Иголка, а не паяльник
В бизнес-центре «Невская ратуша» открылся публичный лекторий. Героями первого события в рамках проекта стали авторы концепции делового квартала – архитекторы Сергей Чобан и Евгений Герасимов.
В ходе лекции авторы рассказали о функциональном назначении композиционных и архитектурных решений, воплощенных в «Невской ратуше», объяснили, почему на площади перед деловым центром не будет деревьев и размышляли о том, в какой мере в современной архитектуре уместен элемент неожиданного.
Архитекторы также рассказали о своем проекте реновации «серого пояса». Ведь недавно объединенный консорциум архитектурных бюро Евгения Герасимова и Сергея Чобана стал победителем конкурса проектов преобразования промышленных зон, представив свое видение новой жизни территории Французского ковша.
Всплеск ансамблевой архитектуры
«Петербург – это город ансамблей, это большая протяженность зданий, созданных в одно и тоже время. Но сегодня создать большой комплекс из разных зданий в одно время – задача чрезвычайно сложная», – считает Сергей Чобан.
Тем не менее, «Невская ратуша» задумывалась архитекторами именно как ансамбль. «Идея, с которой мы победили в конкурсе, была смелой: она входит в разрез с современной тенденцией делать отдельные здания, либо контрастирующие, либо старающиеся походить на свое окружение. Здесь, как и в здании банка «Санкт-Петербург» и в «ЭкспоФоруме», мы старались создать ансамблевый кусок», – рассказывает Сергей Чобан.
«Наша идея была в том, чтобы расчленить весь комплекс на здание администрации, здание офисов и гостиниц. Сейчас каждое здание функционирует независимо друг от друга, у них разные собственники», – добавляет Евгений Герасимов.
«Нам показалось важным, чтобы центральный адрес города, связанный с новым зданием администрации, стал новой осью и новым градостроительным акцентом. Поэтому появилась короткая, но ясная ось на здание «Ратуши» со своей внутренней площадью», – говорит господин Чобан.
«Невская ратуша», по словам Сергея Чобана, – это последний большой всплеск ансамблевой архитектуры, для которой принцип стандартного контраста не уместен: «Если мы выбрали большой жест в градостроительстве, то надо стараться его поддержать. Тема главной оси здесь поддерживается системой колоннады, ясным четким вертикальным рядом пилонов».
Для архитекторов важны детали, позволяющие «поиграть» образом здания, удивить или даже ввести в заблуждение зрителя. Так, восьмиэтажное на первый взгляд строение выглядит как четырехэтажное, за счет парного соединения элементов этажей. Сергей Чобан называет это «благородным упрощением без потери монументализации». А аркады и колоннада по всему периметру – дают посетителю ощущение почти бесконечной протяженности здания.
Доля неожиданного
Одно из свойств современной архитектуры, по мнению Сергея Чобана, – быть гармоничной, сохранять гармонию похожего, но в своих частях также быть и более контрастной, чем 100 лет назад, в смысле присутствия неожиданного.
Необычная форма купола обусловлена как раз поиском такого контраста. «Взгляд современного зрителя пресыщен и быстро скользит по многим вещам, в том числе интересным, – аргументирует господин Чобан. – В современной архитектуре должен быть элемент, который как будто колет зрителя острой иголкой, чтобы взгляд останавливался на каких-то ее частях. Высота колоннады, форма купола – та иголка, которая не позволяет заснуть в том огромном потоке информации, с которым мы сталкиваемся каждый день».
«Именно легкое покалывание иголкой, а не пробуждение раскаленным паяльником, – развивает эту идею Евгений Герасимов. – Нужно доставлять новые ощущения и эмоции, но не за счет разрушения предыдущего. Ощущение, что мы всё в том же городе, должно сохраняться».
По его мнению, новые затейливые здания, возведенные рядом с образцами классической архитектуры, зачастую выигрывают внимание зрителя только за счет резкого контраста с окружающей застройкой. Гораздо сложнее – переосмыслить традицию, добавив в нее элементы нового. Но зато такой путь достойнее и интереснее для архитектора и безопаснее для города.
Каменный город и зеленые легкие
«Невская ратуша» – воплощение «каменного» Петербурга. Авторы концепции делового квартала осознанно не стали украшать ни внутреннюю площадь, ни периметр комплекса зелеными насаждениями. «Сама улица не предполагает деревьев, – объясняет Сергей Чобан. – Их не было до нас». Посадить деревья там, где их никогда не предполагалось, на взгляд архитектора, означало нарушить существующий профиль улицы.
«Последние два-три года мы живем под сильным давлением картинок с озелененными небоскребами и террасами, при этом центр Петербурга не очень зеленый (кстати, поэтому мы и предложили на конкурс «Серый пояс» – «зеленое легкое» на месте Французского ковша). Мы хотели сделать здесь часть «каменного города», Петербург для нас обоих – это скорее музыка в камне, чем в зелени», – объясняет намерения архитекторов господин Чобан. Деление на «каменный город» и «зеленые легкие» – характерная особенность Петербурга, уверены оба автора «Невской ратуши».
«Когда мы формировали идею проекта, мы держали в голове Пласа-Майор в Мадриде и Сан-Марко в Венеции, внутренние городские площади без деревьев, – продолжает Евгений Герасимов. – Петербург – город ясного и контрастного отношения к пространству. Это или улицы, где по красным линиям поставлены дома, или это парк. Где зелень – это четко зелень, где дома – это четко дома».
Схема жизни
Самый крупный объект ансамбля – здание администрации Петербурга – состоит из трех элементов: общественной зоны в пространстве первых двух этажей, купола со смотровой площадкой и заполненного ячейками офисов пространства между ними.
«Структура первого этажа – лофтового типа, – рассказывает Сергей Чобан. – Это общественная зона, где работники администрации и бизнес-центров перемешиваются друг с другом, и таким образом выполняется общественная функция «Ратуши», это продолжение внутренней площади квартала».
По идее архитекторов, за счет вертикальной «кровеносной системы» здания – лифта, поднимающего посетителей и сотрудников администрации из холла в купольную часть, – здание «проживается» и по вертикали. Его внутренняя жизнь кипит в «барабане» – от третьего этажа и до отметки купола. Чиновников развозят по рабочим местам лифты, расположенные в углах зданиях.
«Это здание управления городом и в первую очередь – общения с горожанами. И это не очень обычный сценарий, доказывать его жизнеспособность приходилось на многих уровнях и подчас в тяжелых дискуссиях», – признается основатель архитектурного бюро Speech.
Предметом спора с заказчиками становились как раз нестандартные решения – такие, как капсула в центре атриума, купол, фасад, внутренний функционал здания администрации. Но позиция архитекторов в диалоге была услышана и принята. Изначальная концепция предполагает смешение чиновников и горожан внутри здания. «Площадь проникает внутрь здания, превращается в плазу внутри здания и завлекает людей в купол, откуда они смотрят на город, а в середине происходит деятельность комитетов, – обрисовывает идеальную схему жизни здания Сергей Чобан. – Мы надеемся, что глобальная режиссура здания повлияет и на последующее поведение людей в нем».
По мнению Евгения Герасимова, деловой квартал – потенциальная точка роста для всего района, в целом депрессивного. «Здесь были заводы, задворки, жилье непрестижного уровня. За последние годы здесь появилась «Невская ратуша», а из заброшенного комбината «Красная нить» сделан Единый центр документов. Еще одной точкой роста может стать станция метро «Смольнинская», которая давно тут планируется, она вдохнет совсем новую жизнь, – резюмирует Евгений Герасимов. – Всегда жизнь района начиналась с чего-то: Большеохтинский мост дал толчок жизни на Охте, Троицкий мост – развитию Петроградской стороны. Мы надеемся, что «Невская ратуша» послужит таким же катализатором для окружающих кварталов».
Увидеть мечту
Еще одной темой встречи архитекторов и гостей «Невской ратуши» стал «серый пояс» Петербурга. В конце сентября текущего года проект преобразования территории Французского ковша, подготовленный мастерскими Евгения Герасимова и Сергея Чобана, стал одним из победителей конкурса «Серый пояс: Преобразование», организованного администрацией города.
По словам Евгения Герасимова, целью конкурса была не только разработка жизнеспособного реализуемого проекта, но также и обретение неких концепций, с которыми чиновники смогут выходить на диалог с многочисленными собственниками территорий в промышленной зоне.
По мнению архитектора, Французский ковш – слишком красивое место, чтобы отдавать его под парк. «Наоборот, его нужно наполнять разными функциями: и жилыми, и общественными, и местами приложения труда, – считает господин Герасимов. – Имея проект, город может думать, как, не ущемляя экономических интересов собственников, показывая им будущую выгоду от преобразования, предлагать какие-то действия. С другой стороны, понять, какую пользу это может принести городу: что делать с транспортом, с соотношением зеленых и застроенных пространств».
В строительной отрасли вопросы образования и квалификации специалистов напрямую связаны с качеством строительства. Именно поэтому немалое внимание в работе саморегулируемых организаций уделяется сфере повышения квалификации и аттестации.
Однако, согласно Градостроительному кодексу, на сегодняшний день СРО могут контролировать наличие и квалификационный уровень только тех сотрудников компаний, которые указываются в заявке на получение свидетельства о допуске к работам. Это в значительной мере ограничивает все усилия, направленные на повышение профессионального уровня специалистов и повышение безопасности строительства.
О проблемах системы повышения квалификации, об их причинах и возможностях разрешения в рамках заочного круглого стола рассказали:
Александр Витальевич Гинзбург - проф., д.т.н., заместитель руководителя Комплекса развития системы ДПО МГСУ ФГБОУ ВПО "Московский государственный строительный университет" (МГСУ);
Боброва Екатерина Юрьевна - к.э.н., доцент, зам. зав. кафедрой "Методология саморегулирования и аттестации" (МСА) ФАОУ ДПО ГАСИС;
Тимофеев Евгений Михайлович - начальник учебно-организационного отдела УНЦ ФСК-МЭИ, ЦПП "Электроэнергетика", МЭИ;
Холопик Кирилл Вадимович - первый заместитель Руководителя Аппарата НОСТРОЙ;
Маслова Наталья Петровна - председатель Комитета по науке, образованию и аттестации НОП.
- Как Вы считаете, существует ли сейчас в строительной отрасли как таковая система повышения квалификации и аттестации? Как Вы оцениваете ее состояние?
А. Гинзбург: Системы повышения квалификации и аттестации - это не совсем одинаковые системы.
Повышение квалификации - это расширение профессионального кругозора специалиста по определенному вопросу. В рамках повышения квалификации слушатели должны знакомиться с инновациями по указанной теме, обмениваться опытом с коллегами и ведущими специалистами отрасли.
Аттестация - это проверка знаний, навыков, умений, оценка квалификации специалиста. В отличие от повышения квалификации, здесь рассматривается широкий круг вопросов - и не инновации, а базовые, основные знания и навыки применительно к должностным обязанностям специалиста.
И та, и другая системы в строительной отрасли существуют, однако их часто путают и смешивают между собой. Отсутствие единого понимания целей и задач повышения квалификации и аттестации, к сожалению, приводит к тому, что за повышение квалификации или аттестацию выдают некачественный продукт, который дискредитирует профессиональное обучение в строительной отрасли.
Е. Боброва: Как мне кажется, да, как таковая система существует. Насколько я могу судить, а я работаю в этой системе с последнего курса института и по сию пору, этот институт давно развит и достаточно успешно развивается, несмотря на некоторые "временные и постоянные" трудности. ГАСИС, как учебное заведение без государственной дотации, вынужден зарабатывать для себя сам и работать сам на себя. Работники ГАСИС получают заработную плату только с проведённых семинаров. С одной стороны - это достаточно трудные условия, с другой - они позволяют постоянно совершенствовать процесс повышения квалификации, разрабатывать новые учебные программы, проводить выездные семинары. При этом, есть достаточное количество учебных заведений, как государственных, так и негосударственных, где вопрос качества оказываемых услуг не стоит на первом месте. Имеется множество примеров, когда просто-напросто выписываются бланки удостоверений за символическую плату, без присутствия слушателей на занятиях, когда приходящий заказчик говорит, что "надо уже вчера". Конечно, все эти примеры негативно сказываются на системе повышения квалификации.
Е. Тимофеев: Если рассматривать понятие именно как систему, то налаженной системы пока нет, есть предпосылки к ее построению. Надеюсь, что в скором будущем, при дальнейшем структурированном подходе, данная система появится и будет весьма эффективно работать.
К. Холопик: На сегодня существует большое количество учебных центров, которые предлагают программы повышения квалификации по самым разным направлениям. Однако нельзя сказать, что они в полной мере выполняют свою функцию - действительно повышают уровень квалификации специалистов отрасли. Это вызвано целой совокупностью причин, таких, как не совсем верное отношение к повышению квалификации самих строительных организаций, несовершенство образовательных программ, затруднения в повсеместном внедрении унифицированных требований к учебным программам.
В то же время НОСТРОЙ ведет активную работу и по совершенствованию системы повышения квалификации и по формированию системы профессиональной аттестации.
Н.Маслова: Существующая система повышения квалификации специалистов в строительной отрасли в настоящее время не отвечает требованиям, которые предъявляются организациями к повышению квалификации своих специалистов.
Основные требования таковы:
получить необходимые новые знания именно в той области, в которой заинтересован специалист или работодатель.
Для этого программы обучения должны быть гибкими, блочно-модульными. Тематические планы обучения должны утверждаться заказчиками обучения. Годами не изменяемые программы учебных заведений, как правило, не обеспечивают возможность получения специалистами интересующих их конкретных новых знаний.
-затратить на обучение минимально необходимое время и средства. Временные и финансовые затраты на обучение должны быть оправданы действенным результатом обучения.
Для этого в течение 5 лет специалист может принимать участие в нескольких краткосрочных формах повышения квалификации в виде курса лекций, семинаров, конференций, практических занятий, обмена опытом - и все это должно учитываться и считаться повышением квалификации.
Система аттестации специалистов в настоящий момент находится в развитии. Аттестация специалистов - один из важнейших рычагов воздействия на повышение качества выпускаемой продукции, так как определяет возможности специалиста в рамках профессии и занимаемой должности выполнять возложенные на него трудовые функции определенной сложности с учетом достижений отрасли.
Прежде всего, в высокой квалификации специалистов заинтересованы работодатель и СРО, поскольку они отвечают за качество работ не только своим авторитетом, но и финансовыми средствами. Именно поэтому аттестация должна проводиться в самих организациях или СРО.
- Считаете ли Вы правильным подход, когда контроль СРО в части повышения квалификации и аттестации распространяется только на тех специалистов строительных, проектных и изыскательских организаций, которые указаны в заявке на получение свидетельства о допуске?
А. Гинзбург: Законом установлен тот минимум требований, который должны реализовать СРО в части контроля за повышением квалификации и аттестации. Безусловно, в идеале работать надо не на минимуме возможностей, а на максимуме. Однако требовать максимума от всех на законодательном уровне - нереально.
Целесообразно каждому СРО, которое добросовестно относится к своему статусу и ответственно подходит к проблемам безопасности строительства, устанавливать свои собственные требования к профессиональным качествам специалистов. Тогда, когда число подобных СРО станет значительным, появится серьезное основание для ужесточения требований закона для всех.
Е. Боброва: Ответить на данный вопрос достаточно трудно, при всей кажущейся его простоте. С одной стороны, от качества уровня знаний всех работников организации зависит качество проектирования/строительства всего объекта. Как известно, надёжность всей системы определяется надёжностью самого слабого звена, т.е. при стабильной работе всего коллектива/организации/объединения сбой или некачественная работа даже вспомогательного отдела может поставить под угрозу сам проект.
С другой стороны, может быть и уместно говорить об этом, но, не решив вопроса контроля СРО в части повышения квалификации и аттестации специалистов, указанных в заявке на получение свидетельства о допуске, пока преждевременно. Хотя идея сама по себе хорошая. На практике, как мне кажется, будет достаточно трудно, а может быть и невозможно, обеспечить контроль СРО за всеми специалистами. Также нужно задуматься и о необходимости этого мероприятия. Во всяком случае, в этом вопросе надо учитывать мнение как специалистов образовательных учреждений (теоретиков), так и специалистов-практиков, так как теория может не всегда совпадать с делом.
Е. Тимофеев: Вопрос весьма специфический, который будет иметь много обсуждений. Мою точку зрения я выскажу несколькими вопросами. Кто выполняет соответствующие работы, требующие аттестованного специалиста? Сам специалист прошедший обучение, или какой-то другой специалист? А как вы определите, кто именно исполнял соответствующую работу? Кто будет нести ответственность и будет ли ее нести за некачественно исполненную работу, качество которой проявится только через несколько лет, когда данный специалист наверняка уже не будет работать в соответствующей организации? Будет ли нести ответственность тот контролер, что принимал технические работы? В общем, как мне кажется, если ответственность будут нести все исполнители и контролеры, даже после смены рабочего места и рода занятий, то отношение к правильности или неправильности подхода исчезнет сам собой.
К. Холопик: Считаю, что в перспективе необходимо ввести обязательность аттестации для всех работников, которые выполняют работы, оказывающие влияние на безопасность объектов капитального строительства.
Н. Маслова: Контроль СРО необходимо распространить на всех специалистов организаций - членов СРО (согласно штатному расписанию), которые привлекаются к работам, оказывающим влияние на безопасность объектов капитального строительства. Это позволит повысить безопасность строительства, что полностью согласуется с основными задачами саморегулирования в строительной отрасли.
Полный текст обсуждения, прошедшего в рамках круглого стола, доступен на сайте СРО НП «Э.С.П.»: http://sro-esp.ru/
Аномально теплая зимняя погода не радует владельцев горнолыжных курортов, которые с начала сезона несут немалые убытки. По оценкам экспертов, в среднем с открытия сезона этот рынок уже потерял порядка 100 млн рублей.
«В связи с аномально теплой погодой уровень посещаемости курорта в текущем сезоне несколько ниже, чем в прошлом. Нет катающихся, а гости в коттеджи приезжают в обычном режиме. У нас существенную роль играет озеро – тепло от него не позволяет снегу держаться. Пробуем запылить искусственным снегом, но температура не позволяет ему задерживаться», – сетует Альбина Майорова, коммерческий директор ГЛК «Красное Озеро».
На сегодняшний день, по словам Евгении Васильевой, заместителя директора департамента консалтинга Colliers International Санкт-Петербург, на территории Ленинградской области насчитывается 8 действующих горнолыжных центров, 7 из них расположены в северном направлении от Петербурга. «Высокий сезон на горнолыжных курортах Ленобласти ограничивается, как правило, четырьмя месяцами: с декабря по март. Благодаря использованию систем искусственного снегообразования продолжительность сезона можно увеличить до 6 месяцев, а также пережить малоснежные периоды, один из которых мы наблюдаем в декабре 2011 года. Однако эти установки в основном подключаются к работе при температуре воздуха, по крайней мере, ниже нуля», – поясняет госпожа Васильева.
По оценкам Дмитрия Кумановского, начальника аналитического отдела ИК ЛМС, с 20 ноября, когда был официально открыт горнолыжный сезон в Ленобласти, потери горнолыжных курортов составили от 12 млн рублей, а если учесть потерю от сопутствующих сервисов (аренда снаряжения, выручка кафе, гостиничных комплексов) – до 50 млн рублей. «Исходя из среднего количества посещений горнолыжных курортов в день, которое составляет 500-600 человек, и средней цены билета на горнолыжный склон в 600 рублей, получается, что в день такие курорты в среднем зарабатывают 300-400 тыс. рублей», – подсчитывает господин Кумановский.
Кирилл Куриленко, ведущий аналитик инвестиционной компании БФА, считает, что наиболее уязвимыми от погодных условий остаются курорты, которые не ориентированы на дополнительные услуги. «К примеру, «Игора» сможет обеспечить себе денежный поток даже в условиях сокращения горнолыжного сезона за счет предоставления других спортивно-оздоровительных услуг и гостиничной деятельности», – объясняет господин Куриленко.
Алена Филипова