Трансформация экономики
Идеи совместного потребления получают все более широкое распространение: от аренды жилья через Airbnb и заказа такси через Uber общество приходит к идее «делиться всем со всеми». Не только недвижимостью или транспортом, но и вещами, навыками и даже личным временем. Чем привлекателен шеринг, может ли он стать частью экономики города? В этом вопросе «Строительный Еженедельник» разбирался вместе с экспертами.
Список шеринговых сервисов в мире расширяется с каждым днем: арендовать можно не только автомобиль или квартиру, но и вещи, в которых мы нуждаемся не каждый день – например, новогоднюю елку или отбойный молоток. А в некоторых странах взять напрокат можно компаньона для прогулки или селфи.
Все шеринговые сервисы условно можно разделить на несколько направлений: недвижимость, транспорт, вещи и услуги. Наиболее успешны платформы первых двух направлений. В качестве примера можно привести упомянутый выше Airbnb, коворкинги и развивающиеся сервисы по поиску коммерческих площадей, платформы для поиска автомобиля напрокат с водителем или без: Uber, Get, BlaBlaCar, «Делимобиль», AnyTime, YouDrive, Colёsa.сom, Darenta.ru и другие.
Сегодня в разных странах мира можно найти сайты и мобильные приложения для краткосрочной аренды велосипедов (spin.pm), сноубордов и лыж (pinlister.com), одежды для путешествий (dress-n-go.com), принадлежностей для детей (babierge.com), стенда или полки в магазине для стартапов, которые пока не имеют возможности зайти в крупные торговые сети (bulletin.co). В Германии недавно был запущен сервис Happy Tree: елку в кадке с землей можно взять домой на Рождество, а после праздника дерево заберут в питомник. Существуют и общие сервисы обмена вещей (sharyboo.com, приложение для iOS Locolo), где можно взять напрокат все что угодно – от индийского барабана за 200 рублей в сутки до гидроцикла «Ямаха» за 4 тыс. рублей в час. В Японии есть платный сервис по аренде компаньонов для селфи Real Appeal, а житель Лос-Анджелеса Чак МакКарти придумал сервис The People Walker и практикует прогулки с людьми за деньги. В Индии приложение LittleSkill помогает пользователям бесплатно обмениваться навыками: например, научить другого человека плавать в обмен на урок программирования.
Коммунизм в эпоху интернета
Президент NAI Becar Александр Шарапов считает, что 2017 год будет развиваться под эгидой sharing-экономики. «Коливинги и коворкинги набирают мощь, и если коворкинги растут на 30-40% в год уже в течение десятилетия, то коливинг только завоевывает просторы Европы. Первый открылся в Лондоне летом прошлого года, а в Америке этот формат уже популярен и завоевывает все новых и новых арендаторов», – аргументировал свое предположение господин Шарапов, выступая на MIPIM.
Co-living – система постройки жилья для категорий граждан с общими интересами или социальными характеристиками (например, для пожилых, одиноких). Это оптимальные по размерам квартиры с вынесенными общими зонами (прачечные, спортивный зал) и местами для общения. «Этот новый прогрессивный вид жилья позволяет решить уже не только финансовую проблему, но и проблему социализации», – уверен генеральный директор маркетингового агентства Media108 Всеволод Баев. О популярности и эффективности идей совместного потребления говорят цифры: один из самых известных в мире шеринговых сервисов Airbnb по итогам 2016 года впервые принес прибыль своим владельцам. Сегодня стоимость компании оценивается в 31 млрд долларов. Основной доход Airbnb приносят сборы за услуги в размере 6–12% с каждого гостя и 3% с хозяев за каждое бронирование.
Шеринговые сервисы изначально приносили прибыль не всем и не всегда. Сооснователь проекта Coliving Club Антон Герасименко считает, что многие платформы в области экономики совместного потребления не зарабатывают денег или зарабатывают крайне мало. Они снижают агентский процент до минимального, чтобы не отпугнуть клиентов. Демпинг – одна из проблем шеринга. Два года назад европейские столицы сотрясали митинги таксистов против Uber. Более низкие цены, предлагаемые сервисом, фактически оставили профессиональных таксистов без работы. В Москве конфликта с Uber удалось избежать: сервис пошел на компромисс с властью, выдвинувшей требование допускать к перевозкам только водителей с официальными разрешениями на таксомоторную деятельность.
Шеринговые сервисы, как и многие другие виды бизнеса, часто рождаются когда потребитель не находит на рынке нужной ему услуги и решает закрыть нишу сам. Именно так появился сервис бронирования площадок для мероприятий Bash!Today. «Мы побывали на нескольких Днях рождения в помещениях бывших заводов в Москве на улице Правды. Потом мы сами решили устроить там вечеринку, заказали еды, поставили звук, позвали диджея. Помещениями служили фотостудии, организованные в здании завода, которые все на западный манер стали называть «лофт». И друзья стали спрашивать: «Как вы организовали мероприятие в лофте? Как вы нашли площадку?». Мы почувствовали спрос и решили организовать сервис, который позволит людям удобно и легко найти и забронировать площадку для мероприятий», – рассказывает сооснователь сервиса Ефим Колодкин.
Bash!Today предлагает две категории площадок: специализированные площадки для мероприятий и заведения с основной функцией (офисы, бары, коворкинги), сдающиеся для мероприятий целиком в свободное время или предлагающие отдельные комнаты и пространства.
Сегодня сервис работает с 350 площадками в Москве и Петербурге и помог организовать около 3 тыс. мероприятий с суммарной аудиторией 70 тысяч человек. Оборот составил 43 млн рублей.
«Люди делятся своими пространствами с другими, и происходит невероятный симбиоз. Мало того, что это помогает покрыть часть расходов на аренду помещения, так еще происходит cultural congestion (культурное столкновение) – посетители мероприятий в помещениях офисов, кафе и салонов красоты узнают о бизнесе принимающей стороны и впоследствии могут стать их клиентами», – говорит Ефим Колодкин.
В феврале 2016 года владельцы сервиса закрыли первую серьезную инвестиционную сделку и привлекли 2,5 млн рублей от частного лица.
Вопрос ментальности
На рынке недвижимости инструменты шеринга – один из способов диверсификации, считает Всеволод Баев.
«Системы шеринга стоит рассматривать как повышение инвестиционной привлекательности объекта и способ дополнительных источников дохода, а не видеть в них угрозу… По нашим оценкам, сервисы шеринга быстро набирают популярность в местах активной застройки, где особенно высока конкуренция между частниками и отелями», – комментирует господин Баев.
Основные преимущества систем шеринга, помимо экономической привлекательности, их универсальность и простота использования. Минусы – риск мошенничества при совершении сделки. Ведь зачастую они обходятся без оформления договоров. «Вопрос совместного потребления в России касается ментальности, размера рынка и экономической ситуации. Риски в данной нише очень высокие, так как арендованные вещи часто ломают, портят, пачкают или даже уничтожают полностью. Арендодатель должен думать о страховании своего дома, автомобиля или того объекта, который он делит с кем-то», – говорит основатель социального P2P-каршеринга Darenta Олег Грибанов.
Коммерциализация – второй спорный момент шеринг-экономики. Идея, начавшаяся как социальное явление, все чаще используется коммерческими структурами. Например, интерес к каршерингу начинают проявлять автопроизводители, а мини-отели регистрируют свои номера на шеринговых платформах. Что заставляет экспертов говорить о преобразовании экономики совместного потребления в экономику доступа (access economy).
Мнение
Дмитрий Ялов, заместитель председателя Правительства Ленинградской области по экономике и инвестициям:
– Недавно я прочел книгу «Неизбежное. Понимание 12 технологических сил, которые определят наше будущее», в которой автор Кельвин Келли прямо говорит о том, что совместное использование – это не только неизбежное будущее, но и наступившее настоящее современной экономики.
В крупных городах по всему миру и в России жители массово отказываются от личного владения в пользу шеринга. Яркий пример – совместное использование автотранспорта. Действительно, зачем современному человеку владеть машиной, вкладывать средства в ее обслуживание, ремонт, хранение, постоянно беспокоиться о месте парковки, если гораздо удобнее воспользоваться сервисом каршеринга, доехать из точки «А» в точку «Б», не теряя лишнего времени и денег.
Развиваются платформы совместного использования в IT, недвижимости, рынках разного рода услуг. Шеринг набирает обороты и в крупном бизнесе. Уже сегодня большие компании стремительно отказываются от полного цикла производства, оставляя за собой только самые стратегические, корневые участки, отдавая на аутсорсинг все остальное. Опыт показывает, что эффективность платформ совместного использования активов в разы выше стандартного вертикально-интегрированного бизнеса.
Справка
Sharing economy (экономика совместного потребления) – термин, который используется для описания экономической модели, основанной на коллективном использовании товаров и услуг, бартере и аренде вместо владения. Концепция совместного потребления была сформулирована в 2010 году Рэйчел Ботсман и Ру Роджерс, авторами книги What’s Mine Is Yours: The Rise of Collaborative Consumption.
Гармония в архитектуре Петербурга была достигнута не только за счет мастерства каждого конкретного архитектора, творившего в городе, но и за счет пространственных особенностей, присущих только граду Петра. Соблюдение простых правил при создании новых общественно-деловых и жилых зданий поможет сохранить лицо города независимо от стиля и времени, считают эксперты.
Эти вопросы обсуждались на архитектурной дискуссии «Петербург в контексте мировой архитектуры: взгляд Запада и России», организованной Холдингом RBI. В мероприятии приняли участие зарубежные и отечественные зодчие.
Архитектурная самоидентификация
В архитектуре Петербурга очень сильна традиция соединения зарубежных и российских школ и направлений. Их гармоничное сочетание создает уникальность и неповторимость города. Вячеслав Ухов, вице-президент Санкт-Петербургского союза архитекторов, рассказал, что изначально Петербург создавали многие приглашенные западные архитекторы. Но их работа во многом определялась местным колоритом.
Юрий Земцов, руководитель архитектурного бюро «Земцов, Кондиайн и партнеры», заслуженный архитектор России, подчеркнул, что основой архитектуры Петербурга явилась именно его пространственная структура: «Главное качество, которое сделало Петербург таким, какой он есть – это его пространственные характеристики, а также их сохранение в течение трех веков при планировании и строительстве новых объектов».
По словам Юрия Земцова, речь идет о таких правилах как не превышение высотности, соблюдение красной линии, наличие брандмауэра и так далее. По его мнению, эти правила важно соблюдать и сегодня при проектировании современных зданий и сооружений.
В свою очередь Олег Романов, президент Санкт-Петербургского Союза архитекторов, также уверен, что для архитектора важна география. «Петербург – это и есть контекст. Импульс развития, заданный еще Петром, до сих пор актуален. Нет никаких противопоставлений между западной и отечественной архитектурами в рамках этого контекста», - подчеркнул он.
Архитектор Святослав Гайкович полностью согласен со своими коллегами. Он добавил, что архитектор всегда находится в плену текстуальности, то есть творит по месту.
Рикардо Бофилл, испанский архитектор, глава Taller de Arquitectura, также не противопоставляет российскую и иностранную архитектуру в облике Петербурга, потому что, на его взгляд, «в какой-то момент все смешивается». «Архитектуру называют гением места. И именно местность во многом определяет архитектуру. Вся застройка Петербурга подчиняется логики места, на котором расположен город. Оттого он уникален и неповторим», - добавил Рикардо Бофилл.
Эдуард Тиктинский, президент Холдинга RBI, констатировал, что ключевое значение для Петербурга является то, насколько талантливы будут архитекторы, которые продолжат создавать облик города. «У каждого архитектора свой вкус. Важно, чтобы профессионалы оценивали то, что является уместным и талантливым именно для Петербурга. Это не только внешняя красота, но актуальные технические решения. Если конкурсная комиссия состоит из одних чиновников, то многие вещи не учитываются. Оценивать проект должны только профессионалы. К ним должно быть уважение со стороны и чиновников, и градозащитников», - подчеркнул Эдуард Тиктинский.
Движение вперед
Если с прошлым строительством в городе все более или менее понятно, то как быть с новыми объектами, которые необходимо «вписать» в пространственную структуру Петербурга, принимая во внимание уже существующую застройку.
Вячеслав Ухов говорит о том, что в историческом плане архитектура зависима от обновления, так все здания приходят в негодность: «Город должен идти по пути реновации, но какие-то части города нужно преобразовывать, то есть иногда необходимо и хирургические вмешательства, для того, чтобы город был живым».
Юрий Земцов заострил внимание на том, что для Петербурга важны его пространственная и планировочная структуры. С этой точки зрения дискуссия о стилевых предпочтениях не имеет смысла, потому что город кроме пространственного измерения есть еще и временное. «Именно по времени мы определяем как развивался город, как менялась социально-экономическая ситуация в стране, в мире. Поэтому стремиться создавать здания, которые якобы повторяют старое, и таким образом, считать, что мы сохраняем город в принципе неправильно. Подделка уничтожает город, так как в этом случае мы теряем четвертое измерение – время. Если рядом с существующим домом мы построим точно такой же, то мы девальвируем шедевр. Петербург разнообразный город и он мог стать разнообразным, потому что соблюдал определенные правила», - высказал свою точку зрения Юрий Земцов.
Эдуард Тиктинский привел пример, когда холдинг RBI проектировал жилой дом на ул. Новгородская, 23, то большое внимание уделила именно архитектурному контексту. « этом районе расположено очень много сталинских зданий. Мы искали проект, который мог бы гармонично вписаться в этот контекст. В результате пригласили итальянского архитектора Рикардо Бофилла, который может работать в таком стиле», - рассказал Эдуард Тиктинский.
Святослав Гайкович, заслуженный архитектор России, руководитель архитектурного бюро «Студия 17» констатировал, что основной инструмент, который поможет отобрать лучшее в архитектуру современного Петербурга – это проведение конкурсов. «Если посмотреть, то за последние 10 лет в Петербурге число конкурсов по крупным проектам, таким как новая Голландия, Пулково-3 и так далее, можно перечислить по пальцам одной руки. А если б мы попытались посчитать конкурсы в Финляндии, то не хватило б и волос на голове», - прокомментировал он.
В свою очередь Эдуард Тиктинский уверен, что именно проекты общественных объектов должны реализоваться с привлечением международных конкурсов, во время которых будут отобраны, действительно, «жемчужины архитектуры». «Но это должны быть бескомпромиссные конкурсы с авторитетным жюри и с правильным техническим заданием», - подчеркнул Эдуард Тиктинский.
Олег Романов добавил, что Петербург не должен превращаться в город-музей. «Многие специалисты считают, что в каждом городе есть архитектурный мусор, который нужно удалять, чтобы на этом месте строить достойные здания. Петербург не исключение. Но, к сожалению, последнее время все идут на поводу у градозащитников, которые очень часто перегибают палку», - заключил он.
Активно развивающийся рынок ипотечного кредитования локомотивом тянет за собой и развитие рынка страхования жилья. Судя по текущему состоянию рынка ипотечного кредитования, по итогам 2013 года страховщики могут ожидать 25-30% роста в сегменте страхования жилья.
На фоне сохранения сравнительно высоких темпов роста рынка ипотечного кредитования наблюдалось и довольно динамичное расширение сегмента страхования недвижимости. Вместе с тем Максим Клягин, аналитик УК «Финам Менеджмент», отмечает, что популярность добровольного страхования в этой сфере в целом остается сравнительно невысокой (страхование жилья является обязательным требованием только при оформлении ипотечного кредита, заемщик по закону обязан застраховать объект залогового обеспечения).
«Согласно различным измерениям, услугами добровольного страхования имущества пользуется менее 10% населения – данный показатель в несколько раз ниже уровней, характерных для развитых стран. Стоит отметить, что даже на наиболее капиталоемком столичном рынке, по экспертным оценкам, на индивидуальных условиях застраховано менее 5% столичного квартирного фонда. На наш взгляд, основное давление на темпы развития данного сегмента рынка страхования оказывает прежде всего сравнительно низкий уровень платежеспособного спроса. Вместе с тем потенциал развития подобного вида страхования, безусловно, весьма существенный. Собственников жилой недвижимости становится все больше, развивается культура страхования в целом. По мере дальнейшего развития этих процессов вполне может увеличиваться и спрос на подобные предложения. В европейских странах большая часть частного жилья – в среднем до 70-80% – застрахована», – рассуждает господин Клягин.
Ключевые сегменты
Генеральный директор страхового общества «Помощь» Александр Локтаев говорит, что сегодня чаще всего задумываются о страховании имущества собственники загородных домов и квартир уровня бизнес и люкс. Когда на ремонт, отделку затрачены значительные суммы, в помещениях присутствует дорогое имущество, собственник понимает, чем он рискует. «Тарифы на страхование имущества достаточно стабильны на протяжении 2-3 лет, и в ближайшее время роста или снижения тарифов мы не прогнозируем», – говорит господин Локтаев.
Александр Конышков, директор Северо-Западного регионального центра ЗАО «Райффайзенбанк», полагает, что по итогам 2013 года рост рынка страхования жилья составит 25-30%. «Что довольно хорошо, принимая во внимание макроэкономическую ситуацию в мире и состояние российской экономики», – радуется он.
Несколько более сдержанным будет рост страхования загородного жилья. Александр Замула, начальник управления андеррайтинга имущества и ответственности «Либерти Страхование», говорит: «При стабильной макроэкономической ситуации в стране можно прогнозировать рост страхования в данном сегменте по итогам года в среднем на 15-20%. Популярность страхования загородной недвижимости на данный момент времени напрямую зависит от повышения уровня доходов населения, и, соответственно, от роста объемов рынка загородной недвижимости».
Несколько факторов
Тарифы на полисы страхования загородной недвижимости зависят от многих факторов, таких как материал строений, год постройки, территория страхования, меры безопасности (охранные, противопожарные системы), страховая сумма, наличие франшизы и прочих факторов.
Сегодня коммерческая страховка жилой недвижимости предполагает достаточно широкий список различных страховых случаев и вариантов покрытия страховых рисков – от залива водой, пожара, взрыва бытового газа или противоправных действий третьих лиц до стихийных действий, попадания молнии и т. д. или даже террористического акта, или, например, отдельного страхования конструктивных элементов квартиры или дома. Также на рынке представлены и комплексные страховые продукты, которые позволяют застраховать квартиру (другую недвижимость), движимое имущество и гражданскую ответственность (например, на случай временного, скажем, сезонного изменения места жительства). Соответственно, существенно варьируется и стоимость, и срок действия полисов. В среднем страховка стандартной квартиры может обойтись в 0,5% от прописанной в договоре страховой суммы. Цена же различных более или менее стандартных полисов может варьироваться в очень широком диапазоне – от нескольких тысяч до нескольких десятков тысяч рублей.
«На данный момент конкуренция на рынке страхования загородной недвижимости достаточно высокая, каких-то глобальных изменений в тарифах в ближайшие несколько лет на рынке, по моему мнению, не будет. Возможна небольшая корректировка тарифов в большую или меньшую сторону в зависимости от портфелей компаний и ситуации на рынке», – полагает господин Замула.
«На рынке наблюдается баланс спроса и предложения. Цены стабильны – серьезного повода для демпинга цен или резкого роста цен нет», – уверен господин Конышков.