Иголка, а не паяльник
В бизнес-центре «Невская ратуша» открылся публичный лекторий. Героями первого события в рамках проекта стали авторы концепции делового квартала – архитекторы Сергей Чобан и Евгений Герасимов.
В ходе лекции авторы рассказали о функциональном назначении композиционных и архитектурных решений, воплощенных в «Невской ратуше», объяснили, почему на площади перед деловым центром не будет деревьев и размышляли о том, в какой мере в современной архитектуре уместен элемент неожиданного.
Архитекторы также рассказали о своем проекте реновации «серого пояса». Ведь недавно объединенный консорциум архитектурных бюро Евгения Герасимова и Сергея Чобана стал победителем конкурса проектов преобразования промышленных зон, представив свое видение новой жизни территории Французского ковша.
Всплеск ансамблевой архитектуры
«Петербург – это город ансамблей, это большая протяженность зданий, созданных в одно и тоже время. Но сегодня создать большой комплекс из разных зданий в одно время – задача чрезвычайно сложная», – считает Сергей Чобан.
Тем не менее, «Невская ратуша» задумывалась архитекторами именно как ансамбль. «Идея, с которой мы победили в конкурсе, была смелой: она входит в разрез с современной тенденцией делать отдельные здания, либо контрастирующие, либо старающиеся походить на свое окружение. Здесь, как и в здании банка «Санкт-Петербург» и в «ЭкспоФоруме», мы старались создать ансамблевый кусок», – рассказывает Сергей Чобан.
«Наша идея была в том, чтобы расчленить весь комплекс на здание администрации, здание офисов и гостиниц. Сейчас каждое здание функционирует независимо друг от друга, у них разные собственники», – добавляет Евгений Герасимов.
«Нам показалось важным, чтобы центральный адрес города, связанный с новым зданием администрации, стал новой осью и новым градостроительным акцентом. Поэтому появилась короткая, но ясная ось на здание «Ратуши» со своей внутренней площадью», – говорит господин Чобан.
«Невская ратуша», по словам Сергея Чобана, – это последний большой всплеск ансамблевой архитектуры, для которой принцип стандартного контраста не уместен: «Если мы выбрали большой жест в градостроительстве, то надо стараться его поддержать. Тема главной оси здесь поддерживается системой колоннады, ясным четким вертикальным рядом пилонов».
Для архитекторов важны детали, позволяющие «поиграть» образом здания, удивить или даже ввести в заблуждение зрителя. Так, восьмиэтажное на первый взгляд строение выглядит как четырехэтажное, за счет парного соединения элементов этажей. Сергей Чобан называет это «благородным упрощением без потери монументализации». А аркады и колоннада по всему периметру – дают посетителю ощущение почти бесконечной протяженности здания.
Доля неожиданного
Одно из свойств современной архитектуры, по мнению Сергея Чобана, – быть гармоничной, сохранять гармонию похожего, но в своих частях также быть и более контрастной, чем 100 лет назад, в смысле присутствия неожиданного.
Необычная форма купола обусловлена как раз поиском такого контраста. «Взгляд современного зрителя пресыщен и быстро скользит по многим вещам, в том числе интересным, – аргументирует господин Чобан. – В современной архитектуре должен быть элемент, который как будто колет зрителя острой иголкой, чтобы взгляд останавливался на каких-то ее частях. Высота колоннады, форма купола – та иголка, которая не позволяет заснуть в том огромном потоке информации, с которым мы сталкиваемся каждый день».
«Именно легкое покалывание иголкой, а не пробуждение раскаленным паяльником, – развивает эту идею Евгений Герасимов. – Нужно доставлять новые ощущения и эмоции, но не за счет разрушения предыдущего. Ощущение, что мы всё в том же городе, должно сохраняться».
По его мнению, новые затейливые здания, возведенные рядом с образцами классической архитектуры, зачастую выигрывают внимание зрителя только за счет резкого контраста с окружающей застройкой. Гораздо сложнее – переосмыслить традицию, добавив в нее элементы нового. Но зато такой путь достойнее и интереснее для архитектора и безопаснее для города.
Каменный город и зеленые легкие
«Невская ратуша» – воплощение «каменного» Петербурга. Авторы концепции делового квартала осознанно не стали украшать ни внутреннюю площадь, ни периметр комплекса зелеными насаждениями. «Сама улица не предполагает деревьев, – объясняет Сергей Чобан. – Их не было до нас». Посадить деревья там, где их никогда не предполагалось, на взгляд архитектора, означало нарушить существующий профиль улицы.
«Последние два-три года мы живем под сильным давлением картинок с озелененными небоскребами и террасами, при этом центр Петербурга не очень зеленый (кстати, поэтому мы и предложили на конкурс «Серый пояс» – «зеленое легкое» на месте Французского ковша). Мы хотели сделать здесь часть «каменного города», Петербург для нас обоих – это скорее музыка в камне, чем в зелени», – объясняет намерения архитекторов господин Чобан. Деление на «каменный город» и «зеленые легкие» – характерная особенность Петербурга, уверены оба автора «Невской ратуши».
«Когда мы формировали идею проекта, мы держали в голове Пласа-Майор в Мадриде и Сан-Марко в Венеции, внутренние городские площади без деревьев, – продолжает Евгений Герасимов. – Петербург – город ясного и контрастного отношения к пространству. Это или улицы, где по красным линиям поставлены дома, или это парк. Где зелень – это четко зелень, где дома – это четко дома».
Схема жизни
Самый крупный объект ансамбля – здание администрации Петербурга – состоит из трех элементов: общественной зоны в пространстве первых двух этажей, купола со смотровой площадкой и заполненного ячейками офисов пространства между ними.
«Структура первого этажа – лофтового типа, – рассказывает Сергей Чобан. – Это общественная зона, где работники администрации и бизнес-центров перемешиваются друг с другом, и таким образом выполняется общественная функция «Ратуши», это продолжение внутренней площади квартала».
По идее архитекторов, за счет вертикальной «кровеносной системы» здания – лифта, поднимающего посетителей и сотрудников администрации из холла в купольную часть, – здание «проживается» и по вертикали. Его внутренняя жизнь кипит в «барабане» – от третьего этажа и до отметки купола. Чиновников развозят по рабочим местам лифты, расположенные в углах зданиях.
«Это здание управления городом и в первую очередь – общения с горожанами. И это не очень обычный сценарий, доказывать его жизнеспособность приходилось на многих уровнях и подчас в тяжелых дискуссиях», – признается основатель архитектурного бюро Speech.
Предметом спора с заказчиками становились как раз нестандартные решения – такие, как капсула в центре атриума, купол, фасад, внутренний функционал здания администрации. Но позиция архитекторов в диалоге была услышана и принята. Изначальная концепция предполагает смешение чиновников и горожан внутри здания. «Площадь проникает внутрь здания, превращается в плазу внутри здания и завлекает людей в купол, откуда они смотрят на город, а в середине происходит деятельность комитетов, – обрисовывает идеальную схему жизни здания Сергей Чобан. – Мы надеемся, что глобальная режиссура здания повлияет и на последующее поведение людей в нем».
По мнению Евгения Герасимова, деловой квартал – потенциальная точка роста для всего района, в целом депрессивного. «Здесь были заводы, задворки, жилье непрестижного уровня. За последние годы здесь появилась «Невская ратуша», а из заброшенного комбината «Красная нить» сделан Единый центр документов. Еще одной точкой роста может стать станция метро «Смольнинская», которая давно тут планируется, она вдохнет совсем новую жизнь, – резюмирует Евгений Герасимов. – Всегда жизнь района начиналась с чего-то: Большеохтинский мост дал толчок жизни на Охте, Троицкий мост – развитию Петроградской стороны. Мы надеемся, что «Невская ратуша» послужит таким же катализатором для окружающих кварталов».
Увидеть мечту
Еще одной темой встречи архитекторов и гостей «Невской ратуши» стал «серый пояс» Петербурга. В конце сентября текущего года проект преобразования территории Французского ковша, подготовленный мастерскими Евгения Герасимова и Сергея Чобана, стал одним из победителей конкурса «Серый пояс: Преобразование», организованного администрацией города.
По словам Евгения Герасимова, целью конкурса была не только разработка жизнеспособного реализуемого проекта, но также и обретение неких концепций, с которыми чиновники смогут выходить на диалог с многочисленными собственниками территорий в промышленной зоне.
По мнению архитектора, Французский ковш – слишком красивое место, чтобы отдавать его под парк. «Наоборот, его нужно наполнять разными функциями: и жилыми, и общественными, и местами приложения труда, – считает господин Герасимов. – Имея проект, город может думать, как, не ущемляя экономических интересов собственников, показывая им будущую выгоду от преобразования, предлагать какие-то действия. С другой стороны, понять, какую пользу это может принести городу: что делать с транспортом, с соотношением зеленых и застроенных пространств».
Власти Ленобласти намерены взимать с грузовиков с массой свыше 12 тонн плату за проезд по трассам регионального значения. Таким образом, чиновники планируют пополнить бюджет области за год на 3 млрд рублей и пустить эти деньги на текущий ремонт дорог.
Правительство Ленинградской области намерено сделать платными дороги регионального значения для грузовиков свыше 12 тонн. Об этом заявил журналистам председатель комитета по дорожному хозяйству 47 региона Михаил Козьминых. По его словам, для запуска нововведения необходимо получить «добро» сверху.
«С 15 ноября в России заработает система взимания платы за проезд по федеральным трассам грузовиков массой свыше 12 тонн. Однако ожидается, что в сентябре депутаты Госдумы примут дополнительный закон позволяющий субъектам федерации взимать плату с большегрузов за проезд и по региональным дорогам. Тарифы за прохождение федеральной трассы установлены на уровне 3,7 рублей за километр. Проезд по региональным дорогам будет стоить несколько ниже», - подчеркнул чиновник.
Глава комитета по дорожному хозяйству опасается, что если региональные дороги останутся бесплатными, то грузовые авто, в целях экономии, будут ездить только по ним. Так как Ленобласть транзитный регион, качество местных дорог, и без того не очень хорошее, может стать еще хуже.
«В настоящее время только 55% дорог Ленобласти находятся в удовлетворительном состоянии. Остальные дороги нуждаются в текущем или капитальном ремонте. Мы должные ежегодно ремонтировать не менее 845 км дорог, чтобы они всегда находились у нас в идеальном стоянии. Взимание платы с большегрузов пополнит бюджет Ленобласти на 3 млрд рублей»,– отметил Михаил Козьминых.
Предполагается, что оплатить проезд водители смогут с помощью специальных терминалов. Определяться сумма будет на основании данных с бортовых устройств и маршрутных карт. Ожидается, что денежные средства будут потрачены на текущий ремонт действующих дорог и строительство новых.
Между тем, как добавляют в Комитете, даже без данных денежных вливаний крупные проекты, связанные с дорожным строительством, будут развиваться. В частности, до середины 2017 года будет проведана полная реконструкция участка автодороги А-120 от трассы «Скандинавия» до трассы «Петербург – Сортавала». Стоимость ремонта данного отрезка оценивается в 1,2 млрд рублей. В настоящее время уже проведены проектно-изыскательские работы. При наличии регулярного финансирования со стороны федерального центра полностью реконструкция северного участка А-120 может быть завершена в 2019 году.
Федеральные власти также должны профинансировать и строительство нового моста через реку Волхов в Киришском районе Ленобласти. Стоимость работ составляет 3 млрд рублей. Ожидается, что работы на объекте могут начаться уже в следующем году. Новый мост через реку должен будет построен за три года.
Также предполагается, что в следующем году начнется разрабатываться финансовая модель строительства дороги Мурино – Девяткино. Планируется, что строительство объездной дороги для транзитного транспорта и расширение действующей для местных жителей составит 2,7 млрд рублей. Финансироваться проект будет по формату государственно-частного партнерства.
Мнение:
Татьяна Леушина, старший эксперт консалтинговой компании «Центр экономических разработок»:
-Платная дорога для большегрузов на региональных трассах, скорее вынужденная мера. Так как состояние «местных» дорог хуже федеральных. Ленобласть не одна в своем роде, многие другие регионы также хотят сделать свои дороги платными. Однако нововведение может так и не стартовать – проект могут заблокировать, так как он не предполагает бесплатную альтернативу проезда транспорта.
В Петербурге продолжаются споры о статусе Исаакиевского собора. РПЦ видит в нем только православный храм, инициативная группа депутатов ЗакСа, градозащитники и многие горожане – музей и памятник архитектуры.
На прошлой неделе депутат Законодательного собрания Петербурга Максим Резник разработал проект закона об изменении порядка передачи религиозным организациям имущества религиозного назначения. Согласно ему принимать решения о передаче религиозным организациям объектов культурного наследия должен не только Смольный, но и городской парламент.
По словам Максима Резника, парламент должен помогать решать вопросы о статусе Исаакиевского собора и других подобных объектов. «Нельзя взваливать решение столь важных вопросов на плечи одного человека. Даже если этот человек губернатор. В парламенте подобные вопросы должны всесторонне и открыто обсуждаться», – отметил он.
Параллельно депутат с группой других парламентариев направили в избирательную комиссию города документы о проведении референдума по поводу будущего статуса Исаакиевского собора. В ближайшие недели комиссия должна будет проверить документы на соответствие законодательству. Если выносимые на референдум вопросы соответствуют закону, избирком примет решение о регистрации инициативной группы, которая в течение 30 дней должна собрать более 75 тыс. подписей петербуржцев для запуска всеобщего городского голосования.
Напомним, в середине июля стало известно, что Санкт-Петербургская епархия попросила у городских властей передать ей Исаакиевский собор и Спас-на-Крови в безвозмездное пользование. Просьба закреплялась положениями Федерального закона «О передаче религиозным организациям имущества религиозного назначения, находящегося в государственной или муниципальной собственности». В Смольном пообещали в ближайшее время подготовить ответ «с учетом интересов жителей города и туристов». При этом чиновники подчеркнули, что каких-то юридических сложностей для передачи памятников культуры РПЦ нет. Между тем градозащитники, представители культуры, ряд депутатов ЗакСа тут же выступили категорически против передачи «визитных карточек» Петербурга церковникам. Их позицию поддержали десятки тысяч петербуржцев, подписавших в Интернете петицию о необходимости сохранения действующего статуса исторических объектов. Сторонники гражданского объекта подчеркивают, что РПЦ не в состоянии будет качественно следить за сохранением памятников культуры. А также напоминают, что до революции 1917 года Исаакиевский собор и Спас-на-Крови содержались на государственные деньги.
Министр культуры РФ Владимир Мединский не поддерживает передачу Исаакиевского собора РПЦ. Он считает, что нужно все оставить как есть. С точки зрения Министерства культуры сегодняшний статус Исаакиевского собора оптимальный, полагает он.
Отметим, что несколько дней назад стало известно, что РПЦ будет передана церковь Благовещения Пресвятой Богородицы на 5-й Советской ул. В настоящее время в данном здании находится Архив конструкторской и картографической документации, который переедет на Тамбовскую ул. Чуть ранее стало известно, что РПЦ также претендует на здание Александро-Невской Благовещенской церкви, включая помещения Благовещенской усыпальницы, в котором сейчас располагается Музей городской скульптуры. Также в начале июня РПЦ обратилась в Росимущество о передаче в долгосрочную аренду здания Музея Арктики и Антарктики, которое одновременно считается Никольским единоверческим храмом. Федеральное ведомство отказало церковникам, отмечая, что у прихода общины храма нет денежных средств на его содержание.
Справка:
Исаакиевский собор был построен в 1818-1858 годы по проекту архитектора Огюста Монферрана. После открытия храм находился в государственном управлении. С 1871-го его курировало Министерство внутренних дел. В 1925 году храм был закрыт. С 1948 года начал работать как музей.