Антимонопольный подход к тарифам
Президент РФ Владимир Путин подписал указ об упразднении Федеральной службы по тарифам (ФСТ). Теперь ее функции получит Федеральная антимонопольная служба (ФАС), в которую неоднократно и поступали жалобы на ФСТ. Эксперты говорят, что данная мера назревала давно, а оптимизация положительно скажется на процессе тарифообразования.
ФСТ упразднена указом президента РФ 21 июля. Согласно документу, ее функции переходят к ФАС. Этой службе передаются и все обязательства, которые возникли в результате исполнения судебных решений в отношении ФСТ.
С предложением об объединении ФАС и ФСТ ранее выступали вице-премьер РФ Дмитрий Медведев, первый вице-премьер Игорь Шувалов и другие. Основная цель такого объединения – оптимизировать число ведомств с близкими функциями. Как предполагают в СМИ, руководителем объединенной структуры могут оставить действующего главу ФАС Игоря Артемьева.
ФАС была образована в 2004 году. Основные ее обязанности – контроль и надзор за соблюдением законодательства в сфере конкуренции на товарных рынках, защиты конкуренции на рынке финансовых услуг, деятельности субъектов естественных монополий и рекламы. Помимо этого, ФАС России осуществляет контроль за соблюдением законодательства о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, выполняет функции по контролю за осуществлением иностранных инвестиций в РФ.
ФСТ осуществляет государственное регулирование цен (тарифов) естественных монополий в электроэнергетике, нефтегазовом комплексе, на железнодорожном и ином транспорте. Также регулирует цены на услуги в транспортных терминалах, портах, аэропортах, услуги общедоступной электрической и почтовой связи, а также на иные виды товаров (работ, услуг). Теперь все эти функции перейдут к ФАС. Оптимизация положительно скажется на процессе тарифообразования, считают эксперты.
Дмитрий Солонников, директор Института современного государственного развития, отметил, что оптимизация структур государственного управления идет давно, а про объединение ФСТ и ФАС активно заговорили с начала 2015 года, и вот наконец-то это случилось. «Этот процесс можно назвать «ручной настройкой федеральных органов власти». Каждый раз при слиянии министерств и ведомств какие-то структуры выигрывают, а какие-то исчезают. Видимо у ФАС административного влияния было больше, чтобы присоединить к себе ФСТ», - высказал свою точку зрения Дмитрий Солонников.
Со своей стороны Владислав Озорин, член президиума научно-экспертного совета при рабочей группе по мониторингу реализации законодательства в энергетике, энергосбережении и повышении энергетической эффективности Совета Федерации, также считает, что присоединение ФСТ к ФАС своевременно, так как давно ходили разговоры, что ФСТ погрязла в коррупции, поэтому ее нужно ликвидировать.
«Дублирование полномочий различными органами, неверно. В этой ситуации вырабатывать какие-то разумные решения не удается, и потому что каждая структура тянет на себя. Объединение ФАС и ФСТ абсолютно разумное. Думаю, что на ситуацию с тарифообразованием это повлияет положительно. Но есть один момент, связанный с тем, что расчет тарифов и затрат – это очень сложный процесс. У нас очень мало специалистов, которые занимаются этим профессионально. Скорее всего, сотрудники ФСТ вольются в ФАС как отдельная структура», - заключил эксперт.
Участники строительной отрасли пришли к выводу о том, что власти Петербурга должны создать механизм экономического стимулирования проектов по редевелопменту территорий памятников промышленной архитектуры. Иначе памятники будут разрушаться, считают они.
Представители строительной отрасли, обсуждая на прошлой неделе экономические проблемы редевелопмента памятников промышленной архитектуры, пришли к выводу о том, что без денежного участия властей перестройка производственных зданий, как правило, невозможна. По их мнению, правительство Петербурга должно дать предпринимателям льготы — например, налоговые.
Как заявил председатель совета директоров ассоциации «Управляющий холдинг «Адамант» Дилявер Меметов, памятники промышленной архитектуры сохранить невозможно, если правительство города и предприниматели не найдут компромисса. «Я считаю, что подобные проекты нужно стимулировать экономическими методами. Например, ввести пониженный налог на имущество, земельный налог. Если это инвестпроект, правительство может построить часть инфраструктуры. Подобные правила можно вводить либо по функциональным зонам, либо отдельно, по каждому объекту», — сказал он.
По словам господина Меметова, инициатива по перестройке промышленных зданий должна исходить от правительства. «Сейчас от правительства никаких предложений», — отметил он.
С ним полностью согласен доцент кафедры архитектурного проектирования Петербургского архитектурно-строительного университета Владимир Линов. «Мне кажется, городские власти могут выразить свои предложения через Генплан, как раз сейчас в него готовятся поправки. Нужно увечить количество территорий, подлежащих реконструкции (сейчас, по Генплану, их очень мало). Кроме того, правительство должно за свои деньги провести исследование и составить «досье» на каждый потенциальный объект, чтобы неожиданно в ходе проектирования, как это водится, не всплывали историко-архитектурные экспертизы, которые ставят под угрозу весь проект», — считает он.
Если правительство не будет помогать предпринимателям, памятники промышленной архитектуры будут разрушаться, считает сопредседатель петербургского отделения ВООПИиК Маргарита Штиглиц. По ее словам, в стадии разрушения сейчас находятся такие объекты, трамвайный парк на Васильевском острове (Средний пр., 77/79). «Несмотря на то, что компания «Тригранит» объявила о большом проекте на его месте, никаких работ там не ведется», — сказала она.
Еще одним объектом, с неясным, по ее мнению, будущим, является бывший завод «Красное знамя» (между Пионерской и Большой Разночинной ул.).
Неясной остается судьба бывших зданий Ижорского завода в Колпино (между ул. Урицкого и бульваром Свободы), сказала Маргарита Штиглиц. По данным «Строительного Еженедельника», администрация Колпинского района намерена вложить не менее 150 млн рублей бюджетных средств на ремонт здания, после чего в 2014 году переехать в него из дома 1 по ул. Урицкого (там хотят сделать отделение ЗАГСа).
Впрочем, по словам госпожи Штиглиц, есть и удачные примеры редевелопмента промышленных зданий, представляющих культурную ценность. Среди них реконструкция в 2010 году здания на территории прядильно-ниточного комбината им. Кирова под Единый центр документов (ул. Красного текстильщика, 10–12, застройщик — ХК «Форум»), реконструкция под бизнес-центры корпусов завода «Красный треугольник» (наб. Обводного канала, 138, инвесторы — ЗАО «Компания «Музей», ООО «Сити центр»).
Банки не видят смысла кредитовать подобные проекты, поскольку возвратность денег весьма сомнительна. Кроме того, банк в таких случаях рискует не собственными средствами (их у любого банка немного), а деньгами клиентов, утверждает советник руководителя Северо-Западного регионального центра ОАО «Банк ВТБ» Семен Миксин. «Мы готовы финансировать любые интересные проекты, но редевелопмент и вывод предприятий за счет банковских средств, как правило, невозможен», — сказал он.
Мнение
Рафаэль Даянов, гендиректор ООО «Архитектурное бюро «Литейная часть-91»:
Очень не хватает перестройки промышленных зданий для нужд образовательных учреждений. Нельзя было придумать ничего глупее, чем загнать СПбГУ в Петергоф, когда в центре Петербурга столько возможностей (в Петергофе сейчас находятся общежития университета. — «Строительный Еженедельник».).
Строительный рынок является локальным, и выход компаний в другие регионы, как правило, обусловлен либо желанием диверсифицировать бизнес, либо невозможностью развиваться на прежнем месте из-за высокой конкуренции. С какими проблемами сталкиваются строительные компании при региональной экспансии, и нужна ли она в принципе, обсудили участники круглого стола, организованного газетой «Строительный Еженедельник» и ООО «Примэкспо Северо-Запад» в рамках международного строительного форума «Интерстройэкспо».
Валерий Грибанов:
– Компании, работающие в нескольких регионах, можно пересчитать по пальцам. Как правило, они работают в городах-миллионниках. Что мешает строительному бизнесу равномерно развиваться по всей стране? У компании «Строительный трест» есть опыт работы в Калининграде. Что послужило толчком для выхода на этот рынок?
Александр Белов:
– «Строительный трест» вышел на рынок Калининграда в 2008 году, на этапе экономического подъема. Основные задачи, которые перед нами стояли на тот момент, – создание регионального представительства фирмы с отделом продаж и формирование местного земельного банка. Для этого были приобретены несколько участков: один на берегу озера Летнее в Московском районе города и участки общей площадью порядка
Валерий Грибанов:
– К нам присоединился представитель Комитета по строительству Петербурга. Есть ли у городской администрации программы помощи местным компаниям, которые хотят выйти в регионы, и программы для компаний из других регионов, которые хотят развивать свой бизнес в Петербурге?
Игорь Шикалов:
– Такие программы есть. Мы готовы говорить об этом с бизнесом, но не всегда бизнес готов говорить с нами. Проблема в том, что у нас идет развитие территорий, но оно зачастую не скоординировано комитетами. Сегодня в Петербурге около 30 проектов комплексного освоения территорий и еще 20 проектов завершают оформление документации. Если подсчитать, то на земельных участках, находящихся в собственности инвесторов, можно построить около 45 млн кв. м жилья. Сегодня в городе ежегодно вводится порядка 2,7 млн кв. м жилья. Это говорит о том, что у бизнеса нет стимула, а у государства нет механизмов, чтобы заставить эти земельные ресурсы работать. Сегодня я также вижу проблему в другом. Бизнесу необходимо понимать, что у власти есть определенный лимит по субсидированию строительства объектов инженерной и социальной инфраструктуры в районах города. Поэтому застройщики должны сами подумать о том, каким образом эти объекты построить и тем самым обеспечить привлекательность своего объекта.
Что касается развития инноваций, то такой проект существует. Он стартовал в октябре 2011 года, когда губернатор подписал постановление правительства об утверждении концепции строительного технопарка. Под технопарком мы понимаем не просто здание, а институт взаимодействия между всеми участниками строительного рынка.
На базе технопарка будут созданы четыре площадки: информационная – для обмена инновационными идеями и понимания того, какие потребности есть у участников рынка; образовательная, на базе которой будет работать поддержанный городским правительством и финскими компаниями образовательный центр, грант на создание которого в 1,3 млн EUR мы выиграли 7 февраля 2012 года; научно-исследовательская, где будут решаться вопросы качества материалов и технологий, а также проблемы гармонизации стандартов; площадка пилотных проектов. Уже сегодня несколько скандинавских компаний – «ЮИТ», «Лемминкяйнен», NCC, SRV – заинтересовались проектом финского квартала реновации в одном из районов Петербурга. А на ул. Трефолева, 45, компания «103-й трест», ГУП «ТЭК» и «Технополис» готовы вложиться в проект строительного технопарка. Грант на создание строительного технопарка город надеется выиграть летом 2012 года.
Валерий Грибанов:
– Хотел бы обратиться с вопросом к Олегу Баркову. Сколько времени и финансовых ресурсов для открытия филиала, по Вашим оценкам, нужно компании, решившей выйти в регион?
Олег Барков:
– У нашей компании большой опыт работы в регионах России и СНГ. В регионах можно работать через открытие филиалов, развитие девелоперских проектов, либо по проектному принципу. Если мы говорим о проектной работе, то затраты на мобилизацию строительной площадки относительно небольшие и мало отличаются от подобной деятельности на территории Петербурга и Ленобласти. На организацию уходит 3-4 месяца. Если девелоперская компания принимает системное решение о выходе на рынки других городов, то полгода-год уходит на финансовую и аналитическую проработку вопроса. Работа по открытию офиса занимает порядка полугода. Важно, чтобы к моменту его открытия уже был готов проект. Оценить объем расходов довольно трудно. Управленческие затраты прогнозируемы: они составят не больше чем если бы вы открывали компанию со штатом 30 человек в Петербурге. Самые большие затраты будут на приобретение земельного участка, получение технических условий и решение всех вопросов с монополистами. Самая главная проблема регионального развития заключается в качественной разнице в спросе. Себестоимость строительства отличается максимум на 10-20%, а цены могут отличаться в 2 раза. Региональная экспансия была популярна перед кризисом, когда от бриллиантового дыма кружилась голова, а самым модным словом было IPO. Всем нужно было набрать земельный банк в регионах, показать проекты и занять миллиарда два долларов. Такие компании в период кризиса попали в непростое финансовое положение. В регионы нужно идти, зная, что ты туда принесешь и что получишь взамен. Московские и петербургские компании успешны на рынках других регионов, так как приносят туда другую культуру строительства и ведения бизнеса. К тому же время в регионах отстает от нашего на 5-7 лет.
Валерий Грибанов:
– Насколько универсальные управленческие решения работают в регионах? Остро ли стоит проблема подбора персонала?
Олег Барков:
– Проблема стоит очень остро, так как последние 15 лет активно развивались только несколько регионов страны. Поэтому, приходя в регион, надо понимать, что вам придется работать с людьми, у которых от зарплаты в 15-20 тыс. рублей кружится голова, но при этом их придется многому научить. В массе своей это порядочные и образованные люди, которых просто надо немного адаптировать для решения новых задач.
Валерий Грибанов:
– Сколько сейчас в России компаний, которых можно назвать межрегиональными? Ожидает ли рынок увеличения числа таких компаний?
Александр Спириденков:
– Мы начинали работать в Ленобласти в 2005 году, в 2007 году пришли в Петербург. Уже два года мы активно работаем в регионах. Мы столкнулись с проблемой подбора персонала, поэтому необходимых сотрудников везем с собой. Мы не стремимся к филиальному развитию, так как есть вероятность того, что такие филиалы захотят отпочковываться. Приезжая в регионы, мы иногда видим проекты разборки зданий с использованием шар-бабы, что очень странно, ведь существуют более современные способы. В основном межрегиональными являются средние компании. Крупным игрокам все же интереснее работать в Москве и Петербурге.
Валерий Грибанов:
– Стимулирует ли наличие межрегиональных компаний развитие строительного бизнеса?
Виктор Кузнецов:
– Вопросы повышения качества, в том числе и в строительной отрасли, решаются только в условиях конкурентной борьбы. Региональная экспансия крупных компаний происходит от избытка денег – им необходимо просто вкладывать их, скупая все подряд. Средние же компании более нацелены именно на развитие. Вообще существует несколько сценариев по выходу на региональные рынки. Первый – при котором компания имеет сильный федеральный ресурс, второй путь – выиграть тендер Минобороны на строительство жилья в каком-нибудь регионе, третий способ – прийти на рынок при слабой существующей конъюнктуре, и еще один сценарий – это поглощение, также возможен вариант обмена активами.
Валерий Грибанов:
– У меня вопрос к Александру Цвику. Существует проблема разницы в законодательных актах различных регионов. Может ли это служить сдерживающим фактором для выхода в регионы?
Александр Цвик:
– Трудностей нет, есть сложности. Основная сложность – нехватка кадров в регионах. Вторая сложность – в разнице восприятия новых технологий и менталитете. Объекты теплоэнергетики и малой энергетики находятся в собственности муниципалитетов, и существует непонимание того, что надо сделать. Также есть проблема с получением заказов из-за существующей системы тендеров, где определяющим фактором является предложенная цена. Конечно, выйти на региональный рынок сложно, если компания никого в регионе не знает. Так же как и практически невозможно компаниям из других регионов выйти на рынок Петербурга. Спроектировать можно много чего, но получить согласования непросто. Таким образом, в целом есть два пути: провести экспансию или выиграть тендер.
Валерий Грибанов:
– А в принципе, нужно ли это строительным компаниям?
Арсений Васильев:
– Компания задумывается о выходе в регионы, когда начинает чувствовать предел емкости рынка. Также такое решение может быть принято в рамках решения задач по диверсификации бизнеса. Это два главных основания. Подбор конкретного проекта, который бы соответствовал уже существующим здесь параметрам, и решение о том, что в этот проект можно войти, является одним из самых сложных решений, так как показатели в каждом регионе разные. Когда мы готовы согласиться с этой разницей, региональный выход может состояться. Самостоятельные попытки инвесторов оценить целесообразность выхода в регионы в 90% случаев заканчивается отрицательным ответом, так как существует нехватка информации о сторонних рынках и связанные с этим высокие риски. В первую очередь региональные органы власти должны быть заинтересованы в том, чтобы привлечь дополнительные инвестиции. Но чаще всего такие программы отсутствуют.
Олег Барков:
– Как правило, экспансию в регионы в период перед кризисом осуществляли московские компании, которые работают совсем с другими оборотами. Это была осознанная бизнес-модель. Им нужно было набрать земельных банков, быстро наоткрывать филиалов, показать на бумаге большие перспективы и привлечь доверчивых инвесторов, которые просто лопались от денег. Кто-то из них поплатился, а кто-то заработал большие деньги. Что касается нормальных компаний, то территориальная экспансия для них – не самоцель. Компании идут на это, потому что в Петербурге довольно жесткая конкуренция. Объективно даже самая крупная и мощная компания не может здесь занять больше 10-15% рынка Петербурга. Вообще девелопмент и строительство – это крайне локальный бизнес, так как он связан с землей.
Валерий Грибанов:
– Не секрет, что в Петербурге некоторые компании пришли в строительный бизнес, потому что подвернулось. Часто ли компании выходят в регионы по этой же причине?
Геннадий Киркин:
– Мы оказываем услуги по управлению проектами, и когда мы первый раз вышли в регион в 2006 году, это как раз и произошло, потому что просто подвернулось. До этого попытки тоже были, к примеру в 2002 году мы выиграли тендер на генеральный подряд на строительство торгового центра. Изучая рынок, мы поняли, что мы не сможем работать в этом регионе, и отказались от заказа. И сегодня ресурсная и кадровая база регионов часто отстает от потребностей столичных компаний. До кризиса мы не ощущали потребности в выходе в регионы, однако после его начала мы поняли, что надо выходить за пределы существующей территории развития. Сегодня, когда ситуация нормализовалась, пришло понимание того, что это закономерный этап развития компании. Мы отказались от филиального развития, так как ощущаем недостаток квалифицированных кадров. Пару лет назад мы столкнулись с ситуацией, когда местный руководитель компании, работающей в соседней стране, даже не владел навыками работы с компьютером. Сейчас мы организуем вахты и направляем в регионы наших сотрудников. Главной двигательной силой, толкающей компании к выходу в регионы, будет конкуренция как между компаниями, так и внутри их.
Валерий Грибанов:
– Если еще 10 лет назад была актуальна в силу удаленности проблема контроля качества выполненных работ, то сегодня ничего не стоит провести совещание или видеоконференцию в режиме онлайн. Оказывает ли существенное влияние на выход в регионы развитие информационных технологий?
Василий Максимов:
– Конечно, развитие информационных технологий способствует выходу на внешние рынки, в том числе и строительных компаний. Радует тот факт, что когда столичные компании выходят в регионы, они приносят туда свою культуру работы, что способствует развитию рынка и повышению его цивилизованности.
Валерий Грибанов:
– Как вы считаете, есть ли возможность для прихода в Петербург компаний извне?
Виталий Токарев:
– Мы специализируемся на загородном домостроении. И этот рынок не менее конкурентен, чем рынок городского жилья. На него активно выходят компании из Финляндии, однако им сложно конкурировать с местными фирмами за счет того, что их производственные мощности располагаются за границей, а местные игроки могут предложить не менее качественный товар по более низкой цене.
Сдерживающими факторами выхода компании, занимающейся загородным домостроением, в регионы может быть плохая транспортная доступность, к примеру, в Московском (Подмосковном) регионе. Например, в Ленинградской области инженерный специалист может выехать на 2-3 точки за день, а в Подмосковье из-за огромных пробок зачастую можно успеть только на одну точку. В южных регионах у потребителей при выборе подрядчика на возведение дома может играть роль «региональный патриотизм», когда клиент предпочитает обращаться к представителям из своего региона, а не к «варягам» – столичным компаниям. Но все эти возможные минусы нивелируются особенностью спроса в названных регионах: в Подмосковье и на юге страны менее выражена сезонность колебания спроса.
Александр Цвик:
– Выход компаний в регионы – это благо для страны, так как они несут туда новые технологии, тем самым способствуя повышению общего уровня развития рынка.
Алена Шереметьева