Компаниям, работающим в области учета электроэнергии, в кризис помог Федеральный закон № 522-ФЗ
![](http://m.asninfo.ru/images/blog-experts/051ba8e5/f915444635030b0caa2b11d9.jpg)
Дмитрий Ивушкин, руководитель отдела разработки РЭА компании ICBcom
Если говорить о мерах по поддержке государством отраслей, то порой, чтобы дать отрасли возможность для развития, достаточно появления нововведения, подобного Федеральному закону от 27 декабря 2018 г. № 522-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с развитием систем учета электрической энергии (мощности) в Российской Федерации».
Для нас 2020 год вообще проходит под эгидой развития в сторону покрытия потребностей сбытовых организаций и гарантирующих поставщиков в рамках этого закона. Спрос есть, поэтому на данный момент мы заняли эту нишу и планируем ещё плотнее в ней укрепиться. Если конкретнее, то в планах – дооснащение счетчиков электроэнергии коммуникационными модулями для передачи данных. Аналогичная задача стоит и для сбора показаний в сфере ЖКХ для счетчиков воды и газа.
Также мы выводим на рынок новые устройства для передачи данных в инновационных сетях NB-IoT. Это датчики, устройства сбора данных, коммуникационные модули для приборов учета ресурсов. Коммерческая эксплуатация NB-IoT сетей началась в 2019-2020 года, поэтому расширение линейки подобных устройств – одно из наших приоритетных направлений на данный момент.
Разумеется, созданный новым законом позитивный для нас тренд не поместил нас в некое безвоздушное пространство, полностью оградив от кризисных явлений. Наша компания занимается разработкой радиоэлектронных устройств, внедрением разных технических решений в сфере автоматизации предприятий, автоматизации сбора данных. И если отмена пени за неоплату услуг ЖКХ скорее затронула не нас, а ресурсные организации и управляющие компании, то карантин повлиял существенно. Наша компания занимается осуществлением работ по различным проектам, получает за это деньги, продолжает развиваться и реализовывать новые проекты. Карантин для нас означает отсутствие этих работ. В таком случае компания начинает жить за счёт некоторых внутренних ресурсов. Но долго это не может продолжаться – если компания будет стоять на месте, то ресурсы рано или поздно закончатся. И только когда другие компании, с которыми у нас заключён договор на работы, выходят из карантина, наша компания может двигаться дальше. Поэтому получается, что мы подвязаны на работу наших заказчиков.
Помимо этого, на сегмент рынка находится в зависимости от курса рубля, ведь мы используем импортное сырьё. С колебаниями курса меняется себестоимость технических решений. Мы зависим от заключённых договоров, в рамках которых не имеем права менять стоимость нашей продукции, разве что в них есть некоторые валютные оговорки. Но таких меньшинство. Поэтому мы терпим убытки из-за изменения нашей маржи.
Доля импортного сырья велика. Для нашей продукции мы используем те компоненты, которые будут всегда доступны. Если мы будем рассматривать импортозамещение, например, какие-то специфические отечественные микросхемы, то рано или поздно мы можем столкнуться с тем, что их может не быть на рынке, или на складе у поставщика, или нужно будет делать на них предварительный заказ. Это создаст массу неудобств. Зарубежное сырьё, в свою очередь, довольно распространено и доступно для покупки у большого количества разнообразных дистрибьюторов. Кроме того, зарубежным контрактным производителям, к которым мы периодически обращаемся в силу дешевизны, также доступны такие комплектующие. Таким образом, мы не сможем использовать отечественные составляющие, потому что, например, в Китае они будут недоступны. Кстати, вопреки расхожему мнению, при использовании импортных комплектующих, девайс не перестает быть отечественным, ведь он разработан в России (и аппаратная часть, и программная).
Однако есть и российские производители, которые сами непосредственно выпускают микросхемы и используют их в составе своего оборудования. У таких организаций доля отечественных компонентов близка к 100%, но их единицы. Мы сотрудничаем с такими компаниями в ряде наших проектов. Подводя промежуточные итоги 2020 года, можно сказать, что ввиду сложившейся эпидемиологической ситуации - малому и среднему бизнесу было непросто. Переход на «удалёнку» многих выбил из колеи, а кого-то и из игры вовсе. Нашей компании удалось без значительных потерь держаться «на плаву».
Финансирование проектов, конечно, тоже сказалось на росте числа новых клиентов, но благодаря грамотно выстроенной стратегии ведения переговоров и своевременной обработке обращений - компания динамично интегрировалась в новые условия существования. Мы идём в ногу со временем, сохраняя взаимовыгодные и дружеские отношения как с постоянными клиентами, так и с потенциальными новыми партнёрами.
Алина Плетцер, генеральный директор ООО «Негосударственный надзор и экспертиза»:
29.07.2020 был принят Закон Санкт-Петербурга от 29.07.2020 № 369-89 «О внесении изменений в Закон Санкт-Петербурга “О границах объединенных зон охраны объектов культурного наследия, расположенных на территории Санкт-Петербурга, режимах использования земель и требованиях к градостроительным регламентам в границах указанных зон”», согласно которому Приложения № 1 и № 2 к Закону СПб № 820-7 излагаются в новой редакции. Фактически Закон Санкт-Петербурга от 19.01.2009 № 820-7 «О границах объединенных зон охраны объектов культурного наследия, расположенных на территории Санкт-Петербурга, режимах использования земель и требованиях к градостроительным регламентам в границах указанных зон» изложен в новой редакции, которая вступит в силу 01 февраля 2021 года (за исключением отдельных положений).
Любые изменения и предложенные законопроекты вызваны причинами, которые мы можем и не знать, но всегда стараюсь думать о том, что они к лучшему. С одной стороны, расширение охранных зон позволит не изменять облик сложившихся до 50-х гг. XX века кварталов, которые ранее не учитывались в перечне исторических, и не давать возможность для уплотнительной застройки. Это должно способствовать сохранению исторического облика Санкт-Петербурга в целом, а не только его центра. Это, по сути, расширение исторических районов Санкт-Петербурга за границами центральной части города.
С другой стороны, законопроект настолько объемный и предполагает полностью принятие Приложений в новом чтении, что предугадать, с чем в дальнейшем придется столкнуться, достаточно сложно.
С принятием нового законопроекта для тех застройщиков, которые работали и продолжают работать в зонах охраны объектов культурного наследия, никаких существенных изменений в части согласовательной деятельности не произойдет, так как они уже знакомы с требованиями КГИОП. Тем же застройщикам, которые никогда не работали с комитетом и не строили в историческом центре, будет достаточно сложно адаптироваться.
Что же касается частностей, то уже можно выявить спорные моменты, трактовка которых у специалистов явно будет разной. В проекте введено понятие «смежный уличный фронт», но не дано его определение и не указано, зачем оно нужно, как его применять и к чему оно относится. Это понятие не внесено в раздел 3 «Основные понятия и термины». Документ содержит ограничения к территориям смежного уличного фронта в пределах кадастровых кварталов с перечислением этих кварталов и с требованиями о запрете строительства объектов капитального строительства. То есть понятие «смежный уличный фронт» определено не четко, а сопряженные с ним аспекты вообще размыты.
Введены правила расчета высоты относительно окружающей застройки, что, с одной стороны, правильно, но, с другой стороны, ставит вопросы по тому, как правильно выполнить этот расчет и что для этого потребуется.
В расчете высоты должны использоваться данные самого высокого и самого низкого исторических зданий, восстановленных объектов исторической застройки, зданий, являющихся объектами культурного наследия из ближайших, формирующих уличный фронт (уличные фронты).
И вот тут основная сложность. Если данные по объектам культурного наследия общедоступны, они также есть в Геоинформационной системе Санкт-Петербурга, то откуда взять информацию об исторических зданиях, а тем более о восстановленных объектах исторической застройки? Потребуется запрашивать технические паспорта всех окружающих зданий по всей длине уличных фронтов. И при этом, как определить радиус или расстояние, которое попадает под понятие «из ближайших»?
По моему мнению, если вводится формула расчета высоты исходя из данных соседних исторических зданий, то должно быть регламентировано получение данных и сведений об исторических зданиях и восстановленной исторической застройке.
Естественно, для Санкт-Петербурга любые вопросы, касающиеся строительства в исторической застройке, являются болезненными. Нужно также отметить, что на текущий момент ПЗЗ и Закон СПб №820-7 увязаны между собой. Принятие изменений в один закон и не изменение другого внесут разногласия. Скорее всего опять наступит период, когда 2 основных градостроительных документа города будут друг другу противоречить. Для многих застройщиков и экспертных организаций это грозит выявлением несоответствий в проектной документации, большим количеством корректировок, необходимостью подготовки запросов о применении и действии законодательства в каждом конкретном случае.
Несмотря на это, организации строительного сообщества и девелоперы Санкт-Петербурга за многие годы научились достойно и спокойно принимать вносимые поправки в региональное законодательство и подстраиваться под новые требования, делая наш город лучше.
![](http://m.asninfo.ru/images/blog-experts/035db91e/799e89fe185465c2594243b2.jpg)
Таисия Селедкова, директор по маркетингу и коммуникациям PAROC
PAROC поддержал социальную инициативу по изучению потерь тепла жилых зданий и других объектов из-за отсутствия эффективного утепления. Это волонтерский проект «Цвета потери тепла», который прошел в семи городах — Москве, Санкт-Петербурге, Петрозаводске, Архангельске, Рязани, Вологде и Череповце.
С помощью доступных тепловизоров волонтеры создали «тепловые» портреты 126 домов. Это кирпичные и панельные «хрущевки» и «брежневки», «панельки» из 90-х, которые чаще всего встречаются в разных регионах нашей страны. Подобного исследования в России не проводилось. Пригласить волонтеров для тепловой съемки своего дома мог любой из жителей городов, вошедших в географию проекта. Для этого достаточно было оставить обращение в официальных аккаунтах проекта «Цвета потери тепла».
В общей сложности в проекте «Цвета потери тепла» было сделано 1565 тепловых фотографий. Тепловая съемка 126 объектов заняла 168 часов, или 7 суток! Полученные данные позволили сформировать представление о том, в каком состоянии с точки зрения энергоэффективности и энергопотерь находится жилищный фонд в российских мегаполисах и регионах.
Не менее важным итогом проекта стала социальная активность людей, волонтеров и местного населения. Так, от жителей домов поступило более 230 заявок на съемку. Такая позиция говорит о том, что люди сами хотят изучить проблему и взяться за ее решение. В PAROC готовы помочь с практической реализацией — с консультациями по вопросам внедрения энергоэффективных решений при капремонте. У нас и наших партнеров в регионах накоплен богатый опыт по применению качественных и долговечных теплоизоляционных материалов в реконструкции жилого фонда.