Challenge для мегаполиса
Петербург и Ленобласть обсуждают концепцию совместного градостроительного развития. Завершить работу над ней планируется в начале 2017 года.
На заседании круглого стола, организованном изданием «Эксперт Северо-Запад», главные архитекторы двух субъектов рассказали, чего они ждут от концепции и какие вопросы с ее помощью надеются урегулировать.
В Петербурге недавно приняты новые Правила землепользования и застройки, в Ленобласти – программа «Светофор», ограничивающая строительство на части прилегающих к мегаполису территорий. Время установки новых правил, направленных на повышение комфортности жилой застройки, – удобный период, чтобы договориться о принятии единых принципов градостроительства для двух субъектов, оказывающих взаимное влияние на развитие сопредельных территорий.
Позицию областного правительства по данному вопросу озвучил председатель Комитета архитектуры и градостроительства Ленобласти Евгений Домрачев: «Петербург, естественно, оказывает влияние на сопредельные территории. Сейчас у нас готовится совместный документ подготовки концепции градостроительного развития территории двух субъектов. В техническом задании определены границы активного влияния, ориентировочно они проходит вдоль «бетонки» – трассы А-120. Несмотря на то что они прописаны достаточно подробно, в ходе подготовки концепции границы могут уточняться. Мы планируем завершить работу над концепцией в начале 2017 года и в первой половине года представить ее уже как совместный документ.
Такие вещи, как ППТ, на мой взгляд, не подлежат согласованию с соседним субъектом. А вот схемы территориального планирования, если есть влияние на соседний субъект (в первую очередь с точки зрения негативного воздействия), – вполне.
В Генплане 1981-1983 года район от Мурино до Бугров позиционировался как продолжение развития территории Петербурга. Но изменилась страна, законодательство, и в 90-е годы жителей д. Кудрово расселили. Но расселение и освобождение территории было выполнено не до конца. Так что то, что мы имеем сейчас, – это логичное продолжение поступательного развития Ленинграда и Петербурга.
На мой взгляд, потенциал развития – это юг: Гатчинский, Ломоносовский, частично, может быть, Кировский район. Задел для этого есть – есть Генплан,
сейчас поступают предложения по разработке проекта планировки и проектов межевания.
В основу всего ложится экономика и транспортный скелет. Когда будут вкладываться средства в транспортную инфраструктуру, то она будет постепенно обрастать «мясом» – жилыми домами.
После передачи полномочий по всей градостроительной документации на уровень субъекта в 2015 году мы ужесточили контроль над плотностью и строительством социальных объектов. В этом году наши полномочия еще более усилены – мы взяли на свой уровень принятие решений по подготовке проектов межевания, ППТ и ПЗЗ. Опыт показал, что в большинстве муниципальных образований власть шла на поводу у застройщиков, целью было максимальное извлечение прибыли.
Сейчас у нас готовятся поправки в региональные нормативы, новое типовое соглашение с застройщиками по программе «Соцобъекты в обмен на налоги». До конца июля новые нормативы будут утверждены правительством Ленобласти. В них детализируется доля участия застройщиков в строительстве социальных объектов на той или иной территории».
В свою очередь, Владимир Григорьев, председатель Комитета градостроительства и архитектуры Петербурга, основные принципы создания концепции охарактеризовал так: «Мы не применяем термин «Петербургская агломерация». Мы говорим просто «агломерация», и в нее входит только небольшая часть Ленобласти. Все наши перспективы связаны не с ростом территории, а с развитием города в административных границах.
Что мы видим в концепции совместного градостроительного развития? Во-первых, мы рады, что наконец-то произнесли это вслух. Для меня разделение на два субъекта – вещь странная и болезненная. Граница между городом и областью не является естественном рубежом, она больше умозрительная.
Безусловно, у нас есть взаимные интересы, взаимное влияние, поэтому даже просто заявить, что мы хотим осмыслить проблему совместного градостроительного развития, – уже большой шаг вперед. По сути, мы возвращаемся к понятиям Генплана 1986 года – совместного для города и области.
Во-вторых, мы хотели бы сохранить понятие зеленого пояса, решить вопрос о пограничной зоне. Если мы договоримся, что будем развивать ее по сходным принципам – этажности, плотности и т. д., – ситуация будет намного комфортнее.
В-третьих, Петербургу надо размещать часть объектов в Ленобласти, и в основном это неприятные для нее объекты, например полигоны для хранения ТБО. Кроме того, скоро у нас будет дефицит территорий для развития объектов медицины, и мы вынуждены будем договариваться с областью о размещении на ее территории инфраструктурных объектов: стадионов, «эрмитажей» и т. п.
Может быть, не надо согласовывать с областью ППТ, но необходимо согласовывать дорожные коридоры. Есть несколько точек, где у нас идет нестыковка: из города дорога выходит в одном месте, а в область приходит на 50 м левее.
Мне бы хотелось подумать над моделью совместной жизни города и области. Зачем мы ездим в Ленобласть, зачем область ездит к нам? Некоторые вещи сначала кажутся очевидными, но когда начинаешь их обсуждать, возникают интересные моменты.
Нам нужно приспособить новый порядок принятия градостроительных решений к условиям рынка, чтобы не задушить бизнес, но чтобы и город мог видеть перспективы своего градостроительного развития.
Принятие нами новых ПЗЗ не окажет никакого влияния на объемы жилищного строительства по сравнению с тем снижением объемов, которое происходило и происходит при старых правилах».
Стремление застройщиков снизить конечную стоимость квартиры, не сильно снижая стоимость квадратного метра, вынудило их сокращать общую квадратуру жилья. По оценкам экспертов, в среднем посткризисная квартира «похудела» на 10-15%.
По словам экспертов, среди крупнейших проектов, вышедших в продажу в 2010-2011 годах, студии и однокомнатные квартиры составляют порядка 60% от общего числа квартир, на двухкомнатные квартиры приходится 31%, на трехкомнатные – лишь 9%. Четырехкомнатные квартиры практически не представлены.
«Площади квартир по сравнению с докризисными временами уменьшились на 10-15%.
Сегодня сохраняется очевидный спрос на минимальное предложение в каждом из сегментов. По нашим наблюдениям, наибольшим спросом пользуются однокомнатные квартиры до
«Принципиальное изменение структуры квартирографии (увеличение доли студий, однокомнатных и малогабаритных двухкомнатных квартир) и уменьшение площадей квартир произошло около 2007 года, после более чем 100%-го роста цен в 2006 году. Цены выросли, покупательская способность населения снизилась, и клиенты стали отдавать предпочтение тем квартирам, на приобретение которых у них хватало средств. С тех пор данный тренд в целом продолжает сохраняться», – считает Ольга Пономарева, директор по маркетингу ООО «УК «СТАРТ Девелопмент».
Вынужденная мера
Как уверяют застройщики, они постарались учесть эти изменения, и сейчас большинство современных проектов уже выполнены с учетом покупательских предпочтений. В домах существенно возросла доля однокомнатных квартир и студий, но при этом действительно качественных с точки зрения покупателей проектов на рынке немного. Ведь даже в небольшой квартире необходимо максимально обеспечить условия для комфортного проживания. И с учетом небольшой общей площади квартиры это сделать, разумеется, гораздо сложнее.
Как говорят эксперты, для застройщика уменьшение метража – вынужденная мера. «Рынок стал рынком покупателя, и, соответственно, если не создать дом с выверенным метражом, который действительно пользуется спросом, то не будет продаж. Долго ли продержится данная тенденция, сказать трудно. Все ведь зависит от экономической ситуации и покупательской способности населения. Человек вряд ли купит студию в
Посткризисный «квадрат»
По заверениям экспертов, сейчас площади студий составляют от 21 до
В сегменте жилья массового спроса квартиры большого метража встречаются в объектах, расположенных в пригородах и прилегающих территориях Ленинградской области, где цена
По мнению застройщиков, в ближайшие два года спрос на малометражные квартиры будет держаться. «Но те застройщики, которые готовят новые проекты именно сейчас, учитывают то, что к моменту окончания строительства кризис совсем закончится и покупатель не захочет брать малометражное жилье. Поэтому сегодняшние проекты разрабатываются с учетом возвращения к прежним метражам, то есть площади опять будут увеличиваться», – убеждена директор департамента новостроек АН «Бекар» Ольга Литвиченко.
Автор: Николай Волков
Для разрешения сложившейся ситуации были сформулированы рамочные требования к квалификации сотрудников строительных организаций. Они закреплены в Градостроительном кодексе Российской Федерации (федеральный закон №240-ФЗ) и уточнены в минимальных требованиях к выдаче саморегулируемыми организациями свидетельств о допуске к работам на особо опасных и технически сложных объектах (постановление Правительства РФ №207).
Именно отсутствие налаженной системы повышения квалификации и аттестации кадров рассматривается многими представителями отрасли как фактор, серьезно ограничивающий потенциал роста качества капитального строительства. Определенные шаги по созданию нужных механизмов уже делаются. Так, НОСТРОЙ в начале марта запустил в тестовом режиме Единую систему аттестации руководителей и специалистов в строительном комплексе. Через некоторое время станет ясно, насколько успешно нововведение НОСТРОЙ справляется с возложенными на него функциями и подходит ли оно для широкого использования. Однако Единая система аттестации выполняет только задачу контроля уровня профессиональной подготовки и вряд ли окажет существенное влияние непосредственно на сложившуюся систему дополнительного образования.
О том, какие изменения нужны системе профессиональной подготовки и переподготовки специалистов, мы говорим с генеральным директором СРО НП «ЭнергоСтройАльянс» Дмитрием Мурзинцевым.
- Дмитрий Леонидович, как, на Ваш взгляд, сегодня все должно быть построено в области повышения квалификации кадров в строительстве?
Безусловно, подготовка подобных стандартов – процесс трудоемкий и ответственный. Тут следует активно задействовать отраслевых специалистов, привлекать максимально широкий круг компетентных лиц к работе на базе профильных комитетов национальных объединений саморегулируемых организаций. Уверен, что во взаимодействии с представителями вузов и учебных центров комитеты смогут постепенно создать такие стандарты по всем основным направлениям. Подобная работа уже ведется национальными объединениями СРО, и благодаря этому мы можем рассчитывать на заметный рост качества обучения в области повышения квалификации.
- Хорошо, стандарты будут созданы и приняты на вооружение добросовестными учебными центрами. Но как будет обеспечиваться широкая доступность таких программ? Ведь на их внедрение уйдет какое-то время.
Вообще, доступность – ключевое понятие дистанционного обучения. Оно складывается как минимум из трех основных моментов. Во-первых, при дистанционном обучении не важно, на каком расстоянии слушатель находится от учебного центра. Даже если в вашем городе нет нужного курса, нет необходимости ехать на другой конец страны: мультимедийные и интернет-технологии предоставят возможность получить полный набор необходимых знаний на месте. Во-вторых, дистанционное обучение не требует таких затрат, как очные формы: дистанционный курс обычно имеет меньшую стоимость и по смыслу исключает возникновение такого фактора дополнительных затрат для организации как командировочные расходы. Наконец, повышение квалификации в такой форме может производиться без отрыва от производства, что позволяет сохранять эффективность работы отделов и запланированный темп работ.
Кроме того, дистанционное обучение предоставляет возможность гибкого подбора графика и темпа обучения, в зависимости от занятости сотрудников. Курс можно начать в любой момент и полностью согласовать с возможностями слушателей.
Говоря об эффективности дистанционного обучения, стоит чуть подробнее остановиться на том, что ее обеспечивает. Прежде всего, это мультимедийность. Образовательные программы могут включать в себя большое количество наглядных, легко воспринимаемых материалов: видеофильмов, презентаций, анимированных слайдов, графики. Далее, в интерактивном режиме может быть обеспечен доступ к преподавателям, обширнейшим электронным библиотекам, электронным конференциям и форумам. Кроме того, механизмы дистанционного обучения позволяют создать единую образовательную среду для больших групп слушателей. Это особенно важно для корпоративного обучения. Единая образовательная среда подразумевает активную работу слушателей не только с преподавателями, но и друг с другом. При этом к услугам слушателей и весь спектр тематических образовательных материалов и электронные площадки для дискуссий, закрепления полученных знаний, практической отработки пройденного материала.
- Каким образом при дистанционном обучении осуществляется контроль полученных знаний?
Я считаю, что за дистанционным образованием, во всяком случае, в сфере повышения квалификации, будущее. Этот метод обладает рядом неоспоримых преимуществ и по своему содержанию как нельзя лучше соответствует современному, насыщенному ритму жизни. Дистанционное обучение позволяет экономить время и средства и получать при этом достойную профессиональную подготовку. Уверен, что дистанционное обучение способно внести значительный вклад в решение проблемы нехватки квалифицированных кадров в строительной отрасли.