Александр Андрианов: «Как архитектурный облик новостроек влияет на уровень продаж»
Аналитики Glorax Development изучили ключевые параметры, которыми руководствуются покупатели квартир, выбирая проекты компании. Опрос показал, что за последние два года возросла значимость архитектуры жилого комплекса. К одному из основных критериев ее отнесли 65% клиентов. В начале 2019 года этот показатель составлял 58%.
Помимо архитектуры в топ-3 также вошли такие факторы, как локация новостройки и цена квадратного метра – при выборе квартиры на них ориентируются 62% и 48% клиентов соответственно.
Как отмечают наши аналитики, наибольший интерес к архитектурным решениям проявляют покупатели недвижимости в проекте бизнес-класса Golden City на намывных территориях в Василеостровском районе. Этот параметр как ключевой обозначили 72% клиентов.
Над концепцией проекта Golden City работали специалисты голландского консорциума KCAP+Orange Architects. В ее основе – принцип пульсирующих силуэтов зданий, который достигается за счет перепада высотности как в рамках каждого из кварталов, так и в масштабе всего проекта. Жилой комплекс объединил традиционные градостроительные элементы Петербурга и современные тенденции западноевропейской архитектуры. А золотые декоративные навершия и шпиль уже стали новым символом города. При этом участие в проекте иностранного архитектурного бюро увеличивает стоимость квартир примерно на 15%. Но покупатели готовы доплачивать за оригинальную архитектуру в действительно знаковых проектах.
Еще порядка 58% клиентов отдали предпочтение этому проекту благодаря видовым характеристикам – их привлекли панорамы побережья Финского залива и западной части Васильевского острова. Это место востребована как у покупателей недвижимости, кто уже живет в этой части города, так и у тех, кто хотел бы улучшить район проживания. Кроме того, за последние два года изменилось восприятие намывных территорий, проекты здесь становятся все более привлекательными по мере развития локации.
Сегодня продажи в жилых комплексах Golden City и Grand House идут очень активно, в том числе благодаря их яркому и запоминающемуся внешнему виду. Так, с момента начала продаж в проекте на намывных территориях Васильевского острова стоимость квадратного метра в домах первой и второй очереди увеличилась на 46-60%. Сегодня средняя цена «квадрата» в Golden City составляет более чем 200 тыс. рублей, в премиальном клубном доме Grand House в центре Санкт-Петербурга – более чем 300 тыс. рублей, за полтора года стоимость квадратного метра выросла более чем на 30%.
По данным аналитиков Glorax Development, архитектурное решение проекта и раньше было важным критерием, влияющим на решение о покупке жилья в сегментах «бизнес» и «премиум». Однако сегодня этот фактор становится все более весомым и для покупателей недвижимости в комфорт-классе.
Юрист практики по недвижимости и инвестициям адвокатского бюро «Качкин и Партнеры» Константин Клошко:
– На наш взгляд, в проекте, инициированном законодателями Петербурга, преодолена принципиальная проблема в виде источников финансирования программы реновации, а именно предусмотрена возможность применения механизмов государственно- и муниципально-частного партнерства. Также снимает социальную напряженность положение о территориальной удаленности места переселения участников программы. Например, в городе федерального значения новое жилье предоставляется в том же муниципальном образовании.
Тем не менее, за внешней проработанностью регулирования скрыто достаточно большое количество отрицательных моментов. В частности, нарушение принципа системности законодательного регулирования в части возможности установления законами субъектов РФ самостоятельных целей и задач реновации. Кроме того, положения законопроекта не коррелируют с законодательством о техническом регулировании в части надзорных полномочий органов власти, а также с регулированием института социального найма в части соотношения статуса нанимателя и наймодателя.
Более того, само понятие реновации, по замыслу авторов законопроекта, включает в себя реконструкцию или снос не только тех многоквартирных домов, что находятся в неудовлетворительном техническом состоянии. Таким образом, за счет иных самостоятельных (при этом недостаточно определенных) критериев предмет регулирования расширяется до пределов, позволяющих включать в программу вполне пригодные для постоянного проживания дома, с целью введения в оборот территорий, на которых они расположены.
Такие способы обеспечения положительного решения о необходимости реновации, как возможность инициирования повторного общего собрания одним собственником помещений (представляется, что и нежилых), а также заочное голосование (опросным путем), являются благодатной почвой для злоупотреблений.
Также вызывает сомнение обеспечение прав граждан при реализации механизма равноценного возмещения, поскольку в программу реновации будут включаться в подавляющем большинстве дома, находящиеся в предаварийном или аварийном состоянии, и рыночная стоимость жилых помещений в таких домах не будет соответствовать рыночной стоимости жилых помещений на первичном рынке.
Кроме того, предусмотренная проектом возможность изъятия для государственных нужд по решению уполномоченного исполнительного органа государственной власти субъекта РФ нежилых помещений в домах, включенных в проект реновации, не относящихся к общему имуществу в таких домах, несмотря на условие о предварительном и равноценном возмещении, также не обеспечена соответствием действующему законодательству, равно как и внесением в него соответствующих изменений.
Таким образом, предлагаемые законопроектом правовые механизмы создают экономические стимулы для включения в программу реновации многоквартирных домов, расположенных на земельных участках, обладающих максимальной ликвидностью, вместо приоритетного переселения граждан из непригодных для проживания многоквартирных домов, а также способны привести к необоснованному сносу или реконструкции неопределенного круга объектов недвижимости.
Несмотря на актуальность самой инициативы, выявленные недостатки законопроекта представляются существенными – что, можно предположить, не обеспечит поддержку его принятия в Государственной Думе РФ.
НОВОСТИ ПО ТЕМЕ:
Реновационный держите шаг. Петербургский ЗакС хочет подправить федеральное законодательство, чтобы простимулировать реновацию
«Партия Роста» рассказала, как расселять дома в рамках реновации
Галина Хованская: Реновация без контрактов жизненного цикла невозможна
Алексей Шашкин, член Совета по сохранению и развитию территорий исторического центра Санкт-Петербурга, генеральный директор компании «Геореконструкция»:
– Не секрет, что законодательные акты, которые пишутся людьми, далекими от математики, совсем не похожи на алгоритмы. Именно отсутствие изначальной алгоритмической структуры порождает большинство правовых коллизий и необходимость бесконечного изменения законов.
В этом аспекте весьма примечательно существующее законодательство по сохранению исторической застройки Петербурга. Неопределенность терминологии, отсутствие логики, неясность цели и тому подобное порождают мутную среду, в которой начинают действовать разного рода «лоцманы».
Такая ситуация очень опасна для сохранения наследия. Чтобы исторические здания не приходили в ветхость, для поддержания их в работоспособном состоянии необходимо вложение труда и денег. Для этого возможны два пути. Первый – вложение бюджетных средств. Денег на полноценный капремонт – с усилением стен и фундаментов, заменой ветхих перекрытий и пр. – в бюджете нет. Второй путь – создание условий для инвестиций. Для этого должны быть разработаны ясные правила игры.
Рассмотрим для примера п. 6.1.3 Закона Санкт-Петербурга № 820-7: «Запрещается снос (демонтаж) исторических зданий. Настоящий запрет не распространяется на случаи разборки отдельных строительных конструкций, аварийное состояние которых установлено в соответствии с требованиями действующих документов».
Итак, снос исторического здания запрещается. Но есть оговорка: существуют случаи, когда он все же допустим. Однако далее речь идет уже не о самом здании, а о разборке отдельных конструкций. Налицо подмена понятий.
В принципе, далее можно и не рассматривать, так как именно в этом месте рушится вся логика. Но все же пойдем дальше. В положении не предусмотрено, что весь дом может быть в аварийном состоянии, только отдельные конструкции. Это уже свидетельство технического невежества. Более того, закон содержит такой пассаж, как разборка отдельных аварийных конструкций. Заметьте, не усиление, а разборка! То есть при аварийном состоянии отдельной конструкции ее якобы можно разобрать. И что дальше? Дом будет стоять без нее?
Это нелепое положение пытаются трактовать так: если в здании все конструкции аварийные, его можно снести. В итоге сейчас реновация исторической городской среды тонет в непродуктивных тяжбах по поводу тотальной аварийности. Инвестор, который хочет, скажем, разобрать малоценные дворовые постройки, должен доказать, что они являются аварийными в каждом элементе. Такое едва ли возможно в реальности, и инвестор стремится «сгустить краски». А градозащитники пытаются опровергнуть эти построения. Таким образом, вопрос невольно или намеренно уведен в спекулятивную область, где спор идет уже не о возможности сноса или сохранения зданий, а об их тотальной аварийности.
С таким законодательством никакого развития города не будет. Любой дореволюционный дровяной сарай будет стоять теперь «вечно». Если такова цель закона, надо ясно себе представлять и последствия. Исторический центр Петербурга в границах полуторамиллионной столицы Российской империи обречен на медленное (а, может быть, и сравнительно быстрое) умирание. В бюджете денег на его поддержание нет. А инвестировать в дровяные сараи, которые должны стоять вечно, никто не будет. Не пора ли остановить эту псевдоспасательную деятельность, пока она не нанесла городу непоправимый урон?
Конечно же, нельзя впадать и в другую крайность. Внешний облик исторической застройки, безусловно, должен быть сохранен. Именно она создает архитектурное очарование Петербурга. Однако вопрос может решаться отнюдь не только радикальным способом (сносим или оставляем как есть). В отношении исторических зданий необходимо вводить понятия их ценности и целесообразности сохранения.
Категория ценности должна определять, какие именно здания следует сохранять, а какие могут быть снесены. Целесообразностью же должна определяться форма сохранения (полное или воссоздание). Целесообразность физического сохранения, например, аварийного исторического здания определяется ценой усиления и разумностью платить эту цену. Вполне возможным вариантом является сохранение исторического фасада здания и перестройка внутренних объемов.