Бюро А4: как сторителлинг меняет городскую среду
Бюро А4 известно своими общественными интерьерами и проектами благоустройства для крупных девелоперов, за которыми стоит глубокий нарративный подход. Сооснователи компании Сергей Марков (генеральный директор) и Алексей Афоничкин (главный архитектор) рассказали о том, как создают среду через сторителлинг.
Сергей Марков: — Идея создать свое бюро возникла еще в МАрхИ, где мы с Алексеем учились на кафедре общественных и жилых зданий. Затем работали в «Моспроекте» — в мастерской известного архитектора Якова Белопольского. Окончательно сработавшись и поняв, что вместе нам комфортно, мы решились уволиться и начать свой проект. Это был, кажется, 2013 год.
Алексей Афоничкин: — Первый наш проект — клубный поселок, мы делали генплан и несколько домов. С этого все и началось. Затем были интерьеры квартир, торгового центра «Хорошо» и других общественных пространств. Первые годы мы сфокусировались именно на этом, а примерно с 2019 года ушли в благоустройство — сначала городское, потом для девелоперов. Хотя направление общественных интерьеров тоже сохранилось. Если говорить о нашем фокусе — это общественные пространства: интерьеры и комплексное благоустройство.
— Как сформировался ваш подход к архитектуре и, что не менее важно, к ведению бизнеса?
Сергей Марков: — В архитектурной среде есть некоторое пренебрежительное отношение к бизнес-подходу. Сама учеба в МАрхИ построена на индивидуализме. Сейчас, к счастью, это меняется. Неудивительно, что, открыв юрлицо в 2014-м, мы много шишек набили. Не было понимания, как вести дела. По-настоящему осмысленно выстраивать бюро как компанию начали только в 2020-м, во время пандемии. Что касается архитектуры, то под влиянием преподавателя Валерия Грубова я стал воспринимать ее не как объемы и фасады, а как нечто более глубокое — то, что создает сценарий жизни, отношения между людьми. Эта история до сих пор отзывается в наших проектах, особенно в благоустройстве.
Алексей Афоничкин: — Я бы добавил про поиск собственного почерка. Вначале подходили к каждому проекту очень индивидуально, исходя из задач заказчика, меньше думая о единой стилистике. Мы никогда не были минималистами, нам всегда был присущ яркий смысловой подход, работа с образами. Взять, к примеру, «Пионер Bookstore» — там была и модульность, и интеграция смысловых точек, и многофукциональность.
Когда мы активно занялись благоустройством, этот подход перерос в сторителлинг, который стал нашим главным инструментом. Мы долго искали собственный почерк и последние лет пять-шесть активно его развиваем. Каждый наш проект — это сильные смысловые истории, наполненные яркими образами, которые мы стараемся рассказать будущему пользователю территории. Поскольку наш фокус — общественное пространство, для нас критически важно взаимодействие человека и среды.
— Способствует ли сторителлинг коммерческому успеху проекта?
Алексей Афоничкин: — Безусловно, он придает ему дополнительную ценность. Для девелопера это готовая маркетинговая история. Через образы и нарратив продавать продукт гораздо проще. Помню, года три назад некоторые из них удивлялись: «Так можно было? Сделать не просто двор, а целую историю?» Сейчас это уже становится трендом и мейнстримом.
Сергей Марков: — Да, это тренд. Тот же Сергей Кузнецов, продвигая Emo-tech (архитектурный стиль, сформулированный главным архитектором Москвы Сергеем Кузнецовым, в котором технологичность сочетается с выразительностью. — Примеч. ред.), говорит о сильных эмоциональных образах.
Мы рады, что девелоперы стали более открыты и привлекают нас к пиару проектов. Раньше часто идеи архитектора, вложенные в проект, не доходили до публичного поля, а сейчас мы делаем совместные публикации, и это очень круто.
— Как вы считаете, а покупатель в итоге выбирает, исходя из цены и локации, или все-таки эти истории влияют на его предпочтения?
Алексей Афоничкин: — При равнозначной стоимости человек выберет локацию, насыщенную смыслом. Покупают не безликий продукт, а авторскую историю. Благодаря нашему подходу объекты становятся более авторскими, живыми.
Сергей Марков: — Это важно, потому что покупатель может соотнести себя с местом. Смыслы дают новый уникальный опыт. Например, бульвары без машин в «Шагале» — это что-то новое. Яркие точки, где можно заняться чем-то, создают впечатление от места, ты начинаешь чувствовать его своим. Именно поэтому многие любят исторический центр с его атмосферой, а не безликие спальные районы.
— Вы практиковали участие жителей в обсуждении проекта. Насколько это продуктивно?
Сергей Марков: — Это крайне важный инструмент, особенно в работе со сложившейся городской средой. В девелоперских проектах будущие жители появляются позже, но и там это полезно для составления портрета покупателя. В России такой подход еще не стал системной практикой. Чаще это инициатива архитектора или девелопера. На мой взгляд, подобные опросы серьезно повышают шансы на то, что проект будет по-настоящему востребован и оценен.
— Эти смыслы рождаются из контекста места, или это плод чистой фантазии?
Сергей Марков: — Не всегда привязываемся к истории места, хотя в городских проектах это часто важно. Но мы также создаем совершенно новые нарративы, отталкиваясь от того, что нам интересно. Яркий пример — бульвары в ЖК «Shagal». Там была концепция «play and walk» (играйте и гуляйте): ты идешь по бульвару и взаимодействуешь с элементами, которые выглядят как арт-объекты, а не как стандартные площадки. Смысл был в создании интересного маршрута. А образный ряд родился из динамики воды, ведь комплекс у Москвы-реки. Наши малые архитектурные формы (МАФы) напоминали морские фигуры — водоворот, коралловый риф… Это было не похоже на обычную детскую площадку. Вот что мы стараемся привносить: смысл в программирование территории и сильный, запоминающийся образ.
— Давайте перейдем к конкретным проектам. Расскажите, к примеру, о ваших работах в Санкт-Петербурге.
Алексей Афоничкин: — В Петербурге у нас несколько проектов. Например ЖК «ЛДМ» на месте Ленинградского дворца молодежи. Там мы обыграли тему мрамора и метаморфоз камня, назвав концепцию «Метаморфизм». Мы перенесли идею в генплан, создали «разломы» в мощении и рисунке озеленения, использовали натуральный гранит. Эту же тему поддержали МАФы из каменноподобных материалов со сложной подсветкой. Важной частью концепции стало сохранение двух вековых дубов. А детская площадка, к примеру, была вдохновлена «Пещерой горного короля». К сожалению, ее оптимизировали на этапе рабочей документации. Такое бывает. Но мы продолжили обыгрывать тему, вдохновляясь архитектурой самого комплекса, который похож на глыбу мрамора, и в озеленении: во дворе — строгие, «каменные» посадки, по периметру — более живописные.
Сергей Марков: — Еще из реализованного в Петербурге — ЖК «Окла» с «ЛенСтройТрестом». Мы делали двор, обращенный к лесу. Архитектурная концепция принадлежит Рикардо Бофиллу (известный испанский архитектор — представитель барочно-классицистического направления в архитектуре постмодернизма. — Примеч. ред.), и наше благоустройство перекликается с его замыслом через арочные, лучевые структуры в генплане.
Еще один интересный проект — в Кронштадте, ЖК «Кронфорт. Набережная». Концепция называлась «Море чувств». Мы взяли четыре: радость, безмятежность, очарование и свободу. Последняя, например, выразилась в огромных качелях. Генплан связали с исторической сеткой кварталов Кронштадта и диагональными балконами комплекса. В каждом дворе — свой характер: где-то акцент на природности и больших камнях среди злаков, где-то — на семейном отдыхе с общественными прихожими и площадками для пикника и петанка.
— Одна из ключевых тем, которую вы поднимаете, — «бесшовное пространство». Что это значит?
Сергей Марков: — Это работает на нескольких уровнях. Первый — городской: непрерывные комфортные связи — например набережная, переходящая в бульвар и парк. Второй уровень — связь интерьера и экстерьера. Когда мы делаем и места общего пользования (МОПы), и благоустройство, можем использовать единые материалы и смысловые ходы, создавая целостный опыт.
Алексей Афоничкин: — Именно так. Человек выходит из квартиры в проработанный интерьер, и эта история плавно перетекает во двор. Исчезает диссонанс, который часто бывает, когда интерьер и благоустройство делают разные команды. Для девелопера это сильный продуктовый ход, который должен закладываться на уровне брендинга.
Сергей Марков: — Сейчас девелоперы все чаще мыслят не точечными проектами, а крупными территориями комплексного развития. И для таких проектов дизайн-код, обеспечивающий единообразие и бесшовность, становится необходимостью.
— Какие еще тренды в благоустройстве вы считаете наиболее важными?
Алексей Афоничкин: — Однозначно — тренд на здоровьесберегающую среду. Речь идет не только о физическом, но и ментальном самочувствии. Мы создаем спортивные хабы, места для релаксации, йоги, коммуникации. В том же «Вест Гардене» сделали целый ряд таких зон, включая инклюзивный соседский сад.
Сергей Марков: — Мы даже проводили исследование с Сеченовским университетом в рамках воркшопа фестиваля «Открытый город» на тему социального стресса, потому что это триггер для ментального и физического здоровья. Прогностически он даже хуже, чем курение. Поэтому и власти города, и девелоперы объективно заинтересованы в создании среды, которая его снижает.
— Помимо городских проектов, вы активно работаете в сегменте ИЖС. Чем он вам интересен?
Алексей Афоничкин: — У нас несколько таких проектов. Коттеджный поселок Миронцево был первым. К нам пришел инвестор с участком земли и полностью доверился нам в формировании продукта. Мы проводили большую аналитику, изучали тренды, мировой опыт. Наш проект несколько опережал рынок, потому что через год увидели похожие подходы.
У нас была очень экологичная история. Мы максимально сохраняли деревья, чтобы жители чувствовали, что живут в лесу. Помимо мастер-плана, разработали проект благоустройства, въездную группу. Несколько типологий домов, в том числе с камышовой кровлей, с фасадами из лиственницы, клинкерной плитки. Эти материалы красиво стареют и мимикрируют в среду. Когда приезжаешь на стройку, видишь, как среди берез словно «проявляются» эти дома.
Сергей Марков: — В ИЖС после пандемии пришли большие игроки, и рынок из «дикого» превратился в продуктовый. Миронцево — не только про экологию, но и идею комьюнити. Здесь мы создали «зеленое кольцо» — общественный пешеходный маршрут, вдоль которого расположены разные активности. И заложили возможность для жителей в будущем адаптировать некоторые пространства и объекты под свои нужды.
Алексей Афоничкин: — Под Ростовом-на-Дону мы разрабатывали благоустройство и архитектурные проекты домов для коттеджного поселка «Старочеркасская Ривьера». Основная идея — создание добрососедской среды, что для юга России очень важно. Поэтому в проекте появились зоны, где люди разных возрастов смогут объединяться, например, для отдыха на набережной, для яхтинга. Также мы решали проблему занятости подростков.
— А что можете рассказать про проект «Тихая долина»? Я слышала, он вдохновлен Чеховым.
Сергей Марков: — Да, это свежий проект в кластере ИЖС Группы «Самолет» в Максимихе — чеховские места. Мы вдохновлялись контекстом, произведениями великого русского писателя. Но помимо этого, была глобальная идея Sound Village — деревня звуков. Акцент на усилении, например, пения птиц. Это находило отражение в благоустройстве: появились МАФы типа «усилитель леса», большая смотровая площадка — «голубятня». В дизайн-коде дорожки напоминали разложенную музыкальную партитуру. А смысловые маршруты и малые объекты были связаны с произведениями Чехова. Например «Человек в футляре» — это такой полузакрытый МАФ, где можно уединиться.
— Как находите баланс между художественным замыслом и экономикой проекта? Как отстаиваете идеи?
Сергей Марков: — Мы понимаем, что находимся в одной лодке с девелопером, это партнерство, а не битва. Вопрос в том, можем ли мы контролировать оптимизацию? Если заказали не только концепцию, но и рабочую документацию, мы как авторы знаем, от чего можно отказаться, что менее важно, а что нужно сохранить, чтобы не потерять идею. Мы адекватно воспринимаем контекст и стараемся сохранить основные элементы, рассказывающие о смысле, а менее значимые — оптимизировать, если необходимо.
— Как технологии, в частности искусственный интеллект, меняют вашу работу?
Сергей Марков: — ИИ для нас стал таким же инструментом, как карандаш. Для благоустройства, которое часто воспринимается как «плоскостное», настоящим прорывом станет повсеместный переход в 3D БИМ-моделирование, которое открывает новые возможности. Мы этим уже занимаемся.
Алексей Афоничкин: — Нейросети прочно вошли в наш обиход. Генерация текстов, картинок... Я уже не представляю, как без этого обходиться. Нужно учиться формулировать промпты (запросы. — Примеч. ред.), это новая грамотность.
Сергей Марков: — Мы недавно весь визуал для альбома концепции малых архитектурных форм сделали с помощью нейросетей. Написали промпты — и получили готовые образы для презентации. Еще один тренд — короткие анимации от нейросетей, «оживающие» рендеры. Для клиента это часто нагляднее статичной картинки. А некоторые девелоперы теперь принимают проекты только в VR. Мы делаем модель, и они ходят по будущему двору в очках виртуальной реальности.
— Какими проектами гордитесь больше всего?
Сергей Марков: — Мне очень нравится «Павильон Книги» на ВДНХ. Мы вместе с Государственным музейно-выставочным центром «РОСИЗО» дали ему новую жизнь, и сейчас он невероятно востребован. Это идеальный пример воплощения концепции «третьего места» — не дом и не работа, которую сформулировал американский социолог и урбанист Рэй Ольденбург, известный исследованиями о важности неформальных пространств для функционирования гражданского общества. Это могут быть соседские хабы в местах общего пользования или общественные гостиные во дворе с диванами и очагом. Пространства, где людям приятно проводить время, общаться и ощущать свою принадлежность к сообществу, где человек чувствует себя комфортно и защищенно, ему хочется сюда возвращаться. Именно такие места делают город по-настоящему дружелюбным.
Алексей Афоничкин: — Горжусь реализацией МАФов в «Шагале» — получилось очень эмоционально. И концепцией благоустройства для одного из кварталов «СберСити» в Рублево-Архангельском. А еще нравится Космодамианская набережная с нашими «городскими балконами» напротив Кремля. Из реализованного благоустройства жилых комплексов — West Garden. Неплохим получился.
— «Неплохо» от архитектора — думаю, это высшая оценка…
Алексей Афоничкин: — Мы всегда стремимся к идеалу, он где-то впереди, поэтому в принципе довольно самокритичны. Если бы были абсолютно всем довольны, наверное, это означало, что остановились в развитии.
Лучше меньше, да лучше. Какие форматы квартир предпочитают современные покупатели
После кризиса 2008-2009 годов в России заметно укрепилась тенденция к уменьшению и оптимизации жилого пространства. Ее отголоски сказываются на структуре спроса и сегодня: покупатели рассчитывают получить комфортное жилье необходимого для жизни метража, а излишеств в виде дополнительных «квадратов» многие себе позволить не могут. Эксперты компании «СМУ-6 Инвестиции» рассказывают о том, как на это реагирует рынок.
Трансформация спроса
Рост популярности однокомнатных квартир начался еще в 2014 году – после очередного кризиса. В неустойчивой экономической ситуации «однушки» для многих стали главной и единственной возможностью решения квартирного вопроса. Затем падение доходов населения сместило спрос в сторону еще меньшего по площади и более доступного жилья, следствием чего стал выход на рынок малогабаритных студий. Несмотря на то, что цены на компактные лоты стабильно растут, все же студии и «однушки» и сегодня продолжают оставаться самыми оптимальными по стоимости и наиболее востребованными.
Тенденция к уменьшению
Регулярное увеличение стоимости квадратного метра в новостройках Москвы вынуждает девелоперов оптимизировать площади лотов, чтобы как можно больше клиентов смогли себе позволить собственное жилье. Сокращение метражей – общий тренд последнего времени, и он касается квартир с любым числом комнат. С одной стороны, таким образом застройщики стараются сделать свой продукт «побюджетнее» в условиях падения доходов покупателей, с другой – набирает популярность евроформат, который предполагает оптимальное использование даже небольших площадей.
Особенности и преимущества евроформата
Квартира евроформата имеет свои отличительные черты. Во-первых, это отказ от явного разделения пространства на жилые помещения и кухню. Роль последней выполняет большое помещение с зоной приготовления и приема пищи, которое в России стали называть «кухней-гостиной». Во-вторых, квартиры евроформата имеют уменьшенную жилую площадь, занимающую от 25% до 40% всего метража, а остальная часть приходится на прочие помещения, включая кухню-гостиную. Таким образом, это лоты, применительно к которым понятие «комнатность» заменено «пространством» – с возможностью его функционального зонирования. Выбор такой квартиры позволяет избежать переплаты за лишние квадратные метры – в частности, благодаря отсутствию длинных коридоров.
В ЖК «Любовь и голуби» лоты с одной спальней обозначаются как однокомнатные, но, по сути, они являются евродвушками с просторной кухней-гостиной. Так, квартира площадью 35,3 кв. метров имеет кухню размером 16,12 кв. метров и спальню на 10,35 «квадратов». На холл отводится 5,3 кв. м, а на санузел – 3,5 кв. м. Очевидно, что это очень удачная планировка, позволяющая максимально рационально использовать все пространство квартиры.
Кроме того, евродвушки дешевле классических двухкомнатных квартир и при этом функциональнее однокомнатных. Они чуть меньше, чем обычные квартиры стандартной планировки, но не в ущерб комфорту, а из-за отсутствия «лишних» нефункциональных квадратных метров.
Философия евроквартир с большой семейной комнатой и совмещенной с кухонной зоной вполне органично вписывается в психологические особенности россиян. Жильцы могут собираться всей семьей за большим столом либо проводить вечера рядом, при этом не мешая друг другу. Типовые кухни к такому не приспособлены.
Богатство выбора плюс рациональность
Современные застройщики выводят на рынок множество планировок и готовы предлагать клиентам в том числе компактных лотов самые различные варианты. Однако на первичном рынке то и дело появляются квартиры и апартаменты с нерациональными решениями: с длинными и узкими коридорами, острыми углами, выступами, изогнутыми стенами, треугольными комнатами и так далее – фантазии безграничны. Но это «архитектурное свободомыслие» оборачивается неприятными сюрпризами для рядовых покупателей, которые хотят просторных кухонь, прямоугольных комнат и функциональных коридоров.
В ЖК «Любовь и голуби» представлено более 65 вариантов квартир и апартаментов евроформата, отличающихся большой кухней-гостиной. Таким образом, клиенты имеют возможность сформировать пространство своего жилья наиболее эффективным образом, не переплачивая за дополнительные ненужные квадратные метры.
«Безусловно, квартира евроформата – это абсолютно полноценное жилье, покупатели которого выигрывают за счет рационального зонирования и отсутствия «пустых» зон, – говорит Алексей Перлин, генеральный директор девелоперской компании «СМУ-6 Инвестиции». – Их планировка рассчитывается так, чтобы каждый метр площади работал, поэтому даже компактные лоты удобны и очень функциональны. Кроме того, евроформат предоставляет больше возможностей для трансформации: можно просто поставить раздвижную перегородку, чтобы организовать отдельную комнату для нового члена семьи или, например, рабочий кабинет».
Какие способы стимулирования сейчас используют застройщики –— отвечают эксперты БАЗИС-СПБ
Рынок недвижимости ищет новые способы стабилизации и стимулирования приобретения квартир. Сейчас основными драйверами рынка недвижимости и покупательского спроса являются различного вида субсидирования. Мы вместе с Евгенией Ружицкой, коммерческим директором строительной компании БАЗИС-СПБ — застройщиком жилого комплекса «Белый Остров», решили разобраться, какие существуют варианты приобретения квартиры и какие из них действительно помогают выгодно вложить средства.
— Евгения, в последние несколько месяцев в массовом сознании существует мнение, что выгодно купить квартиру или вложить средства в недвижимость невозможно. Миф?
— Мы, конечно, понимаем опасения и осторожность потенциальных покупателей квартир. Но рынок сейчас имеет множество драйверов, стимулирующих выгодное приобретение недвижимости и поддержку субъектов строительного рынка. Мы тоже столкнулись с мнением о том, что «сейчас не самое время», но если объяснить людям и рассказать им о выгодных возможностях, миф разрушается. Например, льготную ипотеку с господдержкой под 6,7% может оформить любой человек, у которого есть два документа, удостоверяющих личность. Между прочим, эта программа стартовала в 2020 году почти с тем же процентом, то есть купить квартиру сейчас так же выгодно, как и в 2020-м. И это я еще не говорю о том, что вложение в недвижимость — самое надежное вложение, особенно если вкладывать в проекты, которые близятся к завершению и у которых до конца строительства закуплены все материалы, как в нашем ЖК «Белый Остров».
— Расскажите, как сейчас действуют выгодные способы приобретения квартир?
— Во-первых, это скидки. Мы, стремясь обеспечить клиентам наиболее комфортные условия покупки в текущих условиях, предлагаем решение — снижение стоимости квартиры за счет скидочных программ. Что для покупателя важно: сумма платежа? Для клиентов, которые не хотят брать субсидированную ипотеку, мы рассчитали наиболее комфортный вариант покупки — мы даем клиентам скидку с точно такими же платежами, какие они были бы при субсидированной ипотеке — 7%.
Во-вторых, это государственное субсидирование — это программы поддержки государством застройщиков и населения. Сейчас действует:
- льготная ипотека с господдержкой под 6,7%, максимальной суммой кредита 12 млн руб. Программа, как я сказала, стартовала в 2020 году, несколько раз была пролонгирована с изменением ставки и суммы кредита, за последние месяцы ставка с 9% упала до 6,7%. Максимальный размер кредита — 12 млн рублей;
- семейная ипотека под 5,7% для семей, в которых есть ребенок, рожденный после 1 января 2018 года включительно, или ребенок с инвалидностью;
- ипотека для IT-специалистов под 4,7% и др.
В-третьих, это субсидированная ипотека от застройщика. Сейчас этот способ приобретения квартир обретает все больший спрос. Это вариант, когда уменьшается процент за ипотечный кредит, а комиссию банку платит либо застройщик, либо сам клиент.
В-четвертых, есть возможность объединения нескольких программ. Это актуально для нас, застройщиков, которые возводят проекты бизнес-класса и у которых стоимость квартир превышает максимальный размер ипотечного кредита по государственным программам (в Санкт-Петербурге максимальная сумма, которую вы можете взять в кредит по льготной ипотеке с господдержкой, — 12 млн рублей). 12 млн рублей из общей стоимости квартиры клиент нашей компании может взять в кредит под 6,7% (льготная программа с господдержкой), а оставшуюся сумму субсидирует застройщик.
И, в-пятых, сейчас появилась возможность самому клиенту «купить» себе ставку — услуга «Своя ставка» позволяет снизить проценты по ипотеке за счет внесения единоразового платежа.
— Раз мы начали говорить про льготную ипотеку, можете привести расчет ипотечного кредита квартиры, стоимость которой превышает 12 млн рублей?
— Допустим, вы хотите приобрести двухкомнатную квартиру в ЖК «Белый Остров» за 18 млн. Если рассматривать субсидированную ипотеку:
- минимальный первоначальный взнос в 15% составит 2,7 млн рублей;
- сумма ипотечного кредита составит 18 млн – 2,7 млн = 15,3 млн;
- из 15,3 млн рублей 12 млн рублей мы берем по программе льготной ипотеки с господдержкой под 6,7% (так как максимальный размер кредита по этой программе — 12 млн руб);
- у нас остается 3,3 млн рублей. Эту сумму клиент может субсидировать.
Начиная с июня мы зафиксировали рост интереса к недвижимости со стороны покупателей. Приобретение недвижимости продолжает быть самым выгодным способом вложения своих средств, а разнообразные способы приобретения, подходящие самым разным слоям населения, способствуют стимулированию спросу. И то, что сейчас — самое время покупать, нет никаких сомнений.