Смольный возвращается к «целевке»
Смольный планирует вернуть себе право предоставлять стратегическим инвесторам землю, минуя процедуру торгов. Для этого Комитет по строительству вынес на суд ЗакСа поправки в городской закон 282-43.
Депутаты предложенные поправки раскритиковали – помимо чисто юридических огрехов в законопроекте прослеживается целый ряд коррупциогенных факторов, считают парламентарии.
Формально вносимые изменения в городской закон № 282-43 «О порядке предоставления объектов недвижимости, находящихся в собственности Санкт-Петербурга, для строительства и реконструкции» призваны привести местное законодательство в соответствие с новой редакцией Земельного кодекса (ЗК), вступающей в силу с 1 марта 2015 года, сообщил председатель Комитета по строительству Михаил Демиденко, представляя проект закона комиссии ЗакСа по городскому хозяйству, градостроительству и земельным вопросам. «Ничего нового в законе нет, мы просто адаптируем местное законодательство к обновлению федеральной нормы», – сказал чиновник. Однако по факту новый Земельный кодекс вернет Смольному право внеконкурсной раздачи земли крупному бизнесу.
Напомним, эта практика была узаконена еще при Валентине Матвиенко в 2004 году, но уже в 2013 году эта норма была отменена по решению арбитражного суда как нарушающая антимонопольное законодательство. Больше года статус городского стратегического инвестора носил исключительно имиджевый характер, хотя власти и обещали полноценную административную поддержку.
Помимо закрытого перечня оснований для предоставления земельных участков для строительства без торгов (прямой указ президента, предоставление земли дольщикам для достройки проблемных объектов, размещение инженерных объектов, исполнение международных обязательств и т. д.) ЗК делегировал регионам самим определять критерии для внеконкурсного предоставления земли. Смольный выработал следующие критерии: отныне участки без конкурса будут предоставляться для размещения социально-культурных объектов (соцобслуживание, здравоохранение, культура, спорт, правопорядок), коммунально-бытовых объектов, а также реализации «масштабных инвестиционных проектов».
Как заявили представители комитета, в Петербурге масштабными будут признаваться стратегические инвестпроекты, а также проекты, реализуемые по схеме государственно-частного партнерства. Требования для признания объекта стратегическим остаются прежними: объем инвестиций в 3 млрд рублей для инфраструктурных проектов и 15 млрд рублей для иных. В итоге, как рассказал господин Демиденко, благодаря возвращению права целевого предоставления земли Смольный надеется привлечь дополнительные инвестиции именно в социальную и культурную сферу. «А главная цель этого документа – понятные правила игры для инвесторов», – отметил чиновник.
Однако народные избранники разглядели в обновленном законе другие посылы и скрытые мотивы городского правительства. Юридическое управление ЗакСа обнаружило в проекте закона сразу четыре очевидных коррупциогенных фактора, рассказал председатель комиссии Сергей Никешин. Закон сосредотачивает все права по управлению городским имущественным комплексом в руках исполнительной власти, говорят депутаты. «Законопроектом предусмотрено слишком много «свободы рук» для чиновников. Но чем меньше этой свободы, тем меньше возможностей для коррупции», – уверен «яблочник» Борис Вишневский.
По его словам, законодательная власть полностью исключена из процесса распоряжения городской собственностью. Согласно тексту закона, основанием для предоставления земли целевым назначением будет распоряжение губернатора, а не постановление правительства. Cогласно Уставу Петербурга таких полномочий у губернатора нет.
Эксперт комиссии Александр Карпов вообще признался, что не смог разобраться в столь сыром и путаном законе. «Закон практически нечитаем.
В нем неправильно определены термины, дублируются статьи, он ссылается сам на себя», – рассказал эксперт. Кроме того, в законе прописано, что решение о предоставлении зданий и земли принимается по инициативе органов исполнительной власти или инвестора, без отсылок к главным городским документам – Стратегии-2030, к актуализированному Генплану. Также в законе никак не прописана необходимость учета обременений.
Но несмотря на все претензии, комиссия приняла решение рекомендовать документ к принятию в первом чтении. После этого к написанию комплексной поправки к закону приступит рабочая группа из депутатов и чиновников. Корректировка проекта займет не менее трех недель, и к 25 февраля законопроект могут принять во втором и третьем чтениях.
Справка:
Новая редакция Земельного кодекса формально лишила Смольный возможности предоставлять целевым назначением здания для реконструкции под коммерческую недвижимость. Например, выделять исторические дома под размещение гостиниц и бизнес-центров. Дело в том, что в ЗК внесена норма, согласно которой здания и сооружения предоставляются под реконструкцию только при наличии обоснований предоставления инвестору земельного участка под объектом. А земля, как было сказано выше, предоставляется городом только под соцкультбыт и масштабные проекты. Впрочем, готового решения, как избежать появления SPA-салонов и хостелов в библиотеках, у Смольного нет.
Сегодня у строительной компании не так много путей, чтобы заставить общественность говорить о своем проекте. Собственно, есть три основных пути, по крайней мере для жилого дома, хоть как-то выделиться: при помощи архитектуры, концепции здания или его высотности. С последней в Петербурге у девелоперов особенно не ладится, – отмечают эксперты.
Средняя этажность современного жилищного строительства Санкт-Петербурга составляет 16-20 этажей. Часто в крупных жилых комплексах, которые возводятся в спальных районах, проектируется доминанта в 25-30 и выше этажей. Более высокие здания в жилищном строительстве проектируются пока редко. Арсений Васильев, генеральный директор ГК «УНИСТО Петросталь» говорит, что причин тому несколько. Во-первых, градостроительные регламенты жестко контролируют высотность строений, особенно в проектах, расположенных в историческом центре или в районах, приближенных к главным историческим доминантам города. Во-вторых, сложившаяся среднеэтажная окружающая застройка не позволяет гармонично вписывать высотные здания в архитектуру квартала.
Плохую службу девелоперам сослужил и проект «Охта-центра» во времена его противостояния с градозащитной общественностью. Елизавета Конвей, директор департамента жилой недвижимости Colliers International Санкт-Петербург, отмечает, что слово «небоскреб» в Петербурге относится к разряду тех, что произносить не стоит – сразу возникает настолько широкий общественный резонанс, что девелоперу может стоить немалых усилий утихомирить разбушевавшуюся общественность. «И это не удивительно, ведь наш город занесен в список мирового культурного наследия ЮНЕСКО именно за удивительные невские панорамы, которые являются уникальной архитектурной доминантой Петербурга. Чтобы сберечь наши уникальные виды, в городе существует высотный регламент», – говорит госпожа Конвей.
«Да и потенциальные покупатели неоднозначно реагируют на небоскребы. Граждане старше 40 лет без энтузиазма воспринимают приобретение квартиры выше 14 этажа из соображений безопасности и из-за не слишком высокого уровня доверия к качеству установленного лифтового оборудования. Но определенные плюсы в жилье на высоких этажах все же есть – хорошие видовые характеристики, более низкий уровень воздействия уличного шума, более чистый воздух.
И, несмотря на формирующуюся сегодня тенденцию к проектированию малоэтажной и среднеэтажной застройки, высотки все равно будут востребованы на городских территориях ввиду высокого спроса на жилье в мегаполисе и сложившегося дефицита участков под застройку в рамках городских кварталов», – рассуждает Арсений Васильев.
Сергей Степанов, директор по продажам компании «Строительный трест», добавляет: «Приобретая земельный участок, застройщик может заранее просчитать, сколько недвижимости он построит на той или иной территории. При этом, опытный девелопер всегда учитывает покупательский спрос: объекты с невысокой и средней этажностью наиболее популярны у покупателей недвижимости, особенно в сегментах комфорт- и бизнес-классов. Такие жилые комплексы считаются наиболее привлекательными, так как за счет меньшей высотности и меньшего количества квартир в доме можно создать более уютную, спокойную атмосферу для проживания. Большинство покупателей предпочитают квартиры не выше 10 этажа. Только 10% клиентов целенаправленно выбирают последние этажи».
Елизавета Конвей добавляет, что на такой высоте может ощущаться нехватка кислорода. «К тому же, небоскреб может раскачиваться от петербургского ветра – не каждому это понравится. Кроме того, существующая система пожаротушения пока еще мало рассчитана на такие небоскребы», – перечисляет другие минусы госпожа Конвей.
Впрочем, господин Ефремов полагает, что при правильном позиционировании объекта проблем с продажами квартир на 30-х этажах можно было бы избежать. «Действительно, есть клиенты, которые психологически не готовы жить «наверху», однако значительная часть покупателей была бы рада квартире на высоких этажах с хорошим видом и панорамным остеклением», – уверен он.
Директор по маркетингу компании «ЮИТ Санкт-Петербург» Екатерина Гуртовая с ним солидарна: «О предпочтениях покупателей свидетельствует то, что в обычных домах верхние этажи как правило стоят дороже, чем средние и нижние. Условно: чем выше этаж, тем дороже продаваемое жилье. В принципе, людей, выбирающих квартиры на верхних этажах, ничего не пугает – ни возможность поломок лифтов, ни прочие риски».
Справка:
Жилые небоскребы Петербурга
Существующие:
1. «Доминанта» (на пересечении ул. Типанова и пр. Космонавтов; 100 м, 27 этажей).
2. «Поэма у трех озер» (объект принадлежал к числу долгостроев, находится на пр. Энгельса; 100 м, 27 этажей).
3. «Гуси-лебеди» (пересечение ул. Оптиков и ул. Яхтенной; 20-27 этажей).
4. В конце 2012 г. был построен первый дом, который может быть отнесен к классу именно небоскребов: жилой комплекс «Князь Александр Невский» – 35 этажей. Высота жилой части здания составляет 105 м, а вместе с куполом и шпилем – 124 м.
Строящиеся:
1. «Северная долина» (пос. Парголово; до 27 этажей).
2. «Южная акватория» (Красносельский район; 20-26 этажей).
3. «Муринский посад» (пос. Мурино, ст. м. Девяткино; 16-27 этажей).
4. «Петергофская Венеция» (Петергоф; до 35 этажей).
Петербургский рынок архитектурного проектирования сегодня считается развитым – спрос на подобные услуги покрыт с лихвой. Однако к лидерам рынка относятся всего 5-7 компаний.
Управляющий партнер NAI Becar Projects Владимир Андреев считает, что весь рынок можно поделить на четыре категории компаний. Первая категория – широко известные компании, которые берутся только за громкие проекты; вторая – компании среднего уровня, которые менее разборчивы в выборе заказчика; третья – технические компании, которые выпускают качественную проектную документацию, но не имеют архитектурных амбиций; и, наконец, небольшие молодые креативные компании. «К лидерам рынка относятся компании первой категории, число которых не превышает 5-7 по городу. Стоит отметить, что разработка уникального проекта элит-класса вне зависимости от сегмента недвижимости будет всегда сложнее и дороже, чем разработка типового проекта. Основными проблемами рынка архитектурных проектов является общее снижение инвестиционной активности, а также отсутствие серьезных проектов и крупных инвесторов», – рассуждает господин Андреев.
На рынке архитектурного проектирования объектов коммерческой и жилой недвижимости работает достаточно много компаний, преимущественно это местные мастерские, но также есть и филиалы зарубежных компаний. Основной объем рынка принадлежит местным компаниям.
Евгений Богданов, генеральный директор финского проектного бюро Rumpu, с коллегой из Becar насчет лидеров не согласен: «Явных лидеров на текущий момент нет. Отчасти потому что этот рынок достаточно закрытый. Условно говоря, не все застройщики открывают своих проектировщиков. Очень много некачественных малоизвестных компаний на рынке».
Директор по маркетингу компании «ЮИТ Санкт-Петербург» Екатерина Гуртовая в споре о лидерах пытается найти золотую середину: «Лидеры в каждом сегменте проектируемых объектов (с точки зрения их функционального назначения) отличаются. Могут быть и различные критерии для определения лидеров. Например, среди архитекторов имеются лидеры по проектируемым метрам. Есть архитекторы – лидеры по PR. Встречаются и лидеры, условно говоря, по собственно архитектуре. Так, если удается строить больше в центре города, то там бывает чаще востребована интересная архитектура, и этим проектировщикам благодаря имеющемуся уже опыту больше доверяют заказчики. Есть архитекторы, которым не везет с заказчиками, урезающими их бюджеты, и поэтому они просто не могут ничего интересного реализовать. Естественно, этим проектировщикам тяжело доказывать, что они способны, в принципе, сделать качественную архитектуру. А есть архитекторы, которым везет с заказчиками, не экономящими чрезмерно на каких-то фасадных элементах – дома оказываются более красивыми, привлекают внимание и сразу вызывают интерес к проектировщику. Причем в некоторых случаях заказчик просто не понимает, какие элементы стоят дорого, не может отсеять дорогие и ненужные решения и, таким образом, реализует амбиции архитектора, строя задорого объект. Это ситуация, когда архитекторам везет благодаря недостаточной квалификации заказчиков».
Беслан Берсиров, заместитель генерального директора ЗАО «Строительный трест», добавляет: «Строительный трест» сотрудничает с несколькими крупными организациями: «СМ-Проект», «М4», «Пирамида», «ИТР», «Темп Проект», «ЛенНИИПроект» и др. Кроме того, в сегменте загородного домостроения мы сотрудничаем с зарубежными архитектурными студиями, в частности со студией ARS Projekt из Эстонии».
Мнение:
Дмитрий Стош, генеральный директор A-Architects (ГК «AAG»):
– Архитектурный и строительный рынок сегодня, к сожалению, сталкивается с проблемой дефицита кадров. Очень сложно найти действительно высококвалифицированных и грамотных архитекторов, которых не нужно обучать и выращивать у себя в компании.