Баланс для агломерации
Комитетом по градостроительству и архитектуре Петербурга совместно с Комитетом по архитектуре и градостроительству Ленинградской области ведется работа над созданием Концепции совместного градостроительного развития Петербурга и территорий Ленинградской области. Документ должен быть готов в мае текущего года. Портал asninfo.ru публикует основные положения Концепции, разработанные областным Комитетом по архитектуре.
Генплан Ленинграда и Ленинградской области, определивший развитие до 2005 года, предусматривал размещение перебазируемых из Ленинграда и вновь создаваемых филиалов ленинградских производств, научных учреждений, учебных заведений, опытно-экспериментальных баз, учреждений отдыха и спорта в прилегающих районах Ленинградской области. Расчетная численность населения города и области планировалась 7200 – 7350 тыс. человек, в том числе в области – 1800-1850 тыс. человек. Спустя 30 лет, в начале 2017 г., суммарная численность населения двух субъектов Российской Федерации составила 7074 тыс. чел., а перебазирование практически не осуществлено.
В постсоветский период взаимодействие в вопросах градостроительного развития Петербурга и Ленинградской области было, мягко говоря, недостаточным. Ввиду того, что в Ленинградской области полномочиями по утверждению генеральных планов поселений до 2015 года были наделены органы местного самоуправления, в документах территориального планирования зачастую решались сиюминутные задачи по созданию наиболее быстро окупаемых объектов. В результате на стыке города и области возникли социально-экономические, инженерно-транспортные и экологические проблемы. Последствиями крупномасштабного жилищного строительства стали несоответствие объемов и темпов жилищного строительства развитию транспортной инфраструктуры. Кроме того, возникли проблемы, связанные с отставанием развития социальной инфраструктуры, с потерей части рекреационных зон, резким сокращением неурбанизированных территорий, уплотнительной застройкой сложившихся жилых кварталов.
Решить эти проблемы призвана Концепция совместного градостроительного развития Санкт-Петербурга и территорий Ленинградской области. Главная особенность этого документа в том, что это совместный документ, увязывающий цели, задачи и интересы двух субъектов и создающий условия для сбалансированного развития каждого из них.
Учитывая горизонт планирования - более 30 лет, в Концепции могут быть обозначены лишь самые общие стратегические цели и направления градостроительных преобразований. Концепция - документ добровольного применения всеми участниками градостроительной деятельности, поскольку действующим законодательством такой вид градостроительной документации не предусмотрен. Структура и полномочия органов государственной власти и органов местного самоуправления Санкт-Петербурга и Ленинградской области существенно различаются, поэтому будут различаться и механизмы реализации Концепции.
Концепция разрабатывается для территории взаимовлияния Санкт-Петербурга и части территории Ленинградской области. Это взаимовлияние проявляется в природных процессах, а также в социально-экономических и инженерно-технических сферах жизнедеятельности.
Санкт-Петербург и крупные населенные пункты Ленинградской области расположены по восточной границе зоны урбанизированных, издавна освоенных территорий. Эта граница в форме дуги с условным названием «Зеленая дуга» включает территории России «от моря до моря». В пределах «Зеленой дуги» актуальна проблема сохранения межурбанизированных территорий с ограниченным хозяйственным использованием и застройкой.
Санкт-Петербург и Ленинградская область - это единый природный, военно-инженерно-транспортный комплекс, единый рынок труда. Ежедневный поток на работу из Ленинградской области в Санкт-Петербург составляет около 200 тыс. человек, из Санкт-Петербурга в область — около 50 тыс. человек.
Санкт-Петербург оказывает мощное градоформирующее и центрообразующее влияние на прилегающую часть Ленинградской области в сфере экономики, культуры, науки, просвещения, здравоохранения, спорта, торговли и банковской деятельности, высоких технологий и инноваций, мест приложения труда, инженерно-технических ресурсов. Вместе с тем, Санкт-Петербург - мощный источник антропогенного и техногенного воздействия на природный комплекс Ленинградской области. Санкт-Петербург потребляет природные ресурсы, воспроизводимые на территории, значительно превышающей по площади его собственную территорию. Так, по данным Петростата, в 2014 году Санкт-Петербургом забрано 983 млн. куб. метров воды из природных водных источников, что эквивалентно естественному стоку воды, который производит территория площадью около 3500 кв. км, что в 2,5 раза больше территории Санкт-Петербурга. Всего за 2015 год в атмосферу Санкт-Петербурга выброшено 379 тыс. т оксида углерода. Такое количество может быть ассимилировано растительностью на площади более чем в 5 раз превышающей площадь Санкт-Петербурга. В летнее время население области практически удваивается за счет населения Санкт-Петербурга.
В границы зоны взаимовлияния включены территории Санкт-Петербурга, территории Ленинградской области в границах Всеволожского, Ломоносовского, Гатчинского и Тосненского муниципальных районов, территории городского округа Сосновый Бор, а также часть территории Выборгского, Волосовского, Кировского, Приозерского муниципального района (83 поселения и 1 городской округ). Общая площадь территории взаимовлияния (в части территории Ленинградской области) – 15,3 тыс. кв. км. На ней проживает 1005 тыс. человек. В зоне взаимовлияния выделена зона (территория) интенсивной урбанизации. В Ленинградской области в нее входят 57 поселений, имеющие площадь 7,3 тыс. кв. км с населением 773 тыс. чел.
Концепция совместного градостроительного развития в части Ленинградской области базируется на Стратегии социально-экономического развития Ленинградской области до 2030 года, утвержденной областным законом № 76-оз от 08.08.2016. Приоритетами Стратегии являются создание комфортных для проживания поселений, развитие транспортно-логистического комплекса, промышленности, производства продуктов питания, здравоохранения и образования. Приоритеты реализуются через стратегические проектные инициативы - комплексы конкретных проектов развития.
Принятый Стратегией в качестве целевого реалистичный сценарий предполагает самостоятельное развитие региона на основе равноправного партнерства с Санкт-Петербургом. Основа реалистичного сценария - модернизация традиционных секторов промышленности, кластерное развитие.
При разработке Концепции в части Ленинградской области в качестве главных приоритетов градостроительного развития до 2050 года приняты:
- социально-экономическое и инфраструктурное развитие;
- экологическая, экономическая и инженерная безопасность;
- комфортная среда жизнедеятельности.
Приоритеты явились основой для подготовки вариантов пространственного развития территорий Ленинградской области, прилегающих к Санкт-Петербургу. Эти варианты были разработаны проектными организациями, осуществляющими деятельность как на территории Санкт-Петербурга, так и на территории Ленинградской области: ООО «Студия 38», ООО «К-7», ООО ИТП «УРБАНИКА», ООО НПИ «ЭНКО». Один из вариантов был подготовлен Комитетом по архитектуре и градостроительству Ленинградской области.
Несмотря на имеющиеся различия в вариантах, общими принципами пространственного развития территорий Ленинградской области, прилегающих к Санкт-Петербургу, определены следующие:
- перемещение основного вектора градостроительного развития с северного на южное направление («глобальность»);
- ограничение застройки территорий, обеспечивающих устойчивое функционирование водно-бассейновых систем и сохранение природной ландшафтной структуры территории («структурность»);
- развитие транспортно-планировочного каркаса на основе радиально-кольцевых и хордовых транспортных направлений («компактность»);
- сохранение и развитие дисперсной структуры производственных, транспортно-логистических, рекреационных, сельскохозяйственных зон, с определением приоритетного функционального использования по основным планировочным направлениям («функциональность»);
- организация нескольких планировочных центров экономического роста и развития («полицентризм»):
- близость новых жилых комплексов и мест работы и отдыха («автономность»).
Исторически основное градостроительное развитие было сконцентрировано южнее и юго-западнее Санкт-Петербурга, что связано, в первую очередь, с природными условиями, а также с необходимостью надежных транспортных связей с внутренними районами страны. В 60-е годы XX века вектор развития (в основном, массового жилищного строительства) переместился на северо-запад, север и восток. Этот процесс был объективно связан с формированием промышленных зон и объектов специального назначения на южных подходах к Ленинграду, препятствующих формированию новых крупных жилых массивов. При этом Карельский перешеек всегда рассматривался как ценнейший природный комплекс, имеющий важное средозащитное и рекреационное значение. Следует отметить, что Карельский перешеек узок, а Нева является не только крупнейшей градостроительной и композиционно-эстетической осью, но и существенным препятствием для транспортно-планировочной связности и Санкт-Петербурга, и Ленинградской области.
Тенденция интенсивного градостроительного развития северной части Санкт-Петербурга и прилегающих территорий Ленинградской области сохраняется и в последние десятилетия и предлагается в ближайшей перспективе согласно генеральным планам поселений. Именно территории во Всеволожском муниципальном районе Ленинградской области характеризуются наиболее высоким показателем плотности населения и прироста жилой площади в соответствии с генеральными планами. При этом основные места приложения труда сосредоточены в правобережной части Санкт-Петербурга, что порождает избыточные транспортные потоки и является одной из причин транспортных пробок у мостов через Неву.
Развитие территорий для жилищного строительства и размещения производственных объектов и общественно-деловых комплексов целесообразно последовательно и постепенно концентрировать южнее Санкт-Петербурга. Южное развитие города и области стимулируют также и новые центры урбанизации (например, Морской торговый порт в Усть-Луге), и новые транспортные направления континентального и федерального уровней (автодороги Москва - Санкт-Петербург, Европа – Западный Китай), а также крупные инвестиционные проекты, такие как создание аэропорта совместного базирования в пос. Сиверский, строительство кампуса Санкт-Петербургского государственного университета в пос. Верево под Гатчиной.
Реализация главных приоритетов градостроительного развития возможна только путем обеспечения экологического равновесия, создания полноценного природного каркаса, обеспечивающего устойчивое, эффективное, долговременное социально-экономическое развитие.
Природный каркас территории – это непрерывная в пространстве, крупноячеистая сеть территорий. Природный каркас сформирован на основе водно-бассейнового принципа и включает в себя области питания, разгрузки, стока поверхностных и подземных вод, являясь частью ландшафтно-гидрологической системы. На региональном уровне каркас сформирован из полос приводораздельных территорий. Ширина этих полос обеспечивает устойчивый сток малых водотоков (рек и ручьев) в период межени. На локальном уровне в каркас входят также долины рек и ручьев, являясь естественным фильтром и переводя поверхностный сток в подземный. Природный каркас, охватывая территории вдоль бортов речных долин, бровок склонов и уступов рельефа, цепочек гряд и холмов, других естественных границ ландшафтов, выполняет также функцию визуального барьера, предотвращая «сращивание» отдельных крупных массивов застроенных территорий.
Преимущественное назначение территорий, отнесенных к природному каркасу – природоохранное и рекреационное. Площадь природного каркаса в границах зоны взаимовлияния составляет 37 % от общей площади зоны.
Природный каркас включает не только природные элементы, но и хозяйственно используемые территории и не является зоной запрещения строительства. В пределах каркаса развитие производственной, жилой и иных функций должно осуществляться на основе природно-экологических приоритетов, упор должен быть сделан на реконструкцию и реновацию.
Внутри ячеек природного каркаса на межкаркасных территориях возможны и необходимы градостроительные преобразования различной степени интенсивности. Межкаркасные зоны в Концепции рассматриваются как территориально-планировочные образования на основе взаимосвязанного расселения и размещения производства - территориальные экономико-социально-природные комплексы. Сама идея формирования самодостаточных комплексов по принципу замкнутости баланса «труд-быт-отдых» далеко не нова. Новизна состоит в том, что границами этих комплексов в Концепции выступают оси природного каркаса. Планировочными центрами комплексов являются как существующие традиционные городские центры, такие как Гатчина, Сосновый Бор, Всеволожск, Тосно, Волосово, Кировск-Шлиссельбург, так и новые потенциальные центры: Никольское, Сиверский-Вырица, Ропша, Виллози.
Главным элементом транспортно-планировочного каркаса, пронизывающего природный каркас, является международный транспортный коридор (МТК «Север - Юг»). Этот коридор обеспечивает транзитную связь через Россию Северной Европы с государствами Персидского залива и Индией. Концепцией предлагается трассировка МТК «Север - Юг» в обход Санкт-Петербурга по планируемому «Глубокому западному обходу Санкт-Петербурга», который включает в себя западную часть автомобильной дороги «Магистральная» Кировск - Мга - Гатчина - Большая Ижора. Необходимость строительства «Глубокого западного обхода Санкт-Петербурга» возрастет с развитием морского многофункционального перегрузочного комплекса «Бронка» и морского торгового порта Приморск.
Одним из перспективных международных транспортных коридоров является «Европа - Западный Китай» в обход Москвы, через Ярославль, Вологду. Концепцией предусмотрена трасса «Европа - Западный Китай» в обход Санкт-Петербурга по планируемой автомобильной дороге «Тихвин – Кириши - Нарва» южнее автомобильной дороги «Магистральная» с продолжением до морского торгового порта Усть-Луга. На базе планируемого автодорожного маршрута «Усть-Луга – Кириши – Тихвин» предлагается формирование дуговой магистрали с выходом на автомобильную дорогу федерального значения «Кола».
Ключевую роль для устойчивого развития зоны имеет реализация проекта широтной южной скоростной автомобильной дороги КАД-2, которая создаст не только удобную широтную связь между нецентральными районами зоны, но и позволит формировать центры активности в зонах пересечений с главными вылетными магистралями.
Предлагается организация нового радиального направления в продолжение скоростной городской магистрали с мостом через Неву вдоль Финляндского железнодорожного моста в створе улиц Фаянсовая - Зольная к планируемой автомобильной дороге «Усть-Луга – Кириши – Тихвин».
В отдаленной перспективе, за пределами 2050 года возможно строительство мостового перехода через Финский залив западнее Комплекса защитных сооружений Санкт-Петербурга от наводнений, что позволит существенно улучшить транспортную ситуацию на подходах к Санкт-Петербургу с юга и снизить транспортную нагрузку на Карельский перешеек севернее и восточнее Санкт-Петербурга.
Основные элементы развития железнодорожного транспорта - строительство высокоскоростной пассажирской магистрали «Москва - Санкт-Петербург», северо-восточного железнодорожного обхода Санкт-Петербурга для пропуска грузового потока в направлении Республики Финляндия и морских портов на северном берегу Финского залива, вынос сортировочной станции из Санкт-Петербурга во Мгинское городское поселение Кировского муниципального района Ленинградской области.
Важную роль играет реализация проектов в сфере общественного транспорта, как на базе реконструкции существующей железнодорожной сети, так и путем создания линий легкорельсового транспорта. В первую очередь проекты наземного легкорельсового транспорта свяжут станции Петербургского метрополитена с активно развивающимися центрами у границ Санкт-Петербурга (Сертолово, Бугры, Мурино, Янино, Всеволожск, Кудрово, Новоселье), что усилит ежедневные трудовые и культурно-бытовые связи Санкт-Петербурга и Ленинградской области.
Оптимизировать градостроительное развитие зоны взаимовлияния предлагается путем выделения преимущественной функциональной специализации территорий по основным планировочным направлениям:
ЮЖНОМУ, ЮГО-ЗАПАДНОМУ – развитие жилых зон (преимущественно на основе малоэтажной застройки с отдельными ядрами среднеэтажной застройки), общественно-деловых зон (с созданием крупных образовательных, культурных и туристических центров), зон сельскохозяйственного использования с созданием новых рабочих мест;
ЮГО-ВОСТОЧНОМУ - развитие производственных зон с размещением крупных объектов коммунальной и транспортной инфраструктуры;
СЕВЕРНОМУ, СЕВЕРО-ЗАПАДНОМУ - развитие туристско-рекреационной функции с сохранением ценных природных ландшафтов Карельского перешейка и защитой от дальнейшей урбанизации.
Несмотря на активный ввод в последние годы офисных площадей высокого класса, в Петербурге по-прежнему высока доля бизнес-центров класса С. Нередко собственник берется реконструировать объекты, чтобы повысить их класс. Но ремонт еще не гарантирует того, что объект станет пользоваться большим спросом.
Зачастую многие девелоперы, имеющие в собственности офисные здания класса С, проводят реновацию объекта, то есть освежают ремонт, сносят ненесущие стены, чтобы сделать более удобные планировки, пристраивают к зданию новую часть, которая изначально включает системы вентиляции и кондиционирования.
Существуют примеры, когда подобные здания стоят без ремонта, и в конечном итоге собственник объединяет несколько зданий или пристраивает новое, вносит изменения в проект инженерии, устанавливает системы кондиционирования и вентиляции, где это возможно, и впоследствии позиционирует это здание как бизнес-центр класса В+.
Альберт Харченко, генеральный директор East Real, отмечает, что оценить окупаемость затрат на реконструкцию таких объектов непросто. «Есть охраняемые здания, которые сложно снести или надстроить, поэтому девелоперы идут именно по пути реконструкции. Если же есть возможность сноса здания, большинство собственников выбирает строительство нового высококлассного объекта с продуманной логистикой для более эффективного использования площадей, тем самым уменьшая срок окупаемости. Некоторые собственники, чтобы не вкладывать большие деньги в реконструкцию, просто освежают ремонт и устанавливают сплит-системы, после чего позиционируют себя как класс В и повышают арендные ставки на 10-15%», – рассказывает господин Харченко.
Максим Клягин, аналитик УК «Финам Менеджмент», добавляет: «Учитывая рост конкуренции, решение провести обновление концепции и комплексную реконструкцию объекта, полагаю, выглядит вполне целесообразно. Эффективная реализация проекта комплексной реконструкции вполне может способствовать значительному росту конкурентоспособности объекта, повышению трафика и, соответственно, росту рентабельности за счет увеличения ставок аренды в среднем не менее чем на 15-20%». По его примерным оценкам, инвестиции в подобный проект могут варьироваться в диапазоне 1-2 тыс. USD/кв. м в зависимости от текущего технического состояния объекта и масштабов преобразований.
Примеры повышения классности объекта в сегменте бизнес-центров класса С не редкость для Санкт-Петербурга. Владислав Фадеев, руководитель отдела исследований компании JLL в Санкт-Петербурге, вспоминает, что еще в 2009 году была проведена полная реконструкция и реставрация офисного центра «Медведь» (в настоящий момент БЦ относится к классу В), который функционирует в качестве офисного объекта с 1995 года. «Еще один пример – бизнес-центр Scandinavian House, который в результате реконструкции 2011 года достиг класса В+», – добавляет он.
Впрочем, не всегда повысить классность объекта можно, просто реконструировав его. Ольга Пономарева, вице-президент ГК Leorsa, рассказывает: «Мне известно множество попыток переформатировать офисный центр низкого класса в более высокую категорию, но такие факторы, как локация, а зачастую и планировка, и инженерные сети, достаточно сложно поддаются «апгрейду».
В последнее время (особенно в Москве) стали появляться проекты, когда офисные помещения низкого класса переформатируются под иную функцию, чаще всего под апартаменты, которые также имеют функциональное назначение не как жилые помещения, а как коммерческие.
Мнение:
Альберт Харченко, генеральный директор East Real:
– На сегодняшний день ставки аренды в бизнес-центрах класса С находятся в диапазоне от 500 до 1000 рублей за 1 кв. м. В Петербурге слишком невелика разница в стоимости аренды помещений в бизнес-центрах классов В и С, при этом, безусловно, все зависит от месторасположения объекта. Есть масса примеров, в частности в Московском районе, где арендаторы готовы платить около 1000 рублей за 1 кв. м в классе С, поскольку главным фактором остается локация и удобство выезда.
Вопросы безопасности жилья сегодня не входят в топ-5 запросов покупателей. Однако задуматься над ними необходимо, считают эксперты. Что именно входит в набор-минимум по обеспечению жилья атрибутами безопасности, обсудили участники заседания круглого стола «Мой дом – моя крепость», организованного газетой «Строительный Еженедельник» при поддержке «Контактного центра строителей».
Валерий Грибанов, главный редактор газеты «Строительный Еженедельник», модератор
Елена Шишулина, директор по маркетингу ЗАО «УК «СТАРТ Девелопмент»
Александр Власенко, руководитель отдела продаж жилой недвижимости АН «АРИН»
Анна Калинина, руководитель отдела элитной жилой недвижимости компании ASTERA St.Petersburg
Аркадий Глумов, руководитель проектно-технического отдела датского производителя автоклавного газобетона ООО «Н+Н»
Надежда Калашникова, директор по развитию компании «Л1»
Мария Уткина, андеррайтер управления андеррайтинга имущества и ответственности ОАО «Либерти Страхование»
Евгений Ширстов, юрист «Дювернуа Лигал»
Оксана Дмитриева, ведущий специалист по страхованию имущества Северо-Западного дивизиона «Группа Ренессанс страхование»
Юрий Федоров, директор ассоциации «Бетон Северо-Запад»
Арсений Васильев, генеральный директор ГК «УНИСТО Петросталь»
Антон Бугаков, руководитель коммерческой службы АН «Секьюрити»
Александр Власов, генеральный директор ООО «РусФайберсон»
Екатерина Немченко, директор департамента жилой недвижимости компании Knight Frank St.Petersburg
Татьяна Беляева, начальник управления розничных продаж «Санкт-Петербургский филиал ОАО «СОГАЗ»
Валерий Грибанов:
– Что в современном понимании является безопасным жильем? Зависит ли уровень безопасности от класса жилья?
Елена Шишулина:
– Безопасным является жилье, в котором безопасно существуют человек, его семья, животные и вещи. Если говорить о сегменте загородного жилья, то здесь дом, как правило, и является крепостью. Страхи людей, приобретающих такую недвижимость, связаны с пожаром и с проникновением в дом злоумышленников. Поэтому за городом активно используются роллетные системы, злые собаки. И вообще такие покупатели гораздо чаще обращаются к страхованию жилья. Как правило, страховой полис приобретается сразу после получения свидетельства о собственности, еще до начала ремонтных работ в доме, несмотря на то, что сумма страхового взноса выше, чем при покупке квартиры в городе. Люди, приобретающие загородное жилье, уделяют большое внимание тому, как организована безопасность в коттеджном поселке: есть ли забор, охрана, видеонаблюдение. Отсутствие этих элементов может стать причиной отказа от покупки. Если говорить о квартирах, то в сегменте эконом-класса люди меньше внимания уделяют вопросам обеспечения безопасности жилья. Например, в городе-спутнике «Южный» мы не планируем огораживать дворы, но намереваемся предусмотреть по желанию жильцов видеонаблюдение.
Валерий Грибанов:
– Какие опасения есть у покупателей городского жилья?
Александр Власенко:
– Покупателей городских квартир беспокоит в первую очередь риск проникновения в дом злоумышленников. Поэтому доступ предпочтительно должен быть обеспечен по магнитным картам, через домофон или службу консьержей. В жилье высокого класса эти и другие меры безопасности есть в каждом доме, а в объектах массового спроса они устанавливаются выборочно.
Валерий Грибанов:
– Возникают ли у покупателей жилья вопросы, связанные с безопасностью конструктива зданий?
Анна Калинина:
– Основная фобия покупателей элитной недвижимости – это газобетон. Есть клиенты, которые, к примеру, узнают, что где-то при строительстве дома использовался газобетон, и сразу отказываются от покупки. Застройщики говорят, что эти опасения ничем не обоснованы, но некоторые покупатели считают, что этот материал несовершенен, разбухает и т. д. В элитном сегменте покупатели предпочитают все натуральное. К примеру, выбор делается в пользу деревянных стеклопакетов, так как считается, что дерево «дышит». Застройщики жилья высокого класса постоянно акцентируют внимание на том, что все используемые ими материалы являются экологически чистыми, натуральными и не пожароопасными.
Валерий Грибанов:
– Часто ли приходится разъяснять потенциальным потребителям, насколько безопасен материал? Есть ли на рынке материалы, которые сомнительны с точки зрения безопасности?
Аркадий Глумов:
– Застройщики используют газобетон при строительстве высотных и малоэтажных домов, и связано это в первую очередь со стоимостью материала и техническими требованиями к нему. Что касается потребителей, то проблема в их неосведомленности. На рынке присутствуют производители похожего материала, но по характеристиками он значительно хуже, так как используются ингредиенты низкого качества. Мы боремся с недоверием потребителей к газобетону, проводим роуд-шоу и демонстрируем характеристики нашего материала. Слухи о газобетоне рождаются и на почве высокой конкуренции. Между тем по российским ГОСТам газобетон относится к классу негорючих материалов. С точки зрения огнестойкости и безопасности этот материал является одним из передовых. Стены из газобетона могут быть брандмауэрами, то есть предотвращать проникновение огня из одного помещения в другое. Также газобетонные стены могут быть несущими.
Валерий Грибанов:
– Около десяти лет назад в СМИ (видимо, по чьему-то заказу) проводилась кампания против монолитного домостроения. Есть ли сейчас повод говорить о безопасности жилья с точки зрения используемых при строительстве материалов?
Надежда Калашникова:
– В этой связи можно вспомнить проблему с запахом аммиака в некоторых новостройках. А вообще все материалы, которые имеют пожарно-гигиенический сертификат, по определению являются безопасными. Другое дело, что на этапе проектирования каждый застройщик и проектировщик должен соблюдать все эти нормы, нагрузки на конструкции должны быть строго рассчитаны. Еще есть проблема паропроницаемости и теплопроводимости материалов. Сейчас активно используются вентилируемые фасады, тем не менее, существует проблема, когда точка росы находится в квартирах жильцов. Также проблемы появляются, когда строительство ведется на территории бывшего промышленного предприятия. Существует пять степеней заражения почвы, и в зависимости от этого принимаются меры по ликвидации зараженного слоя. Не все застройщики очень пунктуально относятся к вопросу дезактивации почвы, а ведь это весьма важно. Еще одной проблемой может являться электромагнитное излучение. Дома нередко строятся в непосредственной близости от подстанций и около линий электропередач. Многое зависит от добросовестности застройщиков и поставщиков строительных материалов. Нормы существуют, и они одинаковы для всех сегментов жилья.
Валерий Грибанов:
– Если строительство ведется рядом с ЛЭП, то наверняка там тоже соблюдены необходимые нормы. Насколько я знаю, должно быть выдержано определенное расстояние от дома до ЛЭП.
Надежда Калашникова:
– Я, как и мы все, наверное, не раз замечала в некоторых местах несоблюдение требований по расстоянию от жилых домов до линий электропередач. Более того мне кажется, что городское правительство некоторым образом заинтересовано в том, чтобы избавляться от таких участков, как свалки и т. д. И как раз за счет застройщика они решают данную проблему – и еще получают деньги за эти участки.
Валерий Грибанов:
– Не появились ли у страховых компаний новые продукты в связи, например, с аммиачной проблемой?
Мария Уткина:
– Таких продуктов не появилось. Страховые компании – это не благотворительные организации, и они не готовы нести убытки и возмещать средства по таким рискам. А поскольку проблемных с точки зрения аммиака объектов в городе не так уж и мало, убытки будут. К тому же, когда объект принимается на страхование, сложно определить, что будут такие последствия. А страховой компании необходимо понимать, как в случае наступления страхового события она будет выплачивать пострадавшему средства.
Вообще у нас в стране страхование не настолько окультурено, как например в США и Европе. Наши люди в большинстве своем еще не готовы брать на себя обязательства по страхованию своего имущества.
Евгений Ширстов:
– С точки зрения юриста довольно сложно просчитать, как такой риск, как аммиачный запах, можно компенсировать, так как это оценочная категория. Когда человек вселяется в квартиру и ощущает запах аммиака, то каждый оценивает свои убытки по-разному.
Юрий Федоров:
– Аммиачная проблема остро существует уже четвертый год. Установить виновника сейчас очень сложно. Вообще, по технологии никакого свободного аммиака в бетоне быть не может. Предварительные исследования показывали, что это грубое нарушение технологии. Сейчас проблема практически снята, и то, что появляется, это уже остатки.
Валерий Грибанов:
– Насколько остро стоит проблема с проникновением злоумышленников в жилье и как ее можно предупредить? Какова доля жилья, оборудованного системами безопасности?
Антон Бугаков:
– На сегодняшний день доля жилья, оборудованного системами защиты от проникновения, составляет менее 3% от общего числа. Люди считают, что охрана – это дорого и неэффективно, и лучше просто застраховать жилье. Однако это не так. Нужен комплексный подход. Охрана предотвращает проникновение, имущественные потери, а страховая компания – возмещает понесенные убытки. К тому же, если в квартире установлены системы безопасности, страховка обойдется дешевле. Застройщики жилья высокого класса, как правило, продумывают системы безопасности дома, а в жилье массового спроса данный вопрос зачастую приходится решать самим покупателям. Вообще, если в доме установлена система видеонаблюдения, есть консьерж и контроль доступа, то никакие воры туда не полезут. Это бессмысленно, так как большинство домов таких системами не оборудованы и доступ туда менее затруднен. Частному лицу поставить квартиру под охрану стоит порядка 10 тыс. рублей. Если добавить пожарную безопасность, то стоимость вырастет еще на 1,5 тыс. рублей. Для компании, которая озаботилась системами безопасности жилья на этапе застройки, это обойдется на 50% дешевле.
Екатерина Немченко:
– Есть люди, которые очень придирчиво относятся к материалам, использованным при строительстве дома. Но большинство покупателей эти вопросы не поднимают. Современное домостроение растет вверх, появились 25-этажные дома. Соответственно, были внесены изменения в СНИПы по пожарной безопасности, появились строгие требования для обеспечения доступности объекта для маломобильных групп и т. д. Можно сказать, что современные дома более безопасны с точки зрения проживания, чем те, которые строились в советские времена. Для каждого сегмента жилья есть свой набор атрибутов, обеспечивающих безопасность. Для элитного жилья – это закрытая территория, видеокамеры с записью, кодовые замки, служба консьержей или диспетчеризация на несколько подъездов. В жилье массового сегмента установка тех или иных систем остается на усмотрение застройщика. Чтобы повысить потребительские качества объекта, компании устанавливают кодовые замки, видеонаблюдение, металлические двери и т. д. Мы сравнили стоимость квартир в новостройках массового сегмента, где нет никаких систем безопасности и где установлены такие системы, и оказалось, что разница в цене составляет всего 3%. Интересно, что покупатели жилья бизнес-класса, где есть служба консьержей и прочие системы безопасности, не хотят потом платить за эти услуги. Менталитет людей таков, что они хотят жить в безопасности, но не хотят за это платить. В итоге даже оборудованные необходимыми системами безопасности дома превращаются в то, что мы привыкли видеть в жилье старой застройки.
Валерий Грибанов:
– Влияет ли наличие охранных систем на стоимость страхового полиса?
Оксана Дмитриева:
– Огороженная территория и наличие охранных систем удешевляет стоимость полиса на 10%.
Валерий Грибанов:
– Какое внимание вопросам обеспечения безопасности уделяется в жилье массового спроса?
Арсений Васильев:
– Если говорить о безопасности самого строения, то современные здания безопасны. Для обеспечения пожарной безопасности вводятся новые требования, и сейчас любой новый дом оборудован автоматической противопожарной защитой. Однако разработка современных норм и требований сейчас находится на более низком уровне, чем в советские времена, и они вступают между собой в противоречия. Например, когда в доме срабатывает датчик, должно происходить и дымоудаление, то есть воздух, который находится на лестничной площадке, должен удаляться. Для этого включаются мощные вентиляторы, которые высасывают весь воздух, находящийся внутри. Существуют определенные требования к выходам, чтобы люди могли в случае опасной ситуации покинуть здание и выбежать на улицу. Есть требования к так называемым противопожарным дверям, которые закрываются. В итоге в связи с недостаточной проработкой норм может произойти трагедия. Когда происходит дымоудаление, двери не открываются, так как вентиляторы действуют как насосы, и из-за разницы в давлении дверь просто невозможно открыть наружу. Если в это время человек окажется в местах общего пользования, то он попадет в ловушку. Таким образом, увеличение количества норм не всегда идет на пользу.
Надежда Калашникова:
– В пожарной безопасности существует норматив: расстояние от пожарной машины до подоконника последнего этажа здания должно быть не более 75 метров. Все, что выше, – это спецусловия, которые утверждаются Министерством строительства. Сейчас появляются объекты разной высотности, построенные из разных материалов. Это несмотря на то, что СНИПы и ГОСТы действуют с 70-х годов двадцатого века. Тем не менее, инновации появляются и в строительной отрасли. В объектах, которые выше 75 метров, кроме клапанов дымоудаления в шахтах лифта есть и пожарные сухотрубы, которые идут по всей консоли многоэтажек. В нашем объекте «Лондон-парк» 25 этажей, и по спецусловиям там разработана система спуска людей с последних этажей в случае пожара. Специальные лестницы крепятся к парапетам, которые сделаны не из кирпича, а из железобетона.
Валерий Грибанов:
– Есть ли разница в тарифах на страхование жилья, которое находится в высотных домах, и в стандартных домах высотой менее 75 метров?
Оксана Дмитриева:
– Разницы в тарифах нет. Наша статистика убыточности говорит о том, что основными убытками являются не пожары, а заливы.
Валерий Грибанов:
– Насколько надежны сегодня системы пожаротушения в высотных домах? Требуют ли они какого-то дополнительного оборудования?
Александр Власов:
– Есть пожаробезопасность самой квартиры, а есть пожаробезопасность объекта. Это две разные вещи. При строительстве всегда экономят прежде всего на системах пожаробезопасности. Как правило, устанавливается самая дешевая система, которая срабатывает, когда пожар уже начался. И никакими нормами, правилами, требованиями, СНИПами эту проблему не решить. Согласно СНИПам, и сейчас используются дымовые извещатели, ведь в то время, когда эти СНИПы создавались, других просто не было. Но со временем появились совершенно новые системы. К примеру, наши системы широко используются в Европе в труднодоступных местах, что особенно важно для высотных зданий. Пожар, как правило, распространяется по вентиляционным каналам и лифтовым шахтам, но в этих местах в нашей стране обычно нет систем обнаружения пожара. Вообще системы профилактики и раннего обнаружения пожара на строительных объектах, как правило, не используются. Также не развита у нас и система автоматического пожаротушения в высотных зданиях. Кроме того, мы столкнулись с ситуацией, когда люди при ремонте квартиры в своих домах просто снимают извещатели пожара – потому что они мешают и потому что выглядят «некрасиво».
Арсений Васильев:
– Бесконтактные датчики работают на батарейках. Когда их заряд подходит к концу, датчик начинает пищать, и люди просто вытаскивают из него батарейку и забывают о нем навсегда. А вообще противопожарные системы, в том числе и автоматические, существуют, но вопрос в том, применены ли они в конкретных высотных домах. А это уже дело проектировщиков и застройщиков.
В целом, к сожалению, вопросов к строителям по поводу обеспечения противопожарной безопасности со стороны покупателей сейчас практически нет.
Екатерина Немченко:
– Складывается такая ситуация, что спасение утопающих – это дело рук самих утопающих. Так, среди моих клиентов, которые любят верхние этажи, есть те, кто укомплектовывает свои квартиры мини-парашютами.
Валерий Грибанов:
– Что, как правило, люди страхуют: имущество, которое есть в квартире, или саму «коробку»?
Татьяна Беляева:
– Если говорить о страховании жилья, то клиенты, как правило, стараются минимизировать свои затраты и страхуют только имущество и отделку квартиры. А при поражении огнем страдает и конструктив, то есть стены.
Валерий Грибанов:
– Часто девелоперы при продаже объектов делают акцент на том, что двор огорожен. Насколько это вообще правомерно?
Евгений Ширстов:
– Есть два варианта: первый – когда огораживается участок, который был сформирован под этот дом, и второй – когда огораживается проезд во внутренний двор, который никакого отношения к участку не имеет, особенно если он был сформирован по обрезу фундамента. Второй вариант, в случае, если не оформлено землепользование, находится вне закона. И люди, которые жалуются на такие действия, как правило, выигрывают такие споры. Город в таком случае пытается либо обязать заключить договор на право пользования этим участком, либо по решению прокуратуры эти шлагбаумы и заборы демонтируются. Если речь идет об участке, который находится под домом и является общим имуществом, то в случае наличия решения, принятого на общем собрании собственников жилья, установка ограждения законна. В старом фонде споры по поводу доступа во двор и проезда, как правило, возникают между владельцами коммерческих встроек и жителями таких домов. Результат спора зависит от того, как оформлен участок, на котором ограждение располагается.
Валерий Грибанов:
– Подобные спорные ситуации возникают и за городом. К примеру, коттеджный поселок, который находится на берегу озера, ставит забор, заходящий в воду.
Евгений Ширстов:
– Такие нарушения выявляются, как правило, в рамках государственного земельного контроля. У нас за это ответственен Росреестр. Проблема заключается в том, что в рамках этого дела необходимо доказать, что ответчик – это именно то лицо, имущество которого подлежит сносу. Если имущество ничейное, то такой забор или ограждение можно просто снести. Такие дела часто выигрываются, однако нередки случаи, когда после сноса забор через какое-то время появляется вновь.