Александр Дрозденко: «Я не хочу быть среди проигравших»
Губернатор Ленинградской области Александр Дрозденко представил членам регионального правительства комплекс мер, которые необходимо предпринять руководству области в переходный период для сохранения позитивной динамики социально-экономического развития. По окончании заседания правительства Александр Дрозденко ответил на вопросы журналистов.
- Суть программы эффективности рубля, прежде всего, в экономии. На чем область намерена в следующем году сэкономить в первую очередь?
- Эта программа связана не только с экономией. Первая часть моего выступления была посвящена мобилизации доходов бюджета. Это персонализация мониторинга по каждому виду налогов за профильными комитетами и за профильными налогоплательщиками. Я уже приводил пример. Например, есть у нас крупный налогоплательщик по налогу на прибыль «Сургутнефтегаз». Профильный Комитет по топливо-энергетическому комплексу будет ежемесячно проводить мониторинг данного налога в бюджет Ленинградской области и раз в квартал отчитываться о выполнении плана его поступления не только по «Сургутнефтегазу», но и по другим предприятиям энергетической отрасли. Таким образом, мы будем оперативно реагировать на возможные «провалы».
Мы вышли на бездефицитный бюджет, но сегодня, конечно, для нас главное – экономия. Она, прежде всего, в ликвидации, упразднении, объединении неэффективных государственных предприятий и учреждений.
Я уже сказал, что все госпредприятия, убыточные в течение более трех лет, будут либо ликвидированы, либо преобразованы через приватизацию в акционерные общества. Либо мы их услуги (опять-таки через ликвидацию) передадим на частный рынок.
Нам необходимо оптимизировать сеть госучреждений: сегодня есть такие, которые дублируют функции, - значит, их надо объединять. Мы также будем, например, ликвидировать те госучреждения, услуги которых возможно передать частному рынку. Например, это содержание домов престарелых. Сегодня уже есть организации, которые готовы оказывать эту услугу, причем при устраивающих нас расценках. То же самое – по социальному обслуживанию на дому.
Оптимизировать сеть госучреждений позволит и создание единых юридических лиц. Например, если в муниципальном районе как самостоятельные юрлица существуют музыкальная, художественная школы и так далее нужно ввести все эти муниципальные учреждения в состав школы искусств. Естественно, преподавательский коллектив не пострадает, но будет меньше чиновников, меньше надстройки. Это реальная экономия, которая опять-таки будет направляться на оказание конкретных муниципальных и государственных услуг.
Мы сегодня говорим о том, что необходимо привязать систему материального стимулирования руководителей госучреждений к расходованию энергоресурсов. Причем не в денежном выражении, а в натуральном. Чем меньше израсходовали электроэнергии, тепла, воды, чем меньше заплатили за стоки, тем больше возможность премировать руководителя. Но если расходы увеличиваются, должна действовать система депремирования. Мы уже ввели систему материального поощрения председателей комитетов и вице-губернаторов в зависимости от результатов, оцениваемых по 15 параметрам. Я уже приводил пример: мы начинали с исполнительской дисциплины в выполнении распоряжений губернатора и правительства с показателем в 52% - вышли на 99% и даже в отдельные месяцы 100%.
Мы сегодня должны максимально упростить конкурсные процедуры. Любая конкурсная процедура – это три-четыре месяца. Но чем больше мы переносим срок освоения бюджетных денег, тем меньший объем мы можем выполнить за те же деньги. Поэтому мы предлагаем при сумме государственного контракта до 50 млн рублей конкурсные процедуры упростить – вернуться к методам запроса котировок, предложений и к подбору добросовестных компаний. Причем предпочтение отдавать местным компаниям.
У нас, например, очень хорошие предложения по крупным бюджетным контрактам: в них должны участвовать только компании с уставным капиталом не ниже суммы бюджетного контракта. И самое главное – нужно учитывать опыт работы. Компания, которая выигрывает большие тендеры, большие конкурсы, большую стройку, должна иметь опыт не менее трех лет работы с бюджетом и не менее двух добросовестно исполненных бюджетных контрактов. Вы скажете: «Тогда мы ограничиваем доступ». Пожалуйста, пусть, если компания хочет работать с бюджетом, она потренируется на исполнении бюджетных заказов до 50 млн рублей, докажет, что она состоятельна, минимум два раза исполнит бюджетные обязательства, взятые на себя, и затем придет на более крупные конкурсы. Недобросовестные компании в эти – особые – времена не должны с бюджетом работать.
Мы выступили с предложением субсидировать кредитную процентную ставку (до 50%) социально ориентированным субъектам малого и среднего бизнеса, крестьянским и фермерским хозяйствам. И вообще наше ноу-хау – это трехгодичные налоговые каникулы малому бизнесу, который в небольших населенных пунктах (до 125 жителей) создает самое малое три рабочих места и оплачивает эти рабочие места не ниже прожиточного минимума. Недополученные налоговые поступления мы будем компенсировать сельским поселениям из бюджета Ленинградской области. Это не очень большие суммы для нас, но это хорошие средства для поддержки поселений. А три года освобождения от уплаты всех местных и областных налогов – очень хорошая форма поддержки для малого бизнеса.
Все, что было представлено на заседании правительства, будет оформлено в виде поручений губернатора Ленинградской области, которые будут разосланы по профильным комитетам и муниципальным образованиям. А часть поручений мы оформим в виде законопроектов на уровне Ленинградской области и наших законодательных инициатив на уровне Российской Федерации.
- В какие сроки и в каком формате будут направлены на федеральный уровень эти законодательные инициативы?
- У нас очень богатый опыт работы с федеральными органами власти по нашим предложениям. Достаточно сказать, что за последние два года все наши предложения по реформе местного самоуправления нашли свое отражение, причем очень быстро. Приведу другой пример. Не далее как вчера на Госсовете обсуждался вопрос по итогам Года культуры. И прозвучали предложения, которые давали мы, - это упрощение процедуры передачи в аренду или собственность памятников культуры федерального и регионального значения, которые сегодня находятся в руинированном состоянии.
Думаю, наши предложения должны быть услышаны не позднее первого квартала следующего года. Более того – я буду работать с федеральными надзорными органами, чтобы, может быть, опережающими темпами мы часть законов приняли на территории Ленинградской области экспериментально, но с соблюдением всех необходимых требований для того, чтобы они не противоречили федеральному законодательству. Тем самым можно будет показать, что эти нормы и законы могут работать на конкретной территории.
- Какие именно поправки в федеральное законодательство необходимо внести, по вашему мнению?
- Не нужно по каждому моему предложению по изменению 44-ФЗ принимать отдельное решение. Федеральные власти должны дать субъектам Российской Федерации право организации и упрощения конкурсных процедур для заключения государственных контрактов на сумму до 50 млн рублей. И второе – это учесть все наши предложения по социальным льготам для малого и среднего бизнеса. Наши решения сегодня от федерального бюджета не зависят: мы их примем на уровне региона, как, например, закон о детях войны. Но я остаюсь при своем мнении, что такой закон не должен приниматься в каждом субъекте отдельно. Ну чем дети войны в Ленинградской области отличаются от детей войны в других субъектах Российской Федерации? У нас этот закон будет действовать – в других регионах не будет. А он должен быть один. Вообще социальные выплаты и компенсации должны быть едиными. Мы, например, приняли решение о том, что два раза в год на период, как я говорю осторожно, ожидания большой инфляции будем индексировать все социальные выплаты; средства на закупку лечебными учреждениями лекарственных препаратов как платных, так и бесплатных; средства на организацию питания в детских садах, школах и больницах. То же самое мы будем предлагать установить на федеральном уровне.
И еще одно интересное предложение – это переход к социальным льготам исходя из принципа нуждаемости.
- А в чем суть инициативы о возможности торговли акцизными товарами для малого бизнеса?
- Знаете, есть решения популистские, а есть решения конкретные. Меня на днях спросили, как я отношусь к решению разрешить малому бизнесу в новогоднюю ночь продавать бутылку шампанского. Я воспринял это с иронией: бутылка шампанского в новогоднюю ночь малый бизнес не спасет. Другое дело – поддержать малый бизнес, прежде всего, тех, кто работает в ларьках и магазинах площадью менее 50 кв. м, разрешив им, точнее вернув, право продавать подакцизные товары: сигареты, пиво, иные слабоалкогольные напитки.
Что такое ларек в деревне? Это когда индивидуальный предприниматель поехал в большой сетевой магазин, закупил товар, установил небольшую наценку и эти товары продает в деревне. Но сегодня такому предпринимателю конкурировать с сетевиками становится все труднее. А вокруг каждого ларечка кормится, как минимум, три семьи.
Да, это акцизные товары, не столь необходимые человеку. Но они помогут малому бизнесу выживать. Я считаю, что на переходный период, по крайней мере на 2015 год, это надо разрешить. Иначе мы потеряем практически весь малый бизнес в торговле.
Суть проста: либо мы справляемся с теми вызовами и задачами, которые перед нами стоят, и получаем конкретные результаты, либо мы проигрываем. Я точно среди проигравших быть не хочу.
Рынок рекрутмента активно осваивает новый инструмент поиска специалистов - социальные сети. Строительные компании пока относятся к нему с осторожностью.
За последние 5 лет социальные сети стали рядовым местом встречи и общения для людей практически всех возрастов и профессий. По данным счетчика LiveInternet, еженедельная аудитория сети "Вконтакте" превышает 38 млн, а "Одноклассников" - 32 млн посетителей. Наращивают свои доли Facebook, Twitter, LenkedIn. По данным ComScore на апрель 2012 года, соцсетями пользуются 99,7% суточной аудитории Рунета. Неудивительно, что практически все рекрутинговые агентства воспринимают социальные сети как глобальную базу данных и используют их как инструмент для поиска персонала.
"Интерес к поиску персонала через социальные сети за последние 1-3 года значительно возрос, - сознается руководитель направления "HR-консалтинг" ГК "Институт Тренинга - АРБ Про" Евгений Доценко. - Это вовсе не означает, что этот канал поиска становится ведущим, но значимость его возросла на порядок. Поиск персонала в социальных сетях может быть в разы более эффективен, чем привлечение традиционными методами".
В первую очередь новой возможностью поиска заинтересовались профессиональные рекрутеры. "Мы используем социальные сети как дополнительный инструмент в ситуации точечного поиска персонала по определенным заданным критериям, - говорит генеральный директор рекрутинговой компании "Персона-Мобиле" Анжела Рылова. - Но на рынке появились компании, осуществляющие поиск персонала исключительно по социальным сетям".
Специалисты отделов по работе с персоналом также считают поиск кандидатов через социальные сети эффективной практикой - 73% эйчаров согласны с этим, говорится в опросе исследовательского центра холдинга "Империя кадров", проведенного в июле этого года. Из организаций, не специализирующихся на рекрутинге, готовы делать ставку именно на этот инструмент в первую очередь компании из сфер IT и профессионального сервиса: консалтинга, аудита, юридических услуг. Например, аудиторско-консалтинговая группа Accenture по состоянию на середину 2011 года набирала через социальные сети, прежде всего LinkedIn, более 80% сотрудников по всему миру, приводит пример господин Доценко.
Среди преимуществ социальных сетей респонденты "Империи кадров" называют большой охват аудитории, информативность, наличие личной информации о кандидате и возможность найти профессионалов. При этом наиболее эффективной сетью для поиска кандидатов, судя по опросу, является сеть LinkedIn (41%), следующее место занимает "Вконтакте" (22%) и третье - Facebook (17%).
"В социальной сети "Вконтакте", как правило, представлена молодежная аудитория. Здесь можно найти молодых специалистов от 20 до 30 лет, секретарей, делопроизводителей, менеджеров по продажам, - отмечает директор по персоналу холдинга RBI Юлия Маевская. - Менеджеров среднего звена, PR-специалистов, руководителей отделов с несколькими высшими образованиями, знанием языков (так называемые белые воротнички), в возрасте от 30 до 40 лет лучше искать через Facebook. В "Одноклассниках" превалирует более консервативная публика 40-50 лет. Тогда как для поиска топ-менежеров высшего звена и рабочих соцсети неэффективны".
"В социальных сетях эффективнее "ловить" IT-специалистов, менеджеров по PR и маркетингу, персонал на административные позиции - преимущественно это кандидаты молодого возраста, - считает управляющий директор AVRIO Group Consulting Светлана Катаева. - Если же говорить о топ-менеджерах, особенно со знанием английского языка, то наиболее эффективный ресурс - профессиональная сеть LinkedIn".
Однако несмотря на всю популярность, в практику поиска специалистов строительными компаниями социальные сети проникают медленно. "Мы не используем социальные сети при поиске персонала", - сообщают в группе компаний "Ханса". "Что касается нашей компании, то весь персонал мы подбираем на открытом рынке, прибегая к помощи рекрутинговых агентств, " говорит Юлия Маевская. " Опыт общения с будущими сотрудниками через соцсети у нас был, но это единичные случаи".
Причиной тому специфика бизнеса, говорят эксперты, - рабочие и инженеры со значительным опытом, а именно они чаще всего требуются в строительных организациях, редко являются активными пользователями соцсетей. С другой стороны, поиск в социальных сетях очень трудозатратен и малопредсказуем. "Вы можете потратить много времени и не найти подходящих кандидатов или найдете, но они не будут заинтересованы в рассмотрении предложений", - объясняет Светлана Катаева. И в-третьих, эффективному поиску в социальных сетях эйчаров нужно обучать, а не поручать его молодым специалистам, считают эксперты.
Нынешнее состояние инвестиционного климата в Петербурге инвесторы называют по-разному - кто паузой, кто кризисом, а кто точкой перелома. На одном из круглых столов форума PROEstate крупнейшие петербургские девелоперы пришли к выводу, что ни власть, ни общество стать инициаторами формирования стратегия не способны. А значит, эту задачу придется брать на себя сообществу профессионалов.
Исторический центр Петербурга - самый большой по площади в Европе, он насчитывает больше 15 тыс. зданий, начала с обрисовки ситуации директор по маркетингу "ЮИТ Санкт-Петербург" Екатерина Гуртовая. При этом всего порядка 3 тыс. из этих зданий относятся к памятникам и поддерживаются в удовлетворительном состоянии. Все остальные здания выглядят плачевно, и более того - с реконструкцией этих гигантских объемов город самостоятельно не справится. Безусловно, нужны частные инвестиции. Но инвесторам непонятно, какие проекты они могут реализовать в депрессивных кварталах.
"Ограничения наложены колоссальные, для всех этих зданий сейчас возможен только капремонт. Администрации, чтобы не вызывать протестной реакции населения, проще всего запретить все, - объяснила госпожа Гуртовая. - В основном, это связано с тем, что ни у города, ни у населения нет понимания того, что же в центре должно быть, какие функции могут доминировать. Тогда как реновация возможна только при четком понимании стратегии развития центра и наличии городских программ поддержки инвесторов".
Екатерину Гуртовую поддерживал вице-президент, управляющий директор ВТБ Александр Ольховский. Общественные протесты, на которые натолкнулся проект "Набережной Европы", проистекают как раз из отсутствия стратегии развития и общественного согласия по поводу будущего Петербурга. "Проблемы являются тканью нашего города - это не только проблемы девелоперов отдельно взятых проектов, которые, это наши общие проблемы", - считает господин Ольховский. У ближайшего европейского соседа Петербурга - Хельсинки существует сформированная стратегия развития до 2050 года, и детально разработанные на ее основе локальные стратегии, посетовал господин Ольховский.
"Мы должны найти согласие власти, бизнеса и общества, мы должны сформировать свою стратегию и создать на ее основании наш генеральный план, и только после этого - стратегии развития транспортной инфраструктуры, и совмещенные планы. Именно благодаря таким вещам отдельно взятые проекты, такие как "Набережная Европы" не будут сталкиваться со сложностями, - уверен вице-президент ВТБ. - Конечно же, это имеет прямое отношение к формированию нашего текущего законодательства, каждый закон из которого создан на основании латания дыр. Будь то 820-й ("О границах зон охраны объектов культурного наследия") или ПЗЗ. Это бессистемный законотворческий процесс, который приводит нас в никуда".
Однако, по всей видимости, к общественному согласию петербуржцы смогут прийти не скоро, а откладывать принятие мер по реновации центра и развитию города невозможно. Петербург уже неконкурентоспособен с точки зрения качества жизни, считает глава Hansa Group Олег Барков.
"К нам сейчас приезжают либо из большой любви к нашему культурному наследию, либо от безысходности, - высказал он свое видение ситуации на форуме. - Если точно также ничего не делать, не совершить некий интеллектуальный прорыв, не найти модель развития для нашего города, которая помогла бы максимально использовать наши преимущества, нас ждет очень сложное будущее. Сейчас мы находимся в той точке, когда мы уже практически проели советское наследие. Наше историческое наследие, даже если его поддерживать, прокормит еще очень небольшое количество времени".
При этом потенциал у города очень велик, соглашаются все девелоперы. И он мог бы стать точкой притяжения для талантливых россиян. "Наш город не должен производить "кировцы", не должен производить пушки, не должен производить материальные ценности, потому что наш город шагнул уже в следующую эпоху, и он производит культурные ценности. Оборот культурных ценностей, оборот знаний - это следующий шаг развития цивилизации", - заявил генеральный директор ООО "Институт "Ленгипрогор" Юрий Перелыгин.
Если в вопросе того, что бездействие для города губительно, девелоперы сошлись быстро. То на вопрос, с чего нужно начинать искать это самое общественное согласие, ответить так и не смогли.
Путь простого копирования чужого опыта, по словам Екатерины Гуртовой, для исторических городов невозможен. Его можно проанализировать, каким-то образом использовать, но все-таки разрабатывать необходимо свою модель. Однако власть и общество сегодня не готовы стать консолидирующей и ведущей силой в поисках согласия. Участвуют в обсуждении проблем, связанных с историческим центром, реконструкцией в лучшем случае полпроцента от всего населения Петербурга, уверен господин Ольховский.
"Обществу нужно предложить модель, которая будет осмыслена, проанализирована и объяснена достаточно детально для того, чтобы люди были в состоянии воспринять ее, не будучи историко-культурными экспертами, - все-таки подвел черту вице-президент ВТБ. - Драйвером должно быть сообщество профессионалов".
Единственное, что внушает уверенность, - к какому бы стратегическому решению относительно своего развития ни пришел Петербург, деньги на его реконструкцию привлечь будет не сложно, уверены девелоперы.