Сергей Лутченко: «Мастер-план должен быть комплексным документом»
Облик Ленинградской области меняется. В том числе благодаря современным подходам в архитектуре и градостроительстве. О том, как это происходит, о дизайн-кодах населенных пунктов, о возникающем Союзе архитекторов региона со «Строительным Еженедельником» поделился Сергей Лутченко — главный архитектор Ленинградской области.
— Можно ли дать общее определение архитектурному облику Ленинградской области, найти ее характерные черты?
— Надо разделить характер застройки: есть существующая застройка и будущая. Облик территории зависит от градостроительной ситуации и правильно расставленных акцентов.
Если подразумевается существующая застройка, индивидуальный градостроительный облик больше характерен для исторических поселений и городов, застроенных до начала XXI века. В муниципальных образованиях в границах Петербургской агломерации новая застройка формируется по типу селитебных территорий, без акцента на самодостаточность и уникальность. Есть отдельные хорошие примеры современной мало- и среднеэтажной застройки — в Сертолове, Новоселье, Янине и т. д., но, к сожалению, их мало. Эти территории характеризуются первоначально разработанной и утвержденной концепцией комплексной застройки и пошаговой работой администрации поселений с застройщиками, поэтапной реализацией застройки жилыми домами и объектами инфраструктуры, обслуживающими эту застройку.
На территориальном уровне градостроительные решения развития территории в различных масштабах регулируются через градостроительный совет.
Если говорить о регулировании архитектурно-градостроительного облика населенных пунктов, в настоящее время застройка в Ленинградской области регламентируется через требования к архитектурно-градостроительному облику, устанавливаемому в правилах землепользования и застройки, и дизайн-коду в правилах благоустройства конкретного муниципального образования.
— В Ленобласти утверждаются дизайн-коды городов. Все ли города их уже получили?
— На конец 2023 года были внесены предложения по дизайн-кодам в правила благоустройства для 32 городов, проекты разрабатывала АНО «Центр компетенций Ленинградской области» по развитию городской среды и «умному городу».
До недавнего времени в области были 33 города, в прошлом году деревня Колтуши приобрела статус города, количество городов увеличилось до 34. Получается, что для Колтушей дизайн-код не установлен, как и для столицы региона — муниципального образования «Город Гатчина». Администрация Гатчинского района решила самостоятельно разработать свой дизайн-код, сейчас рассматриваются проектные предложения, впоследствии дизайн-код должен утвердить в правилах благоустройства совет депутатов муниципального района.
Перед утверждением дизайн-коды городов рассматривались архитектурным советом региона, материалы согласовывались в муниципальных образованиях, работа велась на протяжении полутора лет.
Сейчас разработка дизайн-кодов проходит в поселках городского типа и сельских поселениях Ленинградской области. В муниципальных образованиях есть шаблон, по которому можно доработать свой дизайн-код и утвердить через представительный орган в муниципальном образовании.
— Что служит основой для разработки?
— Инициатива на местах. Первопроходцем в области стал Ивангород. Еще три года назад администрация своими силами разработала и утвердила дизайн-код. Там интересный символ — буква И, начальная буква названия города. Разработка велась с учетом разделения территории на историческую и современную и приграничного соседства с Эстонией.
Дизайн-код Ивангорода учитывается при реконструкции и строительстве общественных пространств, на остановках общественного транспорта, в малых формах, в цветовом оформлении благоустроенных территорий.
Из недавних концепций дизайн-кодов мне симпатичен дизайн-код города Волосово. Его отличает индивидуальный паттерн, который может включаться в благоустройство и в малые архитектурные формы.
Также отдельно отмечаю дизайн-код города Новая Ладога. Там идет уклон на петровскую стилистику купеческого, припортового города.
Исторические поселения – это отдельная тема исследования и разработки индивидуального дизайн-кода, и мне кажется, в Ивангороде и Новой Ладоге администрации и разработчикам удалось лаконично учесть айдентику места и современные тенденции в дизайне и архитектуре.
В Заневском и Муринском поселениях тоже уже утверждены дизайн-коды, но, к сожалению, они утверждены уже после случившейся массовой жилой застройки территории, и что-либо изменить в лучшую сторону уже затруднительно.
Документы на будущее
— Все ли населенные пункты региона сегодня имеют генеральные планы/мастер-планы/схемы территориального планирования?
— Мастер-планы необязательны по законодательству в настоящее время, но дискуссий и полемики на эту тему сейчас много. Почему это активно обсуждается? Потому что из Градостроительного кодекса была в свое время исключена комплексная градостроительная оценка территории и возможность подготовки вариантов развития территории. Соответственно, из генеральных планов исключили основу, на которую опиралось проектное решение по развитию территории, и если посмотреть на разработанные мастер-планы больших городов — это исходная информация или материалы по обоснованию генерального плана.
Руководство страны поставило задачу Минстрою РФ узаконить мастер-планы в градостроительном законодательстве России; ждем изменений в законах и в ближайшее время начнем разрабатывать.
В Ленинградской области разработан только один мастер-план – в городе Волхове. Он разработан два года назад и является отраслевым градостроительным документом, решающим вопросы комплексного благоустройства территории.
Есть другие частные инициативы по разработке отдельных мастер-планов — в деревне Новосаратовка и в городе Кингисеппе. Они разработаны как рекомендации и больше похожи на проекты детальной планировки территории с хорошими исходными данными и инженерно-строительными условиями локальных территорий.
На мой взгляд, мастер-план должен быть комплексным документом, охватывающим все отрасли экономики и территориального развития муниципального образования.
Если говорить о документах территориального планирования, вся Ленинградская область покрыта утвержденными генеральными планами и схемами территориального планирования отдельных районов области. Безусловно, часть генеральных планов и схем районов требует внесения изменений в связи с изменениями федерального и регионального законодательств.
— По каким причинам и как часто приходится вносить изменения в документы?
— Изменения вносятся в генеральный план регулярно — раз в пятилетку, если он разработан на территории в границах Петербургской агломерации: в границах агломерации 57 муниципальных образований Ленинградской области, каждое находится в той или иной стадии разработки изменений в генеральный план. Если населенный пункт расположен за 120–200 км от Петербурга, изменения вносятся реже, раз в 10–15 лет, в основном из-за изменений в федеральном и региональном законодательствах.
Нередко причиной изменений служат предложения инвесторов. В области инициируют изменения в документы территориального планирования органы местного самоуправления, а утверждает градостроительный документ правительство Ленинградской области.
— Ближние к Петербургу районы длительное время активно застраиваются, особенно Всеволожский. Ощущение, что земель сельхозназначения там не осталось, есть проблемы с социальной инфраструктурой и транспортной доступностью. Продолжится ли масштабное строительство в Ломоносовском, Всеволожском районах? В перечень надо, видимо, добавить Гатчинский…
— У нас часть стратегических и градостроительных документов являются базовыми и системными. В 2016 году появился совместный документ двух регионов — Концепция совместного развития Петербурга и Ленинградской области. Также есть федеральный документ: стратегия агрессивного развития РФ, где ежегодно в России должно вводиться 120 млн кв. м жилья, в том числе в Ленинградской области — порядка 4 млн кв. м в год. Цифры определяет федеральный орган и ежеквартально контролирует исполнение. В рамках действующих генеральных планов есть перспективные территории, на которых можно построить порядка 30 млн кв. м жилья. Основное жилищное строительство сейчас ориентировано в южном направлении. В планах региона на севере предусмотрено рекреационное развитие, в восточном направлении — промышленное строительство.
Гатчинский район в настоящее время занимается объединением муниципальных образований в единый муниципальный округ. К сентябрю вся территория района будет преобразована в Гатчинский муниципальный округ, это общероссийская тенденция укрупнения. Для будущего муниципального округа по документам территориального планирования достаточно резерва под жилищное строительство, и вопрос больше стоит о сохранении сельскохозяйственных земель для производственной безопасности двух регионов страны.
Дань архитектуре
— Есть решение о создании регионального Союза архитекторов. Что это будет за структура, и почему ее раньше не было? Разве архитекторы не работали в Ленобласти?
— Почему не было – могу только предположить… В комитете по градостроительной политике в течение трех лет наблюдаю активную профессиональную работу градостроительного и архитектурного советов Ленинградской области. В советы входят практикующие архитекторы, профессора и доктора архитектуры, но не хватает консолидирующего архитектурного сообщества, занимающегося сугубо проблемами Ленинградской области, причем не только в границах агломерации, но и на периферии, а также вопросами образования и популяризации современной архитектурно-градостроительной школы одного из перспективных регионов страны.
Исторически ситуация сложилась так, что градостроительное развитие Ленинградской области значительно отличается от Санкт-Петербурга. Есть проблемные вопросы, которые необходимо решать целенаправленно. До недавнего времени в Выборге было Московское отделение Союза архитекторов России. Но, к сожалению, отделение перестало работать и утратило свою актуальность после закрытия научно-проектного института в городе Выборге. Мы утеряли ценный союз, который объединял всех архитекторов и градостроителей, работающих в регионе. Это надо восполнить, и для этого есть все предпосылки и существующий генофонд.
Как следствие, родилась мысль создать Союз архитекторов Ленинградской области. Идею поддержали Евгений Барановский — заместитель председателя правительства Ленинградской области и Игорь Кулаков —председатель профильного комитета. Также мы получили поддержку от Николая Шумакова — президента Союза архитекторов России (Николай Шумаков — заслуженный архитектор РФ, академик Российской академии художеств, академик отделения Международной академии архитектуры в Москве, член Союза художников. — Ред.).
Есть возможности для создания союза. Есть архитекторы, архитекторы-ландшафтники, архитекторы-реставраторы и градостроители, которые работают только в Ленинградской области, готовят научно обоснованные проекты развития территорий для градостроительного совета и архитектурно-планировочные решения отдельных зданий и сооружений для архитектурного совета. Региональный союз должен сосредоточиться на проблемах развития агломерации и удаленных районов Ленинградской области и иных вопросов, требующих профессионального и объективного решения.
Работа регионального совета начнется до конца 2024 года: регистрация союза, утверждение устава, определение руководителя отделения, руководителей отдельных секций и т. д. Поэтому в ближайшее время предстоит консолидированная работа, и я надеюсь на поддержку моих коллег.
— В прошлом году вас выбрали профессором Международной академии архитектуры в Москве и советником Российской академии архитектуры и строительных наук (РААСН) по отделению градостроительства. Получит ли по этой причине какие-то преимущества регион? А вы?
— Преимущество есть — в транслировании архитектурно-градостроительной практики и научно-теоретических знаний и исследований. Это дополнительная возможность иметь современную информацию и работать с квалифицированными кадрами, академиками в продвижении идей в области развития и популяризации архитектуры, градостроительства и дизайна. Мы и раньше с академией взаимодействовали, но звание члена Международной академии архитектуры дает больше возможностей для коммуникации и участия в различных вопросах, обсуждаемых в ее стенах.
Я благодарен, в том числе, архитектору Михаилу Мамошину, вице-президенту академии, за возможность участвовать в интересных мероприятиях, конференциях высокого уровня.
— Каковы ваши ближайшие планы?
— Планы в рабочее время определены должностными обязанностями. Но есть и то, чем хочется заниматься дополнительно, вне должностных обязанностей, принося общественно значимую пользу для родного региона. Завершить создание секции Ленинградской области в Санкт-Петербургском союзе архитекторов, создать региональный союз архитекторов. А также продолжить сотрудничество с Союзом художников Петербурга, планируем в этом году три тематических пленэра — в Тихвине, Лодейном Поле и Изваре Волосовского района.
В планах — проведение областных профильных мероприятий, например в апреле планируем в Выборге архитектурный фестиваль «Память места». Начнем 13–14 апреля, завершим 20–21 апреля. Фестиваль посвящается сохранению архитектурного наследия. Номинация «Артефакт» посвящена усадьбе Нобелей в Ландышевке, номинация «Башня» — реконструкции водонапорной башни 1930 года постройки.
Помимо этого, в планах — организация и проведение четырех творческих конкурсов, в том числе один по заявке частной организации. Будет проведен скульптурный конкурс на памятник Николаю Рериху, который планируем поставить в Изваре. Начали приходить конкурсные работы по мемориалу, посвященному погибшим в СВО, в парке Оккервиль Заневского поселения Всеволожского района.
Во втором квартале будут подведены итоги конкурса по концепции пространственного развития муниципальных образований. Одна из номинаций — продолжение конкурса по модернизации мемориального комплекса «Дорога жизни». В этом году по инициативе жителей и общественных организаций проводим конкурс по архитектурно-градостроительному облику территорий Кировского и Волховского районов в границах мемориального комплекса «Дорога жизни». Еще есть уникальная номинация — концепция проекта пешеходного моста через реку Кобону. Мостовой переход через Кобону предполагает развитие пешеходного маршрута вдоль Староладожского канала и реки Кобоны.
Есть первостепенные мероприятия и, конечно, стратегические планы, к которым идем шаг за шагом.
В канун Дня реставратора своим видением проблем отрасли и путей их решения, а также рассказом об интересных выполненных проектах со «Строительным Еженедельником» поделился генеральный директор ООО «Восстановление» Сергей Треполенков.
– Сергей Николаевич, какие проблемы на данный момент волнуют игроков рынка реставрации сильнее всего?
– В любой сфере деятельности, безусловно, всегда существуют свои сложности. И такая ответственная и специфическая отрасль, как реставрация, конечно, не может быть исключением. На мой взгляд, сегодня можно выделить три основных проблемы, которые не могут не волновать реставраторов-профессионалов.
Первое – это, конечно, такой наболевший вопрос, как финансирование. По приблизительным оценкам, примерно 90% средств поступают в отрасль через систему госзаказа. Надо признать, что реставрационные работы в последнее время осуществляются в довольно больших объемах. Но, с другой стороны, совершенно очевидно, что только государственного финансового ресурса отрасли не хватает. Точнее, по большому счету, даже не отрасли; денег, прежде всего, не хватает делу реставрации и возрождения исторических зданий, храмов, усадеб. Многие годы этот вопрос оставался в небрежении, и огромное число объектов наследия находится сегодня в ужасающем, попросту руинированном состоянии – и не только в глубинке, но даже и в Санкт-Петербурге. Больше того, если ими не заняться в ближайшее время, есть риск утратить их совсем. Именно поэтому отрасли прежде всего нужны деньги.
– Но Вы же сами признаете, что финансовые возможности государства не безграничны.
– Совершенно верно. А значит, единственный выход – это всемерное стимулирование частных инвестиций в дело реставрации. Понятно, что (если не касаться вопросов благотворительности) инвестор, вкладывая деньги, должен понимать свою выгоду. Значит, надо создать условия, чтобы у него появился практический интерес.
У нас уже действуют различные механизмы для этого. Например, такие как программа «Памятник за рубль», при которой инвестор за символическую сумму может получить в аренду объект наследия при условии его реставрации. К сожалению, на практике эта схема работает пока слабо. Во-первых, на таких условиях государство предлагает наиболее разрушенные и, как следствие, наименее привлекательные объекты. А во-вторых, любой частник предпочитает иметь здание в собственности, а не в аренде; как ни крути, а всегда существует риск, что договор аренды будет расторгнут.
Вот в этом направлении, как мне кажется, и надо подумать законодателям. На мой взгляд, вполне допустимо разрешить продажу частникам в собственность даже объектов наследия федерального значения, но обусловить это надо крайне жесткими требованиями по реставрации и дальнейшему содержанию и эксплуатации объекта, любое нарушение этих требований должно стать законным основанием для изъятия здания из собственности. Подобная практика, в принципе, существует во многих странах мира и показывает неплохие результаты.
– Какие еще проблемы в отрасли Вы считаете ключевыми?
– Второй важный момент – это качество работ. Эта проблема актуальна в любой сфере, но для реставрации это критически важно. У всех на слуху безобразные примеры совершенно непрофессиональных действий некоторых компаний. Такого рода фирмы-однодневки демпингуют в ходе участия в тендерах, получают госзаказы, а затем срывают сроки или непрофессионально выполняют работы. В итоге их приходится переделывать, а это – дополнительные деньги и время.
Здесь, безусловно, очень важна грамотно составленная тендерная документация (особенно для крупных заказов). Она должна предусматривать наличие опыта успешной работы, портфолио выполненных проектов. Только так можно добиться того, что на объект придут профессионалы, которые качественно произведут реставрацию.
Третий «больной» вопрос – это кадровый голод. Молодые специалисты, которые приходят в отрасль по окончании учебных заведений (как высших, так и средних специальных), очень слабо представляют себе не только практику реставрационной деятельности, но даже теорию. То есть к конкретной работе на объекте они совершенно не готовы. Стандарты образования в такой специфической отрасли, как реставрация, фактически отсутствуют. Получается, что учебный процесс полностью оторван от практики. В итоге молодых специалистов нам приходится доучивать уже самим.
В этой сфере, конечно, необходимо наладить более тесный контакт между образовательными учреждениями, профессиональным сообществом и конкретными реставрационными компаниями. Это позволит сформировать и грамотную программу теоретического обучения, и наработку учащимися начальных навыков практической работы.
– Чем сейчас занимается возглавляемая Вами компания?
– В настоящее время в ООО «Восстановление» реализуется программа по стратегическому планированию развития деятельности компании. Надо пояснить, что мы осуществляем работу по трем основным направлениям: проведение историко-культурной экспертизы объектов, проектирование реставрационных работ и, собственно, их выполнение. Сейчас прорабатываются мероприятия по развитию каждого из них.
В частности, мы готовимся к участию в ряде тендеров по реставрации интересных объектов (называть их заранее не буду, работа еще не завершена). Нами готовится проектная документация по нескольким объектам. Большую работу мы ведем в сфере дообучения молодых специалистов и повышения их квалификации. Ждать, когда проблема получит системное разрешение, – не выход; приходится заниматься подготовкой высококлассных специалистов у себя в компании.
Кроме того, ведется освоение новых технологий – в частности, проводим обмеры объектов наследия с использованием лазерного сканера LEICA ScanStation C10 с двухосевым компенсатором с большим диапазоном измерения расстояний, полным полем зрения, встроенной видеокамерой и лазерным сканером. Новая технология Smart X-Мirror позволяет синхронизировать встроенную видеокамеру высокого разрешения с лазерным лучом, что обеспечивает точное наложение текстуры на данные сканирования. К плюсам этого метода нужно отнести: использование меньшего количества ресурсов; экономию времени (до 10 раз быстрее) и уверенность в полной и точной информации обследования; возможность представления 3D-пространства сразу после сканирования.
– Раз о будущих объектах говорить еще рано, расскажите, пожалуйста, немного о тех, что уже выполнены.
– У компании «Восстановление» богатый опыт и серьезное портфолио. Сейчас мы ведем работы примерно по десятку объектов (включая проектирование). В частности, заканчиваются работы по реставрации усадьбы Софьи Ковалевской в деревне Полибино Великолукского района Псковской области. Там великий русский математик провела свои детские годы. Приятно видеть, как из руин (усадьба была разграблена и заброшена) возрождается старинное «дворянское гнездо». Завершение работ – уже не за горами. В усадьбе планируется разместить Дом-музей Софьи Ковалевской.
Из многих других наших объектов как наиболее интересные можно, пожалуй, выделить реставрацию Дома ленинградской торговли (ДЛТ) на Невском проспекте, а также корпусов Военно-медицинской академии (ВМА) на набережной Фонтанки. И в том, и в другом случае сложность состояла в том, что нужно было обеспечить выполнение реставрационных работ с одновременным приспособлением к эффективному современному использованию.
ДЛТ изначально проектировался как торговый объект. Но очевидно, что современная технологическая «начинка» магазина премиального класса сильно отличается от того, что было прежде. В итоге было найдено решение, позволившее скрыть все необходимые коммуникации и инженерию в существовавших изначально объемах вентиляционной системы. Таким образом удалось обеспечить наличие современного функционала, не затрагивая интерьеры и прочие предметы охраны.
В корпусах ВМА (общая площадь – около 40 тыс. кв. м) приспособление осуществлялось для использования в медицинских целях. В ходе проектирования были выявлены не учтенные прежде исторические элементы интерьера. Наши сотрудники подготовили необходимый пакет документов по обоснованию ценности находок, и КГИОП внес их в число предметов охраны.
– Чего бы Вы хотели пожелать коллегам в День реставратора?
– Хотя наша отрасль имеет большую и славную историю, День реставратора отмечается лишь с 2006 года. И неслучайно идея его проведения появилась в Северной столице – музее под открытым небом всемирного значения. В этот день я хочу поздравить всех коллег-реставраторов с профессиональным праздником. Сохранение объектов исторического наследия – это сбережение не только самих зданий, но памяти о наших предках, создававших уникальный по красоте город. Желаю всем профессионалам отрасли – от работников реставрационных компаний до сотрудников Комитета по охране памятников – дальнейших успехов в нашем нелегком, но благородном труде, процветания, новых интересных проектов и разрешения всех стоящих перед нами проблем.