Николай Большаков: «Проблема с кадрами начинается в головах»
Николай Большаков, генеральный директор «СтройКрафт»:
- Наша компания была основана пять лет назад, хотя ее костяк сформировался ранее. Мы выходили на рынок практически с пустыми руками, но с серьезным уровнем компетенций, знанием строительных процессов, здоровыми амбициями и готовностью много и тяжело работать, чтобы доказать рынку свою нужность. И мы это сделали! Сегодня наша компания входит в число наиболее востребованных генподрядных организаций Петербурга, выполняющих весь объем работ — от нулевого цикла до полной сдачи объекта в эксплуатацию.
Говорю я об этом для того, чтобы показать, что развитие нашей компании было очень быстрым и стремительным. Учитывая, что ключевые работы мы всегда стараемся делать своими силами — остро встал вопрос оперативного увеличения штата, а это сразу привело нас к сложностям с квалифицированным персоналом.
Проблема с кадрами — начиная с грамотных управленцев и заканчивая рабочими профессиями — к сожалению, не новость для данной отрасли. Престижность строительных профессий была основательно подорвана. Нехватка хороших преподавателей в вузах и техникумах привела к снижению качества обучения. Еще одним негативным фактором стала оторванность учебных процессов от реальной строительной работы. Приходя на производственную практику, студенты интересовались лишь подписью договора на практику. В компаниях тоже не очень стремились возиться с молодняком. В итоге, покидая учебные заведения, выпускники в лучшем случае знали только теорию.
Но это только половина проблемы. Огромную роль играет психологический фактор — многие просто не хотят ни работать, ни учиться. Однако, не имея ни серьезной квалификации, ни навыков, ни опыта, они претендуют на зарплаты на уровне ведущих специалистов. Перефразируя классика, можно сказать, что проблема с кадрами на стройке начинается в головах.
В последнее время многое делается, чтобы улучшить ситуацию с обучением, но времени на ожидание нет, работать нужно прямо сейчас. Наша компания, как и некоторые другие строительные организации, ищет сотрудников еще на студенческой скамье, поддерживая их, помогая с реальной практикой и дальнейшим трудоустройством.
Исходя из нашего опыта, отмечу, что наиболее эффективный путь — растить специалистов самим. Но это возможно только при взаимной работе компании и сотрудника. Работник должен не просто «получать зарплату», но по-настоящему стремиться к овладению новыми навыками, профессиональному и карьерному росту. Компания же, находя таких людей, должна всемерно — морально и материально — способствовать их развитию и самосовершенствованию, в том числе финансово вкладываясь в их будущее. Именно таким путем идем мы, и других вариантов решения проблемы с квалифицированными кадрами пока не видно.
Иван Фатеев, финансовый директор MirLand Development Corporation:
– Только большие компании с долгой историей успеха могут рассчитывать на проектное финансирование. Но разве только на крупный бизнес стоит делать ставку, когда речь заходит об укреплении экономики и т. д.? Отнюдь. Здесь главную роль играет средний и малый бизнес, который сейчас как раз и лишен доступа к финансовым ресурсам.
Если экономику предприятий не поддержать доступным финансированием по понятным и простым условиям, то деградируют все отрасли.
Чтобы внедрить проектное финансирование в реалии российской экономики, потребуется немало усилий и времени. Например, необходимо внести поправки в законодательство и придать ему понятный юридический статус. В свою очередь, банкам, которые будут инструментами проектного финансирования, нужно иметь мощные кадровые ресурсы, которые смогут оценивать инвестиционные проекты и риски, связанные с ними, следить за их реализацией и т. д. Как альтернатива – эти функции отдаются на аутсортинг.
Безусловно, этот вид финансирования подразумевает определенные риски. Но разве при кредитовании под залог их нет? Предприятия малого и среднего бизнеса всех отраслей уже начинают банкротиться, отказываться от проектов и уходить с рынка. Да, банки остаются с землей, оборудованием или полуготовыми коробками объектов. Но в итоге не могут их продать или продают с большим дисконтом. А непрофильный и неликвидный в кризис актив – это всегда серьезная нагрузка на финансовые организации.
Так что риски в кредитовании и проектном финансировании соизмеримы. Разница в том, что в первом случае себя чуть увереннее чувствует банк, а во втором – инвестор, который, по сути, и есть главное действующее лицо в экономике: он строит, производит, дает рабочие места, платит налоги. Его и нужно поддержать.
Только так Россия сможет преодолеть технологическое отставание от развитых стран и укрепить экономику. Экономисты подсчитали, что для модернизации российской экономики необходимо нарастить долю капиталовложений с 20 до 26% от ВВП. По другим оценкам, этот показатель необходимо увеличить до 35-40%. Для сравнения, в Китае он составляет 46%. Следовательно, в России, если за основу расчетов взять показатель ВВП за 2014 год, инвестиции в основной капитал должны быть увеличены как минимум на 4 трлн рублей.
Вряд ли это возможно без проектного финансирования. Большую роль здесь играет государство, а точнее, политическая воля. Проектное финансирование должно быть не только задекларированным, но и иметь четкий механизм и план реализации, а также достаточный финансовый ресурс в виде государственных гарантий.
Владислав Фадеев, руководитель отдела исследований компании JLL в Санкт-Петербурге:
– Ослабление рубля существенно изменило принципы расчетов на рынке коммерческой недвижимости Петербурга. Если ранее только на офисном рынке ставки аренды были выражены рублях, то сейчас во всех сегментах преобладают рублевые договоры аренды. Затраты на аренду при перерасчете в валюту резко уменьшились за последние годы. Но экономия мнимая: доходы также резко сократились, а для международных компаний, планирующих свои бюджеты в валюте, это более критично.
Похожая ситуация и в торговой недвижимости. Доходы ретейлеров формируются в рублях, а расходы (на аренду, на закупку коллекций) – в валюте. Эти «валютные ножницы» вынуждают уменьшать затраты, в частности настаивать на фиксации курса, на исчислении арендной ставки как процента с товарооборота. Сейчас подобная практика становится общей.
Зато выигрывают от ослабления рубля экспортно ориентированные отрасли. Во второй половине 2015 года на офисном рынке активизировались ИТ-компании, их доля в структуре сделок в IV квартале превысила 30%. Укрепление рубля должно теоретически поддержать и промышленность. К сожалению, вместе с ослаблением рубля мы имеем санкции, которые ограничивают доступ иностранных технологий на российский рынок.
Итак, промышленность в Петербурге за 2015 год сократилась на 7,3%, оборот розничной торговли – на 12,2%, объем платных услуг населению – на 1,5%. Все это показывает существенный спад в экономике, ожидается рост безработицы. А следовательно, спрос на офисы будет ограниченным. Последние годы активность в этом сегменте поддерживалась за счет трансфера Газпрома в Петербург, однако для поддержания уровня заполняемости и арендных ставок необходим спрос со стороны не только крупных государственных компаний и ИТ-сектора, но и других сегментов. Дефицит бюджета РФ означает, что многие программы поддержки бизнеса будут свернуты, это также негативно повлияет на развитие компаний.
Сохранение ключевой ставки означает, что стоимость заемных средств для девелоперов останется высокой, а возможности для нового девелопмента ограничены. Уже сейчас ясно, что в 2017 году нас ожидают низкие объемы ввода, а при затягивании текущей паузы значителен риск того, что новые проекты не будут достроены и в 2018 году. Анализ макроэкономических циклов на рынке недвижимости показывает, что подъем инвестиций в жилой сектор начинается еще до подъема экономики в целом. А вот коммерческая недвижимость оживает позже начала восстановления. Истоки текущего кризиса в России не столько экономические, сколько геополитические, однако выход из него будет носить классический экономический характер, если, конечно, геополитические факторы будут сняты.