Новые приоритеты для СЗФО
Реализация приоритетных инвестиционных проектов СЗФО окончательно забуксовала – к марту 2016 года количество отмененных проектов превысило число реализованных.
В итоге по просьбе АНО «Северо-Запад» субъекты округа представили новый список из 55 инициатив.
«Строительный Еженедельник» уже не раз подробно освещал ход реализации перечня из 45 региональных инвестиционных проектов, который был закреплен указом президента в феврале 2012 года и признан стать основным инструментом реализации стратегии социально-экономического развития СЗФО до 2020 года.
Еще в октябре 2015 года полпредство Президента РФ в СЗФО и руководство АНО «Северо-Запад» официально признали: список инвестпроектов как инструмент оказался недейственным. Согласно отчету стратегического партнерства, по состоянию на март 2016 года из 45 инвестпроектов реализованы восемь, еще по двум проектам региональными органами исполнительной власти принято решение о продолжении реализации. Среди «отличников» – проекты «Ростелекома» по замене технологии предоставления услуг связи в Петербурге и строительству межрегиональной транспортной сети на участке Нарьян-Мар – Сыктывкар общей стоимостью более 1,1 млрд рублей, создание предприятия по проектированию и производству микросхем в Калининградской области (1,2 млрд), строительство комплекса нефтепереработки ООО ПО «Киришинефтеоргсинтез» в Ленинградской области за 87,1 млрд рублей, ГОК на базе месторождения алмазов им. В. Гриба (35 млрд рублей), строительство агрегата карбамида ОАО «Череповецкий «Азот» (7,5 млрд рублей) и т. д. В высокой степени готовности находятся 16 проектов, в средней степени – девять проектов, три проекта в зачаточном состоянии. Недовольство темпами реализации инвестинициатив постепенно нарастало, и некоторое время назад было решено «перетряхнуть» этот перечень.
Власти регионов СЗФО предложили исключить из него 14 проектов. Семь из них удаляются из перечня по «позитивной» причине: их реализация полностью завершена и необходимости в приоритетном статусе у них больше нет. Но еще семь проектов удаляют из перечня в связи с остановкой работ, отсутствием средств или невозможностью реализации.
Отказники
Так, с приходом к власти Георгия Полтавченко город отказался от строительства Орловского тоннеля и с трудом отбился от исков Невской концессионной компании на 330 млн рублей, которая требовала компенсации затрат. В Ленобласти ОАО «РусГидро» не будет строить ГАЭС за 136,2 млрд рублей, ООО «Вельская птицефабрика» отказалось от расширения производства за 4,2 млрд рублей (в 2014 году у инвестора закончились деньги, а в 2015 году на фабрике и вовсе случился пожар). ГК «Тервинго» не стала вкладывать 47,2 млрд рублей в логокомплекс на базе Усть-Лужского рыбокомбината – работа над проектом приостановлена в связи с близостью территории, планируемой под реализацию проекта, к Кургальскому заповеднику.
В Мурманской области не суждено построить горнодобывающее и обогатительное производства вермикулита, флогопита и пегматита в Ковдоре (в связи с банкротством ООО «Ковдорслюда»), в Новгородской области ООО «Грумант» не смогло построить цех по производству фармсубстанций – злую роль сыграло повышение ключевой ставки ЦБ. «В связи с повышением ключевой ставки ЦБ РФ работа с финансовыми инвесторами приостановлена. Основная проблема по проекту заключается в оплате процентов на инвестиционной фазе», – говорят в АНО «Северо-Запад». Остановлен проект по развитию льняного комплекса Вологодской области путем межотраслевой и межтерриториальной кооперации (причина знакомая – банкротство ОАО «Вологодский текстиль» и долг в 2 млрд рублей).
В Коми отказались от строительства квартала малоэтажной застройки в селе Выльгорт Сыктывдинского района. Инвестор, ООО «Инвестиционно-строительная компания», построил пять жилых домов и сети, но затем самоустранился с площадки. Наконец, ОАО «Западная верфь» по не названным причинам остановило работы по строительству верфи в пос. Взморье Калининградской области. В результате округ недополучил около 226 млрд рублей капитальных вложений.
Сопровождение без денег
Еще прошлой осенью чиновники анонсировали новый окружной список инвестиционных проектов, за ведение которого будет полностью отвечать АНО «Северо-Запад». В нем планировалось собрать около 150-200 ключевых региональных инвестиционных инициатив и знаковых проектов. Но составлен он должен быть по иному принципу – без привязки к федеральным деньгам, но с административной поддержкой в кабинетах монополистов и глав регионов СЗФО. С того момента партнерство собрало от регионов только 55 заявок на включение проектов в новый перечень. Административная поддержка этим проектам не слишком нужна – большая часть этих инициатив уже реализуется, а вот деньги бы как раз не помешали.
В перечень Карелия и Новгородская область представили по восемь проектов, Коми, Вологодская и Архангельская области – по четыре, Калининградская и Ленинградская области – по три, Мурманская область – шесть, Псковская область и НАО заявили по два проекта. Санкт-Петербург предложил четыре инвестиционные инициативы. В списке сразу три проекта, которые регионы готовили сообща. Например, Ленинградская и Новгородская области предлагают проект строительства платной автодороги в составе МТМ «Европа – Западный Китай». Стоимость проекта ГЧП составит более 112 млрд рублей. Совместный проект Ленинградской и Псковской области – Северный обход Пскова (2-й пусковой комплекс поведет дорогу А-212 Псков – Изборск до границы с Эстонией). Стоимость проекта оценивается в 6,5 млрд рублей. Кроме того, в список попал многострадальный проект железнодорожной магистрали «Белкомур» – строительство ветки идет с 1990-х годов, хотя не так давно деньги на проект обещали выделить китайцы. Остальные дорогие проекты относятся также к транспортной сфере.
Так 217,4 млрд рублей планируется выделить на 426-километровую автомагистраль «Онега» в Карелии (от границы с Ленобластью до финской границы). Калининградская область заявила строительство глубоководного морского порта в Пионерском стоимостью 210 млрд рублей. В конце сентября 2014 года в рамках Международного инвестиционного форума в Сочи губернатор Калининградской области Николай Цуканов, представитель компании MSC Group и генеральный директор ФГУП «Росморпорт» Андрей Тарасенко подписали соглашение о намерении строительства терминала в Пионерском. Проектирование порта началось прошлой осенью.
Ленинградская область, забегая вперед, предложила внести в список приоритетов строительство завода по производству сжиженного газа – Балтийский СПГ в Усть-Луге. Однако проект приостановлен – в начале 2016 года Газпром и Газпромбанк прекратили сотрудничество по строительству завода стоимостью около 400 млрд рублей. Эксперты объясняли это решение возможными проблемами с экспортом газа в Европу. Кроме того, Ленобласть заявила ЛАЭС-2 в Сосновом Бору и терминал в Усть-Луге, Мурманская область – развитие Мурманского транспортного узла, Архангельская область – деревообработку. Вологодская область просит признать приоритетным проект «Свеза-лес» владельца «Северстали» Алексея Мордашова. Калининградская область, особенно не раскрывая детали, вписала абстрактное строительство объектов для чемпионата мира по футболу 2018 года, а также проект по преобразованию Королевской горы – «Сердце города».
Кстати:
Газета «Строительный Еженедельник» проводит 20 апреля 2016 года заседание круглого стола на тему «Влияние инфраструктурных проектов на развитие отдельных территорий СЗФО», который пройдет в рамках XVI Международного конгресса по строительству IBC–2016.
В настоящее время вопросы модернизации социальной, энергетической, транспортной инфраструктуры являются актуальными и для органов государственной власти, и для органов местного самоуправления. Чем выше уровень развития инфраструктуры, тем быстрее в регион приходят инвестиции, ускоряется экономическое развитие. Особенно актуальны проблемы построения региональных инфраструктур в настоящее время в силу снижающейся инвестиционной привлекательности ряда территорий в условиях общей экономической нестабильности. В то же время бюджетные ограничения, неготовность государства к передаче определенных имущественных прав бизнесу являются серьезными барьерами для модернизации изношенной инфраструктуры.
Темы для обсуждения:
– Крупнейшие инфраструктурные объекты в Санкт-Петербурге, Ленинградской области и на северо-западе России. Инфраструктурный проект – локомотив развития или обременение для территории? Факторы воздействия, примеры положительного и негативного влияния.
– Решение вопросов развития сопутствующей инфраструктуры, сферы обслуживания, обеспечения граждан жильем. – Реализация инфраструктурных проектов как основа развития региональных и межрегиональных связей.
– Возможности использования механизма ГЧП при реализации инфраструктурных проектов. Юридические коллизии и обзор законодательных новаций.
– Роль общественных и саморегулируемых организаций в содействии развитию инфраструктуры в регионах. На заседание круглого стола приглашены эксперты полпредства СЗФО, представители власти регионов СЗФО, специалисты строительных и юридических компаний.
Для информационного освещения заседания круглого стола приглашены корреспонденты теле-, радиокомпаний и печатных СМИ. Материал по итогам будет опубликован в газете «Строительный Еженедельник» и на новостном портале «АСН-инфо» (www.asninfo.ru)
Дата проведения: 20 апреля 2016 года, с 14.00 до 16.00 (регистрация – 13.30-14.00). Место проведения: КВЦ «ЭкспоФорум», Санкт-Петербург, Петербургское шоссе, 25, павильон G, зал H (20-21).
С 1 апреля 2012 года на строительном рынке начала работать негосударственная экспертиза. Представители отрасли говорят о том, что передела рынка между государственной и негосударственной экспертизой быть не должно.
Правильнее говорить о формировании цивилизованного, квалифицированного подхода к решению общих проблем экспертизы.
Эти и другие вопросы обсудили участники заседания круглого стола «Взаимодействие участников рынка экспертизы строительных проектов в новых реалиях. Как государственным и частным структурам выстроить цивилизованный рынок», организованного газетой «Строительный Еженедельник» и ООО «Межрегиональная негосударственная экспертиза».
Валерий Грибанов, модератор, главный редактор газеты «Строительный Еженедельник»
Александр Орт, генеральный директор ООО «Негосударственный надзор и экспертиза»
Виктор Зозуля, генеральный директор ООО «Негосударственная экспертиза проектов строительства»
Екатерина Боякова, начальник юридического отдела ГАУ «Леноблгосэкспертиза»
Виталий Потехин, ведущий юрисконсульт СПб ГАУ «ЦГЭ»
Роман Алексеев, генеральный директор ООО «Центр строительного аудита и сопровождения»
Александр Караваев, главный специалист ООО «Эксперт Проект»
Вадим Персов, генеральный директор ООО «Межрегиональная негосударственная экспертиза»
Сергей Свешков, эксперт по управлению проектированием и строительством
Валерий Грибанов:
– Прошло больше года с момента введения негосударственной экспертизы. Как разделился рынок между негосударственной и государственной экспертизами?
Александр Орт:
– Законодательство определило, что все объекты строительства, финансируемые из бюджета, остались за государственной экспертизой, а все остальные проекты могут проходить согласование в негосударственной экспертизе. На сегодня в Петербурге действует 14 таких организаций. Но, на мой взгляд, следует перестать вести речь о переделе рынка между государственной и негосударственной экспертизой. Правильнее говорить о формировании цивилизованного, квалифицированного подхода к решению общих проблем экспертизы. С этой точки зрения следует объединить наши усилия и определить тот минимум требований, которые должны быть незыблемыми и обязательными для всех участников рынка.
Валерий Грибанов:
– Вы считаете, что рынок уже сформирован и в ближайшее время ожидать существенного роста новых игроков не стоит?
Александр Орт:
– Говорить о том, что рынок уже насытился, нельзя. Он будет развиваться и расширяться постоянно. Выживет на этом рынке тот, кто будет принципиально подходить к решению проблем и четко соблюдать законодательство.
Валерий Грибанов:
– Сколько компаний в ближайший год еще может появиться на рынке негосударственной экспертизы? Какое количество игроков на данном рынке оптимально для Северо-Запада?
Виктор Зозуля:
– Новые игроки на рынке экспертизы будут появляться и исчезать постоянно, так как этот бизнес привлекателен с точки зрения доходов. Сколько всего будет компаний – неизвестно. Но не надо забывать, что на пустом месте экспертную организацию создать нельзя. Рынок экспертизы будет регулироваться только качеством выполняемой работы. Если экспертные организации будут соблюдать законы, требования, то и качество работы будет высоким. Пока этого нельзя сказать про все организации.
В то же время вызывает недоумение, как может государственная экспертиза быть аттестована на предоставление услуг негосударственной экспертизы. Конкурировать в этих условиях мы можем только между собой, но не с чиновниками. Например, между нашей организацией и администрацией Выборга возник конфликт. Власти не выдают разрешение на строительство таможенного терминала, хотя есть положительное заключение экспертизы. Есть закон, который запрещает чиновникам подвергать сомнению проект, прошедший экспертизу. Заказчик не хочет идти в суд, мотивируя это тем, что слишком длительный процесс.
Екатерина Боякова:
– Мы не согласны с тем, что государственная экспертиза не может выполнять функции негосударственной. В этом нет ничего противозаконного. Мы готовы к открытому диалогу. Есть несколько вопросов, которые нас волнуют и которые мы готовы обсуждать в форме открытого диалога. Нет никакой проблемы в том, чтобы выработать единые стандарты, требования для негосударственных экспертиз. Например, не брать проекты без градостроительных планов, без проектов планировок и т. д. Никто у вас этот рынок не забирает, пожалуйста, работайте на территории всей страны. Мы точно так же выживаем и боремся за каждого нашего заказчика по негосударственной экспертизе. Выставляем равные требования как по объектам, финансируемым за счет средств бюджета, так и по объектам, финансируемым за счет собственных средств заказчика.
Виктор Зозуля:
– Так не ставьте нам палки в колеса! Кто дал вам право ревизовать заключение наших экспертов?
Екатерина Боякова:
– Я объясню. Есть постановление правительства Ленобласти об аккредитации юридических и физических лиц на право проведения проверок заключений негосударственных экспертиз. Это касается только Ленинградской области, где мы столкнулись с недостаточным уровнем профессиональной подготовки не экспертиз, а муниципальных образований. С этим борются на уровне регионального правительства. Муниципалы зачастую не имеют полного представления о том, какие требования предъявляются при подготовке градостроительной документации. Например, выдают градплан сразу на несколько участков. Речь не о том, чтобы упрекнуть негосударственную экспертизу, а о том, чтобы повысить изначальный уровень подготовки исходно-разрешительной документации.
Валерий Грибанов:
– Как сейчас решается кадровая проблема? Насколько остро стоит потребность в аккредитованных экспертах?
Виталий Потехин:
– Наша организация существует давно, коллектив сформирован. У нас достаточно аккредитованных экспертов для решения поставленных задач. После введения института негосударственной экспертизы у нас уменьшилось количество принятых на рассмотрение объектов и нагрузка сократилась. Поэтому как таковой кадровой проблемы у нас нет. Более того, в настоящий момент в кадровом резерве Центра находятся более 140 человек.
Валерий Грибанов:
– А были случаи, когда от вас уходили эксперты в негосударственную экспертизу?
Виталий Потехин:
– Были. Каждый человек имеет право на выбор места работы, мы этому не препятствуем.
Валерий Грибанов:
– Как считают аналитики: хватает ли сейчас на рынке экспертизы специалистов, и достаточен ли у них уровень профессионализма?
Александр Караваев:
– Экспертов достаточно, они даже прибавляются. Сейчас специалисты аттестуются гораздо динамичнее, чем раньше. Сейчас эта процедура немного приостановилась в связи с тем, что весь август Минрегион РФ будет проводить переаттестацию специалистов Главгосэкспертизы и ее филиалов.
Пока в Москве есть две структуры, которые ведут подготовку к аттестации. Одна организация предлагает обучение за 42 тыс. рублей, а другая – за 40 тыс. рублей. Наша практика показывает, что на рынке экспертизы есть дефицит специалистов по изысканиям и по пожарным вопросам.
Виктор Зозуля:
– Я являюсь членом рабочей группы в Минрегионе по аттестации. Сейчас стоит вопрос о реорганизации системы аттестации, которая сегодня не совершенна по нескольким причинам. Молодые специалисты, только что окончившие вуз, сразу идут на аттестацию, чтобы стать экспертом. И в данном случае надо менять входной билет для аттестации. Мы за то, чтобы увеличился совокупный стаж работ. То есть специалист после университета должен поработать не менее 10-15 лет проектировщиком плюс не менее трех лет у него должен быть стаж работы в экспертизе. Этого пока нет, и это, пожалуй, самая большая беда. Вторая беда в том, что, к сожалению, из закона исключили аттестацию руководителей экспертных организаций. Но недопустимо, чтобы такие посты занимали люди «с улицы». Должны допускаться люди, которые имеют определенный опыт, стаж, навыки.
Система тестирования экспертов чем-то схожа с ЕГЭ. Ее нужно менять.
Роман Алексеев:
– Коллеги со мной согласятся, что костяк организаций негосударственной экспертизы состоит из опытных экспертов, которые отработали в государственной экспертизе. Именно они передают свой опыт молодым экспертам, и именно в них дефицит. Эти эксперты сейчас «плавают» между государственными и негосударственными экспертизами. На рынке есть определенная конкуренция между экспертными организациями с точки зрения привлечения опытных экспертов. Никто не отдает проект на откуп молодым специалистам, обязательно присутствует контроль и надзор за проведением экспертизы опытными экспертами.
Валерий Грибанов:
– А насколько сейчас остро стоит проблема ценового демпинга на рынке экспертизы? Возникают ли случаи серьезного снижения цены в ущерб качеству?
Виктор Зозуля:
– Это коммерческая тайна.
Александр Караваев:
– Есть 145-е постановление Правительства РФ, где предусмотрено ценообразование. Все считают на базе этого расчета, больших подвижек нет.
Вадим Персов:
– Деление рынка на государственную и негосударственную экспертизы некорректно. Государственные экспертизы созданы для исполнения государственных функций, а не для зарабатывания денег. Я считаю ситуацию, когда они аккредитуются на предоставление услуг негосударственной экспертизы, ненормальной, так как, бесспорно, возникает конфликт интересов. В принципе, появление негосударственной экспертизы – это благо. Она разгрузила государственные организации, которые не справлялись с возросшей активностью бизнес-среды в стране.
Конкуренция на рынке экспертизы, как и на любом другом, будет всегда. Новые экспертные организации и дальше будут появляться. Практика и время покажут, кто останется на рынке. Главным в работе негосударственных экспертиз считаю ответственность перед заказчиком за соблюдение нами требований действующего законодательства. Так, согласно 145-му постановлению правительства, в выдаваемом экспертизой заключении каждый раздел должен быть подписан экспертом, аттестованным по соответствующему направлению деятельности. Никаких «замен» не предусмотрено. Понятно, что на начальном этапе у нас у всех был неполный состав экспертов. В период отсутствия аттестованных экспертов, в принципе, региональные и муниципальные органы смотрели на это сквозь пальцы. Сейчас укомплектованность состава является определяющей в экспертных организациях. Например, в ООО «Межрегиональная негосударственная экспертиза» есть все необходимые штатные эксперты по всем разделам проектной документации и инженерных изысканий.
Стоимость экспертизы определяем, как и все, по 145-му постановлению – это основной ориентир. Что касается сроков выдачи заключений, то здесь все зависит от качества предоставляемой на экспертизу документации. Нас спрашивают, можно ли получить заключение за 20 дней. Можно, только предоставьте изначально нормальный проект. Мы заинтересованы в коротких сроках, длительная экспертиза экономически невыгодна.
Мы уважаем и ценим каждого заказчика. Компетентному заказчику нужно качество. Он благодарен нам за серьезные вопросы, которые мы задаем. А разовый заказчик тоже присутствует, но его достаточно легко определить.
Виктор Зозуля:
– Мне кажется, что дело не в разовом заказчике как таковом. Бизнес в принципе ведет двойную игру: для себя он не построит ни одного объекта без прохождения экспертизы, а на продажу – пожалуйста. Такая философия опасна.
Валерий Грибанов:
– Мне кажется, что пример «Трансвааль-парка» говорит о том, что заказчику не должно быть все равно.
Вадим Персов:
– Я бы хотел уточнить, что когда я говорил «разовые заказчики», то имел в виду команды, реализующие свой «разовый» объект, часто на продажу, у которых, к сожалению, вообще нет понимания, из чего состоит проект, как его нужно делать и т. д. А отдельные структуры, созданные застройщиками под каждый новый объект, под это определение никак не подпадают.
Александр Караваев:
– Количество заказчиков зависит от динамики строительного рынка. Если бы все госпрограммы бюджетные реализовывались, то госэкспертизу бы накрыла волна проектов.
Александр Орт:
– Получается, что нет разницы между ответственностью государственной и негосударственной экспертизы. На мой взгляд, мы подошли к рубежу, когда нужно ввести единую вневедомственную экспертизу. А сколько их должно быть – отрегулирует рынок. Мы медленно, но верно все равно к этому идем.
Недавно обсуждался вопрос архивирования и хранения заключений экспертизы. Государственная экспертиза их хранит у себя 5 лет, а потом сдает в центральный архив. У негосударственных экспертиз пока никакого понимания нет, где хранить архивные документы. Я считаю, что документы государственной и негосударственной экспертиз должны храниться в едином центре экспертных заключений.
Валерий Грибанов:
– На базе чего такой центр может быть создан?
Александр Орт:
– Центр не нужен, есть закон об архиве. Но для этого надо, чтобы кто-то сказал, что у негосударственной экспертизы система архивирования должна быть такой же, как и у государственной экспертизы.
Екатерина Боякова:
– Давайте сделаем единый архив! Надо подумать, где можно сделать этот единый банк данных. Это будет удобно заказчику и Стройнадзору.
Валерий Грибанов:
– По вашему мнению, эти функции на себя должна взять государственная структура?
Екатерина Боякова:
– Да кто угодно, рынок пока свободен.
Валерий Грибанов:
– А как будет некоммерческая организация зарабатывать на этом?
Екатерина Боякова:
– Можно предоставлять данные платно. Также прием документов может быть платным и т. д. Эта система жизнеспособна и выгодна.
Валерий Грибанов:
– Изменилось ли что-то для строительного рынка с введением негосударственной экспертизы? Компаниям легче стало работать или нет?
Сергей Свешков:
– Лично для нашей организации ничего не изменилось. Как пять лет назад, так и сейчас экспертиза наших проектов проходит в Москве в Главгосэкспертизе. Возможно, это связано с тем, что это крупные инвестиционные проекты – аэропорт Пулково-3, платная дорога Санкт-Петербург – Москва, завод «Хёндай». И ни у инвесторов, ни у заказчика не возникает мысли обращаться в негосударственную экспертизу. Я был бы рад проводить предварительные экспертные оценки в Петербурге, тем самым бы сэкономил время и нервы.
Вадим Персов:
– Все мы говорим о том, что назрел вопрос о прекращении принудительного разделения объектов, подлежащих государственной и негосударственной экспертизе. Понятно, что есть особо опасные объекты, технически сложные. Но их рассматривают те же самые эксперты, что и у нас. Может быть, и среди негосударственных экспертиз нужно провести определенную квалификацию, чтобы они тоже могли выдавать заключения по таким объектам. По бюджетным объектам в ведении государственных экспертиз, безусловно, необходимо оставить сметы. Контроль за расходованием бюджетных средств должен быть у государства. Но к экспертизе инженерных решений по таким объектам можно допустить и нас. Мы призываем всех к соблюдению действующего законодательства.
Валерий Грибанов:
– Все поддержали идею создания архива – это уже можно считать хорошим результатом.
В России вступил в силу закон, который запрещает работодателям указывать в вакансиях дискриминационные требования, не связанные с деловыми качествами работника, в том числе пол, возраст, национальность, цвет кожи.
Эксперты говорят о том, что существенных изменений на рынке труда новый документ не принесет, а только усложнит работу менеджеров по персоналу.
Теперь работодатель не вправе указывать в вакансии требования по полу, расе, цвету кожи, национальности, языку и происхождению, имущественному, семейному, социальному и должностному положению. Также в вакансии запрещается указывать возраст, место жительства, отношение к религии, убеждениям, принадлежности или непринадлежности к общественным объединениям или каким-либо социальным группам, а также другие обстоятельства, которые не связаны с деловыми качествами работников.
Документ уточняет понятие «дискриминация» и устанавливает административную ответственность за распространение информации о вакансиях, которые содержат ограничения дискриминационного характера.
Теперь за подобные нарушения работодателей буду карать административным штрафом: для граждан он составляет от 500 до 1 тыс. рублей; для индивидуальных предпринимателей без образования юридического лица – от 3 до 5 тыс. рублей; для юридических лиц – от 10 до 15 тыс. рублей.
Анатолий Кривоносов, директор Санкт-Петербургского колледжа строительной индустрии и городского хозяйства, отметил, что ничего нового в законодательстве не произошло. «Правила о запрете дискриминации по полу возрасту и т. д. и раньше были прописаны в существующих регулирующих документах РФ. А зачем появился отдельный закон – непонятно», – высказал он свою точку зрения.
Инна Ганус, первый заместитель председателя Комитета по науке и высшей школе Санкт-Петербурга, напротив, уверена, что новый документ очень важен для рынка труда, а работодатели прислушаются к тому, что на законодательном уровне установлен запрет на ограничения.
Мила Головченко, руководитель пресс-службы Head Hunter по СЗФО, рассказала, что на портале hh.ru было порядка 25% вакансий, содержащих различные требования к сотрудникам, которые теперь можно отнести к дискриминационным. Наиболее часто встречаемые – это пол, возраст, внешние данные. По ее словам, Head Hunter разослал всем своим клиентам уведомления об изменениях в правилах размещения вакансий на hh.ru.
«Несомненно, потребуется время, чтобы все участники рынка перестроились под новые требования. В будущем примеров, когда работодатель выбирает кандидата, основываясь на таких факторах, как возраст или пол, будет все меньше», – уверена Мила Головченко.
Наталья Суслова, генеральный директор коммуникационного агентства «Репутация», считает, что идея «антидискриминирующего» закона хороша, но вот воплощение, как часто у нас случается, подкачало. Эксперт считает, что принятый закон усложнит работу менеджерам по персоналу и приведет к увеличению иносказательности в вакансиях, ведь руководитель все равно возьмет того кандидата, который максимально соответствует его параметрам, а доказать дискриминацию по какому-либо из признаков в случае многоступенчатого грамотного отбора кандидатов практически невозможно.
«Если компания состоит из 20-25-летних людей, специализируется, например, на услугах в IT и ищет ассистента руководителя проектов, то маловероятно, что найдется 50-летний специалист, которому будет комфортно работать на такой позиции. Но по новому закону мы не можем ограничить возраст в заявленной вакансии. Это значит, что теперь менеджеру по персоналу придется прочитать большее количество резюме, чем раньше, для закрытия одной позиции. То же самое касается и пола кандидата, – привела пример Наталья Суслова. – Безусловно, есть вакансии, замещать которые могут только мужчины, и это прописано в КЗоТе. Но для большинства вакансий предпочтение «девочка или мальчик» исходит от непосредственного руководителя. Это может быть обусловлено как спецификой позиции, так и командообразованием (например, когда команда исторически складывается из женщин, и руководитель предпочитает работать с женским коллективом)».
Алексей Захаров, президент рекрутингового портала Superjob.ru, очень резко настроен против вышедшего закона. По его словам, российский Трудовой кодекс уже не одно десятилетие запрещает любую дискриминацию (по полу, возрасту, вероисповеданию, семейному положению и пр.). «Смысл принятия дублирующего закона мне совершенно непонятен. Это просто популистская возня, из-за которой усложнится и процесс поиска работы, и процесс подбора персонала», – раскритиковал новый закон Алексей Захаров.
«Что касается портала Superjob.ru, никаких изменений в правила размещения вакансий мы не вводили. Да, мы убрали соответствующие поля из объявлений, но ничто не мешает работодателю прописать все «дискриминационные» требования непосредственно в тексте вакансии или отказать в работе, придумав этичное объяснение», – подчеркнул Алексей Захаров.
Что касается работодателей, то согласно опросу на портале Superjob.ru, большинство из них считают, что по факту ничего не изменится, просто придется больше времени тратить на заведомо ненужные собеседования и придумывать причины отказа.