Парадоксы реновации
Что мешает сохранению и приспособлению объектов культурного наследия, как удержать баланс между сохранением архитектурных памятников и развитием города? О наследии и вариантах его использования спорили архитекторы, девелоперы и профильные чиновники города на VI биеннале «Архитектура Петербурга».
В Петербурге 9,2 тыс. объектов культурного наследия, из них около 3,5 тыс. – памятники федерального значения, 2,8 тыс. – регионального, еще 2,9 тыс. – выявленные объекты культурного наследия (ОКН). За год историко-культурную экспертизу успевают провести менее чем для 1% потенциальных памятников. В 2016 году, по словам председателя КГИОП Сергея Макарова, был поставлен рекорд – 143 экспертизы. На то, чтобы установить статус всех выявленных ОКН, понадобится минимум 20 лет, подсчитал председатель КГИОП.
Благими намерениями
Сумма, которая ежегодно выделяется городским бюджетом на содержание и сохранение объектов, статус которых уже определен, составляет 7-8 млрд рублей. Часть нагрузки по восстановлению исторических зданий ложится на инвесторов. При этом для последних признание здания памятником часто становится не фактором капитализации, а напротив – дополнительным обременением. Во-первых, охранный статус может затянуть сроки реализации проекта. По словам руководителя архитектурного бюро «Студия 44» Никиты Явейна, только согласования в общей сложности могут занять от 13 до 15 месяцев (при условии идеального проекта). Во-вторых, стоимость всех работ на историческом объекте вырастает на 30-40%.
Чтобы стимулировать инвесторов вкладываться в сохранение памятников архитектуры, КГИОП совместно с Комитетом имущественных отношений разрабатывает программу, аналогичную московской «Рубль за квадратный метр». «Мы решили взять за основу опыт Москвы, где инвесторы торгуются за годовую стоимость аренды и заинтересованы быстрее отреставрировать объект, чтобы ставка арендной платы снизилась до рубля за метр. На реставрацию им отводится максимум 5 лет», – прокомментировал Сергей Макаров.
Но не для всех инвесторов аренда представляет интерес. «Мы в первую очередь ориентированы на право собственности», – комментирует программу КГИОП президент холдинга RBI Эдуард Тиктинский. Но и выкуп у города объекта культурного наследия еще не означает, что девелоперу с ним будет легко. Помимо жестких ограничительных мер охранного законодательства девелоперу грозит риск погубить свою репутацию, не угодив своим проектом реконструкции памятника градозащитникам.
В Петербурге не принято хвалить инвесторов, берущих памятники на баланс, с сожалением отмечает архитектор Никита Явейн. «Как только девелопер начинает заниматься памятником, что бы он ни сделал – каждый может в него плюнуть», – посетовал господин Явейн. Его точку зрения развивает Эдуард Тиктинский: «Нужен карт-бланш от горожан, которых интересует качество среды, благоустроенность, нужны интернет-референдумы городского сообщества, это даст власти возможность легитимировать более активные действия в этой области», – предлагает он.
То, что ограничения, которые накладывает охранное законодательство на действия со зданиями-памятниками, чересчур жестки, признают даже чиновники. «Петербург должен иметь собственную систему градостроительного регулирования и не пытаться применить к себе правила, актуальные для всей страны, – за исключением Москвы», – уверен главный архитектор Петербурга, председатель Комитета по градостроительству и архитектуре Владимир Григорьев.
Евгений Герасимов, руководитель архитектурного бюро «Герасимов и партнеры», более прямолинеен в формулировке причин, которые снижают интерес бизнеса к историческим зданиям. По его мнению, уверенному промышленному редевелопменту мешают отсутствие устойчивой градостроительной стратегии и чехарда в законодательстве. По мнению архитектора, правила игры для девелоперов, выкупающих исторические объекты, нужно обозначать заранее, а не вводить новые ограничения, когда объект находится в стадии реализации. В пример он приводит ситуацию с территорией фабрики «Красное знамя». «Если власть хочет сохранить объект, ей остается только выкупить его по объективной оценке у девелопера и делать в нем то, что считают нужным горожане: хоть музей, хоть дворец бракосочетаний – насколько хватит фантазии. В случае с «Красным знаменем» – это единственный путь, – развивает свою мысль архитектор. – Но нельзя заставлять людей, которые владеют объектом, тратить деньги на то, что никогда не окупится».
«Да, мы слишком часто меняем правила игры, и необоснованно, и обоснованно», – признает председатель КГИОП Сергей Макаров. По его мнению, для Петербурга необходимы поправки в охранное законодательство в части определения охранных зон памятников. «Охранные зоны в 150 м, запрещающие любую хозяйственную деятельность, должны быть не у всех памятников», – говорит Сергей Макаров. За поправки в законодательство ратует и главный архитектор Владимир Григорьев: «Мы должны иметь возможность строить подземные парковки, в том числе под историческими зелеными насаждениями», – считает он. А вот за снос исторических зданий господин Григорьев предлагает вводить уголовную ответственность.
С точки зрения девелоперов, повысить интерес бизнеса к объектам культурного наследия можно, ликвидировав временные риски – для это нужны готовые документы территориального планирования. «Программа максимум: должны быть сделаны ППТ, подготовлены градпланы, с точки зрения объемов и темпов стройки, четко должны быть понятны ограничения и охранные зоны, – перечисляет Эдуард Тиктинский. – При готовых ППТ и градплане остается только проектировать, привлекая лучших архитекторов».
Лепнина как особая примета
Промышленные объекты – выявленные или признанные памятниками – отдельная проблема. В Петербурге нет единой политики их сохранения и восстановления. «Определение памятника – размытое. Почему-то в Законе об охране памятников решили: все, что построено до 1917 года – хорошо и может считаться памятниками, а все, что позже – уже выборочно, – комментирует архитектор Евгений Герасимов. – Например, весь Московский проспект – это не памятник, значит, его теоретически можно снести».
Привычка ценить промышленные объекты как памятники еще не выработалась у местного сообщества. «В Финляндии промышленные объекты ценят больше, чем особняки. А у нас часто даже старый дом с типовой отделкой лепниной уже воспринимается как памятник», – приводит пример архитектор Никита Явейн. При этом подход к приспособлению исторических промышленных зданий должен быть более гибким, чем для «особняков с лепниной», уверены архитекторы. Сегодня подход к промышленным объектам неконструктивен как со стороны градозащитников, так и со стороны девелоперов. Историки видят в заводе музей и не дают его преобразовывать. «Завод не может быть музеем, он должен быть «живым», приспосабливаться и жить», – считает Никита Явейн. Девелоперы же чаще предпочитают снести все постройки в промзоне и возвести новое жилье. Кроме того, у петербуржцев – как застройщиков, так и потребителей – нет привычки жить в промышленных лофтах. «Должен произойти какой-то прецедент: кто-то должен стать первым», – размышляет Явейн.
На вопрос об удачных примерах реновации промышленных территорий эксперты биеннале «Архитектура Петербурга» не сразу нашлись что ответить. Евгений Герасимов привел в пример «Гранд Макет Россия» на Цветочной улице, Никита Явейн – завод «Самсон» на Лиговском проспекте. Также архитекторы упомянули в числе удачных редевелопмент территории бывшего грузового двора Московского вокзала компанией «ЛенСпецСМУ», построившей на этом участке квартал «Царская столица». Технический директор АО ССМО «ЛенСпецСМУ» Юрий Бородин выразил мнение, что Петербург, как и Москва, перенасыщен промзонами относительно европейских городов: промзоны занимают от 17 до 20% территории в обеих столицах, в то время как в городах Европы – только 5-7%. «Нужно очищать город от промышленных зон», – уверен господин Бородин.
Для благополучного существования ОКН необходимы не только законодательная, но и моральная поддержка девелоперов, градостроительные нормы, скорректированные с учетом особенностей среды Петербурга, гибкое сочетание частных и бюджетных инвестиций. Но ключевое условие, без которого все вышеперечисленные условия будут иметь мало смысла, – желание властей сохранять и адекватно использовать исторические здания. Логичным дополнением к нему станет и осознание не только культурной, но и экономической ценности этих объектов у городского сообщества. «Мы не очень ценим историческую городскую среду: любим по ней гулять, а не покупать, – говорит Владимир Григорьев. – Ценность недвижимости в центре, переведенная в стоимость, должна превысить затраты на ремонт этих зданий».
Кстати
Организаторами VI биеннале «Архитектура Петербурга» выступили НП «Объединение архитектурных мастерских», Санкт-Петербургский Союз архитекторов России, при поддержке Российской гильдии управляющих и девелоперов (РГУД). Газета «Строительный Еженедельник» – информационный партнер мероприятия.
Цифра
20 лет уйдет на историко-культурную экспертизу выявленных ОКН в Петербурге
Владельцы стройкорпорации «Элис» Вадим Штерцер и Андрей Брындиков заключили мировое соглашение.
Документ, в частности, зафиксировал договоренности бывших партнеров о разделе 400 млн рублей за проданный компании «Лидер групп» участок на Поклонной горе. «Лидер групп» уже строит там ЖК Leningrad.
В конце декабря совладельцы строительной корпорации «Элис» подписали мировое соглашение, следует из материалов Арбитражного суда Петербурга и Ленобласти.
Один из пунктов соглашения касается денег, полученных бывшими партнерами от сделки по продаже участка на пр. Мориса Тореза, 118, компании «Лидер групп» Александра Некрасова. Это пятно площадью 2,8 га было продано за 1 млрд рублей еще в 2014 году. Но из-за конфликта собственников «Элис» сделка не была оплачена до конца.
«Зависло 400 млн рублей, поскольку было непонятно, кто из партнеров должен получить эти деньги. Ребята никак не могли договориться и спорили жарко. Это ведь практически последние средства, которые «Элис» получит за свое имущество», – пояснил источник в «Лидер групп».
Источники, знакомые с ситуацией, сообщили, что сторона Вадима Штерцера получит в этой сделке 105 млн рублей и 2,9 тыс. кв. м в ЖК Leningrad, который «Лидер групп» уже строит на полученном от «Элис» участке. В доме бизнес-класса высотой 26 этажей и площадью 105 тыс. кв. м будет 923 квартиры. Продажи идут активно. Завершить проект «Лидер групп» планирует в 2019 году. Общие инвестиции в него составят 2,6 млрд рублей. Остальные вырученные «Элис» деньги за вычетом долгов перед Сбербанком пойдут на достройку ЖК «Звезда», который компания возводит на Московском шоссе. В общей сложности на достройку «Звезды» у «Элис» останется 150 млн рублей. Этот жилой комплекс компания должна была сдать к концу текущего года, но сумела продлить разрешение на строительство на год. Там уже заключено 370 договоров долевого участия. И конфликт акционеров «Элис» очень беспокоил дольщиков.
Спор акционеров «Элис» начался год назад. Он сопровождался исками, налоговыми претензиями и административными штрафами. Его причину источники, знакомые с ситуацией, связывают с финансовым положением корпорации, долги которой оцениваются в 5-6 млрд рублей. Хотя в активе компании есть работающие МФК «Авеню» (45 тыс. кв. м) на Выборгском шоссе, «Владимирский пассаж» (33 тыс. кв. м) на Владимирском пр. и «Космос» (45 тыс. кв. м) на пр. Космонавтов. Каждый объект включает как торговую, так и деловую части, а «Владимирский пассаж» – еще и отель «Достоевский» площадью 8 тыс. кв. м. Минувшей весной «Элис» пыталась продать их через РАД за 1,2 млрд рублей, чтобы рассчитаться по долгам перед Сбербанком (на конец сентября 2015 года они составляли 2,8 млрд рублей). Но желающих купить имущество не нашлось. Кроме того, в арсенале у «Элис» есть проект МФК на месте снесенного кинотеатра «Русь» у станции метро «Пионерская» (стоимость участка оценивается в 1,3 млрд рублей). Но из-за конфликта «Элис» теряет и его. В ближайшее время проект должен перейти под контроль группы инвесторов во главе с «Евроинвестом» Андрея Березина и Юрия Васильева.
Эти бизнесмены дали собственникам «Элис» кредит под залог проекта. Если заемщики не расплатятся, потеряют актив. После раздела имущества и завершения текущих проектов «Элис» ничего больше в Петербурге строить не будет, утверждают источники, близкие к компании.
Справка:
Стройкорпорация «Элис» была основана в начале 2000-х годов Вадимом Штерцером и Андреем Брындиковым, начавшими бизнес еще в 1990-х на торговой бирже «Алиса». За 14 лет работы корпорация успела построить в Петербурге 14 жилых домов на 5 тыс. квартир и три многофункциональных центра.
Минстрой не достаточно активно участвует в работе по созданию единого рынка товаров работ и услуг в строительной сфере стран Евразийского экономического союза.
К такому решению пришли участники «круглого стола», организованного Национальным объединением строителей.
Встреча на тему «Формирование единого рынка услуг в строительстве в рамках Евразийского экономического союза. Реализация решений Высшего Евразийского экономического совета» прошла 14 января в Москве. В ней приняли участие представители Республик Казахстан и Беларусь, Минстроя России, Минэкономразвития России, Ростехнадзора, СРО, Евразийской экономической комиссии Федеральной антимонопольной службы, Национального объединения изыскателей и проектировщиков.
Наибольший интерес вызвало у участников «круглого стола» обсуждение проблем, с которыми сталкиваются профессиональные сообщества на территориях стран ЕАЭС. Так, по словам Советника Президента НОСТРОЙ Алексея Сурова, создание единого рынка услуг в строительной сфере реализовано не в полной мере. Всего, согласно данным единого реестра членов СРО на территории России работают более 100 организаций Республики Беларусь, 20 организаций Республики Казахстан, 6 организаций Республики Армения.
Одна из основных проблем, по мнению спикеров – существенная разница законодательстве стран-участников ЕАЭС. Так, ряд документов одного государства не признается на территории другого. Например, в Белоруссии, речь идет о документах, подтверждающих профпригодность поставщика услуг, а также факте членства в российском СРО.
По словам президента объединения юридических лиц «Национальная Ассоциация строительной отрасли Республики Казахстан» Адельши Ермуханова, между Россией и Казахстаном существует различие механизма допуска на рынок, принятия техрегламентов, порядка организации экспертизы проектов, а также системы управления строительной отрасли в целом.
К слову, Ермуханов добавил, что зачастую государство просто не учитывает рекомендации строительного сообщества, а в ЕАЭК не знают о существующих барьерах и проблемах: «Уполномоченные государственные органы, которые должны обеспечить реализацию решений политического руководства, на самом деле этой реализацией не занимаются. Мы не видим их активной позиции, которая бы продвигала давно уже принятые политические решения договора. Я прошу отметить пассивную позицию госорганов по созданию нормативно-технической базы, направленной на работу единого рынка товаров и услуг в строительной сфере».
«На рабочих группах, заседания которых проходят на уровне представителей министерств стран-участниц ЕАЭС, подобные проблемы никогда не обсуждались, поскольку о них не говорили», - резюмировал начальник отдела предпринимательства, услуг и инвестиций департамента развития предпринимательской деятельности ЕАЭК Валерий Захаров. Он также поблагодарил Национальное объединение строителей за организацию круглого стола, на котором стали известны проблемы, препятствующие созданию единого рынка услуг стран ЕАЭС.
С мнением о том, что государство не видит проблем, о которых говорят представители российского строительного сообщества, заместитель Директора Департамента градостроительной деятельности и архитектуры Минстроя России Александр Степанов не согласился.
«С целью создания механизмов и снятия барьеров для формирования единого рынка услуг необходимо скорейшее принятие Технического регламента ЕАЭС «О безопасности зданий и сооружений, строительных материалов и изделий». В настоящее время ведется работа для решения этой задачи, пройдены все необходимые внутригосударственные согласования, проведены обсуждения этого документа на межгосударственном уровне, технический регламент поддержан Белоруссией, Киргизией, Арменией, однако имеются замечания республики Казахстан», - отметил он.
Однако советник Президента НОСТРОЙ Елена Фадеева возразила – позиция России по техрегламенту создавалась без учета мнения профессионального сообщества, хотя Национальное объединение строителей принимало активное участие в подготовке этой нормы. С ней солидарен и Адельша Ермуханов, заявив, что Минстрой пытается продавить тот проект технического регламента, в котором предусмотрена необходимость разработки строительных норм ЕАЭС как обязательных требований, а такое положение вещей не соответствует нормам союзного договора.
В итоге, все предложения и пожелания будут оформлены в резолюцию по итогам круглого стола, которая позднее будет опубликована на сайте НОСТРОЙ.