Три месяца на исправление

25 июля в Бразилии откроется 34-я сессия Центра всемирного наследия ЮНЕСКО. К этому времени Петербург должен «продемонстрировать прогресс» в области охраны памятников, иначе петербургское архитектурное наследие будет признано «находящимся под угрозой».

 

Разговор на разных языках

Призрак бродит по Санкт-Петербургу – призрак ЮНЕСКО. Чиновники и культурные деятели, архитекторы и журналисты обмениваются слухами о пристрастных судьях из Европы, которые вот-вот обнародуют свой вердикт по материалам, которые им предоставил Смольный. Содержание самих материалов на публику не выносится по причине их предварительного характера. Несмотря на то, что ЮНЕСКО они были предъявлены во вполне завершенном виде.

Материалы, состоящие из текстового перечня и карт, были представлены «миссии реактивного мониторинга» организации 27 марта. В них суммированы предложения по корректировке границ объекта всемирного наследия, подготовленные ООО «Архитектурно-проектная мастерская Н.Ф.Никитина». Изучив документы, ЮНЕСКО направит свое заключение не в Петербург, а в Москву, в МИД.

Дело в том, что заявку на включение исторического центра вместе с пригородами в реестр объектов всемирного наследия готовил в 1989 г. Ленгорисполком, но направлял СССР, правопреемником которого является РФ. Соответственно, если возникает необходимость в корректировке границ и элементов охраняемого на международном уровне объекта, то диалог на эту тему ЮНЕСКО может вести только с Москвой.

Официальное объяснение необходимости изменить границы состоит в том, что номинация в годы перестройки готовилась в спешке, и в нее было включено несколько утраченных зданий или сооружений. Однако, мастерская Никитина «выбросила за борт» не отдельные элементы, а целые объекты, притом существующие. Так, площадь объекта «Исторический центр» сократилась почти в 2 раза, а из состава пригородных объектов исключена историческая застройка и планировка городов Петродворец, Пушкин и Павловск (кроме музеев-заповедников), не говоря о прилегающих природных ландшафтах. «Выпал» и такой объект, как «Берега Невы и ее притоков», в том числе устье Охты.

Заинтересованной стороной в такой хирургической операции, как нетрудно догадаться, считают инвесторов. Всемирное наследие по определению не подлежит никаким изменениям. Это означает, что, либо надо отказываться от некоторых инвестпроектов, либо, как предупредили представители ЮНЕСКО, Петербург может быть исключен из числа объектов мирового наследия, как уже случилось с Дрезденом.

Столь жесткая постановка вопроса, однако, смущает далеко не только застройщиков, и так связанных ограничениями ПЗЗ и закона «О границах зон охраны». Помимо этого, «ультиматум» касается зданий, находящихся в частной собственности – в том числе и тех, чьи владельцы исправно выполняют охранные обязательства. По критериям ЮНЕСКО всемирное наследие формируется из объектов, принадлежащих государству.

Более того, только что рассмотренные Госдумой в I чтении поправки к закону №73-ФЗ «Об охране культурного наследия» облегчают передачу памятников государством в распоряжение частных лиц и некоммерческих организаций. Таким образом, наше законодательство в области охраны памятников все больше удаляется от принципов ЮНЕСКО и Европейской конвенции по культурному наследию.

ЮНЕСКО требует от государства, намеренного включить свои объекты в список мирового достояния, создать единую структуру управления реликвиями, и за оставшиеся 3 месяца до сессии она должна быть выстроена в Петербурге. Но принципы управления разрозненным конгломератом объектов по-прежнему не ясны.

 

Ландшафт или место?

Российские проблемы в ЮНЕСКО никого не интересуют: международное право для всех одно, а критерием эффективности национального права в сфере наследия является не абстракция, а сохранность. Неудивительно, что ООН чаще хвалит Туркменистан, чем Россию, за заботу о памятниках.

РФ гонится за «двумя зайцами» – гарантиями частных свобод и эффективностью госуправления. Но в сфере охране памятников эти две цели не могут существовать в равном статусе: государство обязано выстроить свою систему приоритетов, а бизнес – подчиниться. И если нам не хочется отставать от Туркменистана, придется внедрить именно такую модель, в которой интерес подчинен закону.

Так можно ли в Петербурге добиться компромисса, приближающего мировые консервационные нормы с отечественной практикой? Для начала нужно решить, каким будет статус петербургского наследия в уточненной номинации. Пока Петербург числится под переходным термином «универсальная выдающаяся ценность». Но управление наследием требует точного определения объекта. ЮНЕСКО различает «исторические города» и «достопримечательные места». Может быть, второй вариант предпочтительнее?

По словам зампреда КГИОП Алексея Комлева, в ЮНЕСКО достопримечательными местами обычно признается либо отдельный природный объект, связанный с исторической или культурной памяти (дуб Петра I), либо территория события (Бородинское поле). В то же время ЮНЕСКО оперирует термином «историко-культурный ландшафт». Его применение могло бы разрешить и казус с формами собственности, и более эффективно ограничить застройку включенных в ОВН естественных ландшафтов (наряду с антропогенными). Однако в российском законе 73-ФЗ «Об охране культурного наследия» такого термина нет.

По этому вопросу и возникло первое противоречие между КГИОП и вновь созданного петербургской организацией ICOMOS – основного экспертного института ЮНЕСКО, наблюдающего за состоянием объектов наследия. Бывший коллега Комлева по КГИОП Сергей Горбатенко, возглавивший петербургский филиал структуры, настаивает именно на статусе достопримечательного места.

Он напоминает, что вместе с городской застройкой пригородов в откорректированный перечень не вошла Александровская дача, построенная Екатериной для своего внука Александра I. Не вошел также Таицкий водовод, Петергофский водовод и прилегающие к Петергофу и Пушкину поля и дороги.

Между тем планировка пригородов была столь же не случайной, как и развитие самого Петербурга. Так, между Пушкином и Павловском не предполагалось застройки; специальным искусственным препятствием служил Отдельный парк. Однако этот массив «выброшен» из номинации вместе с самим Царским Селом. И следовательно, сохранить планировочный замысел царских резиденций будет труднее: местный закон не помешает заполнить «под завязку» все пространство между двумя пригородами застройкой.

То же касается южной стороны Петергофской дороги, которая до 1990-х гг. также не застраивалась. Строгая геометрическая планировка этой местности имела свою логику, как и устроенные в окрестностях Петергофа «показательные» деревни. В перспективе прямой дороги от Сергиевки к Финскому заливу открывался монастырский комплекс. Когда в нем разместили школу милиции, исторический ландшафт остался нетронутым. Потом пришло время возвращения монастырей – но оно совпало с триумфом потребительского утилитаризма частной торговли, и ныне Троице-Сергиева пустынь скрывается за кубом универсама «Лента».

Если границы единого объекта всемирного наследия будут проведены «по обрезу» памятников, все пространство между ними может оказаться предметом столь же неразборчивой торговли. А поскольку земля вблизи памятников особенно дорога, из нее выжмут максимальный доход, и гонка за видовыми качествами новой недвижимости скроет от глаз сам предмет престижного восприятия.

«В историческом городе важно не только то, что построено, сколько что откуда это видно», - подчеркивает директор филиала НИИТАГ Борис Кириков. Даже в тех кварталах города, которые ООО «Мастерская Н.Ф.Никитина» рекомендовала оставить в пределах объекта «Исторический центр», такие классические доминанты, как Смольный собор и Александро-Невская Лавра, уже не просматриваются в перспективе улиц.

Подлинная забота о наследии означает не только уход за отдельными памятниками, но и сбережение открытых пространств, обеспечивающих визуальный доступ к историческим ансамблям, напоминает член-корреспондент РААСН Галина Боренко. Более того, традиция ансамблевой архитектуры подчиняет себе и целеполагаение новых градостроителей, перенимающих у классиков композиционное мастерство.

В советский период город утратил, по данным С.Семенцова, не менее 370 культовых зданий, многие из которых выполняли роль архитектурных доминант, ибо для них Строительный устав делал преднамеренное исключение. Однако планировка 1950-1970-х гг. сохраняла непрерывность визуальных коридоров от Средней Рогатки до Адмиралтейства, от Каменки до Петропавловского собора, от Новой Деревни до Исаакия. Только в эпоху «бума 2000-х годов» многие из этих коридоров стали короткими отрезками. Это и послужило поводом к разработке самостоятельного местного закона «О границах зон охраны», который ввел термины «визуальная ось» и «панорама», широко применяемые в документах ЮНЕСКО, в региональную нормативную базу. Впрочем, пока соответствующих терминов нет в федеральном законе, а система управления мировым наследием не создана, эта нормативная база существует на «птичьих правах».

 

Спор на два фронта

В практике ЮНЕСКО корректировка границ в размере более 5% предполагает полный пересмотр номинации, которую заявитель вынужден переоформлять «с нуля». Это не устраивает городское правительство, поскольку требует дополнительных расходов. Это еще больше тревожит консервационистов-градозащитников: если прежняя номинация утратит силу, а новая не будет утверждена, возникнет вакуум, которым, по их мнению, неизбежно воспользуются претенденты на новое строительство в центре.

На конференции петербургского ICOMOS в Мариинском дворце руководителям КГИОП пришлось услышать немало претензий в свой адрес. На практике, как напомнил руководитель отдела архитектурной археологии Эрмитажа Олег Иоаннисян, предписания КГИОП зачастую игнорируются. Самыми вопиющими примерами было уничтожение найденных археологами фундаментов первого Гостиного двора Доменико Трезини. Такая же судьба ожидает основания крепости Ниеншанц, на месте которых планируется построить подземный паркинг «Охта-центра».

Председатель КГИОП Вера Дементьева признает, что главный спор с экспертами ICOMOS еще впереди. Однако ее ведомство в дискуссии о будущем исторической части города оказывается «между двух огней». В то время, когда КГИОП пытается найти компромисс с требованиями ЮНЕСКО по границам объекта всемирного наследия, КГА анонсирует в этом году три новых международных архитектурных конкурса по объектам в исторической части Петербурга.

Как и ранее, конкурсы будут закрытыми. Это с весьма большой вероятностью означает, что в борьбе за право проектирования реконструкции Сенной пл. и Ново-Адмиралтейского острова выиграют те же мэтры мировой архитектуры, что уже переделали на свой вкус исторические центры Лондона и Берлина. По словам заведующего кафедрой ГАСУ Сергея Гришина, в Берлине уже стонут от их произвола. Его коллега Леонид Лавров напоминает, что новые лондонские офисные гиганты в форме кубов, линз и эллипсоидов не только заслонили собой Тауэр, но и создали неразрешимую транспортную проблему.

В трех центральных районах города к 2011 г. предполагалось построить около 2 млн. кв. м недвижимости. Экс глава КГА Александр Викторов считал вполне возможным сооружение 90-метровой остекленной «башни из кубиков», запирающей перспективу Измайловского пр. и разрывающей визуальную ось с юга в сторону центра. В планы вмешался кризис. Кредитный коллапс, как известно, заставил офисных девелоперов многое переосмыслить. Изменятся ли планы КГА?

Генплан, составленный в период «бума», предполагал полную трансформацию депрессивных производственных территорий. Как напоминает сопредседатель отделения ВООПИК Маргарита Штиглиц, промышленная архитектура является особым объектом внимания ЮНЕСКО. Между тем в петербургской номинации, этот «жанр» вовсе не представлен.

 

Закон – не панацея

СПб ГАСУ учредил ежегодный форум «Архитектурные сезоны», посвятив первое мероприятие проблемам сохранения и развития исторических городов. Хотя точки зрения участников существенно расходились, общим знаменателем было признание того факта, что в Санкт-Петербурге сохранение и развитие – скорее надуманная, чем реальная антитеза. Прежде всего, по той причине, что у нас несравнимо более значительный запас неосвоенных территорий, чем в Москве. По подсчетам директора НИПЦ Генплана Сергея Митягина, на одного городского жителя, по европейским стандартам должно приходиться около 100 кв. м площади. Столица, по его оценке, с трудом укладывается в 70-80 кв. м, зато Петербург располагает потенциалом в 300 кв. м на человека.

В историческом центре, впрочем, обеспечить стандарты затруднительно. Это уже поняли главные архитекторы европейских городов, отказавшись от разуплотнения кварталов в пользу сохранности среды. В Москве и Петербурге, как отметил С.Гришин, проблема противоположная – застройка, наоборот, заново уплотняется. В итоге историческая среда сужается и фрагментируется вместе с качеством жизни. А между прочим, ЮНЕСКО согласилось включить Петербург в свой реестр в качестве совокупного объекта именно с учетом сохранности исторической среды, которым не могут похвалиться мегаполисы Германии, Франции, Швеции.

Одно лишь соблюдение нормативов, заложенных в ПЗЗ и законе «О границе зон охраны», не является панацеей от разрушения индивидуальности: эстетика не сводится лишь к высоте и отступам от границы участка. С разрушением архитектурной среды сохранность планировки утрачивает смысл. Стеклянные грани офисных параллелепипедов уместятся между домами Лиговки и Литейного, втиснется кое-как требуемая зелень и пешеходные дорожки, в итоге норма будет соблюдена, только это будет уже не Петербург. «Никакие законы не спасут нас от плохой архитектуры», - констатирует А.Комлев.

Как напомнил председатель Комитета по строительству Вячеслав Семененко, архитектура периферийных районов вообще редко становится предметом обсуждения. В результате и в наши дни дизайн торговой и социальной инфраструктуры на окраинах предельно убог. У губернатора Валентины Матвиенко на одном из недавних заседаний правительства тоже вырвалось раздраженное замечание: «Не подсовывайте мне больше эти стекляшки!».

В удалении от центра более чем достаточно места для архитектурного самовыражения. Другое дело, что периферия страдает не только от серой однородности, но и от полного отсутствия специфики, обозначающей принадлежность к Северной столице. Между тем, петербургская традиция содержит множество идей, ожидающих творческого развития. И уже есть примеры таких решений – например, оживляющий железобетонную серость кварталов Наличной ул. нео-неоклассический треугольник жилого комплекса Горного института; необычный силуэт и цвет нового дома на ул. Гашека; гигантские арки жилого комплекса на Комендантской пл.

Но чтобы традиция продолжалась, развивалась и воплощалась, она должна передаваться во времени. В рамках «Архитектурных сезонов» состоялся конкурс дипломных работ студентов ГАСУ, итог которой определялся путем голосования участников. Однако жюри трудно было позавидовать: представленные проекты можно было реализовать в любом крупном городе мира; не было ни одной петербургской темы; геометрические построения перепевали давно воплощенные и вышедшие из моды европейские изыски 1990-х.

Может быть, горожанам для понимания друг друга не хватает некоей объединяющей терминологии. В английском языке, кроме слова interest - интерес, есть еще и слово self-interest, обозначающее не индивидуальное сиюминутное желание, а общую объективную заинтересованность. Self-interest петербуржца – остаться жителем уникального мегаполиса, созданного по единому замыслу и запечатлевшего результат творческой мысли и профессионального труда, исканий и талантов, самоотдачи и подвига. Если Петербург в процессе трансформаций утратит то очарование, которое выделяет его из всех городов мира, от этого не выиграет ни бизнесмен, ни архитектор, ни чиновник. Опасность состоит именно в этом, а не в вердикте сессии ЮНЕСКО.

 

Константин Черемных

Все флаги в гости к нам?

Насколько нужны сегодня Петербургу крупные площадки для проведения международных конгрессов? Чем заинтересовать бизнес для развития этого сегмента коммерческой недвижимости? Какие планы у города в этой сфере?

На эти и другие вопросы обсудили участники прошедшего круглого стола, проведенного объединенной редакцией ГК «Бюллетень недвижимости» и посвященного проблеме обеспеченности Санкт-Петербурга площадями для проведения форумов и конгрессов различного уровня.

И хотя большая часть времени ушла на постановку вопроса – в общих чертах стало ясно, чего не хватает бизнесу для решения этой проблемы и чего ждет от предпринимателей город.

Анализ, проведенный компанией Colliers International по существующим сегодня в Петербурге конференц-залам, показал, что основным критерием при выборе места организации мероприятия является близость аэропорта или крупного транспортного узла и возможность размещения большого количества участников (2-3 тысячи человек). «Согласно полученным данным, основная доля конференц-залов расположена в Центральном, Василеостровском, Адмиралтейском районах, а по вместимости находятся в диапазоне от 60 до 500 мест. Оказывается, разместить сегодня большое количество участников мероприятия – большая проблема. Но, с другой стороны, насколько нужны городу такие огромные площадки, будут ли они задействованы?», задается вопросом ведущий эксперт-аналитик департамента консалтинга Colliers International Владислав Фадеев.

По мнению директора центра маркетиноговых исследований и марктинга «Ленэкспо» МихаилаКрасавцева, создавать новые площадки надо. «Если в Санкт-Петербурге появится конгресс-зал на 3 тысячи мест, то мы попадаем в реестр площадок, пригодных для международной конгрессной деятельности. Это тем более актуально, что Петербург представляет интерес на международном рынке. Выставки и конгрессы приносят пользу регионам. Ведь многие мероприятия посвящены развитию местной экономики и отраслей», говорит он.

Сейчас Петербург интересен, прежде всего, именно с туристической точки зрения, отмечает директор по маркетингу, руководитель московского представительства, Галереи отелей Cronwell Hotels&Resortsа Юлия Рыбакова. По ее мнению, относительно когрессной функции город в настоящее время находится на этапе самоопределения, выбора какой продукт предложить: международную конгрессную площадку, места для проведения своих (питерских) уникальных мероприятий (например, Экономический форум) или для проведения небольших локальных событий, интересных только внутри страны. «Для развития этого сегмента рынка сегодня существенно недостает партнерства города и бизнеса. А по одиночке ни тот, ни другой этот  вопрос не решить», убеждена эксперт.

Существует и ряд сложностей, касающихся международной выставочной деятельности: таких как визовый режим, таможенная специфика. Есть и местные транспортные проблемы: сложности с перемещением внутри страны – высокие цены, отсутствие достаточно широкого спектра рейсов. Необходимо кардинальное снижение тарифов по всем авиакомпаниям. «Все эти проблемы локально, без участия государства не решить», отмечает Ю.Рыбакова

Руководитель дирекции маркетинга, рекламы и информации «Ленэкспо» Анна Кузьмичева также остановилась на проблеме транспортной доступности. «Чем загрузить большой комплекс осенью и зимой, ведь выставочный бизнес всегда сезонный? Как доехать до Петербурга? Сегодня из множества мест в мире до нас приходится добираться и через Москву и через Финдяндию из-за недоразвитости инфраструктуры? Мощностей собственного аэропорта пока явно не хватает. Нам, как экспоцентру все выставочные операторы говорят: сделайте так, чтобы до нас можно было добраться, а выставки мы организуем сами», - рассказывает она.

«У города достаточно ресурсов, чтобы закрыть потребность в организации мероприятий до 500 персон. А вот более – это уже сложнее. Главное – нет ни одной площадки, отвечающей уровням международных стандартов», подчеркнула директор по маркетингу компании «Экспофорум» Ольга Шестакова.

Как известно, ЗАО «ЭкспоФорум» намерено построить к 2013 г. I очередь конгрессно-выставочного центра в районе аэропорта «Пулково». Площадь застройки 56.21 га. В комплекс войдут выставочные павильоны, конгресс-центр, две гостиницы, два корпуса бизнес-центра и паркинг. «Недавно мы решили принять участие в решении дорожно-транспортных проблем рядом с нашим проектом, - рассказывает О.Шестакова. – Но возникает вопрос: будет ли к этому времени готов аэропорт принимать необходимое для проведения конгрессов международного уровня число участников?».

«Сегодня для успешного развития конгрессно-выставочной деятельности бизнесу необходимы: аэропорт, наземный экспресс, метро, качественное общественное питание, регулирование гостиничных цен, обучение специалистов по организации конгрессно-выставочной деятельности», перечислила она опции, необходимые для превращения Петербурга в конгрессную столицу.

Конечно, все перечисленное очень важно, но большая часть этих планов не может быть осуществлена городом за свой счет. Нужно взаимодействие власти и бизнеса. «А сегодня, к сожалению, нет этого взаимодействия, нет команды, занимающейся развитием конгрессной деятельности. И настало время создать такую структуру, которая «тянула» бы конгрессы в Санкт-Петербург. – говорит, начальник отдела конгрессно-выставочной деятельности КЭРППиТ правительства Санкт-Петербурга Алексей Павлович. – Но вся работа пойдет насмарку, если не будет мест для их проведения».

К концу 2010 г. КЭРППиТ планирует подготовить программу по формированию конгрессно-выставочной деятельности и создать конгрессное бюро на основе государственно-частного партнерства. Его задачей должна стать работа по популяризации Петербурга, как конгрессного центра на международном уровне. «Сегодня наша задача привлечь к этому бизнес, и у нас есть ряд предложений, которые могут его заинтересовать, - сообщил А.Павлович. – Бюро будет аккумулировать данные и предоставлять исчерпывающую информацию по возможностям города для проведения тех или иных мероприятий».

По его словам, проведенный анализ показал, что на первом месте по востребованности стоят гостиницы с конгрессными возможностями. Спрос на услуги специальных конгрессных центров в последнее время упал. Необходим многофункциональный комплекс: гостиница и конгресс-холл, соответствующие мировым стандартам условий для работы и отдыха, а также с полноценной транспортной доступностью. Должно быть достаточное количество залов, рассчитанных на небольшое количество человек, для проведения сессий и разнообразных сопутствующих мероприятий.

 

Ирина Васильева