Бюро А4: как сторителлинг меняет городскую среду
Бюро А4 известно своими общественными интерьерами и проектами благоустройства для крупных девелоперов, за которыми стоит глубокий нарративный подход. Сооснователи компании Сергей Марков (генеральный директор) и Алексей Афоничкин (главный архитектор) рассказали о том, как создают среду через сторителлинг.
Сергей Марков: — Идея создать свое бюро возникла еще в МАрхИ, где мы с Алексеем учились на кафедре общественных и жилых зданий. Затем работали в «Моспроекте» — в мастерской известного архитектора Якова Белопольского. Окончательно сработавшись и поняв, что вместе нам комфортно, мы решились уволиться и начать свой проект. Это был, кажется, 2013 год.
Алексей Афоничкин: — Первый наш проект — клубный поселок, мы делали генплан и несколько домов. С этого все и началось. Затем были интерьеры квартир, торгового центра «Хорошо» и других общественных пространств. Первые годы мы сфокусировались именно на этом, а примерно с 2019 года ушли в благоустройство — сначала городское, потом для девелоперов. Хотя направление общественных интерьеров тоже сохранилось. Если говорить о нашем фокусе — это общественные пространства: интерьеры и комплексное благоустройство.
— Как сформировался ваш подход к архитектуре и, что не менее важно, к ведению бизнеса?
Сергей Марков: — В архитектурной среде есть некоторое пренебрежительное отношение к бизнес-подходу. Сама учеба в МАрхИ построена на индивидуализме. Сейчас, к счастью, это меняется. Неудивительно, что, открыв юрлицо в 2014-м, мы много шишек набили. Не было понимания, как вести дела. По-настоящему осмысленно выстраивать бюро как компанию начали только в 2020-м, во время пандемии. Что касается архитектуры, то под влиянием преподавателя Валерия Грубова я стал воспринимать ее не как объемы и фасады, а как нечто более глубокое — то, что создает сценарий жизни, отношения между людьми. Эта история до сих пор отзывается в наших проектах, особенно в благоустройстве.
Алексей Афоничкин: — Я бы добавил про поиск собственного почерка. Вначале подходили к каждому проекту очень индивидуально, исходя из задач заказчика, меньше думая о единой стилистике. Мы никогда не были минималистами, нам всегда был присущ яркий смысловой подход, работа с образами. Взять, к примеру, «Пионер Bookstore» — там была и модульность, и интеграция смысловых точек, и многофукциональность.
Когда мы активно занялись благоустройством, этот подход перерос в сторителлинг, который стал нашим главным инструментом. Мы долго искали собственный почерк и последние лет пять-шесть активно его развиваем. Каждый наш проект — это сильные смысловые истории, наполненные яркими образами, которые мы стараемся рассказать будущему пользователю территории. Поскольку наш фокус — общественное пространство, для нас критически важно взаимодействие человека и среды.
— Способствует ли сторителлинг коммерческому успеху проекта?
Алексей Афоничкин: — Безусловно, он придает ему дополнительную ценность. Для девелопера это готовая маркетинговая история. Через образы и нарратив продавать продукт гораздо проще. Помню, года три назад некоторые из них удивлялись: «Так можно было? Сделать не просто двор, а целую историю?» Сейчас это уже становится трендом и мейнстримом.
Сергей Марков: — Да, это тренд. Тот же Сергей Кузнецов, продвигая Emo-tech (архитектурный стиль, сформулированный главным архитектором Москвы Сергеем Кузнецовым, в котором технологичность сочетается с выразительностью. — Примеч. ред.), говорит о сильных эмоциональных образах.
Мы рады, что девелоперы стали более открыты и привлекают нас к пиару проектов. Раньше часто идеи архитектора, вложенные в проект, не доходили до публичного поля, а сейчас мы делаем совместные публикации, и это очень круто.
— Как вы считаете, а покупатель в итоге выбирает, исходя из цены и локации, или все-таки эти истории влияют на его предпочтения?
Алексей Афоничкин: — При равнозначной стоимости человек выберет локацию, насыщенную смыслом. Покупают не безликий продукт, а авторскую историю. Благодаря нашему подходу объекты становятся более авторскими, живыми.
Сергей Марков: — Это важно, потому что покупатель может соотнести себя с местом. Смыслы дают новый уникальный опыт. Например, бульвары без машин в «Шагале» — это что-то новое. Яркие точки, где можно заняться чем-то, создают впечатление от места, ты начинаешь чувствовать его своим. Именно поэтому многие любят исторический центр с его атмосферой, а не безликие спальные районы.
— Вы практиковали участие жителей в обсуждении проекта. Насколько это продуктивно?
Сергей Марков: — Это крайне важный инструмент, особенно в работе со сложившейся городской средой. В девелоперских проектах будущие жители появляются позже, но и там это полезно для составления портрета покупателя. В России такой подход еще не стал системной практикой. Чаще это инициатива архитектора или девелопера. На мой взгляд, подобные опросы серьезно повышают шансы на то, что проект будет по-настоящему востребован и оценен.
— Эти смыслы рождаются из контекста места, или это плод чистой фантазии?
Сергей Марков: — Не всегда привязываемся к истории места, хотя в городских проектах это часто важно. Но мы также создаем совершенно новые нарративы, отталкиваясь от того, что нам интересно. Яркий пример — бульвары в ЖК «Shagal». Там была концепция «play and walk» (играйте и гуляйте): ты идешь по бульвару и взаимодействуешь с элементами, которые выглядят как арт-объекты, а не как стандартные площадки. Смысл был в создании интересного маршрута. А образный ряд родился из динамики воды, ведь комплекс у Москвы-реки. Наши малые архитектурные формы (МАФы) напоминали морские фигуры — водоворот, коралловый риф… Это было не похоже на обычную детскую площадку. Вот что мы стараемся привносить: смысл в программирование территории и сильный, запоминающийся образ.
— Давайте перейдем к конкретным проектам. Расскажите, к примеру, о ваших работах в Санкт-Петербурге.
Алексей Афоничкин: — В Петербурге у нас несколько проектов. Например ЖК «ЛДМ» на месте Ленинградского дворца молодежи. Там мы обыграли тему мрамора и метаморфоз камня, назвав концепцию «Метаморфизм». Мы перенесли идею в генплан, создали «разломы» в мощении и рисунке озеленения, использовали натуральный гранит. Эту же тему поддержали МАФы из каменноподобных материалов со сложной подсветкой. Важной частью концепции стало сохранение двух вековых дубов. А детская площадка, к примеру, была вдохновлена «Пещерой горного короля». К сожалению, ее оптимизировали на этапе рабочей документации. Такое бывает. Но мы продолжили обыгрывать тему, вдохновляясь архитектурой самого комплекса, который похож на глыбу мрамора, и в озеленении: во дворе — строгие, «каменные» посадки, по периметру — более живописные.
Сергей Марков: — Еще из реализованного в Петербурге — ЖК «Окла» с «ЛенСтройТрестом». Мы делали двор, обращенный к лесу. Архитектурная концепция принадлежит Рикардо Бофиллу (известный испанский архитектор — представитель барочно-классицистического направления в архитектуре постмодернизма. — Примеч. ред.), и наше благоустройство перекликается с его замыслом через арочные, лучевые структуры в генплане.
Еще один интересный проект — в Кронштадте, ЖК «Кронфорт. Набережная». Концепция называлась «Море чувств». Мы взяли четыре: радость, безмятежность, очарование и свободу. Последняя, например, выразилась в огромных качелях. Генплан связали с исторической сеткой кварталов Кронштадта и диагональными балконами комплекса. В каждом дворе — свой характер: где-то акцент на природности и больших камнях среди злаков, где-то — на семейном отдыхе с общественными прихожими и площадками для пикника и петанка.
— Одна из ключевых тем, которую вы поднимаете, — «бесшовное пространство». Что это значит?
Сергей Марков: — Это работает на нескольких уровнях. Первый — городской: непрерывные комфортные связи — например набережная, переходящая в бульвар и парк. Второй уровень — связь интерьера и экстерьера. Когда мы делаем и места общего пользования (МОПы), и благоустройство, можем использовать единые материалы и смысловые ходы, создавая целостный опыт.
Алексей Афоничкин: — Именно так. Человек выходит из квартиры в проработанный интерьер, и эта история плавно перетекает во двор. Исчезает диссонанс, который часто бывает, когда интерьер и благоустройство делают разные команды. Для девелопера это сильный продуктовый ход, который должен закладываться на уровне брендинга.
Сергей Марков: — Сейчас девелоперы все чаще мыслят не точечными проектами, а крупными территориями комплексного развития. И для таких проектов дизайн-код, обеспечивающий единообразие и бесшовность, становится необходимостью.
— Какие еще тренды в благоустройстве вы считаете наиболее важными?
Алексей Афоничкин: — Однозначно — тренд на здоровьесберегающую среду. Речь идет не только о физическом, но и ментальном самочувствии. Мы создаем спортивные хабы, места для релаксации, йоги, коммуникации. В том же «Вест Гардене» сделали целый ряд таких зон, включая инклюзивный соседский сад.
Сергей Марков: — Мы даже проводили исследование с Сеченовским университетом в рамках воркшопа фестиваля «Открытый город» на тему социального стресса, потому что это триггер для ментального и физического здоровья. Прогностически он даже хуже, чем курение. Поэтому и власти города, и девелоперы объективно заинтересованы в создании среды, которая его снижает.
— Помимо городских проектов, вы активно работаете в сегменте ИЖС. Чем он вам интересен?
Алексей Афоничкин: — У нас несколько таких проектов. Коттеджный поселок Миронцево был первым. К нам пришел инвестор с участком земли и полностью доверился нам в формировании продукта. Мы проводили большую аналитику, изучали тренды, мировой опыт. Наш проект несколько опережал рынок, потому что через год увидели похожие подходы.
У нас была очень экологичная история. Мы максимально сохраняли деревья, чтобы жители чувствовали, что живут в лесу. Помимо мастер-плана, разработали проект благоустройства, въездную группу. Несколько типологий домов, в том числе с камышовой кровлей, с фасадами из лиственницы, клинкерной плитки. Эти материалы красиво стареют и мимикрируют в среду. Когда приезжаешь на стройку, видишь, как среди берез словно «проявляются» эти дома.
Сергей Марков: — В ИЖС после пандемии пришли большие игроки, и рынок из «дикого» превратился в продуктовый. Миронцево — не только про экологию, но и идею комьюнити. Здесь мы создали «зеленое кольцо» — общественный пешеходный маршрут, вдоль которого расположены разные активности. И заложили возможность для жителей в будущем адаптировать некоторые пространства и объекты под свои нужды.
Алексей Афоничкин: — Под Ростовом-на-Дону мы разрабатывали благоустройство и архитектурные проекты домов для коттеджного поселка «Старочеркасская Ривьера». Основная идея — создание добрососедской среды, что для юга России очень важно. Поэтому в проекте появились зоны, где люди разных возрастов смогут объединяться, например, для отдыха на набережной, для яхтинга. Также мы решали проблему занятости подростков.
— А что можете рассказать про проект «Тихая долина»? Я слышала, он вдохновлен Чеховым.
Сергей Марков: — Да, это свежий проект в кластере ИЖС Группы «Самолет» в Максимихе — чеховские места. Мы вдохновлялись контекстом, произведениями великого русского писателя. Но помимо этого, была глобальная идея Sound Village — деревня звуков. Акцент на усилении, например, пения птиц. Это находило отражение в благоустройстве: появились МАФы типа «усилитель леса», большая смотровая площадка — «голубятня». В дизайн-коде дорожки напоминали разложенную музыкальную партитуру. А смысловые маршруты и малые объекты были связаны с произведениями Чехова. Например «Человек в футляре» — это такой полузакрытый МАФ, где можно уединиться.
— Как находите баланс между художественным замыслом и экономикой проекта? Как отстаиваете идеи?
Сергей Марков: — Мы понимаем, что находимся в одной лодке с девелопером, это партнерство, а не битва. Вопрос в том, можем ли мы контролировать оптимизацию? Если заказали не только концепцию, но и рабочую документацию, мы как авторы знаем, от чего можно отказаться, что менее важно, а что нужно сохранить, чтобы не потерять идею. Мы адекватно воспринимаем контекст и стараемся сохранить основные элементы, рассказывающие о смысле, а менее значимые — оптимизировать, если необходимо.
— Как технологии, в частности искусственный интеллект, меняют вашу работу?
Сергей Марков: — ИИ для нас стал таким же инструментом, как карандаш. Для благоустройства, которое часто воспринимается как «плоскостное», настоящим прорывом станет повсеместный переход в 3D БИМ-моделирование, которое открывает новые возможности. Мы этим уже занимаемся.
Алексей Афоничкин: — Нейросети прочно вошли в наш обиход. Генерация текстов, картинок... Я уже не представляю, как без этого обходиться. Нужно учиться формулировать промпты (запросы. — Примеч. ред.), это новая грамотность.
Сергей Марков: — Мы недавно весь визуал для альбома концепции малых архитектурных форм сделали с помощью нейросетей. Написали промпты — и получили готовые образы для презентации. Еще один тренд — короткие анимации от нейросетей, «оживающие» рендеры. Для клиента это часто нагляднее статичной картинки. А некоторые девелоперы теперь принимают проекты только в VR. Мы делаем модель, и они ходят по будущему двору в очках виртуальной реальности.
— Какими проектами гордитесь больше всего?
Сергей Марков: — Мне очень нравится «Павильон Книги» на ВДНХ. Мы вместе с Государственным музейно-выставочным центром «РОСИЗО» дали ему новую жизнь, и сейчас он невероятно востребован. Это идеальный пример воплощения концепции «третьего места» — не дом и не работа, которую сформулировал американский социолог и урбанист Рэй Ольденбург, известный исследованиями о важности неформальных пространств для функционирования гражданского общества. Это могут быть соседские хабы в местах общего пользования или общественные гостиные во дворе с диванами и очагом. Пространства, где людям приятно проводить время, общаться и ощущать свою принадлежность к сообществу, где человек чувствует себя комфортно и защищенно, ему хочется сюда возвращаться. Именно такие места делают город по-настоящему дружелюбным.
Алексей Афоничкин: — Горжусь реализацией МАФов в «Шагале» — получилось очень эмоционально. И концепцией благоустройства для одного из кварталов «СберСити» в Рублево-Архангельском. А еще нравится Космодамианская набережная с нашими «городскими балконами» напротив Кремля. Из реализованного благоустройства жилых комплексов — West Garden. Неплохим получился.
— «Неплохо» от архитектора — думаю, это высшая оценка…
Алексей Афоничкин: — Мы всегда стремимся к идеалу, он где-то впереди, поэтому в принципе довольно самокритичны. Если бы были абсолютно всем довольны, наверное, это означало, что остановились в развитии.
Благоустройство: модные тренды
По единодушному мнению экспертов, благоустройство территорий жилых комплексов уже перестало быть формальностью, данью требованиям органов госстройнадзора. Девелоперы все более серьезно относятся к этому вопросу, делая его конкурентным преимуществом в борьбе за покупателя.
Актуальность этой темы подтверждается как ростом востребованности услуг ландшафтных дизайнеров, так и тем, что она становится предметом обсуждения в ходе отраслевых мероприятий.
Время перемен
Эксперты рынка Санкт-Петербурга и Москвы отмечают, что за последние 8–10 лет ситуация в сфере озеленения и благоустройства придомовых территорий поменялась кардинально. Более того, изменения в этой сфере продолжаются и сейчас: девелоперы ищут оптимальные по функционалу и эстетическому наполнению варианты организации пространства.
«Благоустройство территории двора в новостройках перестало быть формальностью. Сегодня девелоперы очень тщательно продумывают концепцию благоустройства, стремясь найти какие-то необычные детали. Причем это происходит в том числе и в доступных сегментах рынка недвижимости», — констатирует заместитель директора по продажам ГК «Гранель» Сергей Нюхалов.
По словам Дмитрия Калинина, директора проекта «Северная долина» компании «Главстрой Санкт-Петербург», на примере разных очередей этого проекта очень хорошо видно, как за последнее десятилетие изменились подходы к благоустройству. «На начальном этапе оно носило довольно-таки минималистический характер. Примерно пять лет назад вопросу стали уделять гораздо более пристальное внимание. Появились качественные детские площадки, малые архитектурные формы (МАФ), интересные игровые зоны. Сегодня речь уже идет о создании плей-хаба, который должен стать точкой притяжения для всего района. Намечено появление разнообразных зон отдыха и активности: йога, стритбол, скейт-парк, скалолазание. Будет создана двухуровневая галерея, которая дает дополнительные возможности, а также — зона паркура», — рассказал он в ходе круглого стола, проведенного оргкомитетом конкурса «Доверие потребителя».
«Продуманные и благоустроенные дворы позволяют расширить границы жилого пространства, что стало особенно актуально в период пандемии. Люди стали больше ценить время, проведенное рядом с домом, но вне стен квартиры. Дворы в новых жилых кварталах — это территория комфорта и безопасности, площадка для коммуникаций, отдыха и развития», — отмечает руководитель управления развития продукта и аналитики группы «Самолет» Леон Пряжников.
Директор службы адаптации продукта Группы «Эталон» по региону Санкт-Петербург Денис Величенков также подчеркивает, что пандемия усилила тренд последних лет на экосистемный подход к проектированию. «Сегодня нормой становится комфортное зонирование территории с разноуровневым озеленением, формирование зон притяжения, использование разнообразных покрытий, современного спортивного оборудования и создание арт-объектов. В жилом комплексе DOMINO компания сохранила массив существовавших до начала стройки деревьев, а также предусмотрела в проекте озеленения акцентные растения и сосны. Качественное и эстетичное благоустройство домов все сильнее влияет на лояльность покупателей», — говорит он.
Его поддерживает директор департамента маркетинга и разработки продукта жилой недвижимости компании ASTERUS Александра Кржевова. «Благоустройство дворовых и парковых пространств в проектах бизнес-класса является важнейшим продающим уникальным преимуществом проекта и в итоге оказывает влияние на цену реализации. Причем ожидания покупателей относительно качества благоустройства за последние годы также выросли. Наш жилой район ÁLIA включает 30 га благоустройства, собственный парк, зоны отдыха и площадки workout, благоустроенную набережную с велосипедными и беговыми дорожками», — рассказывает она.
А руководитель направления разработки продукта ГК «А101» Павел Брызгалов обращает внимание на продолжающие происходить изменения в этой сфере. «Главный тренд последних лет при проектировании дворовых пространств — самоограничение девелоперов. Еще 5–7 лет назад во дворы старались уместить максимум функций: детские и спортивные площадки, воркаут, собачьи площадки, беседки. В результате визуальная и функциональная перегруженность не делала двор уютным и нормально приспособленным ни к одной из заявленных функций. Сегодня внутренние дворы рассматривают в первую очередь как тихую зону, двор-парк. Это место для спокойного отдыха, прогулок с маленькими детьми, занятий йогой. А все "шумные" функции, в том числе соревновательный спорт, различные праздники и другие активности переносятся за пределы дворов, в создаваемые общественные пространства», — считает эксперт.
Опции
«Начинка» проектов благоустройства становится все разнообразнее. «Доля затрат на создание дворовых пространств в большинстве случаев по-прежнему не превышает 5% от общего объема расходов на строительные работы. При этом "специализация" двора позволяет повысить качество исполнения — от уровня продуманности планировочных решений до МАФ и игрового оборудования», — говорит Павел Брызгалов.
Александра Кржевова перечисляет наиболее актуальные тренды в благоустройстве:
- Эффективное зонирование пространства по категориям целевой аудитории: возрастному критерию и типам отдыха, а также многофункциональное использование территории двора.
- Индивидуальный облик благоустройства. Широкое применение МАФ (беседок, пергол и др.). Использование декоративных деревьев и кустарников с яркой кроной (красных, желтых), хвойных — для формирования привлекательного всесезонного озеленения.
- Высокая доля озеленения: деревья (в т. ч. карликовые, хвойные, кустарники, многолетние клумбы и травы, вьющиеся растения). Ранее состав ведомости озеленения даже в проектах бизнес-класса был не такой широкий, преобладали газон и единичные молодые деревья.
- Рельеф территории двора (а не плоские дворы, как раньше) создает живое пространство, близкое к природной среде. При этом важно сохранение безбарьерной среды для удобства перемещения с детскими колясками и маломобильных граждан.
- Тренд allergy friendly — это исключение из концепции озеленения наиболее типичных аллергенных деревьев и растений (береза, ольха, орешник и др.).
- Индивидуальная многоуровневая концепция освещения дворовой территории.
- Технологичность: Wi-Fi, элементы освещения на солнечных батареях, встроенные в МАФ розетки для зарядки телефона и др.
- Современные детские площадки для разных возрастов. Создание крафтовых площадок, спроектированных индивидуально для конкретного жилого комплекса.
При этом девелоперы стараются придумать для своих комплексов какие-то новые идеи и «фишки», которые выделяли бы их на общем фоне. «В районе "Новое Горелово" мы создали для наших жителей просторный бульвар для прогулок. В ходе озеленения различными породами деревьев и кустарников высаживались уже достаточно взрослые растения, чтобы на бульвар с самого начала было приятно взглянуть. На променад-аллее можно послушать концерт, посмотреть фильм, выпить кофе, там сформированы зоны отдыха для взрослых и детей. Следующий проект — это огромный плей-хаб на территории площадью 4,5 га — место для игр и развлечений детей и подростков, которые могут туда собираться со всего микрорайона», — рассказывает архитектор-дизайнер СК «ЛенРусСтрой» Сергей Коковин.
«Уже на стадии проекта надо предусмотреть функционал объектов благоустройства. Помимо эстетических факторов, нужно учесть и практические потребности. Детские площадки должны быть не только красивыми, но и полезными. Специалисты-психологи сейчас говорят о необходимости социализации детей. С этой целью в ЖК "Янила" мы проводим специальные занятия, создали футбольный клуб. Организован прокат спортинвентаря. Не надо забывать и о взрослых — им необходима своя зона отдыха и досуга, йога, фитнес», — отмечает генеральный директор операционного бизнеса ГК «Ленстройтрест» Денис Заседателев.
По словам Сергея Нюхалова, авторский ландшафтный дизайн стал применяться и в объектах комфорт-класса, а в более высоких ценовых сегментах это уже обязательная опция. «Выбирая проект озеленения территории, застройщики опираются не только на эстетику, но и на функциональность. Растения должны подходить нашему климату, быть легкими в уходе. Так, для ландшафтного дизайна ЖК MYPRIORITY Basmanny мы выбрали хвойные деревья, плодовые кустарники и многолетние цветы и травы. Кстати, новые многолетники, или new perennials, сейчас очень популярны — они имитируют природную среду, выглядят красиво и естественно», — рассказывает он.
«Центральная площадь в каждом нашем проекте — это, без преувеличения, "сердце" жилого квартала. Общественное пространство объединяет жителей благодаря самым разным сценариям: здесь проводятся ярмарки, устанавливается новогодняя елка, во время различных праздников управляющая компания устраивает гуляния, спортивные соревнования и другие активности. Но должны быть также и "тихие" зоны — места с беседкой или скамейкой в стороне от шумных дорог, где человек мог бы уединиться, чтобы почитать или поработать. Пожалуй, основной тренд в создании общественных пространств сегодня — это внимательное планирование самых разных сценариев общественных пространств с учетом интересов жителей любого возраста», — говорит Леон Пряжников.
Иллюстрируя концепцию «тихий двор + активные общественные пространства», Павел Брызгалов отмечает: «Двор становится для человека продолжением дома, а общественные пространства наполняются разнообразным функционалом, который дает любому возможность выбирать степень взаимодействия со средой, от пассивного поведения "вижу-слышу-наблюдаю" до активных контактов, новых личных и деловых знакомств, совместных хобби. Так, в ЖК "Прокшино" мы создаем площадь, которая станет пространством социально-культурной анимации и коммуникативной активности. Площадь будет разделена автомобильной дорогой и соединяться с помощью моста, который станет видовой и селфи-площадкой. Здесь также появится амфитеатр и навес с интегрированными торговыми павильонами. Сама площадь разделена на зоны по видам активности. В частности, здесь мы предусмотрели площадку для рождественских ярмарок, площадь со сценой для проведения концертов, а также прогулочную зону с площадками для паблик-арта и световых инсталляций».
Проблемная зона
Впрочем, тренд на создание развитого и разнообразного дворового пространства сопряжен и с появлением некоторых проблем. «Для девелопера или управляющей компании перегруженный функционалом двор только генерирует дополнительные расходы. Потому что, например, если во дворе установлено десять качелей и три горки, чинить и красить нужно их все, даже если дети качаются только на двух качелях, а на горки не залезают вообще», — говорит Павел Брызгалов.
Вопрос содержания действительно стал очень актуальным, считает генеральный директор ООО «Бонава Санкт-Петербург» Мария Черная. «К сожалению, периодически приходится сталкиваться с тем, что качественно обустроенное дворовое пространство по прошествии времени приходит в упадок. Через десять лет после создания оно часто фактически исчезает из-за недостаточного внимания к эксплуатации. Это проблема и управляющих компаний, и, нередко, самих жителей, которые недостаточно ответственно подходят к вопросу содержания», — считает она.
С этим согласен Дмитрий Калинин. «Расширение и усложнение опций благоустройства ведет к росту платы жителей комплекса на обслуживание и ремонт размещенного оборудования и инвентаря. А к этому не все готовы прежде всего психологически. И это несмотря на то, что сами по себе затраты на эти нужды невелики, ведь плата за содержание дворового пространства в должном состоянии пропорционально делится на всех жителей», — отмечает он.
По словам начальника отдела продаж ЗАО «БФА-Девелопмент» Светланы Денисовой, создание комфортной среды для застройщика, реализующего проекты комплексного освоения территорий, — это настоящий квест. «В рамках системы проектного финансирования действует принцип «один дом — один участок». И на каждый такой надел распространяются требования по некоему набору опций благоустройства. И вместо того, чтобы комплексно формировать единые досуговые пространства, приходится дробить территорию на маленькие локальные площадки, что, конечно, идет в ущерб самой концепции создания комфортной среды», — отмечает она.
Еще один проблемный вопрос. По словам эксперта, это существующий запрет на использование школьных спортивных площадок для досуговых мероприятий жителей кварталов. «В мировой практике, напротив, культивируется максимально широкое использование этой инфраструктуры и детьми и взрослыми в то время, когда она не занята школьниками. У нас же можно встретить странную картину, когда внутридворовая спортивная площадка соседствует с школьной. А ведь место можно было использовать для создания других интересных опций благоустройства», — считает Светлана Денисова.
От подъезда к лобби – как изменились «прихожие» современных новостроек
Входные зоны современных новостроек стали многофункциональным пространством, где жители могут отдохнуть, разместить с удобством гостей, встретиться с партнерами или решить общие задачи с соседями. Эксперты «Метриум» рассказывают, как стандартные подъезды эволюционировали в просторные лобби, о чем гласят строительные нормы, и как на деле застройщики изменили облик и содержание входных зон.
Базовые нормы
Конструкцию входной зоны многоквартирного дома регулируют строительные и санитарные нормы и правила. В подъезде обязательно есть:
– навес перед входом (козырек);
– светильники (антивандальные и энергосберегающие) под навесом;
– поручни и пандусы, если перепад высоты между входом и поверхностью больше 4 см;
– входная площадка перед дверью площадью не менее 1,2х1,2 м, покрытая плиткой;
– металлическая или прочная остекленная дверь с автоматическим доводчиком и магнитным запирающим устройством;
– тамбур в холодных регионах (двойной тамбур – в очень холодных регионах), причем глубиной не менее 1,2 м, а в домах с жителями с ограниченными возможностями – не менее 1,5 м в глубину и 2,2 м в ширину;
– камера наружного видеонаблюдения (в некоторых регионах);
– входные двери должны открываться внутрь в холодных регионах, чтобы их не заблокировал снег.
Таковы стандартные и минимальные требования к входной зоне многоквартирного дома. Даже наличие тамбура или вестибюля они предполагают не всегда, не говоря уже о других пространствах.
Сегодня же вход в многоквартирный дом стал более сложным. Он может состоять из следующих элементов:
- Входная группа. Это конструкция, которая отделяет улицу от внутренних помещений дома, то есть это фактически вход и тамбур.
- 2. Вестибюль. Первое внутреннее помещение здания, в котором может быть ресепшн, зона отдыха и ожидания, пост консьержа или охраны.
- Лифтовый холл. Это пространство, из которого лифтовые шахты ведут на жилые этажи или в подземный паркинг. Часто отсюда можно попасть еще и в кладовые дома.
- Дополнительные помещения. Колясочные, почтовые комнаты, помещения для мытья животных, зоны приема гостей и проведения деловых встреч, детские игровые зоны, мини-кинотеатры и т.п. Эти помещения опционально и иногда их функции могут быть переданы другим зонам дома. Итак, что изменилось по сравнению с этим стандартным форматом входных зон в современных новостройках?
Прозрачность
Первое, что бросается в глаза при взгляде на современный подъезд жилого комплекса – прозрачность конструкций. Если раньше преобладали стальные или деревянные двери и глухие стены тамбуров и вестибюлей, то сегодня жители и гости новостроек встречают более дружелюбное прозрачное стекло.
В жилых комплексах эконом- и комфорт-класса используются алюминиевые конструкции. В домах более высокого класса создаются входные группы из цельного стекла: металлические коннекторы в них незаметны. В некоторых комплексах строят входную группу из спайдерного стекла, которые вовсе обходятся без металлического каркаса.
Остекление входной зоны стало панорамным и витринным в силу увеличения площади вестибюля. В масштабных комплексах, особенно высокобюджетного рынка, часто встречается двусветное остекление, то есть высота оконного проема равна двум этажам здания. Это создает эффект лобби роскошной гостиницы. В таком стиле выполнена, к примеру, входная группа премиального квартала «Прайм Парк». Холл полностью просматривается с улицы, а вход в него выполнен в виде арки, над которой парит массивный и яркий навес.
Безбарьерный вход
Одной из главных проблем подъездов в домах прежних эпох в России был высокий уровень первого этажа, из-за которого для входа в здание приходилось подниматься по крыльцу. Исторически это связано в основном с климатом, для которого характерны снегопады и паводки, что заставляло строить дома на высоком фундаменте. В домах обеспеченных жителей было принято строить большой цокольный этаж для хозяйственных нужд, и часто этот этаж несколько выступал из-под земли, чтобы в нем предусмотреть окна. Все эти традиции отразились и на массовом жилищном многоквартирном строительстве, поэтому во многих многоэтажках осталось большое крыльцо, ступени, пандусы и другие препятствия.
Сейчас архитекторы отказались от этого реликта и делают вход в тамбур или вестибюль на уровне земли. Это обеспечивает свободный проход как для обычных жителей дома, так и для маломобильных граждан (людей с ограниченными возможностями, мам с колясками и т.п.).
Размер входной группы
Строительные и санитарные нормы регулируют размеры входной группы и тамбура, который предшествует лобби. Раньше их габариты были минимальными – 1,2 м в глубину здания или 1,5-2,2 м, если предполагается, что в доме будут жить люди с ограниченной мобильностью. Сейчас тамбуры, если их проектируют, стараются сделать больше и просторнее. К примеру, в одной из башен культурно-образовательного кластера Russian Design District входная группа представляет собой просторный холл, который имеет место для отдыха и ожидания, а также стойку ресепшн.
Вестибюль – эпицентр социального пространства
Вестибюль в многоквартирном доме раньше был только связующим звеном между внешним пространством, лестницами и лифтами. Никаких конкретных строительных и технических норм обустройства вестибюля нет – часто он вовсе отсутствовал в многоквартирных домах типовых серий или представлял собой расширенный тамбур.
Сейчас вестибюль – это полноценное и функциональное пространство, где жители могут встретиться и провести собрания, где могут разместиться в ожидании гости, обслуживающий персонал, друзья и т.д. Помимо этого, через вестибюль жители дома могут без всяких барьеров попасть во внутренний дом жилого комплекса. К примеру, в ЖК «Любовь и голуби» для этого предусмотрены сквозные проходы. Обязательным атрибутом лобби стала мягкая мебель. В высокобюджетных новостройках в общественных зонах устанавливают мебель брендовых производителей.
Впрочем, мягкая мебель появляется и в лобби проектов комфорт-класса, например, в ЖК «Любовь и голуби». В вестибюле других новостроек нередко ставят стеллажи, где жители дома могут организовать книжный обмен.
Размеры лобби также стали больше и отвечают архитектурному масштабу современных новостроек. К примеру, в премиальном квартале «Прайм Парк» высота потолков в вестибюле достигает 7,5 м, а в городском квартале бизнес-класса «Ривер Парк» – 6,5 м.
Обязательным атрибутом вестибюля стала стойка ресепшн. Здесь жителей дома приветствует обслуживающий персонал, который также может дать справки посетителям или гостям или предложить кофе ожидающим. Стойки тщательно вписаны в интерьер лобби и часто представляют собой доминанту помещения. К примеру, в квартале премиум-класса «Прайм Парк» стойка ресепшн достигает в длину 9 метров.
Дополнительные помещения
Застройщики стараются сделать расширенное пространство вестибюля максимально функциональным. Для этого они предусматривают различные зоны и отдельные помещения внутри. К примеру, в «Ривер Парке» есть детская комната, где можно на время оставить играть маленьких жителей квартала, также есть спортивный зал с тренажерами, лаунж-зона с бильярдом и камином. В культурно-образовательном кластере Russian Design District колясочные и велосипедные помещения интегрированы в холл.
В премиальном квартале «Прайм Парк» зона для почты и корреспонденции вынесена в отдельное помещение.
Дизайн и отделка
Конечно, для расширенного пространства входной зоны домов понадобились более сложные и яркие дизайнерские решения. Входная группа и вестибюль – это «лицо» здания, которое создает первое впечатление у однажды пришедших сюда будущих жителей и гостей. Поэтому сейчас застройщики не скупятся на вложения в дорогие отделочные материалы, мебель, украшения и предметы декора. К примеру, в холле Дома Валентина Юдашкина в Russian Design District людей встречают арт-объекты, а в качестве акцентов выступают яркие золотые элементы – декоративные панели на стенах, переходящие в потолочные светильники.
В премиальном квартале «Прайм Парк» девелопер привлек для создания архитектуры и интерьеров известное британское бюро Dyer, а также выбрал для отделки помещений лобби дорогие и редкие материалы. К примеру, пол покрыт бразильским кварцевым гранитом, а стены за зоной ресепшн украшены ламелями из редкой породы дерева Макасар. Освещает помещение люстра, изготовленная по специальному заказу девелопера.
«На рынке премиальной недвижимости покупатель хочет приобрести жилье, которое будет выглядеть одновременно роскошно и стильно, – комментирует Дмитрий Голев, коммерческий директор Optima Development (девелопер жилого квартала Prime Park). – Дизайнерам выполнить эту задачу непросто, потому что в истории нашего рынка уже был период вычурной архитектуры и интерьеров, но тем не менее в нашем проекте мы с этим справились. Холл создает первое впечатление о месте, где ты живешь. Сюда должно быть нестыдно пригласить друзей, назначить короткий кофебрейк с партнером или клиентом. Среди прочего это возможность продемонстрировать социальный статус и стиль жизни, даже не приглашая человека в квартиру».
«Общедомовое пространство развивается в логике превращения новостроек в более функциональное и автономное место для жизни, – комментирует Мария Литинецкая, партнер компании «Метриум» (участник партнерской сети CBRE). – После реформы ЖКХ собственники квартир фактически стали совладельцами дома. Парадоксально, но для их собраний были предусмотрены изменения в законах, но не в домах, которыми им предстоит управлять – встретиться жильцам элементарно негде в типовых многоэтажках. Сейчас дом постепенно превращается в многофункциональную площадку для общения, отдыха, встреч, хобби. На следующем этапе, полагаю, наряду с входом в паркинг или кладовые, из вестибюля появится дверь в рабочую зону, где жители смогут разместиться с ноутбуком или провести онлайн-презентацию».