корпорации. Мы также работаем со всеми застройщиками федерального масштаба. Среди множества реализуемых проектов, из недавних, могу, отметить сотрудничество с Российской телевизионной и радиовещательной сетью (РТРС), которая сейчас приводит в порядок огромное количество своих объектов, рассредоточенных по всей стране. Сегодня активно обновляются различные объекты инфраструктуры. Еще месяц назад мы демонтировали Артиллерийский путепровод в Санкт-Петербурге, на месте которого будет возведен новый в рамках реализации проекта строительства Широтной магистрали скоростного движения. Много работы на объектах портовой инфраструктуры. Среди наших партнеров— Морской рыбный порт Санкт-Петербурга, Находкинский морской торговый порт, крупное судоремонтное предприятие «Дальзавод» на Дальнем Востоке, Салехардский речной порт.
— Получается, что в последние годы и сейчас ситуация на рынке демонтажа благоприятная?
— Она не всегда была такая. Например, для многих демонтажных компаний весьма болезненным стал обвал рынка металлолома, произошедший в 2022 году. Это было связано с запретом на вывоз металлолома в страны Европейского Союза. Связанная с этим ситуация длилась около полугода, сейчас компании преодолели кризис: рынок развернулся на Восток, внутреннее потребление лома значительно выросло. Наша компания не ощутила на себе последствия этого обвала.
— В последние пару лет демонтаж существенно изменился с технологической точки зрения. Внедряются такие технические решения, как применение лазера, использование роботов, гидроразмыв бетона, алмазная резка и другие. Расскажите об инновационных решениях, внедренных реализованных Вашей компанией за последние два года.
— Применение того или иного метода демонтажа должно, в первую очередь, иметь как техническое, так и экономическое обоснование. Далеко не каждый, из перечисленных Вами методов, активно применяется на практике. Когда стоит задача снести большое строение речь может идти только о механизированном демонтаже, выполняемом поэлементно или же методом контролируемого обрушения.
— Парк техники Вашей компании составляет более 60 единиц. На какую технику и связанные с ней возможности Вы хотели бы обратить особое внимание читателя?
— По мере необходимости мы постоянно обновляем наши производственные мощности. Только в последние два года мы приобрели 50 новых единиц техники. В первую очередь, конечно, для демонтажа — экскаваторы со специализированным навесным оборудованием, дробильно-сортировочные комплексы для переработки отходов демонтажа. Это очень важно, поскольку сейчас государственная политика ориентирована на более активное использование вторичных ресурсов, с тем чтобы свести к минимуму захоронение строительного мусора. Мы довели уровень переработки отходов демонтажа до 96%.
— Расскажите о наиболее сложных, опасных или интересных объектах компании последних лет. Приведите примеры решения сложных задач, поставленных Вашей компании заказчиком.
- Мы ежегодно осуществляем десятки проектов. За более чем двадцатилетнюю историю объектов, которые можно было бы назвать сложными, опасными или просто интересными сотни. У нас в копилке ликвидация различных объектов ОПО, демонтаж высотных сооружений, от 100 метровых дымовых труб, до вышек связи высотой 255 метров, сотни, если уже не тысячи, километров железнодорожных путей и трубопроводов, целые заводы, такие как «Севкабель», «Петрохолод», резервуарные парки крупнейших нефтеперерабатывающих предприятий, кварталы ветхого расселенного жилого фонда, а так же работы по ликвидация последствий ЧС. Как мне кажется, нас уже невозможно чем-то удивить. Из последних проектов с нестандартной задачей, поставленной заказчиком, мне на ум приходит ликвидация объектов МГЭС Лукашевского на реке Ижора. Кроме большой подготовительной работы, связанной с переносом действующего магистрального газопровода, который проходил в зоне демонтажа, после проведения самих работ по демонтажу дамбы МГЭС, нам необходимо произвести заглубление русла реки, на которой находилась эта дамба, осуществить рекультивацию земель береговой линии и зарыбление реки. Таких работ раньше мы еще не осуществляли.
— Одной из самых актуальных задач последних лет стало импортозамещение. Расскажите, где и как Ваша компания переходит на средства производства, изготовленные в России и дружественных странах?
— Конечно, хотелось бы обновлять свой парк техникой от ведущих мировых производителей, которые годами специализируются на изготовлении именно демонтажных машин и механизмов — грохотов, дробильных установок, экскаваторов-разрушителей — имеют соответствующий опыт и гарантируют высокое качество своей продукции. Но это сейчас в своем большинстве санкционные товары, поэтому мы сотрудничаем с поставщиками из дружественных стран, в частности Китая. Недавно приобрели 11 экскаваторов Sany, закупили ломовозы с гидроманипуляторами на базе белорусских автомобилей МАЗ.
— Насколько серьезными оказались санкции для Вашей компании? Приходилось ли перестраивать технологию выполнения работ или организацию производства в связи с переходом на отечественное оборудование и материалы?
— Из-за санкций подорожала доступная ранее техника. Усложнилась логистика в связи с необходимостью доставлять множество товаров с Дальнего Востока в европейскую часть страны. Тем не менее, мы справляемся с возникшими проблемами. О каком-то критическом влиянии санкций на работу компании сейчас говорить не приходится.
— В последние годы одной из самых серьезных проблем в строительном комплексе, включая демонтажные компании, стала кадровая. Насколько остро «СносСтройИнвест» ощущает нехватку персонала?
— Мы испытываем дефицит квалифицированных кадров всегда, но в последнее время этот вопрос стал особенно острым. К сожалению, если мы говорим о технических специалистах, ни одно учебное заведение не готовит демонтажников.
— Наша образовательная система находится в плену стереотипа под названием «ломать — не строить»? Считается, что разрушению можно научиться без специальной подготовки?
— На самом деле далеко не каждый знает, что всё как раз наоборот. В большинстве случаев демонтируемый объект не находится в чистом поле. Плотная городская застройка, характерная для крупных городов, различные действующие коммуникации, коммунальная инфраструктура, действующие железнодорожные пути, автодороги и пешеходные зоны – это далеко не полный перечень обременений, с которым мы постоянно сталкиваемся при производстве работ. Нередко заказчик ставит задачу частичного демонтажа здания и сооружения, при котором нужно очень аккуратно удалять ненужные конструкции здания и сооружения, оставляя в целости и сохранности всё остальное. В этих случаях работа демонтажной компании на площадке состоит из серий высокоточных технологических операций. С учетом специфики демонтажных работ предъявляются особые требования к безопасности. Для того чтобы сформировать специалиста в нашей сфере деятельности, требуется очень серьезная профессиональная подготовка.
— И как «СносСтройИнвест» выходит из положения в условиях перманентного дефицита кадров на рынке труда?
— Мы принимаем специалистов, как и другие строительные компании. По тем же критериям, плюс один дополнительный — желание работать в сфере демонтажа и освоить необходимые для этого новые знания, умения и навыки. Всех наших сотрудников мы обучаем сразу после трудоустройства с целью адаптации к специфике демонтажной работы, затем регулярно повышаем их квалификацию. Для этого у нас разработаны соответствующие учебные программы и внедрены стандарты работы, нормативы и технические условия, которые прошли процедуру проверки и регистрации в органах государственной сертификации и стандартизации.
— Вы надеетесь только на собственные образовательные ресурсы для подготовки кадров по демонтажу?
—Хотелось бы, чтобы рабочих и инженеров по демонтажу готовили профессиональные училища и вузы. И сразу отмечу, что это желание постепенно воплощается в жизнь. Пока только в масштабе отдельных лекций по демонтажу и обращению с отходами, которые читают в некоторых университетах в рамках подготовки инженеров-строителей. Кроме того, мы активно работаем с различными учебными заведениями, как высшей школы, так и среднего профессионального образования. Мы активно поддерживаем Всероссийское чемпионатное движение по профессиональному мастерству, выступая экспертами и предоставляя возможность молодым специалистам проходить практику в нашей компании, и это касается не только технических специальностей.
— Специалиста надо не только найти, адаптировать, но и удержать в компании. Расскажите о социальной политике ГК «СносСтройИнвест».
— Мы предоставляем все льготы, полагающиеся при работе, связанной с вредными условиями труда, а именно к таким относится демонтаж зданий и сооружений. Кроме того, компания организовывает дополнительные профилактические медицинские осмотры, оказывает поддержку молодым семьям сотрудников и никогда не оставляет без помощи работника, попавшего в сложную жизненную ситуацию.
С 1 января 2022 года вступит в силу Постановление Правительства РФ № 331, обязывающее выполнять проекты в рамках госзаказа с использованием технологии информационного моделирования. О том, как это повлияет на строительную отрасль, рассказывает Максим Нечипоренко, заместитель генерального директора Renga Software.
— Как вы оцениваете готовность отрасли к переходу на технологию BIM в сфере госзаказа?
— В данный момент продолжается бурное обсуждение основных понятий, терминологии. Кто-то возмущается: мы занимались BIM (Building Informational Modeling), а в Постановлении № 331 «Об установлении случая, при котором застройщиком, техническим заказчиком, лицом, обеспечивающим или осуществляющим подготовку обоснования инвестиций, и (или) лицом, ответственным за эксплуатацию объекта капитального строительства, обеспечиваются формирование и ведение информационной модели объекта капитального строительства» говорится о ТИМ — технологии информационного моделирования. Возникает недопонимание. В профессиональном сообществе проектировщиков, которые еще до выхода постановления стали осваивать BIM что называется «для себя», сформировалось определенное видение, но, поскольку теперь задача вышла на уровень заказчика, причем заказчика со стороны государства, разрыв в подходах, трактовках может быть достаточно большим.
По сути, Постановление № 331 стало катализатором развития нормативной базы, многое в которой не менялось с 1986 года и давно устарело, отстало от реальной практики. Вступление в силу этого постановления потребует еще изменений нормативной базы на федеральном и региональном уровнях. Например, в действующих Постановлениях № 87 «О составе разделов проектной документации и требованиях к их содержанию» и № 145 «О порядке организации и проведения государственной экспертизы проектной документации и результатов инженерных изысканий» речь идет о чертежной документации. Все пилотные проекты, прошедшие госэкспертизу по информационной модели, сегодня могут рассматриваться только как эксперименты, их опыт пока не закреплен в нормативной базе, хотя работа в этом направлении, безусловно, ведется.
Наша компания участвовала в пилотном проекте ФАУ «ФЦС» по прохождению экспертизы в формате цифровой информационной модели проекта общеобразовательной школы на 1000 мест в Екатеринбурге.
В Санкт-Петербурге некоторые девелоперы тоже проходили госэкспертизу по информационной модели. В Москве очень много проектов проходило экспертизу с применением моделей. Можно сказать, что столичные госэкспертизы являются наиболее продвинутыми в части навыков работы с BIM, их эксперты умеют принимать проекты с использованием цифровых информационных моделей, но этого недостаточно. Нет регламентов, определяющих прохождение моделей по всей цепочке строительного процесса: от проектирования и согласований до выхода непосредственно на строительную площадку. К переходу на BIM в сфере госзаказа надо продолжать интенсивно готовиться, и желательно уже сейчас.
— Какие программные продукты в области BIM существуют сегодня на рынке? В чем их отличия и преимущества?
— Продуктов много. Как и строительство — огромный мир с разными этапами: проектирования, согласований, утверждения смет, планирования, организации и управления стройкой, — так и рынок программного обеспечения обширен и разнообразен. Для каждого эпизода жизненного цикла объекта капитального строительства характерен специфический набор задач, отсюда и разнообразие программного обеспечения.
При выборе систем автоматизированного проектирования (САПР), поддерживающих технологию BIM, необходимо учитывать, дает ли система возможность проектирования всего комплекса разделов и инструментов: архитектурной и конструкторской части, разделов вентиляции, канализации, водоснабжения, электрики и т. д. Из подобных зарубежных продуктов чаще всего упоминается Revit, который, в отличие от того же ArchiCAD, предлагает комплексный набор разделов.
Особенность зарубежного программного обеспечения в том, что для его установки требуется оборудование определенного класса производительности, с большим объемом оперативной памяти, мощными видеокартами. Далеко не каждая компания, привыкшая чертить на стареньком AutoCAD, может позволить себе быстро обновить парк техники. И это достаточно серьезный сдерживающий фактор. Для подрядчиков, у которых проекты в рамках госзаказа составляют основной источник дохода, переход на обязательное использование BIM станет стрессовой ситуацией. Чтобы остаться на рынке, им придется в срочном порядке обновлять свою техническую инфраструктуру, переучивать специалистов — это весьма длительный процесс, требующий больших финансовых затрат. А ведь работе на зарубежном программном продукте не научишь за несколько дней.
Российская BIM-система Renga — сравнительно молодая (на рынке с 2015 года), но динамично развивающаяся. По совокупности факторов наш продукт уникален. Во-первых, освоить базовые инструменты системы можно за 24 часа. Во-вторых, мы делаем наш продукт таким, чтобы у пользователя было как можно больше времени для освоения технологии информационного моделирования на имеющемся оборудовании. В-третьих, мы стремимся максимально оперативно доносить новый функционал до пользователей и выпускаем обновления раз в полтора месяца, а не раз в полтора года, как это делают другие производители. В-четвертых, сотрудничество с нашей компанией как отечественным разработчиком не противоречит требованиям Постановления № 1236 об импортозамещении, что крайне важно для структур и организаций, работающих в сфере госзаказа.
Еще одно немаловажное преимущество BIM-системы Renga связано с тем, что наша компания является совместным предприятием с фирмой «1С». Соответственно, наш продукт разрабатывался и развивался так, чтобы специальные отраслевые решения для управления строительством на платформе «1С» были с нами интегрированы и могли легко извлекать данные из нашей модели.
— Вы упомянули, что при переходе на обязательное применение BIM в проектах госзаказа организациям придется в срочном порядке переучивать специалистов. А где сегодня можно научиться работать по технологии информационного моделирования?
— Этот вопрос связан не с тем, чему учить, а скорее с тем, кого и как учить. Проектировщику нужно уметь пользоваться определенными инструментами, но зачем чиновника в структуре госзаказа обучать работе с инструментами проектировщика? Специалиста государственной организации интересуют другие аспекты BIM: планирование, управление строительством и т. д. Важно организовать процесс обучения так, чтобы оно охватывало весь комплекс разделов BIM-технологии и обращало внимание на то, что в информационном моделировании важно правильно организовать процесс и распределить функции между всеми участниками. Учить информационному моделированию нужно и проектировщиков, и строителей, и чиновников, и госслужащих.
Университет Минстроя в данный момент проводит обучение специалистов служб государственного заказчика. Обучение проходят примерно 400 человек, но это очень мало, учитывая, сколько чиновников во всех регионах страны в следующем году столкнутся с проблемой перехода сферы госзаказа на технологию информационного моделирования. На региональном уровне тоже организуются обучения, например, в Казани на базе учебного центра при госэкспертизе (нас туда пригласили поучаствовать). Но общее количество обучающихся мне неизвестно.
Наша компания, в свою очередь, вносит вклад в образовательный, просветительский процесс и на регулярной основе проводит бесплатное обучение работе в BIM-системе Renga архитекторов, конструкторов, инженеров по внутренним сетям, а также преподавателей архитектурно-строительных дисциплин. Мы призываем специалистов строительной отрасли не ждать вступления в силу новых нормативных требований, а понять, что осваивать BIM нужно было еще вчера, и приступить к освоению.