В ожидании перемен
Рынку реставрации не хватает частных инвесторов и более четких профессиональных и образовательных стандартов. Как чувствует себя отрасль сегодня и в каких изменениях нуждается, «Строительный Еженедельник» выяснял у представителей петербургского сообщества реставраторов.
Как и в других сферах, законодательство в сфере реставрации не всегда успевает оперативно реагировать на актуальные задачи и потребности отрасли. Несмотря на то, что в целом ситуация с нормативно-правовым регулированием изменилась в позитивную сторону, пробелы еще остаются, отмечает и. о. председателя Российской ассоциации реставраторов Татьяна Черняева.
Так, Российская ассоциация реставраторов неоднократно обращала внимание на необходимость заменить аукционы на выполнение реставрационных работ конкурсами. «При проведении работ по сохранению объектов культурного наследия огромное значение имеют опыт, квалификация специалистов, а также качество выполняемых работ. К сожалению, все это невозможно определить на стадии проведения аукциона», – говорит Татьяна Черняева.
Устранить лазейки
Действующие законы требуют ужесточения, уверен президент ООО «Лапин энтерпрайз» Алексей Лапин: «Например, законодательно запретить участие в тендерах компаниям без опыта работы в реставрации или предусмотреть меры, которые не позволят выдавать ремонт за реставрацию».
Председатель Союза реставраторов Санкт-Петербурга Нина Шангина более актуальной проблемой, чем демпинг, считает неизученность технологических операций, используемых в реставрации. Из-за чего сметные нормы неверно отражают затраты времени, материалов и иных ресурсов, что приводит к большим потерям и отражается на качестве работ.
«Второй источник потерь – процесс проведения строительной экспертизы в случае приспособления памятников к современному использованию. Эксперт не имеет права отклониться от Градостроительного кодекса и иных строительных норм, осуществить приспособление без значительных потерь просто невозможно. Теоретически существует возможность отстоять то или иное техническое решение, но это сопряжено с большой потерей времени и даже с угрозой неисполнения договоров на проектирование. Таким образом, проще бывает пойти на значительную переделку, а силы проектировщиков уходят на обоснование необходимости изменений, связанных с утратой предметов охраны», – приводит пример председатель Союза реставраторов Петербурга.
По мнению главного инженера проекта ОАО «СПб Институт «Ленпроектреставрация» Татьяны Маковской, необходимо законодательно закрепить механизм персональной ответственности за необеспечение своевременных мер по сохранности и надлежащей эксплуатации объектов культурного наследия.
Кадровый вопрос
Председатель Союза реставраторов Петербурга Нина Шангина считает, что существующая классификация профессий и должностей в отрасли не отвечает современным требованиям реставрационного производства. «Это серьезно усложняет работу. Реставрационные компании вынуждены содержать в штате двух специалистов: один из них имеет требуемое образование, но не может справляться с современными технологическими задачами, а другой – профессионал без диплома, но хорошо знающий применяемые технологии, – рассказывает госпожа Шангина. – Необходимо изменить ситуацию таким образом, чтобы знания, которые сегодня даются в ВУЗах, четко соответствовали требованиям работодателей отрасли».
В Российской ассоциации реставраторов среди проблем в сфере подготовки кадров перечисляют недостаточный объем учебной литературы, отсутствие защиты научных работ в области реставрации и неопределенность с профессиональными стандартами в сфере сохранения объектов культурного наследия, соответствующими требованиям Минтруда.
Как напоминает Татьяна Черняева, Минтруда России уже четыре раза инициировало разработку профессиональных стандартов в сфере реставрации, однако они все еще не утверждены. «Разработанный РАНХиГС проект профстандарта «Реставратор объектов культурного наследия» был отклонен ввиду большого количества замечаний со стороны профессионального сообщества. Судьба трех проектов профстандартов, «Реставратор памятников деревянного зодчества», «Реставратор архивных и библиотечных материалов», «Реставратор художественных изделий и декоративных предметов», разработанных ООО «Правовед», на сегодняшний день, к сожалению, не известна», – приводит примеры госпожа Черняева.
Профстандарты позволят вносить изменения и в образовательные стандарты, разрабатывать новые, а также более точно определить перечень должностей и профессий, по которым проводится аттестация специалистов-реставраторов.
Нивелировать проблему несоответствия компетенций, которые дает ВУЗ, потребностям работодателей может более тонко настроенная система профессиональной переподготовки. При участии Российской ассоциации реставраторов создана база российских учебных заведений, осуществляющих подготовку, переподготовку и повышение квалификации в области реставрации. В нее включены более 60 средних и высших учебных заведений из 36 регионов страны. Продолжается совместная работа Ассоциации и Союза реставраторов России по созданию отделения Координационного центра профессиональной подготовки по СЗФО в Санкт-Петербурге. Координационный центр будет рекомендовать программы обучения для реставраторов, в зависимости от их профессионального уровня и уровня образования, для прохождения аттестации в Минкультуры России. Пока единственный такой центр существует только в Москве.
Дефицит не кадров, но заказов
В целом, представители реставрационной отрасли не наблюдают общего дефицита специалистов. «Кадровый голод» касается лишь отдельных специальностей. Так, президент ООО «Лапин энтерпрайз» Алексей Лапин отмечает дефицит проектировщиков-реставраторов. А главный инженер проекта ОАО «СПб Институт «Ленпроектреставрация» Татьяна Маковская – недостаток высококвалифицированных специалистов инженерных разделов, таких, как инженер-конструктор, инженер по отоплению и вентиляции, инженер по наружным сетям, инженер-технолог. «Не разработан курс повышения квалификации главных инженеров проектов, нацеленных на разработку проектов приспособления памятников под современное использование», – добавляет госпожа Маковская.
Но не это является основной проблемой отрасли сегодня. «Конъюнктура современного рынка реставрационных услуг изменчива. Под давлением экономических обстоятельств он нуждается в молодых специалистах, легко и быстро ориентирующихся в потребностях рынка и обладающих достаточной базой знаний», – говорит Татьяна Черняева.
«Предприятия могут позволить себе заниматься кадровыми вопросами только в том случае, если имеют отчетливое представление о перспективах загрузки, а это, к сожалению, в сфере реставрации не всегда представляется возможным», – обозначает проблему Нина Шангина. «С обучением нет проблем, есть проблемы с объемами работ», – вторит ей Алексей Лапин.
Дисбаланс государственного и частного
Рынок реставрации сильнее других зависим от государственного заказа. По данным Правительства Петербурга, в 2016 году из общей суммы финансирования мероприятий по сохранению, популяризации и государственной охране объектов культурного наследия Петербурга на внебюджетные источники пришлось 16,8%, включая инвестиционные проекты. В 2015 году этот показатель достигал уровня 5,6%.
Частные инвесторы – единственная альтернатива Госзаказу. В настоящее время Правительство Петербурга изучает опыт Москвы, где инвесторы, вкладывающие средства в здания-памятники, получают их в аренду по ставке 1 рубль за квадратный метр.
«В целом, проект «Метр за рубль», безусловно, очень интересен и перспективен. В ближайшее время его должны вынести на рассмотрение Совета по сохранению культурного наследия города. Там и станут известны его подробности», – полна надежд Нина Шангина.
Среди других способов привлечения внебюджетных средств в сохранение объектов культурного наследия Татьяна Черняева перечисляет такие программы, как проект «Мы родом из России», программу «Зеленый коридор» для поддержки инвесторов, выкупающих объекты культурного наследия на основе беспроцентной рассрочки, сдача в аренду на льготных условиях неиспользуемых объектов культурного наследия.
«Идеальная альтернатива – это передача под частные инвестпроекты неэксплуатируемых зданий-памятников, – комментирует Алексей Лапин. – При этом инвестор должен быть обязан условиями контракта проводить в них комплексную реставрацию под надзором КГИОП силами компаний, получивших лицензию в Минкульте».
Цифра
60 учебных заведений осуществляют в России подготовку специалистов в области реставрации
Налоговое ведомство начало использовать процедуру банкротства физлиц для взыскания задолженности.
Как и в случае с банками и кредитами, «под раздачу» первыми попадут бизнесмены. Федеральная налоговая служба начала применять процедуру банкротства к гражданам-должникам. Несколько судебных исков к физлицам уже направлены в Арбитражный суд Петербурга и Ленобласти.
Среди ответчиков есть и руководители небольших строительных организаций города. Всего, по данным ФНС, на конец января в арбитражные суды российских регионов направлено свыше 120 заявлений о банкротстве должников-физлиц. В том числе к индивидуальным предпринимателям, в отношении которых усматривалась экономическая целесообразность инициирования дел о несостоятельности.
Совокупная задолженность по налоговым обязательствам ответчиков превышает сумму 800 млн рублей. Сами налоговики выделяют три основные причины начала процедуры банкротства физлица. В частности, она запускается в случае, если у гражданина есть несколько объектов недвижимости (квартир, земельных участков и т. п.), а также автомобилей, но при этом налоги он не платит. Ко второму типу относятся случаи, когда налоговая задолженность гражданина – индивидуального предпринимателя была выявлена по результатам налоговой проверки, но коммерсант не смог ее погасить. К третьему отнесены ситуации, при которых исполнительное производство в отношении должника не привело к погашению задолженности. При этом у гражданина есть имущество, за счет которого могут быть покрыты расходы, а также полностью или частично погашена задолженность по обязательным платежам.
По мнению независимых экспертов, налоговые органы охотно воспользуются законом о банкротстве физлиц для работы с крупными должниками, многие из которых являются владельцами компаний. Чаще всего как физлицо они совершают многомиллионные покупки ценных бумаг, но забывают оплатить налоги. Конечно же, налоговые должники могут и сами воспользоваться новым законом и стать банкротом самостоятельно.
По словам юриста практики разрешения споров компании Rightmark Group Максима Смирнова, изменения в закон о банкротстве, позволяющие банкротить физических лиц, вступили в силу совсем недавно. Принимая во внимание, что банкротят физических лиц меньше полугода, говорить о каких-либо тенденциях, успехе или провале законодательного решения преждевременно. «Что же касается заявлений о банкротстве физических лиц, поданных налоговой службой, то здесь можно отметить следующее.
Очевидно, что налоговой инспекции такие процессы невыгодны, если у налогоплательщика нет имущества или стабильного «белого» дохода. Так как в результате его банкротства все налоговые обязанности будут считаться прекращенными, хотя бы они и не были погашены», – отмечает он. Принимая предыдущий тезис во внимание, добавляет юрист, можно предположить, что физические лица, в отношении которых поданы заявления о признании их банкротами, имеют известное налоговой службе имущество, на которое возможно обратить взыскание. Например, если гражданин, имея квартиру, не платит налог на имущество, гораздо эффективнее подать заявление о признании его банкротом и продать квартиру «с молотка» при посредничестве управляющего, нежели пытаться реализовать квартиру в рамках исполнительного производства.
Кстати:
Согласно закону о банкротстве физлиц признать себя финансово несостоятельным может гражданин с долгами от 500 тыс. рублей при их непогашении в срок от трех месяцев. Инициировать банкротство может как должник, так и кредиторы. Законодательным механизмом предполагаются три способа решения проблем. Первоначально суд предложит сделать сторонам реструктуризацию. Если из-за неблагополучного финансового положения человека она невозможна, суд утвердит реализацию имущества должника, кроме единственного жилья и предметов первой необходимости. Если и после этой процедуры задолженность останется, она уже списывается.
В ЗакСе подготовлены поправки в ПЗЗ, запрещающие застройку 4 га в парке 300-летия Петербурга.
Ранее Смольный дал предварительное добро на появление на участке объекта Газпрома.
На прошлой неделе депутат Законодательного собрания Борис Вишневский подал в Комиссию по землепользованию Смольного пакет поправок в Правила землепользования и застройки (ПЗЗ). Одна из них касается парка 300-летия в Приморском районе города, а именно 4 га в западной его части. Депутат предлагает снизить высотность любых объектов на данном участке до 0 м, что фактически означает запрет любой стройки.
Напомним, осенью прошлого года городской парламент принял закон о зеленых насаждениях. В его рамках парку возвращался участок 3,89 га, выделенный в самостоятельную территорию с возможностью застройки в 2010 году. Однако в декабре губернатор Петербурга Георгий Полтавченко наложил вето на поправку, увеличившую зеленую зону. Основная часть депутатов, представляющих «Единую Россию», согласилась с данным предписанием градоначальника.
Известно, что участок на границе с парком присмотрел себе Газпром. Компания уже подала заявку в Комитет инвестиций на возможность застройки территории. Предполагалось, что там должен разместиться медицинский центр «СОГАЗ». С текущим положением ПЗЗ объект недвижимости на данном участке может достигать 27 м, то есть высоты 9-этажного дома. С застройкой зеленой зоны не согласились парламентская оппозиция, общественники и многие жители Приморского района.
По словам директора ГКУ «Научно-исследовательский и проектный центр Генерального плана Санкт-Петербурга» Юрия Бакея, отстаивающего позицию Смольного, участок в 4 га, ставший объектом разногласий, выделен был под строительство спортивных объектов и перестал быть парком еще в 2008 году. «Данное положение было закреплено в ПЗЗ. При подготовке Генплана, других
документов также не поступало никаких замечаний. Всех все устраивало. Сейчас же появились недовольные», – отметил он.
По его мнению, многие выступающие против застройки участка преследуют свои политические интересы. При этом власти города действуют в рамках действующих норм законодательства. Правда, добавляет Юрий Бакей, если будет строиться медицинский центр, а не спортивный объект, то необходимо будет внести корректировки в разрешительную документацию.
Депутат ЗакСа Марина Шишкина считает, что существует реальная опасность исчезновения парка 300-летия. «Это место было задумано с размахом, но сейчас его по кусочкам разбирают. Изначально при его закладке он был 86 га. Сейчас осталось 54 га. Приморский район в отдельных районах и так не самый зеленый, теперь может лишиться этого парка и набережной», – полагает народный избранник.
Между тем к защите парка 300-летия общественники готовы привлечь президента страны Владимира Путина. По словам активиста движения «Красивый Петербург» Романа Шайхадарова, будущий глава России в середине 1990-х в Петербурге курировал строительство парка и наверняка против его уменьшения. «Хочется также сказать, что жители Приморского района протестуют не против объектов Газпрома. Их возмущает появление любых непарковых объектов в зеленой зоне. Хочется надеяться, что власти города прислушаются к мнению граждан и оставят парк в покое», – резюмирует градозащитник.
Кстати:
Защитники парка 300-летия в конце подали в Смольный уведомление о проведении митинга. Акция должна пройти 13 февраля. Предполагается, что в ней примут участие и многие жители Приморского района.