Первый петербургский
Реализация уникального не только для Петербурга, но и для всей России и даже для Европы проекта – общественно-делового комплекса «Лахта Центр», в котором расположится штаб-квартира «Газпрома», – вышла на финишную прямую. Объект достиг заданной высоты – 462 м.
Об особенностях проекта «Строительному Еженедельнику» рассказал главный инженер «Лахта Центра» Сергей Никифоров.
– Сергей Владимирович, что делает реализуемый Вами проект уникальным?
– Проще всего ответить на этот вопрос, перечислив ряд технических параметров объекта.
Свайное поле «Лахта Центра» состоит из 2080 буронабивных свай. Из них 264 (диаметром в 2 м и глубиной 82 м) – непосредственно под башней. Их общая длина – 15,8 тыс. м, а суммарная нагрузка на них составляет 670 тыс. т. Высота стены в грунте (защитной подземной конструкции, ограждающей фундамент башни) – 30 м.
Бетонирование нижней плиты фундамента башни «Лахта Центра» внесено в Книгу рекордов Гиннесса как самая большая непрерывная заливка бетона в мире. За 49 часов без остановки было залито более 19,62 тыс. куб. м бетона.
Перекрытия и колонны башни – композитные, выполнены из металла и бетона в соотношении 60 к 40. Основная конструкция устойчивости небоскреба – железобетонное ядро, внутри которого располагаются коммуникации, лифтовое оборудование, технические помещения и пр., – имеет высшую степень огнезащиты — REI240 (способность выдержать огонь в течение 4 часов без изменения свойств бетона и стали).
Думаю, этих нескольких фактов достаточно, чтобы понять, что проект действительно уникален.
– С какими проблемами пришлось столкнуться при строительстве небоскреба?
– Сложности, безусловно, всегда присутствуют. Без них, наверное, не обходится ни один проект, тем более, если речь идет о таком масштабном сооружении, как «Лахта Центр». В процессе проектирования и строительства мы сталкивались со сложностями самого разного рода. Во-первых, это природные проблемы. В нашем случае это и близость к Финскому заливу, и грунтовые воды, и ветровые нагрузки. Перед тем, как начать строительство, мы проводили всевозможные испытания (в том числе и аэродинамические) для того, чтобы учесть влияние этих факторов на объект.
Были также и технические сложности, связанные с применением современных технологий и материалов, а также с воплощением сложной геометрии, обусловленной архитектурной концепцией зданий. Работа проводилась в несколько этапов. Сначала осуществлялся тщательный просчет всех узлов и конструкций с помощью специальных компьютерных программ. Затем, чтобы убедиться в точности расчетов, создавались макеты элементов, которые подвергались соответствующим нагрузкам. И только потом сложные конструкции шли в работу. Причем, перед тем, как осуществлять их монтаж на высоте, проводилась предварительная, «тренировочная» сборка на земле.
Третий комплекс сложностей был связан с координацией строительства. Башня «Лахта Центра» – самая высокая в Европе, масштабы работ колоссальные, очень многое зависит от четкости и слаженности действий различных структур и компаний. Крайне сложная логистика, учитывая то, что одновременно на строительной площадке происходит множество процессов – обустройство временных сетей, доставка конструкций и материалов, их складирование, перемещение техники, непосредственно строительные работы и пр.
– Какие работы при возведении башни «Лахта Центра» Вы отнесли бы к уникальным?
– Масштаб проекта, сложная архитектурная форма, особенности географического положения объекта обусловили необходимость использования уникальных материалов и технических решений. Они применялись буквально на каждом этапе строительства.
Если идти снизу вверх, то начинать надо с технологии бурения, которую мы использовали для устройства свай глубиной 82 м. Сложность процессу придавала близость моря и обилие грунтовых вод. Было принято решение производить работы без применения бентонитового раствора и воспользоваться системой обсадных труб. При этом удалось избежать попадания грунтовых вод в скважины. Думаю, в такой технологии в мире никто не работал. Качество работ проверялось с помощью специальных щупов и видеокамер для визуального контроля, которые опускались в скважины. Только убедившись, что они чистые и абсолютно сухие, мы начинали погружать металлические каркасы и заливать бетон.
Для конструкций ядра и колонн нами использовался высокопрочный бетон. В фундаментах, учитывая сложность и насыщенность армирования и скорость заливки нижней плиты толщиной 3,6 м, применялся самоуплотняющийся бетон. После проведения многих испытаний нам удалось найти рецепт, оптимальный именно для нашего объекта.
Также нами использовалась технология сталежелезобетонных конструкций, которая, надеюсь, теперь будет шире применяться в России. В качестве сердечников мы использовали профили из высокопрочной стали, вокруг которых заливался бетон. Таким образом, у нас получалась единая композитная конструкция. Эта технология позволила нам существенно нарастить скорость строительства башни.
Учитывая габариты и геометрию ядра, мы применили для его возведения очень интересную технологию самоподъемной опалубки, которая дала возможность практически без остановок, очень аккуратно и технически грамотно выполнить эти работы.
При реализации проекта используется очень много стекла – причем как холодно-, так и горячегнутого. Только благодаря его применению удалось и реализовать архитектурные задумки разработчиков проекта башни, и эффективно организовать внутреннее пространство объекта.
Здание высотное, и для того, чтобы строительные конструкции занимали как можно меньше места, нами использовались высокопрочные стали и высокопрочные бетоны и на офисных этажах. Много интересных технологий использовалось для организации инженерных систем комплекса. Разумеется, строительство небоскреба невозможно без использования современного высокоскоростного лифтового оборудования.
То есть, как видите, уникальные технические решения задействованы в строительстве «Лахта Центра» от свай до вершины шпиля. Можно смело сказать, что это объект, возведенный с применением самых современных технологий.
– Это российские технологии или зарубежные?
– «Лахта Центр» – проект мирового уровня, и в нем использован самый современный международный опыт. Однако нужно учитывать, что прямое перенесение примененных где-то решений на нашу почву – просто невозможно. Каждый проект такого масштаба уникален, и технологии должны быть адаптированы под совершенно конкретные условия и задачи. То есть уже существующие в мире наработки было необходимо актуализировать.
При этом могу сказать, что в ходе решения этих задач использовались российские наработки и отечественные материалы. Например, рецептура бетонных смесей, которые мы применяли, совершенно уникальна, оптимизирована именно под наши условия.
– Когда мы увидим «Лахта Центр» во всей красе?
– Ввод в эксплуатацию объекта намечен на осень 2018 года. При этом надо понимать, что речь идет именно о завершении строительно-монтажных работ и вводе в эксплуатацию. То есть здание будет построено и обретет свой завершенный облик, но обустройство внутренних пространств еще будет продолжаться. Переезд же в «Лахта Центр» будущих жителей произойдет не ранее 2019 года.
Справка
«Лахта Центр» – общественно-деловой комплекс, строящийся в Приморском районе Санкт-Петербурга для размещения штаб-квартиры «Газпрома» и открытых общественных пространств. Включает в себя небоскреб и многофункциональное здание. Общая площадь объекта — 400 тыс. кв. м. Офисные пространства займут порядка двух третей площади комплекса. Небоскреб стал самым северным в мире и самым высоким зданием в России и в Европе, на 88 м превосходя московскую высотку «Башня Федерация» и уступая лишь 540-метровой Останкинской телебашне, которая считается не зданием, а инженерным сооружением.
Мнение
Алексей Сынчиков, руководитель проекта, компания АЕСОМ (выполняет функции строительного контроля со стороны заказчика при возведении многофункционального комплекса «Лахта Центр»):
– Компания АЕСОМ начала совместную работу с заказчиком еще в 2007 году, когда проект планировалось реализовать на Свердловской набережной. В 2011 году было принято решение о переносе проекта на Лахту – и нас пригласили для осуществления строительного контроля за инженерно-геологическими изысканиями, а также для консультаций по проектированию подземной части комплекса уже на новой площадке.
К сложностям работы на этом объекте в первую очередь следует отнести недостаточность российской нормативной базы по высотному строительству и уникальность самого объекта. Поэтому для решения возникающих технических задач заказчику пришлось привлечь ведущие научно-исследовательские институты, такие как: НИИ оснований и подземных сооружений им. Н. М. Герсеванова, НИИ бетона и железобетона им. А. А. Гвоздева, ЦНИИ строительных конструкций им. В. А. Кучеренко и другие. В обсуждении этих задач участвовала также и компания АЕСОМ, так как впоследствии нам приходилось контролировать соответствие фактически выполняемых работ тем требованиям, которые были установлены в технологических регламентах и рекомендациях.
С самой ранней стадии проводилась очень большая исследовательская работа. Сначала, как говорится, «на бумаге» осуществлялось обоснование принимаемых технических и технологических решений. Затем проводились лабораторные исследования, которые должны были подтвердить теорию. Для особо уникальных и сложных конструкций (таких как, например, бетонирование массивных конструкций) проводились опытные работы уже на строительной площадке, поскольку лабораторные условия всегда хоть немного, но отличаются от реальных. По результатам специальных исследований (включающих в себя отбор образцов и проведение необходимых лабораторных исследований) принималось окончательное решение или вносились изменения в технические решения при необходимости.
Дополнительные сложности придавал сам масштаб проекта. Например, на заливке фундамента одновременно работало сразу 13 бетонных заводов, бетонирование велось 17 насосами непрерывно в течение 49 часов. Каждый завод перед бетонированием необходимо было освидетельствовать и отобрать – по обеспеченности современным оборудованием, по наличию системы контроля качества и еще по ряду критериев (в частности, определить, где и как хранятся инертные материалы). И это только один из примеров. Уникальность технических решений по металлическим конструкциям, фасадам, обеспечению безопасности и надежности объекта требовала от всех участников проекта повышенного внимания и ответственности, и я рад, что компания АЕСОМ внесла свой скромный вклад в то, что сейчас уже стало видно всему миру.
Харийс Чика, генеральный директор PERI Россия:
– Компания PERI участвовала в строительстве «Лахта Центра» – самого высокого здания России и Европы. Мы предоставили комплексное инженерное решение для проведения монолитных работ от фундамента до верхних этажей башни. Также системы опалубки и лесов немецкого производителя использовалось при возведении многофункционального здания. Всего на объект отгружено 7,2 тыс. т оборудования.
В строительстве небоскребов важнейшее значение имеет вопрос обеспечения безопасности и комфортных условий труда работников объекта. Представьте, какой эмоциональный стресс испытывают строители, которые находятся на высоте хотя бы 20 м, где нет стен и каких-либо ограждений по краю. Что же говорить о высоте «Лахта Центра»? Открытый горизонт – это большая опасность. Возможность несчастного случая в таких условиях очень высока. Причем пострадать могут не только работники площадки, но и автомобили, и пешеходы, которые передвигаются в непосредственной близости от строящегося здания. Это особенно актуально в условиях плотной городской застройки. Ограждение периметра – это также и защита от непогоды: ветра, дождя, снега. Тем более, если строительство ведется в северных регионах или на берегу залива, как это было с «Лахта Центром».
Для ядра башни «Лахта Центр» инженеры PERI спроектировали эффективное решение по опалубке на основе самоподъемной системы. В итоге опалубливание без крана и вне зависимости от погодных условий ускорило темп строительства.
В ГК «Город» сменился собственник. Вместо Артема Маневича контроль над ХК «Эра», которая занимается достройкой домов «Города», получил бизнесмен Игорь Бучеров. На прошлой неделе он впервые встретился с дольщиками и пообещал, что достроит все их дома.
В конце июня текущего года Артем Маневич сократил свое участие в ХК «Эра», которая достраивает долгострои ГК «Город», с 70% до 3,5%. Контроль над компанией перешел к бизнесмену Игорю Бучерову. Доли двух других акционеров – Сергея Соколова (20%) и Михаила Макова (10%) – не изменились. Игорь Бучеров также получил пост гендиректора ХК «Эра» вместо Сергея Соколова.
Об Игоре Бучерове известно немного. Как пишут СМИ, у него есть доли в нескольких небольших охранных бизнесах и пост в Совете директоров проектного института РосНИПИУрбанистика.
На прошлой неделе новый собственник ХК «Эра» провел первую встречу с дольщиками ГК «Город» в Комитете по строительству Смольного. Он заверил, что в конце концов будут достроены все жилые комплексы-долгострои и озвучил меры по достройке проблемных объектов. Новый директор ХК «Эра» сообщил, что часть дольщиков ГК «Город» сможет выбрать свободные квартиры в домах первой и второй очередей проекта «Ленинский парк» (в корпусах 6А, Б, В, в также 7А, Б, В и 9А) и получить их без доплат вместо своих квартир сопоставимой площади в других корпусах-долгостроях.
Кроме того, Игорь Бучеров обещал, что уже в июле генподрядчик проекта компания «Проммонолит» получит средства на продолжение строительных работ в объеме 375 млн рублей.
Дополнительное финансирование ХК «Эра» планирует привлечь в результате продажи земли ГК «Город» в Каменке. Игорь Бучеров сообщил, что уже перечислены авансовые платежи по двум участкам в размере 906 млн рублей и 450 млн рублей соответственно. Из них 700 млн рублей, по словам бизнесмена, ушли на погашение кредита в объеме 2 млрд рублей, предоставленного застройщику банком «Санкт-Петербург». «Остальные деньги пойдут в стройку», – заявил бизнесмен. Он добавил, что в сентябре должно увидеть свет постановление правительства города об изменении высотности застройки участков в Каменке. «После этого сделки по их продаже будут закрыты, и ХК «Эра» в том же месяце получит 1,2 млрд рублей для продолжения строительных работ на объектах ГК «Город», – добавил он.
Заместитель председателя Комитета по строительству Петербурга Евгений Барановский, в свою очередь, признал, что сдача ЖК «Прибалтийский» и точечных домов ЖК «Ленинский парк», ранее назначенная на сентябрь текущего года, из-за изменения финансовой модели может быть сдвинута на более поздний срок. Но пообещал, что их достроят до конца 2018 года.
Справка
С лета 2016 года достройкой проблемных домов ГК «Город» занимается ХК «Эра», где 70% долей принадлежало Артему Маневичу. Под его руководством компания ХК «Эра», которая завершает долгострои «Города», смогла привлечь почти 3 млрд рублей на стройку (в основном кредитные средства) и довела до конца строительство двух корпусов ЖК «Ленинский парк» (6А и 7А). Сейчас там идет передача квартир дольщикам. Но Артем Маневич вынужден был выйти из ХК «Эра», поскольку другую его компанию – «Вэст-Капитал» – начал из-за долгов банкротить ПАО «Сбербанк».
Петербуржцы значительно меньше удовлетворены качеством среды, в которой они живут, чем жители Швеции, Германии и Норвегии. К такому выводу пришли в результате опроса в шведской строительной компании Bonava.
Исследование удовлетворенности жилой средой «Индекс счастья» было проведено в восьми странах, на рынках которых присутствует шведский застройщик, в том числе в России, а именно в Петербурге. Восьми тысячам респондентов было предложено ответить на вопросы о степени удовлетворенности своей жилой средой, чувства дома в месте своего проживания и чувства принадлежности к месту своего проживания. «Мы спросили у людей, что делает их счастливыми. Мы спрашивали и о том, в какой мере они получают «компоненты счастья» сегодня и что мы можем сделать, чтобы им стало лучше. Я понимаю, что у разных людей разное представление о счастье. Возможно, общего ответа вообще не существует. Но пытаясь найти ответ, мы можем что-то сделать для улучшения качества жизни. Сделать правильные шаги в правильном направлении», – прокомментировала София Рюдбек, старший вице-президент по маркетингу и коммуникациям Bonava AB.
В среднем индекс удовлетворенности жилой средой на восьми рынках, где проводился опрос, а помимо петербуржцев в нем приняли участие граждане Эстонии, Латвии, Швеции, Норвегии, Дании, Германии и Финляндии, равен 72. При этом наиболее высокий показатель у шведов – 79. Для Петербурга его значение составило 66 пунктов, лишь на один пункт выше минимального индекса, который был получен по результатам опроса в Эстонии.
Ключевые составляющие
«То, что шведы довольны своими соседями больше, чем остальные, дает нам возможности подумать, что же у нас в Швеции за образ жизни, который дает такой эффект, и что мы можем использовать в Петербурге», - уточнила София Рюдбек. По ее словам, компонентами, стимулирующими состояние счастья, участники опроса назвали длительность проживания в одном месте, наличие жилья в собственности, а также какие-либо связи со структурой своего жилья, что, очевидно, дает чувство включенности в жизнь сообщества.
В целом в понятии счастья, как свидетельствуют полученные данные, современные горожане учитывают такие составляющие, как повседневный комфорт, возможность вести здоровую и активную жизнь, знание места и ближайшего окружения (что поддерживает дружелюбную и стабильную атмосферу), возможность влиять на место, в котором ты живешь, и совместное пользование ресурсами. При этом выявленные компоненты, какими бы привычными они ни казались, получают новое прочтение.
Например, чувство безопасности (кстати, важное для счастья 88% опрошенных петербуржцев) предполагает знание тех, кто живет рядом с тобой.
Озеленением, которое влияет на ощущение счастья 79% респондентов в Петербурге, доволен лишь 51% из числа ответивших на вопросы шведского застройщика в Северной столице. И это повод для архитекторов, чтобы задуматься о том, как вернуть природу в город.
Приспособленность жилой среды к передвижению пешком и прогулкам на велосипеде, связанная с идеей здоровой жизни, – вообще мегатренд современности, особенно в больших городах. Между тем в ответах петербуржцев на вопрос о важности этого компонента и степени его наличия в сегодняшней среде есть, констатировала София Рюдбек, «большой зазор».
Кстати, в ответах участников опроса в нашем городе выявился ряд любопытных сугубо петербургских трендов. Так, более позитивно оценивают жилую среду женщины, чем мужчины, семейные люди по сравнению с одинокими, люди более старшего возраста (50–64 года) по сравнению с наиболее молодой категорией участников (18–34 года).
Как это по-шведски
Цифровая эра дарит больше свободы, но и формирует новые поводы для стрессов. Одним из вариантов решения проблемы может быть изменение отношения к ландшафту, говорит Юхан Пайю, шведский архитектор и ландшафтный дизайнер, партнер архитектурного бюро FOJAB arkitekter. В рамках открытого диалога с петербуржцами на тему «Как сделать горожан счастливыми?» он представил программные для современного шведского архитектурного сообщества идеи.
Прежде всего, это мысль о том, что для архитекторов важно осознавать не только как будет выглядеть впоследствии объект, но и на что может повлиять этот образец архитектуры. Это также идея о том, что одни и те же пространства могут выполнять разные функции, и архитекторам, ландшафтным урбанистам следует быть очень точными, чтобы «не получалось заброшенных мест». Далее, важно не воспринимать ландшафт как нечто пассивное: он активен, и использовать его надо так, чтобы не разрушить все, что в нем находится. Необходимо, например, «подружиться с водой», которая может стать элементом работающего ландшафта (и для Стокгольма, и для Петербурга с их естественными водными источниками это весьма актуально). Необходимо больше внимания уделять реакции со стороны детей на развитие городской среды.
«Мы стремимся понять, что можно использовать, чтобы жить в согласии с природой, жить в общественном пространстве, но не как в коммунальной квартире», – заявил г-н Пайю. Например, вместо традиционного парка, который тяжело и дорого содержать, можно сделать «зеленую крышу» – вынести на верх здания природный ландшафт, где можно ходить, гулять, сидеть, обедать, где все открыто для общественности. И такие проекты уже реализуются.
Коллегу поддержала София Рюдбек, старший вице-президент по маркетингу и коммуникациям Bonava AB, отметив, что если петербуржцы обычно в выходные едут на дачу, то шведы сегодня стремятся «вернуть дачу в город».
Идея доступного общественного пространства граничит с мыслью о необходимости частного пространства, защищенного от вторжения. «Мне кажется, это очень важно и для шведов, и для русских», – заявил Юхан Пайю и рассказал о проектах, в которых часть здания закрыта для чужих, но определенное пространство становится общественным. С одной стороны, таким образом архитекторы компенсируют для людей объективно сжимающееся частное пространство (поскольку города становятся все более густонаселенными), а с другой, – напоминают о важности общения офф-лайн.
«Мы, безусловно, часть цифровой эпохи и принимаем ее. Но мы также понимаем, что личная встреча с людьми очень много значит для человека, чтобы он чувствовал себя принадлежащим какому-то городу, какому-то пространству. Мне не кажется, что цифровой мир заменит физический. Они просто будут сосуществовать, служа разным целям», – пояснила София Рюдбек. Со своей стороны, Юхан Пайю напомнил, что коммуникация на 70% состоит из обмена сигналами на языке тела, и потому в городской среде важно наличие мест, где можно пообщаться неспешно, не на ходу.