Ольга Егоренко: «Для меня главное — заинтересованность в деле!»
Первый весенний праздник — это всегда повод поговорить о прекрасных женщинах, роль которых в строительстве, архитектуре, проектировании и стройиндустрии с каждым годом продолжает расти. Но «Строительный Еженедельник» не собирается рассуждать о наступающем гендерном паритете, тем более что шансов этому не оставляет ироничное мнение Ольги Егоренко, заместителя гендиректора лифтостроительного завода ЗАО «Предприятие ПАРНАС».
— Лифтовое производство — не самая привычная сфера для реализации женщины-руководителя. Как складывалась ваша карьера, и почему она связана с лифтостроением?
— Да уж, простое сочетание слов «женщина» и «лифт», вызывают в воображении ассоциации совершенно «нерабочие»! В лифтостроении женщин мало. Что же касается меня, то, как это часто бывает, всему виной случай — счастливый случай.
Я занималась конгрессно-выставочной деятельностью, и подвернулась тема «Вертикальный транспорт». Тогда о лифтах я знала не больше любого пассажира, но пришлось разобраться. Как ни странно, лифтовая отрасль совершенно особая — это довольно узкий мир профессионалов, где все друг друга знают, дружат, работают, бывает, и ссорятся, но всегда тесно общаются, это и подкупило. Погружение прошло быстро, и вот уже 17 лет я на лифтостроительном заводе ЗАО «Предприятие ПАРНАС». От простого менеджера до заместителя генерального директора — путь непростой, но интересный. Для меня вообще главное — это заинтересованность в деле, в идее, в человеке. Мне работать интересно!
— Какие навыки и качества, по вашему мнению, необходимы сегодня для успешного руководителя?
— Навыки и качества для всех руководителей одинаковы, перечислять не буду, всем они известны. Но для меня важнее всего, пожалуй, увлеченность своим делом, ведь когда есть «драйв», когда «глаз горит», то и работается веселее, люди вдохновляются и откликаются на твой задор.
Здесь для меня всегда пример — наш генеральный директор Кайзер Эдуард Иосифович. Более увлеченного руководителя, целеустремленного в работе, искреннего и доброго человека я не знаю.
— Отличается ли ваш стиль руководства от мужского?
— Мои коллеги считают меня довольно требовательным руководителем, да, наверное, это так. Без дисциплины и так называемого профессионального тонуса производство вперед не пойдет, это мое глубокое убеждение. Я не сторонница авторитаризма, но и полный либерализм в нашем деле не работает. Как всегда, истина где-то посередине.
— Приходится ли вам сталкиваться, скажем так, со специфическими вызовами?
— Вызовы в профессиональной деятельности бывают разные. Во-первых, это сложные технические задачи и нестандартные заказы. Например, лифты для морских и речных судов, которые мы сконструировали, сделали и даже испытали на крен, или лифты для двухэтажных вагонов РЖД с испытаниями на удары и вибрацию. Эти профессиональные вызовы здо́рово решать всем коллективом, прямо видно, как у людей пробуждается творческая мысль, извилинки шевелятся, все работает, крутится, бегает. Здесь пришлось учитывать огромное количество нюансов и нестандартных подходов, только одно согласование документации и договорных условий шло почти год, но зато теперь мы имеем гарантированный объем заказов на год вперед, который оформляется одним листочком. Так приятно!
Совсем другие вызовы — стереотипы. Для многих, например, женщина в машиностроении — это нонсенс, «не женское это дело», «женщина должна у плиты стоять», ну и прочие «мужские глупости». Я на это не обижаюсь, с такими собеседниками даже интереснее, ведь когда разговор переходит в профессиональную плоскость, то иногда прямо вижу, как снобистский скепсис сменяется заинтересованностью и уважением. Многие становятся потом партнерами по работе и друзьями на долгие годы. Однажды даже такое услышала: «Я когда тебя увидел, подумал: что за маленькая девочка? Что она вообще в лифтах может понимать?! А потом поговорили, почувствовал серьезный лад. Теперь вообще, когда надо посоветоваться на тему малых лифтов, не задумываясь, тебе звоню». Ну здо́рово ведь!
Не скрою, мужское внимание мне приятно, это, пожалуй, единственное преимущество женщины-руководителя. Всем нравятся цветы и комплименты.
— Какие ценности и принципы лежат в основе вашего руководства?
— Однажды, еще в студенческие годы, я, как и многие, подрабатывала. Сама работа не очень нравилась, но я старалась, и — о чудо! — меня отметили, прибавили зарплату, немного повысили. И вот тогда-то пришло осознание: где бы ты ни работал, что бы ты ни делал — делай это хорошо! Это и стало моим глубоко личным принципом в работе, да и в жизни. Меня всегда возмущают люди, которые говорят: «Мне мало платят, поэтому я плохо работаю». Если совсем работа «не твоя», то уходи, ищи другое дело, а уж если ты здесь, то работай, старайся, все равно результат будет!
Так произошло и у меня. Наше предприятие всегда занималось лифтами, специальными малыми сервисными, это очень узкая специализация. Не всегда мы были успешны, но мы старались, и даже в тяжелые кризисные годы никто в команде не дрогнул, не ушел. Сегодня весь коллектив работает как единый механизм — слаженно, четко, и показатели растут. Горжусь нашим коллективом.
— Как найти баланс между карьерой и семьей?
— Никогда не верю тем, кто говорит, что сочетать карьеру и семью легко. Это нелегко. Это ситуация постоянной многозадачности и тонуса 24/7. Но у меня ситуация особая, у меня работа и семья сплетены воедино, так уж вышло. Дома мы обсуждаем лифтовые вопросы до ночи, с ребенком ездим на лифтовые выставки — это у нас такие семейные развлечения. И даже наша собака знает, как вести себя в лифте.
— Что вы можете посоветовать женщинам, стремящимся достичь успеха в руководящей должности?
— Советовать не буду, универсальных рецептов не бывает. Пусть по жизни у каждого будет свое вдохновение, и оно обязательно приведет к успеху!
Председатель Совета АПО «Союзпетрострой-Проект» Р. Р. Рыбаков: «Смена руководства Минстроя России вселяет надежды на перемены в строительной отрасли. Речь идет об организации строительства, а не о нормативной документации, не требующей изменений, что, собственно, и показали последние годы ее терзаний без существенных новаций и со сплошным переписыванием, прибыльным для так называемых разработчиков».
Запрос на «имитацию»
Динамика реальной стоимости проектно-изыскательских работ в России свидетельствует о стабильном снижении дохода от этого вида деятельности. Беспокоясь якобы за безопасность строительства, чиновники забывают о главном — людях, которые проектируют, строят, производят, а именно их работа обеспечивает развитие отрасли и должна быть комфортной и материально обеспеченной.
Надо менять всю систему распределения заказов, ценообразования, прекратить жлобство на государственном и коммерческом уровнях, когда в погоне за экономией мы утрачиваем качество, сроки, людей и организации. Объяснения традиционны — «так заложено в бюджете». Отсюда истории с банкротствами ряда профессиональных подрядчиков. С точки зрения многих заказчиков, проектная документация нужна лишь для получения необходимых разрешений, что создает спрос на дешевую «имитацию» полноценных проектов.
Переделка не оплачивается
Парадоксальность ситуации не только в том, что доля затрат на проектирование у нас в 2–3 раза ниже мировой практики. Значительный объем работы проектировщиков вообще не включается в смету и не оплачивается заказчиком. Не оплачиваются переделки из-за предложенных заказчиком изменений, из-за несоответствия изыскательских материалов реальности, из-за «хотелок» согласующих организаций, сами согласования и участие в экспертизе. Не оплачиваются дополнительные экземпляры документации. Обидно, что не оплачиваются бросовые работы. Проектировщики вынуждены выполнять пожелания заказчика, даже если могут доказать их несостоятельность. К этому побуждают безапелляционный характер контракта и внушительный перечень штрафных санкций.
Огромный неоплачиваемый объем работ связан с приведением рабочей документации в соответствие с проектной и повторной экспертизой по инженерным объектам. Согласно Постановлению Правительства РФ № 1816, для большинства внешнесетевых объектов экспертизы вообще не требуется. Чаще всего изменения документации не повышают ее качества, поскольку профессионализм и опыт проектировщиков выше, чем у многочисленных контролеров. Облегчает работу с экспертизой введение системы экспертного сопровождения, но органам экспертизы эта работа оплачивается в полном объеме и в срок, а проектировщик исправления и замену документов выполняет бесплатно.
Качество или «прохождение»?
Роль экспертизы в процессе проектирования особая. У органов власти какой-то особый пиетет перед экспертизой: дошло до подмены «качества проектирования» понятием «прохождение экспертизы». Проектно-сметная документация (ПСД) проходит экспертизу в полном объеме по Постановлению Правительства РФ № 87 или в процессе проверки достоверности сметной стоимости строительства, выполняемой, как это ни смешно, на стадии проекта. Смешно потому, что эта проверка, особенно для инженерии, требует дополнительных элементов рабочей документации: спецификации и ведомости объемов работ, вообще нормативно исключенных из состава ПСД и не оплачиваемых. В результате заказчик уходит от разработки рабочей документации, опять-таки занижая доходы проектировщиков. При этом за рубежом вообще нет понятия сметного дела по проектным работам, есть договорная цена как компромисс между заказчиком и подрядчиком.
Экспертиза не принимает ПСД на рассмотрение без совмещенного плана коммуникаций, не предусмотренного составом проекта и выполняемого бесплатно. Государственная экспертиза хочет еще расширить сферу своей деятельности, заявляя о введении экспертизы предпроектной стадии, на сегодня нормативно не существующей.
За чей счет банкет?
В апреле 2020 года Президент РФ дал поручение: «Прошу также отдельно проработать вопрос увеличения авансов по контрактам в инфраструктурном строительстве. Сейчас авансируется 30 процентов по контракту, предлагаю увеличить эту долю до 50 процентов, за счет этого предоставить строительным и другим компаниям дополнительные оборотные средства, что позволит им ритмично работать, выполнять обязательства перед поставщиками в других отраслях и, главное, сохранить рабочие места, зарплаты своих сотрудников, привлечь новых специалистов». Но на региональном уровне авансов не платят, хотя проектировщики никогда не имеют свободных средств.
Существенное влияние на оплату работ оказывает фактор времени. На сегодняшний день отсутствуют всякие нормативы продолжительности проектирования и безнадежно устарел СНиП по продолжительности строительства. Сроки работ определяются в основном произвольно или в зависимости от выделения бюджетных средств. Своевременное освоение средств — одна из нерушимых заповедей. Подготовка проектирования (ИРД, изыскания, технические условия, имущественные земельные вопросы), экспертиза и согласования на сравнительно небольших объектах занимают не меньше времени, чем собственно проектные работы. Отсюда понятна высокая вероятность срыва срока контракта. Меры в виде формирования компенсационного фонда обеспечения договорных обязательств перекладывают на СРО ответственность за исполнение договоров. При этом заказчик практически не несет ответственности за свои действия.
О проектировании внешних сетей
И еще об обстоятельствах, связанных с проектированием внешних сетей.
- Непрерывно возникают противоречия между желаниями заказчика и требованиями технических условий при прокладках и переустройстве сетей на территориях общего пользования. Не всегда можно удовлетворить все желания монополистов, нужен городской административный ресурс.
- Сдача и приемка в эксплуатацию объектов зависят исключительно от сроков выполнения работ по внешним сетям, особенно при их переустройстве, а сами сроки — от выдачи ТУ и их изменений в процессе строительства. Требуется постоянная координация по ходу проектирования и строительства инженерных объектов.
- Практически всегда возникают несоответствия между результатами изыскательских работ и реальной ситуацией. Причины этого разные, но почти все подобные несоответствия были бы устранены при наличии общегородского фонда исполнительной документации и фонда изыскательских материалов.
- Сейчас отсутствует механизм согласования обоснованных отклонений от требований нормативных документов. Ранее его можно было проводить через разработчика нормативов.
Налог на воздух
Существует в работе проектировщиков ряд других обстоятельств, например, проблемы с уплатой налогов на добавленную стоимость и на прибыль.
Для проектных организаций счет-фактура является основанием для принятия предъявленных сумм НДС к вычету или возмещению независимо от того, получена ли плата за проект или нет. Это бывает очень затруднительно, но заказчик в это время предъявляет те же суммы к возмещению государством. Если при полном отсутствии средств проектная организация покажет убыток, а не прибыль, то она моментально получит налоговую проверку за прошедший период. Невыплата заработной платы может привести руководителя организации даже к уголовному наказанию — неплохая «помощь» для повышения качества проектирования.
Минстрой России в 2021 году планирует продолжить совершенствование нормативно-технической базы в строительстве. Есть надежда, что со временем доберутся до проблем проектировщиков, хотя часть проблем можно было бы решить при работе с заказчиками на местном уровне.