Бюро А4: как сторителлинг меняет городскую среду
Бюро А4 известно своими общественными интерьерами и проектами благоустройства для крупных девелоперов, за которыми стоит глубокий нарративный подход. Сооснователи компании Сергей Марков (генеральный директор) и Алексей Афоничкин (главный архитектор) рассказали о том, как создают среду через сторителлинг.
Сергей Марков: — Идея создать свое бюро возникла еще в МАрхИ, где мы с Алексеем учились на кафедре общественных и жилых зданий. Затем работали в «Моспроекте» — в мастерской известного архитектора Якова Белопольского. Окончательно сработавшись и поняв, что вместе нам комфортно, мы решились уволиться и начать свой проект. Это был, кажется, 2013 год.
Алексей Афоничкин: — Первый наш проект — клубный поселок, мы делали генплан и несколько домов. С этого все и началось. Затем были интерьеры квартир, торгового центра «Хорошо» и других общественных пространств. Первые годы мы сфокусировались именно на этом, а примерно с 2019 года ушли в благоустройство — сначала городское, потом для девелоперов. Хотя направление общественных интерьеров тоже сохранилось. Если говорить о нашем фокусе — это общественные пространства: интерьеры и комплексное благоустройство.
— Как сформировался ваш подход к архитектуре и, что не менее важно, к ведению бизнеса?
Сергей Марков: — В архитектурной среде есть некоторое пренебрежительное отношение к бизнес-подходу. Сама учеба в МАрхИ построена на индивидуализме. Сейчас, к счастью, это меняется. Неудивительно, что, открыв юрлицо в 2014-м, мы много шишек набили. Не было понимания, как вести дела. По-настоящему осмысленно выстраивать бюро как компанию начали только в 2020-м, во время пандемии. Что касается архитектуры, то под влиянием преподавателя Валерия Грубова я стал воспринимать ее не как объемы и фасады, а как нечто более глубокое — то, что создает сценарий жизни, отношения между людьми. Эта история до сих пор отзывается в наших проектах, особенно в благоустройстве.
Алексей Афоничкин: — Я бы добавил про поиск собственного почерка. Вначале подходили к каждому проекту очень индивидуально, исходя из задач заказчика, меньше думая о единой стилистике. Мы никогда не были минималистами, нам всегда был присущ яркий смысловой подход, работа с образами. Взять, к примеру, «Пионер Bookstore» — там была и модульность, и интеграция смысловых точек, и многофукциональность.
Когда мы активно занялись благоустройством, этот подход перерос в сторителлинг, который стал нашим главным инструментом. Мы долго искали собственный почерк и последние лет пять-шесть активно его развиваем. Каждый наш проект — это сильные смысловые истории, наполненные яркими образами, которые мы стараемся рассказать будущему пользователю территории. Поскольку наш фокус — общественное пространство, для нас критически важно взаимодействие человека и среды.
— Способствует ли сторителлинг коммерческому успеху проекта?
Алексей Афоничкин: — Безусловно, он придает ему дополнительную ценность. Для девелопера это готовая маркетинговая история. Через образы и нарратив продавать продукт гораздо проще. Помню, года три назад некоторые из них удивлялись: «Так можно было? Сделать не просто двор, а целую историю?» Сейчас это уже становится трендом и мейнстримом.
Сергей Марков: — Да, это тренд. Тот же Сергей Кузнецов, продвигая Emo-tech (архитектурный стиль, сформулированный главным архитектором Москвы Сергеем Кузнецовым, в котором технологичность сочетается с выразительностью. — Примеч. ред.), говорит о сильных эмоциональных образах.
Мы рады, что девелоперы стали более открыты и привлекают нас к пиару проектов. Раньше часто идеи архитектора, вложенные в проект, не доходили до публичного поля, а сейчас мы делаем совместные публикации, и это очень круто.
— Как вы считаете, а покупатель в итоге выбирает, исходя из цены и локации, или все-таки эти истории влияют на его предпочтения?
Алексей Афоничкин: — При равнозначной стоимости человек выберет локацию, насыщенную смыслом. Покупают не безликий продукт, а авторскую историю. Благодаря нашему подходу объекты становятся более авторскими, живыми.
Сергей Марков: — Это важно, потому что покупатель может соотнести себя с местом. Смыслы дают новый уникальный опыт. Например, бульвары без машин в «Шагале» — это что-то новое. Яркие точки, где можно заняться чем-то, создают впечатление от места, ты начинаешь чувствовать его своим. Именно поэтому многие любят исторический центр с его атмосферой, а не безликие спальные районы.
— Вы практиковали участие жителей в обсуждении проекта. Насколько это продуктивно?
Сергей Марков: — Это крайне важный инструмент, особенно в работе со сложившейся городской средой. В девелоперских проектах будущие жители появляются позже, но и там это полезно для составления портрета покупателя. В России такой подход еще не стал системной практикой. Чаще это инициатива архитектора или девелопера. На мой взгляд, подобные опросы серьезно повышают шансы на то, что проект будет по-настоящему востребован и оценен.
— Эти смыслы рождаются из контекста места, или это плод чистой фантазии?
Сергей Марков: — Не всегда привязываемся к истории места, хотя в городских проектах это часто важно. Но мы также создаем совершенно новые нарративы, отталкиваясь от того, что нам интересно. Яркий пример — бульвары в ЖК «Shagal». Там была концепция «play and walk» (играйте и гуляйте): ты идешь по бульвару и взаимодействуешь с элементами, которые выглядят как арт-объекты, а не как стандартные площадки. Смысл был в создании интересного маршрута. А образный ряд родился из динамики воды, ведь комплекс у Москвы-реки. Наши малые архитектурные формы (МАФы) напоминали морские фигуры — водоворот, коралловый риф… Это было не похоже на обычную детскую площадку. Вот что мы стараемся привносить: смысл в программирование территории и сильный, запоминающийся образ.
— Давайте перейдем к конкретным проектам. Расскажите, к примеру, о ваших работах в Санкт-Петербурге.
Алексей Афоничкин: — В Петербурге у нас несколько проектов. Например ЖК «ЛДМ» на месте Ленинградского дворца молодежи. Там мы обыграли тему мрамора и метаморфоз камня, назвав концепцию «Метаморфизм». Мы перенесли идею в генплан, создали «разломы» в мощении и рисунке озеленения, использовали натуральный гранит. Эту же тему поддержали МАФы из каменноподобных материалов со сложной подсветкой. Важной частью концепции стало сохранение двух вековых дубов. А детская площадка, к примеру, была вдохновлена «Пещерой горного короля». К сожалению, ее оптимизировали на этапе рабочей документации. Такое бывает. Но мы продолжили обыгрывать тему, вдохновляясь архитектурой самого комплекса, который похож на глыбу мрамора, и в озеленении: во дворе — строгие, «каменные» посадки, по периметру — более живописные.
Сергей Марков: — Еще из реализованного в Петербурге — ЖК «Окла» с «ЛенСтройТрестом». Мы делали двор, обращенный к лесу. Архитектурная концепция принадлежит Рикардо Бофиллу (известный испанский архитектор — представитель барочно-классицистического направления в архитектуре постмодернизма. — Примеч. ред.), и наше благоустройство перекликается с его замыслом через арочные, лучевые структуры в генплане.
Еще один интересный проект — в Кронштадте, ЖК «Кронфорт. Набережная». Концепция называлась «Море чувств». Мы взяли четыре: радость, безмятежность, очарование и свободу. Последняя, например, выразилась в огромных качелях. Генплан связали с исторической сеткой кварталов Кронштадта и диагональными балконами комплекса. В каждом дворе — свой характер: где-то акцент на природности и больших камнях среди злаков, где-то — на семейном отдыхе с общественными прихожими и площадками для пикника и петанка.
— Одна из ключевых тем, которую вы поднимаете, — «бесшовное пространство». Что это значит?
Сергей Марков: — Это работает на нескольких уровнях. Первый — городской: непрерывные комфортные связи — например набережная, переходящая в бульвар и парк. Второй уровень — связь интерьера и экстерьера. Когда мы делаем и места общего пользования (МОПы), и благоустройство, можем использовать единые материалы и смысловые ходы, создавая целостный опыт.
Алексей Афоничкин: — Именно так. Человек выходит из квартиры в проработанный интерьер, и эта история плавно перетекает во двор. Исчезает диссонанс, который часто бывает, когда интерьер и благоустройство делают разные команды. Для девелопера это сильный продуктовый ход, который должен закладываться на уровне брендинга.
Сергей Марков: — Сейчас девелоперы все чаще мыслят не точечными проектами, а крупными территориями комплексного развития. И для таких проектов дизайн-код, обеспечивающий единообразие и бесшовность, становится необходимостью.
— Какие еще тренды в благоустройстве вы считаете наиболее важными?
Алексей Афоничкин: — Однозначно — тренд на здоровьесберегающую среду. Речь идет не только о физическом, но и ментальном самочувствии. Мы создаем спортивные хабы, места для релаксации, йоги, коммуникации. В том же «Вест Гардене» сделали целый ряд таких зон, включая инклюзивный соседский сад.
Сергей Марков: — Мы даже проводили исследование с Сеченовским университетом в рамках воркшопа фестиваля «Открытый город» на тему социального стресса, потому что это триггер для ментального и физического здоровья. Прогностически он даже хуже, чем курение. Поэтому и власти города, и девелоперы объективно заинтересованы в создании среды, которая его снижает.
— Помимо городских проектов, вы активно работаете в сегменте ИЖС. Чем он вам интересен?
Алексей Афоничкин: — У нас несколько таких проектов. Коттеджный поселок Миронцево был первым. К нам пришел инвестор с участком земли и полностью доверился нам в формировании продукта. Мы проводили большую аналитику, изучали тренды, мировой опыт. Наш проект несколько опережал рынок, потому что через год увидели похожие подходы.
У нас была очень экологичная история. Мы максимально сохраняли деревья, чтобы жители чувствовали, что живут в лесу. Помимо мастер-плана, разработали проект благоустройства, въездную группу. Несколько типологий домов, в том числе с камышовой кровлей, с фасадами из лиственницы, клинкерной плитки. Эти материалы красиво стареют и мимикрируют в среду. Когда приезжаешь на стройку, видишь, как среди берез словно «проявляются» эти дома.
Сергей Марков: — В ИЖС после пандемии пришли большие игроки, и рынок из «дикого» превратился в продуктовый. Миронцево — не только про экологию, но и идею комьюнити. Здесь мы создали «зеленое кольцо» — общественный пешеходный маршрут, вдоль которого расположены разные активности. И заложили возможность для жителей в будущем адаптировать некоторые пространства и объекты под свои нужды.
Алексей Афоничкин: — Под Ростовом-на-Дону мы разрабатывали благоустройство и архитектурные проекты домов для коттеджного поселка «Старочеркасская Ривьера». Основная идея — создание добрососедской среды, что для юга России очень важно. Поэтому в проекте появились зоны, где люди разных возрастов смогут объединяться, например, для отдыха на набережной, для яхтинга. Также мы решали проблему занятости подростков.
— А что можете рассказать про проект «Тихая долина»? Я слышала, он вдохновлен Чеховым.
Сергей Марков: — Да, это свежий проект в кластере ИЖС Группы «Самолет» в Максимихе — чеховские места. Мы вдохновлялись контекстом, произведениями великого русского писателя. Но помимо этого, была глобальная идея Sound Village — деревня звуков. Акцент на усилении, например, пения птиц. Это находило отражение в благоустройстве: появились МАФы типа «усилитель леса», большая смотровая площадка — «голубятня». В дизайн-коде дорожки напоминали разложенную музыкальную партитуру. А смысловые маршруты и малые объекты были связаны с произведениями Чехова. Например «Человек в футляре» — это такой полузакрытый МАФ, где можно уединиться.
— Как находите баланс между художественным замыслом и экономикой проекта? Как отстаиваете идеи?
Сергей Марков: — Мы понимаем, что находимся в одной лодке с девелопером, это партнерство, а не битва. Вопрос в том, можем ли мы контролировать оптимизацию? Если заказали не только концепцию, но и рабочую документацию, мы как авторы знаем, от чего можно отказаться, что менее важно, а что нужно сохранить, чтобы не потерять идею. Мы адекватно воспринимаем контекст и стараемся сохранить основные элементы, рассказывающие о смысле, а менее значимые — оптимизировать, если необходимо.
— Как технологии, в частности искусственный интеллект, меняют вашу работу?
Сергей Марков: — ИИ для нас стал таким же инструментом, как карандаш. Для благоустройства, которое часто воспринимается как «плоскостное», настоящим прорывом станет повсеместный переход в 3D БИМ-моделирование, которое открывает новые возможности. Мы этим уже занимаемся.
Алексей Афоничкин: — Нейросети прочно вошли в наш обиход. Генерация текстов, картинок... Я уже не представляю, как без этого обходиться. Нужно учиться формулировать промпты (запросы. — Примеч. ред.), это новая грамотность.
Сергей Марков: — Мы недавно весь визуал для альбома концепции малых архитектурных форм сделали с помощью нейросетей. Написали промпты — и получили готовые образы для презентации. Еще один тренд — короткие анимации от нейросетей, «оживающие» рендеры. Для клиента это часто нагляднее статичной картинки. А некоторые девелоперы теперь принимают проекты только в VR. Мы делаем модель, и они ходят по будущему двору в очках виртуальной реальности.
— Какими проектами гордитесь больше всего?
Сергей Марков: — Мне очень нравится «Павильон Книги» на ВДНХ. Мы вместе с Государственным музейно-выставочным центром «РОСИЗО» дали ему новую жизнь, и сейчас он невероятно востребован. Это идеальный пример воплощения концепции «третьего места» — не дом и не работа, которую сформулировал американский социолог и урбанист Рэй Ольденбург, известный исследованиями о важности неформальных пространств для функционирования гражданского общества. Это могут быть соседские хабы в местах общего пользования или общественные гостиные во дворе с диванами и очагом. Пространства, где людям приятно проводить время, общаться и ощущать свою принадлежность к сообществу, где человек чувствует себя комфортно и защищенно, ему хочется сюда возвращаться. Именно такие места делают город по-настоящему дружелюбным.
Алексей Афоничкин: — Горжусь реализацией МАФов в «Шагале» — получилось очень эмоционально. И концепцией благоустройства для одного из кварталов «СберСити» в Рублево-Архангельском. А еще нравится Космодамианская набережная с нашими «городскими балконами» напротив Кремля. Из реализованного благоустройства жилых комплексов — West Garden. Неплохим получился.
— «Неплохо» от архитектора — думаю, это высшая оценка…
Алексей Афоничкин: — Мы всегда стремимся к идеалу, он где-то впереди, поэтому в принципе довольно самокритичны. Если бы были абсолютно всем довольны, наверное, это означало, что остановились в развитии.
Каменка: с прицелом на будущее
Локация Каменка в Приморском районе, получившая название по одноименной небольшой речке, стала в последнее время одной из наиболее бурно развивающихся территорий массового жилищного строительства в Санкт-Петербурге. Близость к крупным транспортным магистралям и новому деловому кварталу, а также благоприятная экологическая обстановка делают ее весьма популярной среди покупателей и, как следствие, – у застройщиков, которые всегда внимательно следят, куда идет спрос.
Приморский район, еще три десятка лет назад считавшийся дальней северо-западной окраиной года, в последнее время превратился в зону бурной девелоперской активности. «Уже несколько лет он является одним из явных лидеров по объему реализации нового жилья, его доля составляет порядка 15–20% от общего спроса в Северной столице», – рассказывает директор по маркетингу и рекламе строительно-инвестиционного холдинга «Аквилон Инвест» Надежда Зотова.
Факторы популярности
Эксперты выделяют три основных фактора, стимулирующих активное развитие Каменки. Причем, по их мнению, в перспективе ее привлекательность может вырасти еще сильнее, поэтому многие расценивают покупку жилья в локации как инвестицию в будущее.
«Каменка стала новым модным кварталом, где активно строятся дороги, появляются торговые центры, разбиваются скверы и парки, планируются новые станции метрополитена. Здесь строятся разные проекты, и покупатель фактически может выбрать жилье на любой вкус», – отмечает директор департамента рекламы и маркетинга ГК «Полис Групп» Ольга Ульянова.
Первый фактор – наличие уже функционирующих стратегических транспортных магистралей, в первую очередь КАД и ЗСД. Через них несложно добраться до любой точки города, при этом минуя хронические пробки, характерные для внутренних районов города. Связь с северными районами города формируют Парашютная улица, а также Комендантский и Шуваловский проспекты, которые продолжают строиться.
«Локация очень удобна транспортной доступностью, которая обеспечивается большим количеством выездных трасс», – констатирует Ольга Ульянова. «Удобный доступ к выездам на КАД и ЗСД позволяет разгрузить внутренние транспортные магистрали», – добавляет Надежда Зотова.
Надо признать, что с общественным транспортом, точнее, с важнейшей его частью – метрополитеном, в локации дела пока обстоят не блестяще – и до ближайшей станции метро «Комендантский проспект» нужно добираться общественным транспортом. Но это – дело поправимое. В перспективе планируется возведение в непосредственной близости от локации ряда станций фиолетовой ветки (рабочие названия «Каменка», «Магистраль № 31») и зеленой ветки («Парашютная»), а также пересадочной с одной на другую («Шуваловский проспект» – «Планерная»). «Станции метро в непосредственной близости от новых проектов сразу повысят локацию в цене», – уверена Ольга Ульянова.
Второй ключевой фактор – экологический, он характерен в целом для всего Приморского района. В непосредственной близости от Каменки – Юнтоловский лесопарк, Изотовский сквер, а ведь есть еще Удельный парк, парк 300-летия Петербурга, Новоорловский лесопарк, Юнтоловский заказник и множество других зеленых зон, не говоря уже о находящихся неподалеку лесах Курортного района и Ленобласти.
«Из минусов можно назвать расположенный неподалеку мусорный полигон «Новоселки», но город уже закрыл его на ввоз и запустил проект рекультивации», – подчеркивает директор управления стратегического маркетинга Группы RBI Вера Серёжина.
Третий фактор пока не столь очевиден, но многие эксперты именно с ним связывают серьезные перспективы развития локации. Речь идет о новом деловом квартале Петербурга, который постепенно будет формироваться вокруг «Лахта Центра». «С ним во многом связывают перспективы развития Приморского района. По мнению участников рынка, вместе с полноценным запуском объекта возрастет престижность локации, что повлечет за собой бурное развитие инфраструктуры», – отмечает Надежда Зотова.
Инфраструктурный вопрос
На данный момент инфраструктуру в локации сложно называть очень развитой. Но это не удивительно, ведь район только застраивается. Объекты инфраструктуры – социальной, транспортной, коммерческой – в соответствии с новыми требованиями городских властей, появляются одновременно с жильем. Все проекты девелоперов включают в себя соответствующие опции. Несомненным плюсом при этом можно назвать то, что строящиеся соцобъекты будут современными, отвечающими последним требованиям нормативов в этой сфере.
«Ежегодно социальная и коммерческая инфраструктура в районе пополняется за счет нового строительства», – говорит Ольга Ульянова. «Здесь работают одновременно несколько крупных застройщиков, они принимают активное участие не только в создании социнфраструктуры, но и в строительстве дорожной сети, в благоустройстве территорий, в появлении общественных пространств. Таким образом, к моменту завершения проектов здесь будет сформирован современный городской квартал, обеспеченный всем необходимым для комфортной жизни», – добавляет Надежда Зотова.
Пока же можно воспользоваться обильной инфраструктурой близлежащих уже сформировавшихся кварталов Приморского района. «Вдоль Комендантского проспекта на участке от Каменки до станции метро есть большой выбор торговых и развлекательных центров на любой вкус. В самом районе Каменки – такие гипермаркеты, как “Лента” и “Леруа Мерлен”», – рассказывает Вера Серёжина.
Рай для девелоперов
По данным КЦ «Петербургская Недвижимость», в течение нескольких последних лет Каменка является самой востребованной локацией среди покупателей квартир в Петербурге: по итогам 2019 года, на нее пришлось 14% всего проданного на первичном рынке жилья. «Локация привлекательна для покупателей всех возрастных категорий. Покупкой жилья здесь интересуются как молодые люди и семейные пары, так и семьи с детьми и пенсионеры», – подчеркивает Ольга Ульянова.
Неудивительно поэтому, что в локации активно работают ведущие застройщики Петербурга, такие как Setl Group, ГК «Полис Групп», холдинг РСТИ («РосСтройИнвест»), ГК «Арсенал-Недвижимость», Группа RBI, СИХ «Аквилон Инвест», «Лидер Групп» и др. «Сейчас в Каменке строится 13 жилых комплексов: все относятся к классу «масс-маркет». Большинство из них возводят крупные девелоперы», – констатирует руководитель КЦ «Петербургская Недвижимость» Ольга Трошева.
По ее словам, предложение в Каменке сопоставимо со спросом: его доля – 13% от петербургского рынка. По сравнению с концом 2018 года объем строящегося жилья здесь вырос более чем на 40%. «Средняя цена квадратного метра – 118 тыс. за 1 кв. м, что соответствует среднему показателю по классу «масс-маркет» в Петербурге», – говорит эксперт.
По словам Ольги Трошевой, локация осваивается высокими темпами. «К ее рыночным плюсам можно отнести большой выбор квартир от ведущих застройщиков, регулярное пополнение ассортимента квартир», – заключает она.
Мнение
Надежда Зотова, директор по маркетингу и рекламе СИХ «Аквилон Инвест»:
– Мы возводим в Каменке ЖК комфорт-класса «FoRest Аквилон». Пять корпусов переменной этажности от 9 до 13 этажей возведут вблизи Юнтоловского заповедника. Комплекс рассчитан на 2162 квартиры общей площадью 72 тыс. кв. м. На выбор представлены студии, одно-, двух, трех- и четырехкомнатные квартиры, в том числе «европланировки». Они будут передаваться дольщикам с предчистовой отделкой whitebox, есть возможность заказать чистовую отделку в трех стилях. Корпуса будут оснащены подземными паркингами, индивидуальными кладовыми («сити-боксы») и колясочными. Особая гордость проекта – собственный экопарк по проекту агентства ландшафтного дизайна «Нескучный сад». Концепция благоустройства продолжает идею симбиоза природы и современного жилого квартала. Практически треть территории будет озеленена: в экопарке высадят цветники, кустарники, взрослые деревья. Уникальность ландшафту придадут композиции из валунов, живые изгороди, арт-объекты в виде деревьев со скворечниками. Для активного отдыха жителей будут оборудованы площадки для игр детей разных возрастов, чилаут-зоны с лежаками, спортивный остров, беседки добрососедства, шалаши для пряток, городские огороды.
Ольга Ульянова, директор департамента рекламы и маркетинга ГК «Полис Групп»:
– Мы реализуем в этой локации ЖК «Полис на Комендантском». Его основные преимущества – месторасположение, наполненность инфраструктурой, квартирография, цена. Объект возводится в Приморском районе Петербурга, неподалеку от станции метро «Комендантский проспект», рядом с Юнтоловским заказником. Из окон квартир на верхних этажах открываются виды на лесопарк и панораму города, в том числе «Лахта Центр». В составе комплекса – несколько жилых корпусов высотой от 17 до 24 этажей, с уютными дворами, и два отдельно стоящих многоуровневых паркинга на 2110 машино-мест. Для безопасности жильцов по периметру предусмотрено видеонаблюдение. На первых этажах расположены коммерческие помещения. В ЖК «Полис на Комендантском» все подчинено экоидеям. Ландшафтное озеленение, выполненное по индивидуальному проекту, сделает внутреннее пространство двора максимально зеленым. Для прогулок и отдыха появится собственный экопарк со всесезонными деревьями. На территории комплекса созданы безопасный веревочный парк, экогородки для детей, выполненные по индивидуальному проекту, активити-зона для взрослых. В настоящее время в стадии строительства находятся III и IV очереди.
Коль застройщик банкрот. Первые шаги дольщиков
Ни один дольщик, разумеется, не ожидает и не рассчитывает, что девелопер, у которого он купил квартиру по долевой схеме, обанкротится. Но, к сожалению, периодически такие проблемы случаются. «Строительный Еженедельник» задал юристам вопрос: «Каковы должны быть первоочередные шаги дольщиков в этой ситуации?».
Новая система финансирования жилищного строительства с использованием проектного кредитования и эскроу-счетов гарантирует, что возведение домов будет завершено и пострадавших дольщиков не появится. Но пока в среднем по России примерно 75% жилья достраивается по старой схеме. Больше того, сложности, связанные с реформой, обострили проблемы застройщиков, особенно некрупных и региональных. В связи с этим вопросы банкротства девелоперов и действий, которые необходимо предпринять дольщикам в такой ситуации, стали особенно актуальны.
Бдительность
Не секрет, что последние несколько лет участились случаи банкротства застройщиков – и многие дольщики обеспокоены тем, будут ли достроены их жилые дома, так как гарантий получения квартир при работе по старой схеме нет. Поэтому юристы, прежде всего, призывают дольщиков хранить бдительность, не оставляя вопрос контроля строительства «на русские авось, небось и как-нибудь».
«Нужно «держать руку на пульсе» и отслеживать информацию из всех открытых источников о финансовом состоянии застройщика», – рекомендует управляющий партнер юридической фирмы Letefico Майя Петрова. По ее словам, как правило, дольщики в конкретном жилищном проекте создают группы в соцсетях и предпочитают обмениваться данными о ходе строительства, полученными из разных источников. «Первой ласточкой того, что что-то идет не так, как надо, является длительная, более года, задержка сроков завершения строительства дома и передачи конкретных помещений участникам долевого строительства по договорам долевого участия (ДДУ)», – отмечает эксперт.
По словам руководителя практики земельного права, недвижимости и строительства юридической компании «Пепеляев Групп» Елены Крестьянцевой, если речь идет о потенциальной несостоятельности девелопера, то шансы дольщика вернуть свои деньги существенно увеличиваются, если он окажется в числе первых, обратившихся в суд с заявлением о банкротстве. «Если застройщик намерен оттянуть момент признания его несостоятельным, то может договариваться с такими дольщиками в порядке очередности их обращений в суд: удовлетворять требования или выкупать их по договорам уступки», – говорит она.
Обратиться в Арбитражный суд с заявлением о признании застройщика банкротом может как сам дольщик, так и любое заинтересованное лицо (например, банк, налоговая служба), перед которым последний не исполняет свои обязательства на сумму более 300 тыс. рублей свыше трех месяцев», – напоминает независимый практикующий юрист Сергей Павлов.
«В случае, если участнику долевого строительства становятся известны какие-либо сведения о том, что в отношении застройщика инициирован процесс банкротства, эту информацию можно проверить в открытых источниках, например, в электронной картотеке арбитражных дел – kad.arbitr.ru», – отмечает Майя Петрова. В системе по названию компании или ее ИНН можно увидеть все арбитражные дела с ее участием, включая дело о банкротстве, если оно есть. Открыв конкретно дело, можно получить достаточно много информации, включая сами судебные акты.
Войти в реестр
«При признании судом застройщика банкротом в отношении него вводится процедура конкурсного производства, а управление компанией обычно передается конкурсному управляющему. Соответственно, все дальнейшее взаимодействие дольщика с застройщиком осуществляется через него. В рамках указанной процедуры конкурсный управляющий аккумулирует все имущество застройщика для дальнейшей реализации и удовлетворения требований кредиторов: банков, работников компании, самих дольщиков и др.», – рассказывает Сергей Павлов.
Сведения о признании застройщика банкротом и об открытии конкурсного производства публикуются в официальном издании (газета «Коммерсантъ»), а также размещаются в Едином государственном реестре сведений о банкротстве на ресурсе bankrot.fedresurs.ru. «Если застройщик признан банкротом, то конкурсный управляющий самостоятельно должен включить требования участников строительства, по ДДУ, в реестр требований кредиторов, на основании информации о регистрации ДДУ, размещаемой органом государственной регистрации прав, а также уведомить об этом дольщиков», – отмечает Майя Петрова.
При этом юристы советуют участникам долевого строительства самим озаботиться включением своих требований в реестр, не полагаясь исключительно на конкурсного управляющего. «Если он по каким-то причинам не включил требование в реестр либо ошибся с размером, дольщик вправе предъявить имеющиеся у него требования к застройщику, обратившись к конкурсному управляющему с соответствующими документами. Срок для предъявления требований о включении в реестр – три месяца с даты опубликования сообщения о банкротстве», – говорит Елена Крестьянцева.
При этом, по ее словам, если договор с застройщиком не расторгнут, дольщик заявляет требование о передаче помещения, которое включается в реестр. Если договор расторгнут, то дольщик требует включения в реестр денежного требования. При этом банкротство застройщика является самостоятельным основанием для отказа дольщика от договора и требования возврата денежных средств.
По словам руководителя группы по банкротству адвокатского бюро «Качкин и Партнеры» Александры Улезко, такой порядок применяется к делам о банкротстве, возбужденным после 1 января 2018 года. В ранее возбужденных процедурах требования участников строительства рассматриваются Арбитражным судом. «Часто дольщики обращаются в суд общей юрисдикции с требованием о признании права на долю в праве собственности на недостроенный объект недвижимости. Однако большого смысла в этом нет, поскольку все требования участников строительства удовлетворяются только в рамках дела о банкротстве. Признание права собственности дольщика на квартиру возможно в деле о несостоятельности только в том случае, если дом был введен в эксплуатацию и до возбуждения дела о банкротстве между дольщиком и застройщиком подписан передаточный акт», – добавляет она.
Юрист отмечает, что после признания застройщика банкротом дольщик может также отказаться от исполнения договора и просить включить в реестр его денежные требования. В состав денежных требований включаются и убытки в виде реального ущерба, причиненные нарушением обязательства по передаче жилого помещения.
«После того как требование будет установлено в реестре требований участников строительства в деле о банкротстве, дольщику стоит ожидать уведомлений от арбитражного управляющего, принимать участие в собраниях кредиторов и участников строительства», – добавляет Александра Улезко.
Мнение
Мария Золотая, управляющий партнер компании «Балтийский Заказчик»:
– Рекомендую узнать истинное состояние объекта и процент реализации проекта непосредственно у органа, уполномоченного осуществлять надзор за строительством. В страховую компанию и к конкурсному управляющему можно и нужно обращаться самостоятельно и никого не ждать, а вот в Фонд содействия дольщикам или в органы исполнительной власти всегда эффективнее готовить коллективные обращения.