Бюро А4: как сторителлинг меняет городскую среду
Бюро А4 известно своими общественными интерьерами и проектами благоустройства для крупных девелоперов, за которыми стоит глубокий нарративный подход. Сооснователи компании Сергей Марков (генеральный директор) и Алексей Афоничкин (главный архитектор) рассказали о том, как создают среду через сторителлинг.
Сергей Марков: — Идея создать свое бюро возникла еще в МАрхИ, где мы с Алексеем учились на кафедре общественных и жилых зданий. Затем работали в «Моспроекте» — в мастерской известного архитектора Якова Белопольского. Окончательно сработавшись и поняв, что вместе нам комфортно, мы решились уволиться и начать свой проект. Это был, кажется, 2013 год.
Алексей Афоничкин: — Первый наш проект — клубный поселок, мы делали генплан и несколько домов. С этого все и началось. Затем были интерьеры квартир, торгового центра «Хорошо» и других общественных пространств. Первые годы мы сфокусировались именно на этом, а примерно с 2019 года ушли в благоустройство — сначала городское, потом для девелоперов. Хотя направление общественных интерьеров тоже сохранилось. Если говорить о нашем фокусе — это общественные пространства: интерьеры и комплексное благоустройство.
— Как сформировался ваш подход к архитектуре и, что не менее важно, к ведению бизнеса?
Сергей Марков: — В архитектурной среде есть некоторое пренебрежительное отношение к бизнес-подходу. Сама учеба в МАрхИ построена на индивидуализме. Сейчас, к счастью, это меняется. Неудивительно, что, открыв юрлицо в 2014-м, мы много шишек набили. Не было понимания, как вести дела. По-настоящему осмысленно выстраивать бюро как компанию начали только в 2020-м, во время пандемии. Что касается архитектуры, то под влиянием преподавателя Валерия Грубова я стал воспринимать ее не как объемы и фасады, а как нечто более глубокое — то, что создает сценарий жизни, отношения между людьми. Эта история до сих пор отзывается в наших проектах, особенно в благоустройстве.
Алексей Афоничкин: — Я бы добавил про поиск собственного почерка. Вначале подходили к каждому проекту очень индивидуально, исходя из задач заказчика, меньше думая о единой стилистике. Мы никогда не были минималистами, нам всегда был присущ яркий смысловой подход, работа с образами. Взять, к примеру, «Пионер Bookstore» — там была и модульность, и интеграция смысловых точек, и многофукциональность.
Когда мы активно занялись благоустройством, этот подход перерос в сторителлинг, который стал нашим главным инструментом. Мы долго искали собственный почерк и последние лет пять-шесть активно его развиваем. Каждый наш проект — это сильные смысловые истории, наполненные яркими образами, которые мы стараемся рассказать будущему пользователю территории. Поскольку наш фокус — общественное пространство, для нас критически важно взаимодействие человека и среды.
— Способствует ли сторителлинг коммерческому успеху проекта?
Алексей Афоничкин: — Безусловно, он придает ему дополнительную ценность. Для девелопера это готовая маркетинговая история. Через образы и нарратив продавать продукт гораздо проще. Помню, года три назад некоторые из них удивлялись: «Так можно было? Сделать не просто двор, а целую историю?» Сейчас это уже становится трендом и мейнстримом.
Сергей Марков: — Да, это тренд. Тот же Сергей Кузнецов, продвигая Emo-tech (архитектурный стиль, сформулированный главным архитектором Москвы Сергеем Кузнецовым, в котором технологичность сочетается с выразительностью. — Примеч. ред.), говорит о сильных эмоциональных образах.
Мы рады, что девелоперы стали более открыты и привлекают нас к пиару проектов. Раньше часто идеи архитектора, вложенные в проект, не доходили до публичного поля, а сейчас мы делаем совместные публикации, и это очень круто.
— Как вы считаете, а покупатель в итоге выбирает, исходя из цены и локации, или все-таки эти истории влияют на его предпочтения?
Алексей Афоничкин: — При равнозначной стоимости человек выберет локацию, насыщенную смыслом. Покупают не безликий продукт, а авторскую историю. Благодаря нашему подходу объекты становятся более авторскими, живыми.
Сергей Марков: — Это важно, потому что покупатель может соотнести себя с местом. Смыслы дают новый уникальный опыт. Например, бульвары без машин в «Шагале» — это что-то новое. Яркие точки, где можно заняться чем-то, создают впечатление от места, ты начинаешь чувствовать его своим. Именно поэтому многие любят исторический центр с его атмосферой, а не безликие спальные районы.
— Вы практиковали участие жителей в обсуждении проекта. Насколько это продуктивно?
Сергей Марков: — Это крайне важный инструмент, особенно в работе со сложившейся городской средой. В девелоперских проектах будущие жители появляются позже, но и там это полезно для составления портрета покупателя. В России такой подход еще не стал системной практикой. Чаще это инициатива архитектора или девелопера. На мой взгляд, подобные опросы серьезно повышают шансы на то, что проект будет по-настоящему востребован и оценен.
— Эти смыслы рождаются из контекста места, или это плод чистой фантазии?
Сергей Марков: — Не всегда привязываемся к истории места, хотя в городских проектах это часто важно. Но мы также создаем совершенно новые нарративы, отталкиваясь от того, что нам интересно. Яркий пример — бульвары в ЖК «Shagal». Там была концепция «play and walk» (играйте и гуляйте): ты идешь по бульвару и взаимодействуешь с элементами, которые выглядят как арт-объекты, а не как стандартные площадки. Смысл был в создании интересного маршрута. А образный ряд родился из динамики воды, ведь комплекс у Москвы-реки. Наши малые архитектурные формы (МАФы) напоминали морские фигуры — водоворот, коралловый риф… Это было не похоже на обычную детскую площадку. Вот что мы стараемся привносить: смысл в программирование территории и сильный, запоминающийся образ.
— Давайте перейдем к конкретным проектам. Расскажите, к примеру, о ваших работах в Санкт-Петербурге.
Алексей Афоничкин: — В Петербурге у нас несколько проектов. Например ЖК «ЛДМ» на месте Ленинградского дворца молодежи. Там мы обыграли тему мрамора и метаморфоз камня, назвав концепцию «Метаморфизм». Мы перенесли идею в генплан, создали «разломы» в мощении и рисунке озеленения, использовали натуральный гранит. Эту же тему поддержали МАФы из каменноподобных материалов со сложной подсветкой. Важной частью концепции стало сохранение двух вековых дубов. А детская площадка, к примеру, была вдохновлена «Пещерой горного короля». К сожалению, ее оптимизировали на этапе рабочей документации. Такое бывает. Но мы продолжили обыгрывать тему, вдохновляясь архитектурой самого комплекса, который похож на глыбу мрамора, и в озеленении: во дворе — строгие, «каменные» посадки, по периметру — более живописные.
Сергей Марков: — Еще из реализованного в Петербурге — ЖК «Окла» с «ЛенСтройТрестом». Мы делали двор, обращенный к лесу. Архитектурная концепция принадлежит Рикардо Бофиллу (известный испанский архитектор — представитель барочно-классицистического направления в архитектуре постмодернизма. — Примеч. ред.), и наше благоустройство перекликается с его замыслом через арочные, лучевые структуры в генплане.
Еще один интересный проект — в Кронштадте, ЖК «Кронфорт. Набережная». Концепция называлась «Море чувств». Мы взяли четыре: радость, безмятежность, очарование и свободу. Последняя, например, выразилась в огромных качелях. Генплан связали с исторической сеткой кварталов Кронштадта и диагональными балконами комплекса. В каждом дворе — свой характер: где-то акцент на природности и больших камнях среди злаков, где-то — на семейном отдыхе с общественными прихожими и площадками для пикника и петанка.
— Одна из ключевых тем, которую вы поднимаете, — «бесшовное пространство». Что это значит?
Сергей Марков: — Это работает на нескольких уровнях. Первый — городской: непрерывные комфортные связи — например набережная, переходящая в бульвар и парк. Второй уровень — связь интерьера и экстерьера. Когда мы делаем и места общего пользования (МОПы), и благоустройство, можем использовать единые материалы и смысловые ходы, создавая целостный опыт.
Алексей Афоничкин: — Именно так. Человек выходит из квартиры в проработанный интерьер, и эта история плавно перетекает во двор. Исчезает диссонанс, который часто бывает, когда интерьер и благоустройство делают разные команды. Для девелопера это сильный продуктовый ход, который должен закладываться на уровне брендинга.
Сергей Марков: — Сейчас девелоперы все чаще мыслят не точечными проектами, а крупными территориями комплексного развития. И для таких проектов дизайн-код, обеспечивающий единообразие и бесшовность, становится необходимостью.
— Какие еще тренды в благоустройстве вы считаете наиболее важными?
Алексей Афоничкин: — Однозначно — тренд на здоровьесберегающую среду. Речь идет не только о физическом, но и ментальном самочувствии. Мы создаем спортивные хабы, места для релаксации, йоги, коммуникации. В том же «Вест Гардене» сделали целый ряд таких зон, включая инклюзивный соседский сад.
Сергей Марков: — Мы даже проводили исследование с Сеченовским университетом в рамках воркшопа фестиваля «Открытый город» на тему социального стресса, потому что это триггер для ментального и физического здоровья. Прогностически он даже хуже, чем курение. Поэтому и власти города, и девелоперы объективно заинтересованы в создании среды, которая его снижает.
— Помимо городских проектов, вы активно работаете в сегменте ИЖС. Чем он вам интересен?
Алексей Афоничкин: — У нас несколько таких проектов. Коттеджный поселок Миронцево был первым. К нам пришел инвестор с участком земли и полностью доверился нам в формировании продукта. Мы проводили большую аналитику, изучали тренды, мировой опыт. Наш проект несколько опережал рынок, потому что через год увидели похожие подходы.
У нас была очень экологичная история. Мы максимально сохраняли деревья, чтобы жители чувствовали, что живут в лесу. Помимо мастер-плана, разработали проект благоустройства, въездную группу. Несколько типологий домов, в том числе с камышовой кровлей, с фасадами из лиственницы, клинкерной плитки. Эти материалы красиво стареют и мимикрируют в среду. Когда приезжаешь на стройку, видишь, как среди берез словно «проявляются» эти дома.
Сергей Марков: — В ИЖС после пандемии пришли большие игроки, и рынок из «дикого» превратился в продуктовый. Миронцево — не только про экологию, но и идею комьюнити. Здесь мы создали «зеленое кольцо» — общественный пешеходный маршрут, вдоль которого расположены разные активности. И заложили возможность для жителей в будущем адаптировать некоторые пространства и объекты под свои нужды.
Алексей Афоничкин: — Под Ростовом-на-Дону мы разрабатывали благоустройство и архитектурные проекты домов для коттеджного поселка «Старочеркасская Ривьера». Основная идея — создание добрососедской среды, что для юга России очень важно. Поэтому в проекте появились зоны, где люди разных возрастов смогут объединяться, например, для отдыха на набережной, для яхтинга. Также мы решали проблему занятости подростков.
— А что можете рассказать про проект «Тихая долина»? Я слышала, он вдохновлен Чеховым.
Сергей Марков: — Да, это свежий проект в кластере ИЖС Группы «Самолет» в Максимихе — чеховские места. Мы вдохновлялись контекстом, произведениями великого русского писателя. Но помимо этого, была глобальная идея Sound Village — деревня звуков. Акцент на усилении, например, пения птиц. Это находило отражение в благоустройстве: появились МАФы типа «усилитель леса», большая смотровая площадка — «голубятня». В дизайн-коде дорожки напоминали разложенную музыкальную партитуру. А смысловые маршруты и малые объекты были связаны с произведениями Чехова. Например «Человек в футляре» — это такой полузакрытый МАФ, где можно уединиться.
— Как находите баланс между художественным замыслом и экономикой проекта? Как отстаиваете идеи?
Сергей Марков: — Мы понимаем, что находимся в одной лодке с девелопером, это партнерство, а не битва. Вопрос в том, можем ли мы контролировать оптимизацию? Если заказали не только концепцию, но и рабочую документацию, мы как авторы знаем, от чего можно отказаться, что менее важно, а что нужно сохранить, чтобы не потерять идею. Мы адекватно воспринимаем контекст и стараемся сохранить основные элементы, рассказывающие о смысле, а менее значимые — оптимизировать, если необходимо.
— Как технологии, в частности искусственный интеллект, меняют вашу работу?
Сергей Марков: — ИИ для нас стал таким же инструментом, как карандаш. Для благоустройства, которое часто воспринимается как «плоскостное», настоящим прорывом станет повсеместный переход в 3D БИМ-моделирование, которое открывает новые возможности. Мы этим уже занимаемся.
Алексей Афоничкин: — Нейросети прочно вошли в наш обиход. Генерация текстов, картинок... Я уже не представляю, как без этого обходиться. Нужно учиться формулировать промпты (запросы. — Примеч. ред.), это новая грамотность.
Сергей Марков: — Мы недавно весь визуал для альбома концепции малых архитектурных форм сделали с помощью нейросетей. Написали промпты — и получили готовые образы для презентации. Еще один тренд — короткие анимации от нейросетей, «оживающие» рендеры. Для клиента это часто нагляднее статичной картинки. А некоторые девелоперы теперь принимают проекты только в VR. Мы делаем модель, и они ходят по будущему двору в очках виртуальной реальности.
— Какими проектами гордитесь больше всего?
Сергей Марков: — Мне очень нравится «Павильон Книги» на ВДНХ. Мы вместе с Государственным музейно-выставочным центром «РОСИЗО» дали ему новую жизнь, и сейчас он невероятно востребован. Это идеальный пример воплощения концепции «третьего места» — не дом и не работа, которую сформулировал американский социолог и урбанист Рэй Ольденбург, известный исследованиями о важности неформальных пространств для функционирования гражданского общества. Это могут быть соседские хабы в местах общего пользования или общественные гостиные во дворе с диванами и очагом. Пространства, где людям приятно проводить время, общаться и ощущать свою принадлежность к сообществу, где человек чувствует себя комфортно и защищенно, ему хочется сюда возвращаться. Именно такие места делают город по-настоящему дружелюбным.
Алексей Афоничкин: — Горжусь реализацией МАФов в «Шагале» — получилось очень эмоционально. И концепцией благоустройства для одного из кварталов «СберСити» в Рублево-Архангельском. А еще нравится Космодамианская набережная с нашими «городскими балконами» напротив Кремля. Из реализованного благоустройства жилых комплексов — West Garden. Неплохим получился.
— «Неплохо» от архитектора — думаю, это высшая оценка…
Алексей Афоничкин: — Мы всегда стремимся к идеалу, он где-то впереди, поэтому в принципе довольно самокритичны. Если бы были абсолютно всем довольны, наверное, это означало, что остановились в развитии.
Штучный товар – необычные форматы жилья в Новой Москве
За последние годы архитектурные решения в проектах новостроек в Новой Москве стали намного более разнообразными, чем семь лет назад, когда эти территории присоединили к столице. От исключительно типовых планировок застройщики отказались, и сейчас у покупателей нового жилья здесь большой выбор нестандартных помещений. Аналитики «Метриум» рассказывают, какие новые варианты квартиры доступны на новомосковском рынке первичного жилья.
На рынке новостроек Новой Москвы девелоперы ведут продажи в 33 проектах застройки порядка 10,7 тыс. квартир. Среди них преобладают однокомнатные квартиры, на долю которых приходятся 35% вариантов жилья. Далее следуют двухкомнатные квартиры (35%), студии (17%), трехкомнатные квартиры (13%). Однако на местном рынке есть и нестандартные варианты жилья: квартиры с террасами, с мастер-спальнями, двухуровневые квартиры, пентхаусы и квартиры с окном в ванной.
Квартиры с террасами
Новая Москва – это преимущественно природные территории, где нет плотной городской застройки, но есть леса, поля, реки и водоемы, поэтому из окон многих квартир в местных новостройках открывается пейзажный вид на окрестности. Конечно, девелоперы используют это локальное преимущество для привлечения будущих новоселов, которые хотят любоваться природными красотами не только из окна, но и будучи на открытом воздухе. Поэтому в некоторых комплексах проектируются квартиры с террасами.
Раньше такое жилье было редкостью – в типовых домах имелись балконы, которые, как правило, в силу своих габаритов и архитектурных особенностей (не выступали за пределы фасада) можно было использовать только как подсобное помещение. Сейчас в Новой Москве есть жилые комплексы с террасами.
Так, в ЖК «Прокшино», который строит ГК «А101» рядом с одноименной станцией метро в Сосенском поселении, квартиры с террасами продаются во втором и шестом корпусах. Речь идет о больших лотах площадью от 108 кв.м до 152 кв.м. Их цена варьируется от 18,9 млн рублей до 26,2 млн рублей. Причем среди таких вариантов жилья можно выбрать квартиры как с отделкой, так и без неё.
«Терраса – это едва ли не самое универсальное пространство квартиры, – комментирует Анна Боим, коммерческий директор ГК «А101» (девелопер ЖК «Испанские кварталы», «Скандинавия», «Белые ночи», «Москва А101», «Прокшино», «Южное Бунино»). – Она может быть летней зоной для занятий спортом или йогой, летним садом, игровой зоной для детей или оригинальным местом для приема гостей, наконец, здесь можно просто медитировать или предаваться созерцательному отдыху. При этом в Новомосковском округе Москвы, с его обилием зеленых зон и чистым воздухом, квартира с террасой терраса выглядит более привлекательной покупкой, чем даже в историческом центре Москвы».
Квартиры с террасами есть в двух проектах застройки ГК «МИЦ» – в ЖК «Кленовые аллеи» и «Южное Бунино», которые возводятся соответственно в Десёновском и Сосенском поселениях. Площадь жилья с такой опцией здесь поменьше – варьируется от 54 кв.м до 77 кв.м, поэтому их цена соответственно ниже – от 11,7 млн до 15,1 млн рублей.
Квартиры с мастер-спальнями
Другая сравнительно новая характеристика – квартиры с мастер-спальнями. Раньше они были редкостью, но в последние годы встречаются в большинстве новых жилых комплексов Новой Москвы.
Мастер-спальня – это спальня со смежной ванной комнатой и часто гардеробом. Название пришло из английского, где master означает «хозяин», то есть речь идет о спальне для хозяина дома, который имеет таким образом прямой доступ к приватной ванной комнате и своему гардеробу. Нередко из мастер-спальни еще можно выйти на балкон или террасу. В квартирах с мастер-спальней всегда есть второй санузел – гостевой, который находится у входа в квартиру или рядом с кухней.
Квартиры с мастер-спальней в Новой Москве сейчас предлагают многие застройщики. К примеру, в проектах ГК «А101» их площадь варьируется от 53 кв.м. до 107 кв.м., а стоимость – от 10,1 млн рублей до 23,4 млн рублей (ЖК «Прокшино»).
Двухуровневые квартиры
Есть и формат жилья, который был заимствован новомосковскими застройщиками из практики девелоперов дорогих новостроек – двухуровневые квартиры. Обычно их проектируют в комплексах бизнес-класса и выше. Это большое жилье, рассчитанное на семью, которая среди прочего стремится обеспечить максимальную приватность всем её членам, ведь фактически речь идет о двух отдельных квартирах, находящихся на разных этажах дома, но связанных лестничным переходом. Впрочем, оборудовать двухуровневую квартиру можно по-разному – площадь позволяет. На первом уровне, к примеру, организуется зона приема гостей с большой гостиной, кухней, баром, обеденной, домашним кинотеатром, а на втором уровне – приватная зона отдыха со спальнями.
Двухуровневые квартиры в Новой Москве есть в ЖК «Кленовые аллеи» (ГК «МИЦ»). Самый доступный вариант – пятикомнатная квартира в 14-м корпусе площадью 106 кв.м. за 16,8 млн рублей. На первом этаже предусмотрены две спальни, два санузла и кабинет с кладовой, а на втором – кухня-гостиная, гардероб и большая спальня площадью 20 м. Самая большая из доступных имеет площадь 118 кв.м., а стоит – 18,1 млн рублей. Планировки квартир схожие, с той только разницей, что во второй квартире не одна большая, а две спальни поменьше.
Пентхаусы
Пентхаусы также появились на новомосковском рынке новостроек. Пентхаус – это квартира, которая расположена на последнем этаже здания и занимает весь этаж или значительную его часть (например, половину, соседствуя с другим пентхаусом). Этот формат жилья застройщики также переняли из практики рынка высокобюджетного жилья. В отличие от других квартир, пентхаус более приватный, ведь у его жителей непосредственных соседей либо нет, либо очень мало. Также это жилье с лучшими видовыми характеристиками благодаря высокому этажу и окнам, обращенным во все стороны света.
В Новой Москве пентхаусы можно найти в жилом культурно-образовательном кластере Russian Design District, который строит Группа «Родина» в Десёновском поселении. Пентхаусы площадью от 125 кв.м до 145 кв.м. Высота потолков в них достигает 4,3 м. В одном из таких пентхаусов предусмотрены три спальни (в том числе мастер-спальня), два санузла, гардеробная, терраса и балконы.
«Пентхаусы – это эксклюзивный формат жилья, его обладатель подчеркивает тем самым свой высокий статус, – комментирует Владимир Щекин, совладелец Группы «Родина» (девелопер жилого культурно-образовательного кластера Russian Design District). – В Новой Москве в нашем жилом культурно-образовательном кластере из окон пентхауса открывается роскошный вид на парк, красивый бульвар и во двор корпуса. То есть у жителей такой квартиры будет практически круговой обзор живописных окрестностей».
Также пентхаусы есть в другом проекте бизнес-класса в Новой Москве Vnukovo Country Club (Первомайское поселение) от ГК «Примаком». Здесь у пентхаусов с четырьмя спальнями и гостиной есть еще и доступ на эксплуатируемую крышу. Их площадь начинается от 314 кв.м, из которых 220 кв.м – крыша.
Квартиры с окном в ванной комнате
Окно в ванной – только на первый взгляд незначительная опция. На самом деле это дополнительный источник света, причем естественного, что помогает визуально расширить и «оживить» пространство, а также дает дополнительные преимущества для дизайна помещений. Окна в ванных можно встретить в сталинках, но в эпоху массовой жилой застройки от них отказались и даже отвыкли. Затем эта опция появилась в высокобюджетном сегменте, а сейчас распространяется в комфорт-классе.
В Новой Москве сейчас много жилых комплексов, где в квартирах предусмотрены оконные проемы в ванных. Немало таких в проектах группы «А101». Самая доступная из них – двухкомнатная квартира в ЖК «Прокшино» площадью 53 кв.м за 10,1 млн рублей. Окно здесь есть в ванной комнате площадью 3,8 кв.м. которая примыкает к мастер-спальне.
«Эксклюзивные форматы квартир действительно распространяются на рынке новостроек Новой Москвы, – комментирует Мария Литинецкая, партнер компании «Метриум» (участник партнерской сети CBRE). – Однако их совсем немного, то есть речь идет буквально о штучных предложениях. В основном они рассчитаны на покупателей с большим бюджетом, которых в ТиНАО год от года становится все больше. В целом же рост разнообразия архитектурных и планировочных решений в современных домах говорит о том, что Новая Москва становится весьма привлекательным рынком жилья в столице и уже не ассоциируется с экономичными и типовыми решениями».
Элитный дом: приватность плюс общение
Состав инфраструктуры элитных жилых комплексов перманентно меняется, возникает и уходит мода на определенные сервисы. Свои коррективы внесла в том числе пандемия, совместив потребности в приватности и безопасности с нуждой в живом общении.
Базовый набор
Риэлторы отмечают: элитные дома — штучные изделия, но и покупатели здесь — «штучные». Никогда не угадаешь, какая именно опция станет решающей при выборе квартиры. Но некоторые запросы известны. Это приватность, безопасность по принципу «Мой дом — моя крепость», но также наличие инфраструктуры для общения — будь то зона отдыха, бар или другое помещение для переговоров.
Сегодня существует некий базовый набор внутренней инфраструктуры: подземный паркинг, охрана, кладовые. Но также помещения или уличные приспособления для занятий спортом — дань моде на здоровый образ жизни.
Новые тренды
По мере развития рынка элитной недвижимости концепция жилых комплексов, их наполнение внутренней инфраструктурой менялись, рассказывает Светлана Московченко, руководитель отдела исследований Knight Frank St Petersburg: «Так, в начале 2000-х было принято включать в состав элитного жилого дома максимальное число инфраструктурных объектов: фитнес-зал, массажный кабинет, бассейн, сигарные, бильярдные, зимние сады, комнаты для персонала и переговорные. Однако со временем девелоперы стали уходить от подобной концепции из-за повышенных эксплуатационных платежей и невостребованности большинства сервисных объектов у жильцов».
За последний год покупатели стали уделять инфраструктуре элитного проекта особенное внимание — сказались последствия пандемии. Смена образа жизни, переход на удаленный режим работы привели к тому, что сегодня покупатели стремятся иметь в ближайшем распоряжении все необходимые сервисы и инфраструктурные объекты — чтобы экономить собственное время, отмечают в компании Capital Group.
По словам Андрея Петрова, руководителя проектов премиум- и бизнес-классов компании «Петербургская Недвижимость» (Setl Group), среди новых веяний — появление в домах высокого класса комнаты матери и ребенка, а также оборудование отдельного помещения для корреспонденции/почты.
«На выбор жилья влияет общий масштаб и состав инфраструктуры, но все зависит от потребностей аудитории конкретного проекта. При этом в том числе в элитных проектах могут развиваться концепции шеринга внутренней инфраструктуры. В элитных комплексах различных форматов собственный кинозал для жителей, профессиональная кухня и банкетный зал для приема гостей, тренажерный зал в будущем могут функционировать по модели гибкой аренды и определенно будут востребованы жителями», — заключили специалисты Capital Group.
Андрей Непомнящий, директор по продажам холдинга «РСТИ» в Москве, отмечает, что для покупателей жилья в элитных проектах сейчас важно наличие клубной инфраструктуры в комплексе: «Клиенты хотят спускаться в плавательный бассейн прямо из своей квартиры в халате и тапочках, заказывать столик в ресторане высокой кухни на первом этаже своего дома или встречаться с единомышленниками в сигарном клубе».
«За последний год вырос спрос на жилые комплексы с собственной богатой инфраструктурой, которая должна включать wellness, SPA, спортивные залы, клубные комнаты. Этот тренд давно назревал, но мощным катализатором к активному спросу послужила пандемия. Покупатели ощутили острую нехватку в пространстве, и не только внутри квартиры, но и за ее пределами. Теперь особое внимание уделяется не только количеству спален, но и лобби, зоне ресепшен, холлам, прогулочным набережным. Благодаря изобилию рек и каналов у питерских архитекторов, в отличие от московских, появилась возможность добавить к инфраструктуре комплексов класса De Luxe частные прогулочные набережные, яхтенные марины и причалы. Сейчас тренд получил настоящее развитие: в строительстве элитного жилья с включенными в инфраструктуру SPA и особых зон отдыха происходит настоящая революция!» — уверяют специалисты Международного агентства элитной недвижимости ENGEL & VÖLKERS.
«В жилых комплексах, расположенных у воды, одной из важных составляющих внутренней инфраструктуры являются собственная марина, причал для яхт», — указывает Светлана Московченко. Свой причал для яхт есть в «Олимпийской деревне», яхтенная марина — в комплексе «Императорский яхтъ-Клуб». В ЖК «Леонтьевский мыс» организован яхт-клуб.
Как отмечает Иван Жемчугов, руководитель отдела маркетинга и рекламы АН «Мир квартир — элит», некоторые покупатели интересуются вертолетными площадками. По данным ENGEL & VÖLKERS ∙ Санкт-Петербург, единственный комплекс в Петербурге с собственной вертолетной площадкой — комплекс резиденций «Императорский яхтъ-клуб».
Если застройщик по какой-то причине вдруг не предусмотрел ту или иную опцию, на связи с жильцами в режиме 24/7 управляющая компания (служба консьержа), через которую можно заказать почти любые дополнительные услуги, подчеркнула Светлана Московченко.
Место встречи
Год пандемии изменил режим жизни многих людей. В частности, востребованными стали места для встреч внутри жилых комплексов. «Сейчас в тренде лобби-бары — места, где жители элитного дома могут встретиться с посетителями, не приглашая их к себе домой, рассказывает Андрей Петров.
Иван Жемчугов, кроме того, указывает на моду на лаундж-зоны, где также можно провести встречу за пределами квартиры. Для этой же цели, по его словам, сегодня служат бары в жилых комплексах, при этом кафе не столь популярны.
Большинство дорогих столичных проектов ограничиваются лобби при входной группе. Но, например, ЖК «Бадаевский» предложит аудиториум, коворкинг-зоны и переговорные; ЖК Carre Blanc — салон-гостиную, лаундж-зону. В ЖК Golden Mile Private Residence и «Дом на Тишинке» есть библиотеки, в ЖК «Лаврушинский» — beauty room с лаундж-зоной. В ЖК «Дом на Тишинке» местом для общения также служит гостиная с камином. А в ЖК Allegoria Mosca есть отдельное двухэтажное здание с коворкинг-пространством.
В Петербурге в проекте «Дом Балле» предусмотрены переговорная, винотека и сигарная комнаты, в комплексе «Резиденция на Каменном» — клубная комната с камином и баром, в ID Moskovskiy — SPA-пространство на последнем этаже одного из корпусов с баром, сауной, hot tub, лаундж-зоной. Первый этаж комплекса One Trinity Place отдан под лобби с ресепшен, общественные зоны, библиотеку. Лобби с каминами и роялем, а также зона ожидания предусмотрены в ЖК «Привилегия». Esper Club располагает входной группой с камином и лаундж-зоной. В лаундж-зону «Крестовский IV» входят хаммам, сауна, комната для медитаций, также есть помещение для личных переговоров. Библиотекой и лаундж-кафе можно пользоваться в ЖК «Резиденция на Каменном».
Дань здоровому образу жизни
Еще одна тенденция — спортивные сооружения и приспособления. Так, Setl Group в новых проектах предложит будущим жильцам интегрированный в первый этаж спорткомплекс, который будет работать не только для жителей: как показал опыт, если ранее в домах размещали, например, бассейны только для жителей, то со временем стала очевидной их невостребованность, пояснил Петров.
«Дом Балле» — исторический особняк XIX века, имеет собственный wellness-центр, который включает в себя бассейн с озонированной водой, хаммам, сауну, массажный кабинет, тренажерный зал и салон красоты. «Императорский яхтъ-клуб» располагает бассейном, гидромассажными ваннами, фонтанами, банным комплексом (бани на сухом и мокром пару), кабинетом SPA, фитнес-центром (тренажерный зал с кардиозоной и зал для занятий йогой). Клубный дом «Фонтанка, 76» оборудован wellness-центром, SPA-зоной с банным комплексом, бассейном с гидромассажем. Круглосуточно работает фитнес-клуб с тренажерами премиум-класса и залом для индивидуальных тренировок.
Комплекс «Резиденция на Каменном» также располагает wellness-центром с бассейном, хаммамом, сауной, солярием и фитнес-залом.
В One Trinity Place оборудован спортивный зал, в ЖК «Приоритет» — тренажерный, в ЖУ Stella Maris — спортивно-оздоровительный комплекс (бассейн, тренажерный зал, spa-комплекс). ЖК «Новая звезда» предлагает жильцам бассейн, бильярдную, тренажерный зал, ЖК «Привилегия» — СПА-центр, фитнес-клуб, банный комплекс и бассейн.
Теннисные корты есть в ЖК «Дом на Мичуринской» и ЖК «Олимпийская деревня».
Многие московские проекты ограничиваются фитнес-центрами или SPA с бассейнами (ЖК One Tower, Victory Park Residence, «Дом с бассейном — Сретенка 13/26», «Дом на Тишинке» и др.). В ЖК «Лаврушинский» (Дом с видом на Кремль) спортивно-оздоровительная инфраструктура побогаче: фитнес-клуб, бассейн, сауна, хаммам и хот-таб, а также двор-парк с зонами для спокойного и активного отдыха, для занятий йогой, воркаут-зона. В ЖК «Бадаевский» запроектирован бассейн с панорамными окнами. Спортивные залы или центры есть в ЖК Golden Mile Private Residence, Carre Blanc, «Театральный квартал». ЖК Lucky предлагает новый для Москвы формат Fitness Market, который занимает отдельное историческое здание. Традиционный фитнес-клуб расположен в современном двухэтажном здании: тренажерные залы, wellness-зоны, бассейн внутри и бассейн с подогревом на крыше. В проекте дизайнерского дома ELEVEN построен собственный фитнес-клуб со СПА-зоной, где будет работать премиальный сетевой оператор.
Отдельная история — масштабный проект «Остров» на 12 тыс. квартир бизнес- и премиум-класса. Самостоятельный спортивный кластер планируется построить рядом с ЖК — с серфинг-парком «Волна», ледовым дворцом, футбольными полями, легкоатлетическим манежем, центром экстремальных видов спорта, центром керлинга, гребной базой и так далее.
За пределами ЖК
Главное требование к внешней инфраструктуре — чтобы объекты по соседству соответствовали уровню жилого комплекса. «Как правило, это частные медицинские центры, детские сады и школы, обустроенные площадки для детей, занятий спортом и отдыха, близость спортивных объектов (фитнес-клубов, теннисных кортов, яхт-клубов), магазины и рестораны высокого класса. Кроме того, наличие в непосредственной близости от жилого дома зеленой зоны, парка, водной артерии всегда положительно влияет на решение о покупке», — поясняет Светлана Московченко.
Если речь идет о детском саде, уточняет Иван Жемчугов, как правило, это частный детсад. К школам тоже особое отношение. «Иной раз выбор квартиры привязан к конкретной гимназии, это обычно касается петербуржцев», — добавил он.
Как отмечают специалисты Capital Group (Москва), поскольку элитные проекты традиционно располагаются в центре города, в районах с хорошей транспортной доступностью, покупатели формата клубных домов, как правило, больше внимания обращают на окружающую, чем на внутреннюю инфраструктуру: клубные проекты — это точечная застройка. Иной подход у покупателей элитного жилья в небоскребах или в проектах, создающихся в формате жилых кварталов: в таком случае девелоперу необходимо предусмотреть всю необходимую инфраструктуру либо внутри здания, либо на территории комплекса.
По словам Петрова, набор коммерческих помещений почти не меняется: «Проектируются встроенные помещения на внешнем периметре с улицы, и разведены потоки "жильцы —посетители магазинов и т. д. ". В основном появляются салоны красоты, магазины, аптеки, кондитерские-булочные…».
Так, в ЖК Victory Park Residence запланированы рестораны и гастропабы, фреш-бар, а также свой торговый центр с океанариумом. В ЖК «Бадаевский» в одном из исторических зданий запланирован трехэтажный мультибрендовый бутик, на территории ЖК — рынок, в одном из исторических зданий — крафтовая пивоварня.
Светлана Московченко, руководитель отдела исследований Knight Frank St Petersburg:
— Покупателей элитного жилья интересуют удобные подъезды к дому на личном транспорте (в том числе водном), наличие гостевых парковок, возможно, вертолетной площадки. Недаром место остается одним из ключевых параметров при выборе элитного объекта. Проживание в историческом центре или в прилегающих к нему районах дает возможность воспользоваться развитой инфраструктурой, быть в центре культурной и деловой жизни Санкт-Петербурга, любоваться его достопримечательностями и неповторимыми видами.
Иван Жемчугов, руководитель отдела маркетинга и рекламы АН «Мир квартир — элит»:
— Для покупателя элитного жилья важно, чтобы все было технологично, функционально и красиво. Когда ты спокойно можешь отправить ребенка гулять в закрытый, охраняемый двор, сам отправишься в ресторан первого этажа на встречу, а в это время тебе доставят продукты, приберутся, помоют машину. Мобильность и умение ценить время клиента — главный критерий для покупателя, выбирающего квартиру.
Оксана Кравцова, совладелец и генеральный директор ГК «Еврострой»:
— Если речь идет о клубном доме или комплексе элит-класса, необходимо создавать объекты собственной инфраструктуры: рестораны, бары, переговорные, деликатесные лавки, салоны красоты и фитнес-студии. Причем назначение каждого подобного объекта планируется еще на этапе проектирования, так как клиенты, приобретающие элитное жилье на стадии строительства, очень трепетно относятся к заявленной инфраструктуре.
Кроме того, для покупателей элитной недвижимости крайне важны общественные пространства.
В последние годы в сегменте De Luxe значительно больше внимания стало уделяться персонализированному сервису и организации собственной службы портье.