Подстанции дали два месяца
Совет по сохранению культурного наследия Петербурга в очередной раз не пришел к согласию с Группой ЛСР по поводу судьбы «блокадной» подстанции №11 на набережной Фонтанки, д. 3а. Застройщик предложил компромиссный вариант реконструкции объекта с сохранением части фасада здания, но градозащитников он не устроил. В итоге, решение вопроса отложено на два месяца.
Судьба «блокадной» подстанции №11 на набережной Фонтанки, д. 3а в очередной раз стала предметом обсуждения Совета по сохранению культурного наследия Петербурга. Во время заседания Сергей Макаров, председатель КГИОП, сообщил, что имеются два решения Совета, которые противоречат друг другу. Первое было принято в 2009 году и говорит о том, что здание «блокадной» подстанции является рядовой постройкой 1930-х годов в стиле конструктивизма, а потому на его месте можно реализовать проект гостиницы, ранее разработанный ЗАО «Архитектурное бюро «Земцов, Кондиайн и партнеры».
Но в 2013 году на рассмотрение КГИОП поступил акт по результатам государственной историко-культурной экспертизы объекта, обладающего признаками объекта культурного наследия «Тяговая подстанция № 11 (Центральная)», проведенной по заказу Петербургского отделения ВООПИиК. В связи с чем, в 2014 году распоряжением КГИОП этот объект был отнесен к выявленным объектам культурного наследия. В таких условиях реализация проекта гостиницы Группой ЛСР стала невозможна.
На прошедшем заседании инвестор предложил членам Совета рассмотреть новый – компромиссный вариант реконструкции подстанции. Он предполагает, что часть фасада подстанции будет сохранена. По мнению Юрия Земцова, автора данного проекта, генерального директора ЗАО «Архитектурное бюро «Земцов, Кондиайн и партнеры», здание подстанции № 11 «Центральная» является градостроительной ошибкой, а не редким образцом архитектуры. По его мнение, память о ней как историческом объекте нужно сохранить, но для этого можно оставить стену здания, а не весь объект целиком.
Мнения членов Совета по поводу данного проекта разошлись. Так, архитектор Никита Явейн пояснил, что данная территория в 1930-х гг. была застроена нежилыми двух- и трехэтажными зданиями, представляющими собой хозяйственные строения. По его мнению, сегодня эта локация вызывает «неоднозначные чувства», а здание подстанции не представляет архитектурной ценности.
Со своей стороны Александр Кононов, заместитель руководителя Петербургского отделения ВООПИиК, подчеркнул, что в рассматриваемом объекте главная ценность историческая, а не архитектурная. Он отметил, что в 8 марта 1942 года одновременно были введены в действие все три подстанции (№11, №15, №20), однако именно «Центральная» подстанция обеспечила током знаменитый трамвай, прошедший по Невскому. По словам Кононова, можно приспособить здание подстанции для современного использования, например, цирк, расположенный по соседству, мог бы разместить здесь свои административные службы.
Архитектор и блокадник Борис Николащенко предложил еще один вариант решения проблемы – доработать проект Юрия Земцова и оставить не только вертикальную стенку, но и горизонтальную часть здания, таким образом, сохранится конструктивистский образ подстанции.
В череде почти трехчасовых споров и рассуждений, взаимных обвинений и вопросов точку поставил вице-губернатор Игорь Албин, который заявил, что вопрос сложный, не все документы понятны, да и технического обследования объекта нет. Более того, из 45 членов Совета по сохранению культурного наследия на заседании присутствовали всего 23, а принимать такое ответственное решение в урезанном составе не правильно. В итоге, чиновник дал два месяца на то, чтобы КГИОП определил предмет охраны, провел обследование технического здания блокадной подстанции, выяснил правовые аспекты уже проведенной экспертизы.
Борис Мурашов, заместитель генерального директора Группы ЛСР, после заседания сообщил журналистам, что компания пока не будет предпринимать никаких шагов, а все-таки дождется окончательного решения властей. Однако идея сохранить помимо вертикальной стены еще и горизонтальные элементы, по его мнению, не реальна, так как серьезно пострадает коммерческая составляющая проекта.
Напомним, что если контракт с Группой ЛСР будет расторгнут, то Смольный должен будет возместить инвестору 400 млн рублей, которые по договору с городом он потратил на обновление электросетевой инфраструктуры «Горэлектротранса».
Кстати
По программе КГИОП организовано выполнение государственных историко-культурных экспертиз по четырем тяговым подстанциям: «Клинская» (№15) на Можайской ул., д. 19, лит. А, «Василеостровская» (№20) на 6-й линии В.О., д. 37, к.2, лит. А, «Тяговая подстанция ленинградского трамвая им. Урицкого» (№3) на Дегтярном пер., д. 5, лит. А и «Тяговая подстанция им. 25 октября» (№5) на Большой Подъяческой ул., д. 27, лит. А. Экспертиза должна быть закончена до конца 2015 года.
ООО «Воздушные ворота Северной столицы» в августе планирует получить разрешение на строительство в аэропорту «Пулково 1» нового терминала стоимостью более 600 млн евро. Пока же оператор аэропорта поменял схему передвижения пассажиров и транспорта.
Как рассказал сегодня журналистам Игорь Збараг, заместитель директора по строительству ООО «Воздушные ворота Северной столицы» (ВВСС), пока на площадке, где будет терминал, идут подготовительные работы, ордер на которые ВВСС получило ранее.
Пакет проектной документации по строительству терминала передан в Росэкспертизу 16мая, на его рассмотрение по существующим нормативам отводится три месяца. Окончание строительства терминала намечено на конец 2013 года.
Игорь Збараг напомнил, что инвестиции в первый этап реконструкции аэропорта «Пулково-1» составят 1,2 млрд евро. Из этой суммы более половины будет потрачено на строительство нового терминала. Кроме этого, в перечень работ в рамках первого этапа входят строительство собственного энергоцентра и очистных сооружений для производственных стоков; расширение вдвое площади перронов для стоянки самолетов и создание там спецзоны для антиоблединительной обработки самолетов в зимнее время; снос здания авиакомпании «Россия» и строительство на его месте северной галереи для посадки и высадки пассажиров; строительство железнодорожного терминала для поездов наземного экспресса и легкорельсового трамвая и т.д.
После окончания строительства нового терминала старый будет приспособлен под зону ожидания пассажиров и встречающих, а также для размещения там офисов различных служб аэропорта.
Минус пандус, плюс переходы
Чтобы построить новый терминал, оператору аэропорта придется снести пандус, по которому заезжали автобусы, увозящие из аэропорта прилетевших пассажиров. Заодно в ВВСС решили изменить всю схему прибытия и отъезда пассажиров из действующего терминала. Теперь автобусы, прибывающие из города, будут привозить пассажиров не прямо к зданию терминала, а на вторую линию. После выхода из автобусов пассажиры по двум пешеходным переходам смогут подняться ко второму ярусу терминала, где будут открыты четыре пункта досмотра, в дополнение к двум, действующим сейчас на первом ярусе.
Строительство пешеходных переходов обошлось ВВСС в 25 млн рублей, рассказал Игорь Збараг. Они уже функционируют. Кроме лестниц, в переходах предусмотрены широкие пандусы для подъема инвалидов и пассажиров с тяжелым багажом. Если багаж не снабжен колесиками, его можно будет поднять наверх на тележках. Стоянка для тележек расположена под переходом.
Трехлинейная схема
Через две недели будет закончено строительство проездов для автобусов со второй линии на первую, где они будут забирать пассажиров. Там же, на первой линии, будут осуществлять посадку пассажиров такси. Такси будут прибывать со стоянки по вызову оператора, который работает внутри аэропорта. Высадка прибывших пассажиров из частного автотранспорта будет организована на третьей линии от здания аэропорта.
Для удобства пассажиров, прибывающих в аэропорт на частных автомобилях, в аэропорту были расширены платная и бесплатная парковки. В частности, бесплатная парковка расширена со 100 до 250 машиномест. Но она теперь находится в
Александр Пирожков
За последние несколько лет на саморегулирование перешли арбитражные управляющие, аудиторы, оценщики, созданы СРО в области энергетических обследований, изысканий, проектирования и строительства. Определенные шаги в том же направлении предпринимаются в сфере страхования, медицинской деятельности, рекламы, транспортных перевозок и многих других. При этом потенциал развития саморегулирования в России еще очень и очень велик, поскольку опыт европейских стран показывает, что саморегулирование может быть распространено практически на все области бизнеса. О состоянии саморегулирования в строительной отрасли мы беседуем с генеральным директором СРО НП «Э.С.П.» и СРО НП «ЭнергоСтройАльянс» Дмитрием Мурзинцевым.
- Дмитрий Леонидович, на каком этапе сейчас находится строительная отрасль?
С одной стороны, этап становления саморегулирования в строительстве, казалось бы, завершился: сегодня в саморегулируемых организациях состоят практически все строительные организации, которые должны в них состоять; юридически формирующие саморегулирование законодательные и нормативные акты приняты; созданы и работают национальные объединения. С другой стороны, само законодательство часто меняется, действующие и вновь принимаемые нормативные акты, как правило, изобилуют противоречивыми или расплывчатыми определениями, некоторые важные моменты не регулируются надлежащим образом. Например, по компенсационным фондам, которые являются концептуальной составляющей саморегулирования, остается еще очень много вопросов.
Если говорить о частых изменениях, то не за горами очередные поправки в Градостроительный кодекс и в закон «О саморегулировании». Как оценить, на каком этапе сейчас саморегулирование в строительстве? Я бы сказал, что саморегулирование все еще находится в процессе становления.
- Дмитрий Леонидович, насколько серьезные изменения планируется внести в Градостроительный кодекс?
Они будут значимыми. В первую очередь это будут поправки, регулирующие эксплуатацию зданий и устанавливающие имущественную ответственность собственников за причинение вреда. Такое нововведение закономерно: согласно статистике, большая часть аварий происходит на стадии эксплуатации зданий.
Кроме того, в Градостроительном кодексе планируется закрепить понятие «негосударственной экспертизы» и сформулировать требования к лицам, осуществляющим данный вид деятельности. Это долгожданный шаг, который позволит сократить сроки согласования проектной документации и при этом будет способствовать повышению качества проектирования, а значит, и росту безопасности строительства.
Также ожидается, что в законопроекте будут уточнены критерии отнесения объектов к категории особо опасных, технически сложных и уникальных. Это делается в целях сокращения перечня таких объектов. Вот здесь я бы призвал законодателей обдуманно подойти к вопросу. Ставя своей целью сокращение перечня, не стоит забывать о безопасности строительства. Критерии необходимо сформулировать так, чтобы, с одной стороны, не происходило ненужной бюрократизации, с другой – не оставались за рамками и не исключались из перечня объекты, для работы на которых действительно нужен определенный уровень квалификации. Как руководитель СРО энергетиков, я говорю, прежде всего, об энергетическом строительстве. Не во всех случаях риски, связанные со строительством и эксплуатацией объектов электросетевого хозяйства, адекватно отражены в действующем законодательстве.
Еще хотелось бы увидеть в законопроекте поправки, касающиеся управления саморегулируемой организацией. Наше предложение: ввести в Градостроительный кодекс понятие заочного голосования и снять имеющиеся на этот счет разногласия. Это станет своего рода «легализацией» заочных голосований. Данный вопрос необходимо решать пакетно, вместе с вопросом о положении аффилированных компаний, поскольку он тоже затрагивает голосования. Я считаю, что аффилированные компании должны учитываться как самостоятельные организации, со всеми вытекающими отсюда правами члена СРО. Единственное исключение: на общих собраниях голоса представителей аффилированных организаций следует учитывать как один голос. С урегулированием данных норм упростятся процедуры управления СРО, что пойдет на пользу и саморегулируемым организациям и их членам.
Как я уже говорил, не решены вопросы, связанные с компенсационными фондами: законодательно не установлены минимальные требования к банкам, в которых размещаются фонды; управление фондами не передано в ведение коллегиальных органов СРО. Это создает избыточные риски, которые можно и нужно устранить. Дифференциация взносов в компенсационный фонд как таковая отсутствует, есть только повышенные взносы «за статус» генподрядчика и генпроектировщика. Более правильно, если вообще применять такой механизм, было бы установить связь между величиной взноса и количеством видов и объемом работ. Хотя мы выступаем за установление единого размера взноса, поскольку так принцип субсидиарной ответственности, который является основой концепции компенсационных фондов, будет реализован наилучшим образом.
Стоит подумать и о внесении прямого запрета на предъявление регрессных требований к членам СРО, по вине которых производятся выплаты из компенсационного фонда. Предложения о предоставлении возможности регрессных требований периодически высказываются различными представителями строительного профессионального сообщества. Тем временем, появление такой нормы стало бы ошибкой, поскольку это нарушает принцип субсидиарной ответственности. Для защиты компенсационного фонда есть более верные и эффективные средства, такие как коллективное страхование ответственности.
Наконец, необходимо обеспечить унификацию типовых нормативных актов СРО. Такие типовые нормативные акты могут и должны разрабатываться на базе национальных объединений.
- А что вы думаете по поводу поправок в закон «О саморегулировании»?
Поправки в ФЗ-315 «О саморегулируемых организациях» на данный момент по большей части касаются государственного надзора за деятельностью саморегулируемых организаций. Аналогичная статья уже содержится в Градостроительном кодексе РФ. Остается надеяться, что в конечном итоге в этих документах не будет противоречий и разночтений. Поправки о государственном контроле должны способствовать повышению эффективности борьбы с недобросовестными СРО, а не становиться дополнительным источником проблем для отрасли.
- Если мы говорим о становлении института саморегулирования в строительстве, то закономерно спросить, какую помощь оказывает государство? Достаточна ли она, на ваш взгляд?
Основная помощь идет, что называется, по линии министерств. По наиболее важным вопросам арбитром выступает заместитель председателя Правительства Дмитрий Николаевич Козак. В рабочем порядке больше всего строительное саморегулируемое сообщество взаимодействует с Министерством регионального развития РФ. Те же поправки в законопроекты, постановления Правительства, исходящие от саморегулируемых организаций, проходят через Минрегион. Собственно, доработки поправок в Градостроительный кодекс будут координироваться в основном Минрегионом.
Поскольку смысл саморегулирования – в самоуправлении отрасли, я считаю, что участие министерств находится на достаточном уровне. Диалог с государством идет и это главное. Недостатки, конечно, есть, но они будут устраняться в процессе дальнейшей работы.
- Дмитрий Леонидович, как вы считаете, какие перспективы у саморегулирования? Будут ли другие отрасли на него переходить?
Сейчас саморегулирование – это своеобразный тренд. Добровольные СРО создаются в самых различных сегментах экономики: от медицины до транспортных перевозок. Государство и бизнес рассматривают саморегулирование как основу для модернизации российской экономики. Действительно, эффективность самоуправления может быть в разы выше управления, осуществляемого государством. Полагаю, что в ближайшие годы многие отрасли полностью перейдут на саморегулирование. Для того чтобы уменьшить трудности, связанные с внедрением новых моделей, необходимо правильно использовать уже имеющийся опыт. Строительная отрасль, как локомотив реформы саморегулирования, способна стать примером, на основе которого можно, с одной стороны, избежать повторения характерных ошибок, с другой – добиться большей отдачи от позитивных наработок.