Бюро А4: как сторителлинг меняет городскую среду
Бюро А4 известно своими общественными интерьерами и проектами благоустройства для крупных девелоперов, за которыми стоит глубокий нарративный подход. Сооснователи компании Сергей Марков (генеральный директор) и Алексей Афоничкин (главный архитектор) рассказали о том, как создают среду через сторителлинг.
Сергей Марков: — Идея создать свое бюро возникла еще в МАрхИ, где мы с Алексеем учились на кафедре общественных и жилых зданий. Затем работали в «Моспроекте» — в мастерской известного архитектора Якова Белопольского. Окончательно сработавшись и поняв, что вместе нам комфортно, мы решились уволиться и начать свой проект. Это был, кажется, 2013 год.
Алексей Афоничкин: — Первый наш проект — клубный поселок, мы делали генплан и несколько домов. С этого все и началось. Затем были интерьеры квартир, торгового центра «Хорошо» и других общественных пространств. Первые годы мы сфокусировались именно на этом, а примерно с 2019 года ушли в благоустройство — сначала городское, потом для девелоперов. Хотя направление общественных интерьеров тоже сохранилось. Если говорить о нашем фокусе — это общественные пространства: интерьеры и комплексное благоустройство.
— Как сформировался ваш подход к архитектуре и, что не менее важно, к ведению бизнеса?
Сергей Марков: — В архитектурной среде есть некоторое пренебрежительное отношение к бизнес-подходу. Сама учеба в МАрхИ построена на индивидуализме. Сейчас, к счастью, это меняется. Неудивительно, что, открыв юрлицо в 2014-м, мы много шишек набили. Не было понимания, как вести дела. По-настоящему осмысленно выстраивать бюро как компанию начали только в 2020-м, во время пандемии. Что касается архитектуры, то под влиянием преподавателя Валерия Грубова я стал воспринимать ее не как объемы и фасады, а как нечто более глубокое — то, что создает сценарий жизни, отношения между людьми. Эта история до сих пор отзывается в наших проектах, особенно в благоустройстве.
Алексей Афоничкин: — Я бы добавил про поиск собственного почерка. Вначале подходили к каждому проекту очень индивидуально, исходя из задач заказчика, меньше думая о единой стилистике. Мы никогда не были минималистами, нам всегда был присущ яркий смысловой подход, работа с образами. Взять, к примеру, «Пионер Bookstore» — там была и модульность, и интеграция смысловых точек, и многофукциональность.
Когда мы активно занялись благоустройством, этот подход перерос в сторителлинг, который стал нашим главным инструментом. Мы долго искали собственный почерк и последние лет пять-шесть активно его развиваем. Каждый наш проект — это сильные смысловые истории, наполненные яркими образами, которые мы стараемся рассказать будущему пользователю территории. Поскольку наш фокус — общественное пространство, для нас критически важно взаимодействие человека и среды.
— Способствует ли сторителлинг коммерческому успеху проекта?
Алексей Афоничкин: — Безусловно, он придает ему дополнительную ценность. Для девелопера это готовая маркетинговая история. Через образы и нарратив продавать продукт гораздо проще. Помню, года три назад некоторые из них удивлялись: «Так можно было? Сделать не просто двор, а целую историю?» Сейчас это уже становится трендом и мейнстримом.
Сергей Марков: — Да, это тренд. Тот же Сергей Кузнецов, продвигая Emo-tech (архитектурный стиль, сформулированный главным архитектором Москвы Сергеем Кузнецовым, в котором технологичность сочетается с выразительностью. — Примеч. ред.), говорит о сильных эмоциональных образах.
Мы рады, что девелоперы стали более открыты и привлекают нас к пиару проектов. Раньше часто идеи архитектора, вложенные в проект, не доходили до публичного поля, а сейчас мы делаем совместные публикации, и это очень круто.
— Как вы считаете, а покупатель в итоге выбирает, исходя из цены и локации, или все-таки эти истории влияют на его предпочтения?
Алексей Афоничкин: — При равнозначной стоимости человек выберет локацию, насыщенную смыслом. Покупают не безликий продукт, а авторскую историю. Благодаря нашему подходу объекты становятся более авторскими, живыми.
Сергей Марков: — Это важно, потому что покупатель может соотнести себя с местом. Смыслы дают новый уникальный опыт. Например, бульвары без машин в «Шагале» — это что-то новое. Яркие точки, где можно заняться чем-то, создают впечатление от места, ты начинаешь чувствовать его своим. Именно поэтому многие любят исторический центр с его атмосферой, а не безликие спальные районы.
— Вы практиковали участие жителей в обсуждении проекта. Насколько это продуктивно?
Сергей Марков: — Это крайне важный инструмент, особенно в работе со сложившейся городской средой. В девелоперских проектах будущие жители появляются позже, но и там это полезно для составления портрета покупателя. В России такой подход еще не стал системной практикой. Чаще это инициатива архитектора или девелопера. На мой взгляд, подобные опросы серьезно повышают шансы на то, что проект будет по-настоящему востребован и оценен.
— Эти смыслы рождаются из контекста места, или это плод чистой фантазии?
Сергей Марков: — Не всегда привязываемся к истории места, хотя в городских проектах это часто важно. Но мы также создаем совершенно новые нарративы, отталкиваясь от того, что нам интересно. Яркий пример — бульвары в ЖК «Shagal». Там была концепция «play and walk» (играйте и гуляйте): ты идешь по бульвару и взаимодействуешь с элементами, которые выглядят как арт-объекты, а не как стандартные площадки. Смысл был в создании интересного маршрута. А образный ряд родился из динамики воды, ведь комплекс у Москвы-реки. Наши малые архитектурные формы (МАФы) напоминали морские фигуры — водоворот, коралловый риф… Это было не похоже на обычную детскую площадку. Вот что мы стараемся привносить: смысл в программирование территории и сильный, запоминающийся образ.
— Давайте перейдем к конкретным проектам. Расскажите, к примеру, о ваших работах в Санкт-Петербурге.
Алексей Афоничкин: — В Петербурге у нас несколько проектов. Например ЖК «ЛДМ» на месте Ленинградского дворца молодежи. Там мы обыграли тему мрамора и метаморфоз камня, назвав концепцию «Метаморфизм». Мы перенесли идею в генплан, создали «разломы» в мощении и рисунке озеленения, использовали натуральный гранит. Эту же тему поддержали МАФы из каменноподобных материалов со сложной подсветкой. Важной частью концепции стало сохранение двух вековых дубов. А детская площадка, к примеру, была вдохновлена «Пещерой горного короля». К сожалению, ее оптимизировали на этапе рабочей документации. Такое бывает. Но мы продолжили обыгрывать тему, вдохновляясь архитектурой самого комплекса, который похож на глыбу мрамора, и в озеленении: во дворе — строгие, «каменные» посадки, по периметру — более живописные.
Сергей Марков: — Еще из реализованного в Петербурге — ЖК «Окла» с «ЛенСтройТрестом». Мы делали двор, обращенный к лесу. Архитектурная концепция принадлежит Рикардо Бофиллу (известный испанский архитектор — представитель барочно-классицистического направления в архитектуре постмодернизма. — Примеч. ред.), и наше благоустройство перекликается с его замыслом через арочные, лучевые структуры в генплане.
Еще один интересный проект — в Кронштадте, ЖК «Кронфорт. Набережная». Концепция называлась «Море чувств». Мы взяли четыре: радость, безмятежность, очарование и свободу. Последняя, например, выразилась в огромных качелях. Генплан связали с исторической сеткой кварталов Кронштадта и диагональными балконами комплекса. В каждом дворе — свой характер: где-то акцент на природности и больших камнях среди злаков, где-то — на семейном отдыхе с общественными прихожими и площадками для пикника и петанка.
— Одна из ключевых тем, которую вы поднимаете, — «бесшовное пространство». Что это значит?
Сергей Марков: — Это работает на нескольких уровнях. Первый — городской: непрерывные комфортные связи — например набережная, переходящая в бульвар и парк. Второй уровень — связь интерьера и экстерьера. Когда мы делаем и места общего пользования (МОПы), и благоустройство, можем использовать единые материалы и смысловые ходы, создавая целостный опыт.
Алексей Афоничкин: — Именно так. Человек выходит из квартиры в проработанный интерьер, и эта история плавно перетекает во двор. Исчезает диссонанс, который часто бывает, когда интерьер и благоустройство делают разные команды. Для девелопера это сильный продуктовый ход, который должен закладываться на уровне брендинга.
Сергей Марков: — Сейчас девелоперы все чаще мыслят не точечными проектами, а крупными территориями комплексного развития. И для таких проектов дизайн-код, обеспечивающий единообразие и бесшовность, становится необходимостью.
— Какие еще тренды в благоустройстве вы считаете наиболее важными?
Алексей Афоничкин: — Однозначно — тренд на здоровьесберегающую среду. Речь идет не только о физическом, но и ментальном самочувствии. Мы создаем спортивные хабы, места для релаксации, йоги, коммуникации. В том же «Вест Гардене» сделали целый ряд таких зон, включая инклюзивный соседский сад.
Сергей Марков: — Мы даже проводили исследование с Сеченовским университетом в рамках воркшопа фестиваля «Открытый город» на тему социального стресса, потому что это триггер для ментального и физического здоровья. Прогностически он даже хуже, чем курение. Поэтому и власти города, и девелоперы объективно заинтересованы в создании среды, которая его снижает.
— Помимо городских проектов, вы активно работаете в сегменте ИЖС. Чем он вам интересен?
Алексей Афоничкин: — У нас несколько таких проектов. Коттеджный поселок Миронцево был первым. К нам пришел инвестор с участком земли и полностью доверился нам в формировании продукта. Мы проводили большую аналитику, изучали тренды, мировой опыт. Наш проект несколько опережал рынок, потому что через год увидели похожие подходы.
У нас была очень экологичная история. Мы максимально сохраняли деревья, чтобы жители чувствовали, что живут в лесу. Помимо мастер-плана, разработали проект благоустройства, въездную группу. Несколько типологий домов, в том числе с камышовой кровлей, с фасадами из лиственницы, клинкерной плитки. Эти материалы красиво стареют и мимикрируют в среду. Когда приезжаешь на стройку, видишь, как среди берез словно «проявляются» эти дома.
Сергей Марков: — В ИЖС после пандемии пришли большие игроки, и рынок из «дикого» превратился в продуктовый. Миронцево — не только про экологию, но и идею комьюнити. Здесь мы создали «зеленое кольцо» — общественный пешеходный маршрут, вдоль которого расположены разные активности. И заложили возможность для жителей в будущем адаптировать некоторые пространства и объекты под свои нужды.
Алексей Афоничкин: — Под Ростовом-на-Дону мы разрабатывали благоустройство и архитектурные проекты домов для коттеджного поселка «Старочеркасская Ривьера». Основная идея — создание добрососедской среды, что для юга России очень важно. Поэтому в проекте появились зоны, где люди разных возрастов смогут объединяться, например, для отдыха на набережной, для яхтинга. Также мы решали проблему занятости подростков.
— А что можете рассказать про проект «Тихая долина»? Я слышала, он вдохновлен Чеховым.
Сергей Марков: — Да, это свежий проект в кластере ИЖС Группы «Самолет» в Максимихе — чеховские места. Мы вдохновлялись контекстом, произведениями великого русского писателя. Но помимо этого, была глобальная идея Sound Village — деревня звуков. Акцент на усилении, например, пения птиц. Это находило отражение в благоустройстве: появились МАФы типа «усилитель леса», большая смотровая площадка — «голубятня». В дизайн-коде дорожки напоминали разложенную музыкальную партитуру. А смысловые маршруты и малые объекты были связаны с произведениями Чехова. Например «Человек в футляре» — это такой полузакрытый МАФ, где можно уединиться.
— Как находите баланс между художественным замыслом и экономикой проекта? Как отстаиваете идеи?
Сергей Марков: — Мы понимаем, что находимся в одной лодке с девелопером, это партнерство, а не битва. Вопрос в том, можем ли мы контролировать оптимизацию? Если заказали не только концепцию, но и рабочую документацию, мы как авторы знаем, от чего можно отказаться, что менее важно, а что нужно сохранить, чтобы не потерять идею. Мы адекватно воспринимаем контекст и стараемся сохранить основные элементы, рассказывающие о смысле, а менее значимые — оптимизировать, если необходимо.
— Как технологии, в частности искусственный интеллект, меняют вашу работу?
Сергей Марков: — ИИ для нас стал таким же инструментом, как карандаш. Для благоустройства, которое часто воспринимается как «плоскостное», настоящим прорывом станет повсеместный переход в 3D БИМ-моделирование, которое открывает новые возможности. Мы этим уже занимаемся.
Алексей Афоничкин: — Нейросети прочно вошли в наш обиход. Генерация текстов, картинок... Я уже не представляю, как без этого обходиться. Нужно учиться формулировать промпты (запросы. — Примеч. ред.), это новая грамотность.
Сергей Марков: — Мы недавно весь визуал для альбома концепции малых архитектурных форм сделали с помощью нейросетей. Написали промпты — и получили готовые образы для презентации. Еще один тренд — короткие анимации от нейросетей, «оживающие» рендеры. Для клиента это часто нагляднее статичной картинки. А некоторые девелоперы теперь принимают проекты только в VR. Мы делаем модель, и они ходят по будущему двору в очках виртуальной реальности.
— Какими проектами гордитесь больше всего?
Сергей Марков: — Мне очень нравится «Павильон Книги» на ВДНХ. Мы вместе с Государственным музейно-выставочным центром «РОСИЗО» дали ему новую жизнь, и сейчас он невероятно востребован. Это идеальный пример воплощения концепции «третьего места» — не дом и не работа, которую сформулировал американский социолог и урбанист Рэй Ольденбург, известный исследованиями о важности неформальных пространств для функционирования гражданского общества. Это могут быть соседские хабы в местах общего пользования или общественные гостиные во дворе с диванами и очагом. Пространства, где людям приятно проводить время, общаться и ощущать свою принадлежность к сообществу, где человек чувствует себя комфортно и защищенно, ему хочется сюда возвращаться. Именно такие места делают город по-настоящему дружелюбным.
Алексей Афоничкин: — Горжусь реализацией МАФов в «Шагале» — получилось очень эмоционально. И концепцией благоустройства для одного из кварталов «СберСити» в Рублево-Архангельском. А еще нравится Космодамианская набережная с нашими «городскими балконами» напротив Кремля. Из реализованного благоустройства жилых комплексов — West Garden. Неплохим получился.
— «Неплохо» от архитектора — думаю, это высшая оценка…
Алексей Афоничкин: — Мы всегда стремимся к идеалу, он где-то впереди, поэтому в принципе довольно самокритичны. Если бы были абсолютно всем довольны, наверное, это означало, что остановились в развитии.
«Умный дом» – понятие растяжимое
Хотя системы «умного дома» появились в России не менее полутора десятков лет назад, они по-прежнему остаются привилегией дорогого сегмента. Массовый – довольствуется лишь небольшим набором опций от застройщиков.
По данным исследования проекта Hi-Tech Mail.ru, использовать системы «умного дома» хотели бы 69% опрошенных. Больше половины респондентов интересуют контроль систем освещения со смартфона, теплые полы, системы контроля энергопотребления с гаджетов и прочее. Пока предлагаемые застройщиками наборы опций гораздо скромнее.
Как говорят специалисты компании LEGENDA, под «умными домами» большинство застройщиков понимает набор отдельных опций. Между тем «умный дом» – это не отдельная опция, а концепция проекта в целом.
Специалисты «Группы ЛСР» полагают: термин «умный дом» может подразумевать системы различной сложности и объема – от уже обязательных систем видеонаблюдения и контроля доступа до менее привычных, например, дистанционное управление системами жизнеобеспечения квартиры со смартфона. Выбор опций для каждого проекта индивидуален, предпочтения покупателей также разнятся.
Руководитель аналитического центра «Главстрой Санкт-Петербург» Дмитрий Ефремов отмечает: системы «умного дома» с развитием технологий стали доступны не только в домах бизнес-класса и выше, но и в проектах сегмента «комфорт». «Сегодня на рынке представлено достаточное количество «коробочных» и индивидуальных решений для оборудования как целых жилых комплексов, так и отдельных квартир», – уточняет он.
По словам директора по маркетингу ГК «Красная стрела» Марины Агеевой, в сегменте «масс-маркет», условно, к «умному дому» варианта «стандарт» можно отнести все, что касается датчиков движения, протечек, автоматизации сбора данных счетчиков и передачи этих сведений, – это опции от застройщика. Как говорит Дмитрий Ефремов, к основным опциям «умного дома» в масс-маркете можно отнести системы телеметрии, видеонаблюдения и видеодомофонии, удаленного контроля доступа и взаимодействия с УК.
По данным Группы ЛСР, в более дорогом сегменте недвижимости инновационные решения уже стали нормой. Но есть базовые решения, которые внедряются на уровне проекта: видеонаблюдение, домофонная связь (или видеофонная, устанавливаемая покупателем по его желанию), автоматические шлагбаумы и прочее. А есть опции, которые покупатели могут получить в индивидуальном порядке. Задача застройщика – обеспечить готовность объекта к установке таких систем.
Руководитель проекта города-курорта Gatchina Gardens Наталья Осетрова отмечает: пока все решения застройщики внедряют точечно, без четкой концепции и только в той степени, которую позволяет экономика проекта. «Я убеждена, что система умного градостроительства не может быть фрагментарной, она существует в едином комплексе, в увязке с окружением», – говорит она.
«Умные» опции
Набор опций зависит от экономики проекта и его позиционирования, говорит Дмитрий Ефремов.
В проекте «iD Мурино» монтируется система диспетчеризации: «умные счетчики» с датчиками Wi-Fi, которые собирают данные о расходах воды и электричества и отправляют их в УК. Это базовая комплектация. Но перечень опций можно расширить. «Управляется система с помощью смартфона, к которому достаточно приложить iD-карту, чтобы попасть в личный кабинет без логина и пароля. Диспетчеризация позволяет не только экономить время на снятии показаний, но и прогнозировать расход услуг в следующем месяце, а также оплачивать их в личном кабинете», – рассказывает генеральный директор Euroinvest Development Станислав Данелян.
В Gatchina Gardens внедряется комплексная система – от «умного дома», включая технологию «интернет вещей» (IoT), к «умному городу». Помимо управления системой коммунального комплекса и инженерными сетями, в систему заложена возможность управлять всей городской инфраструктурой.
«Группа ЛСР» затеяла эксперимент – внедрила системы домашней автоматизации в жилых комплексах комфорт-класса, позволяющие удаленно управлять микроклиматом и освещением квартиры. Первые «умные дома» – в проекте «Новая Охта».
Специалисты компании LEGENDA постоянно совершенствуют системы «умного дома». Например, одна из последних разработок – мультисервисная сеть и слаботочный щит NetBox. В общую сеть объединены учет ресурсов, домофония, видеонаблюдение и Интернет. При желании каждый житель сможет контролировать все показания через smart-домофон Steward. Наличие NetBox избавит хозяев от штробления стен и прокладки кабелей для подключения IP-телевидения, Интернета, IP-телефона, роутера.
Ценовое разнообразие
Системы «умного дома» до сих пор не стали обязательной составляющей жилищных проектов, в том числе из-за увеличения себестоимости строительства.
По мнению Марины Агеевой, установка «умных» систем в массовом сегменте почти не влияет на конечную цену. В том числе потому, что все технологические решения внутри квартир – дело их владельцев.
По расчетам Натальи Осетровой, затраты на инженерную составляющую увеличиваются на 30–50%. Дмитрий Кучеров, директор департамента стратегического развития компании EKF (российский производитель электрооборудования), говорит, что внедрение «умных» систем энергосбережения увеличивает стоимость жилья не более чем на 2–3%. По словам Станислава Данеляна, себестоимость оснащения однокомнатной квартиры системой дистанционного управления обходится примерно в 100 тыс. рублей.
На подступах
Пока застройщики только подступились к сегменту «умного дома». Помимо дороговизны, есть и другая сдерживающая причина – не все умеют воспользоваться полным спектром сложных технологических решений.
По данным Forrester, объем рынка «умных домов» в России составляет 0,1% от общего объема жилищных проектов. В Европе и США доля – несколько процентов. Исследовательский центр Berg Insight предрекает к 2020 году рост до 20% рынка в Европе и до 30% – в США. В России, по расчетам исследовательской компании Statista, к 2022 году он достигнет 8,5%.
По словам Дмитрия Ефремова, спрос на системы «умного дома» понемногу растет. Особенно популярны подобные решения среди молодого поколения, которое активно пользуется мобильными технологиями.
«Спрос на цифровую инфраструктуру будет расти, прежде всего в премиальном жилье, где повышенное внимание уделяется управлению основными внутридомовыми системами, будь то климат, качество воды, сбор отходов, шумоизоляция и прочее. Кроме того, клиенты элитного сегмента повышенное внимание уделяют экологичности жилья и его энергоэффективности», – убеждена Наталья Осетрова.
Мнение
Вячеслав Ганцев, продакт-директор компании SP Glass:
– Среди широкой публики бытует мнение, что технологии «умного дома» сложно внедряются и, с финансовой точки зрения, доступны только очень обеспеченному слою населения.
Для современного «умного дома» одним из универсальных решений с выдающимся соотношением «цена – качество» является новый Теплопакет DS NEXT от STiS. Этот пакет – идеальный вариант для солнечной стороны любой квартиры или дома, в равной степени хорошо работающий и зимой, и летом. Уникальное стекло Lifeglass Plus от Pilkington, обладая высоким уровнем светопропускания, отлично защитит дом от солнечного жара, что невозможно сделать, применяя конструкции из стандартных стекол.
Особенно хорошо стекло Lifeglass Plus подходит для климатической зоны центральной части России, Поволжья и Сибири, где наблюдаются экстремальные перепады температур между зимой и летом. Под такие температурные условия и разрабатывался Теплопакет DS NEXT. Он сам «подстроится» и под холодные, и под жаркие климатические условия, и послужит хорошей защитой жилья в любую погоду.
Кроме того, современная технология изготовления дистанционной рамки «теплый край» путем горячего гнутья обеспечивает сохранность герметичности и долгую и безопасную эксплуатацию Теплопакета DS NEXT. Данная операция выполняется на специальной машине для работы с полимерными дистанционными рамками. Для дополнительного улучшения свойств Теплопакет DS NEXT можно также наполнить аргоном.
Дмитрий Кучеров, директор департамента стратегического развития компании EKF:
– В числе «умных» систем и приборов для жилищного проекта – оборудование, отвечающее за регулирование энергосбережения. Застройщики могут оборудовать подъезды и подвалы датчиками движения, чтобы освещать только те помещения, где находятся люди. Благодаря этому удается экономить до 30% электроэнергии, расходуемой на освещение. Экономить также помогают и другие устройства – например, светорегуляторы и фотореле, которые корректируют уровень освещения в зависимости от времени суток и потребностей жильцов. Помимо прочего, застройщики заботятся о правильном проектировании электрических сетей. Комфорт жильцов и экономия электроэнергии значительно повышаются, если есть возможность отключать от сети неиспользуемые нагрузки на время отсутствия людей в квартире.
Мурино: новостройки нового города
Мурино в течение ряда лет было одной из наиболее застраиваемых локаций в Петербургской агломерации. Основная причина, по оценке экспертов, – близость «Девяткино», единственной пока станции метро, находящейся на территории Ленобласти.
Мурино – один из самых молодых городов России, получил соответствующий статус 15 апреля 2019 года. Причиной этого стала массовая застройка поселка, развернувшаяся примерно с 2010 года. Всего за десять лет население Мурино выросло многократно. Если в 2009 году в нем жило примерно 5,2 тыс. человек, то на 1 января 2019-го официальная численность населения достигла почти 50 тыс. По неофициальным данным, в Мурино уже порядка 100 тыс. жителей.
Переменчивая доступность
По словам экспертов, главным плюсом локации, обеспечившим ей взрывной рост застройки, была транспортная доступность. Единственная станция Петербургского метрополитена, расположенная на территории Ленобласти, – «Девяткино» – стала главной причиной строительного бума в Мурино. Действительно, сегодня расстояние измеряется не километрами, а минутами и часами. Поэтому локация, хоть и находящаяся в области, но располагающая доступом в подземку и возможностью за 25–30 минут добраться до центра Северной столицы, не могла не приобрести популярность.
Однако бурная застройка не обошлась без последствий, повлиявших, в частности, и на транспортную доступность локации. Станция метро, разумеется, никуда не делась, но стала одной из самых загруженных (а можно сказать – перегруженных) во всем Петербургском метрополитене. Но ситуация с автомобильной доступностью по мере застройки локации постепенно становилась все более непростой. Несмотря на близость к КАД, отсутствие выезда на нее и общая неразвитость улично-дорожной сети стали причинами хронических пробок.
«В отношении дорожно-транспортной инфраструктуры ситуация достаточно сложная. Очень многое зависит от властей Ленобласти. Все ожидают скорейшего завершения работ по развязке с Кольцевой автодорогой», – признает руководитель отдела продаж компании «Запстрой» Игорь Гулид.
Нельзя сказать, что администрация региона игнорирует проблему. Строительство развязки стоимостью около 800 млн рублей началось в 2018 году. Срок сдачи объекта – август 2020 года. Но недавно областные власти объявили, что рассчитывают на открытие съезда раньше намечавшегося. «Достигнуты договоренности с подрядной организацией о том, что сдача объектов будет вестись с опережением. Надеемся, весной 2020 года уже мы запустим рабочее движение», – заявил глава Дорожного комитета Ленобласти Денис Седов.
Кроме того, планируется создание масштабного транспортно-пересадочного узла «Девяткино». В него войдут станция метро, авто- и железнодорожный вокзал, новые бизнес-центры, торговые комплексы, стоянки и многое другое. Это также поспособствует транспортной доступности Мурино.
Развивающаяся «социалка»
Социальную инфраструктуру Мурино назвать развитой пока нельзя, но развивающейся – вполне. Детские сады в проектах застройщиков стали нормой. Строятся и школы. «Объекты социальной инфраструктуры, такие как детские сады, школы и продовольственные магазины, присутствуют в необходимом количестве», – говорит Игорь Гулид.
По его словам, «Запстрой» принимает активное участие в создании социнфраструктуры. «Мы не продаем свои коммерческие площади, а сдаем их в аренду под социально значимые объекты. Так, например, в проекте «Охтинская дуга» мы разместили филиал Почты России и нотариальную контору. В ближайшее время вводится в эксплуатацию детсад на 200 мест. Не забываем и про магазины. «Дикси» и «Магнит» уже с нами – и успешно функционируют. Ведутся переговоры по подписанию договора аренды с рядом крупных брендов», – рассказывает эксперт.
Генеральный директор Euroinvest Development Станислав Данелян связывает перспективы развития «социалки» с получением городского статуса. «Теперь Мурино – это город, поэтому здесь начнут появляться и больницы, и поликлиники, и полицейские участки. Смена статуса, конечно, позволит жителям получить дополнительную инфраструктуру. Так, на сайте муниципального образования сообщается, что в городе действует 21 детсад на 2575 мест, а также четыре школы. По прогнозам на 2020 год, в Мурино появятся три школы, совокупной вместимостью 2300 мест, три детских сада, рассчитанные на 620 детей, и ряд пристроенных детских учреждений на 520 мест. Пока работает одна Муринская амбулатория, но, по планам на 2020 год, начнется строительство еще двух лечебных учреждений», – говорит он.
Эксперт добавляет, что Euroinvest Development внесет свой вклад в развитие «социалки». «Мы как застройщик также активно участвуем в возведении социальной инфраструктуры – строим школы, детские сады и дороги. В третьем корпусе комплекса «iD Мурино» будет детский сад на 100 мест. Мы строим шесть детских площадок для детей постарше и шесть для детского сада, среди них одна спортивная, а также три зоны отдыха и три тренажерных зоны для взрослых», – отмечает Станислав Данелян.
Флагман торговой инфраструктуры – комплекс «МЕГА IKEA». При этом, по словам Игоря Гулида, этой сфере необходимо развитие. «Гражданам по-прежнему некуда сходить, организовать свой досуг. Нет и в ближайшее время не планируется большого торгово-развлекательного комплекса, где можно было бы сходить в кино, например. На сегодняшний день потребность именно в ТРК очень высокая. Сейчас жильцам приходится выезжать, как они сами называют, «в город», чтобы удовлетворить свои потребности в развлечениях и проведении семейного досуга», – говорит он.
Рыночные реалии
По данным Консалтингового центра «Петербургская Недвижимость», объем предложения в локации Мурино-Бугры на 1 октября 2019 года оценивается в 296,1 тыс. кв. м (8,4 тыс. квартир). Это составляет примерно 6,4% от общего объема предложения в Петербургской агломерации. «При этом объем предложения в локации снижается: на конец 2017 года он достигал 600 тыс. кв. м, на конец 2018-го – 366,2 тыс.», – рассказывает руководитель КЦ «Петербургская Недвижимость» Ольга Трошева.
Она отмечает также, что 2017–2018 годах локация была лидером по спросу в агломерации: за этот период в локации было реализовано 1,1 млн кв. м жилья, ее доля составляла более 15% от общего уровня спроса. «Сейчас этот показатель снизился. По результатам трех кварталов 2019 года, в локации было реализовано 292,1 тыс. кв. м (8,3 тыс. квартир), что составляет 9,1% общего объема спроса в агломерации. На первое место по спросу вышла локация Каменка в Приморском районе Петербурга», – говорит эксперт.
По оценке КЦ «Петербургская Недвижимость», средняя цена предложения в локации в сегменте «масс-маркет» на 1 октября 2019 года составила 79,9 тыс. рублей за 1 кв. м. С начала года цена «квадрата» выросла на 3,8%. При этом его стоимость на 27,7% ниже средней цены предложения в Петербургской агломерации в соответствующем классе.
«Локация достаточно востребована среди покупателей главным образом за счет близости станции метро «Девяткино» (пешеходная доступность или 10–15 минут езды на транспорте) и доступности жилья. На высокий спрос влияет близость парков и горнолыжных курортов, торгового центра "МЕГА"», – резюмирует Ольга Трошева. «Вырос новый район с конкурентным жильем – это красивые дома с высоким качеством отделки. При этом квартиры здесь доступны молодому работающему поколению в возрасте 25–35 лет», – добавляет Станислав Данелян.
Из представленных данных ясно, что пик взрывного роста застройки Мурино уже прошел. Сегодня наступает время обустройства – развития разных составляющих транспортной, социальной и торговой инфраструктуры. Результатом этого процесса должно стать формирование все более благоприятной и комфортной среды для проживания.
Мнение
Станислав Данелян, генеральный директор Euroinvest Development:
– В Мурино мы реализуем проект жилого комплекса «iD Мурино». Главное наше преимущество – это соотношение цены и качества. Приобретая объект по цене от 76 тыс. за 1 кв. м, покупатель получает жилье высокого качества: потолки высотой 3 м в каждой из квартир, чистовую отделку, выполненную профессионалами, оригинальное решение по остеклению фасадов, закрытые дворовые территории, лаунж-зоны на крыше. Помимо этого, проект предусматривает создание рекордного количества машино-мест: 228 – на уличной стоянке и 710 – в подземном паркинге. Кроме того, на первом этаже каждого из корпусов ЖК «iD Мурино» располагается iD Club – общественное пространство площадью свыше 100 кв. м, оснащенное мебелью, розетками и проектором. Сюда имеют доступ все жильцы дома. Они могут использовать это помещение для своих нужд: соседских посиделок, празднований, работы. Добавлю также, что на базе iD Club мы раз в месяц проводим различные мероприятия, чтобы будущие соседи могли познакомиться друг с другом: это могут быть лекции, экскурсии и другие формы общественной активности.
Игорь Гулид, руководитель отдела продаж компании «Запстрой»:
– Ключевое преимущество квартала «Мурино Парк» – местоположение. В пешеходной доступности расположена станция метро Девяткино. До центра города можно добраться менее чем за полчаса. В пяти минутах езды от квартала – выезд на КАД. Неподалеку расположен комплекс IKEA. Проектом предусмотрена полностью закрытая территория квартала, реализована концепция «двор без машин». На территории «Мурино Парк» расположится игровая площадка длиной 30 м, выполнена в форме самолета. Она будет разбита на 6 возрастных групп. Также на территории комплекса разместится полузаглубленный паркинг со въездом со стороны улицы. На его крыше будут созданы спортивная площадка со множеством тренажеров и веревочный парк. При проектировании и разработке проекта для нас было важно соблюсти равновесие между новейшими технологиями, экологичностью и комфортом. Предусмотрено остекление двухкамерными стеклопакетами класса А. Благодаря лучевой коллекторной разводке отопления в каждой квартире всегда будет тепло и уютно. Фасады домов будут выполнены из экологически чистых материалов по технологии «Теплый фасад».