Александр Дрозденко: «Я не хочу быть среди проигравших»
Губернатор Ленинградской области Александр Дрозденко представил членам регионального правительства комплекс мер, которые необходимо предпринять руководству области в переходный период для сохранения позитивной динамики социально-экономического развития. По окончании заседания правительства Александр Дрозденко ответил на вопросы журналистов.
- Суть программы эффективности рубля, прежде всего, в экономии. На чем область намерена в следующем году сэкономить в первую очередь?
- Эта программа связана не только с экономией. Первая часть моего выступления была посвящена мобилизации доходов бюджета. Это персонализация мониторинга по каждому виду налогов за профильными комитетами и за профильными налогоплательщиками. Я уже приводил пример. Например, есть у нас крупный налогоплательщик по налогу на прибыль «Сургутнефтегаз». Профильный Комитет по топливо-энергетическому комплексу будет ежемесячно проводить мониторинг данного налога в бюджет Ленинградской области и раз в квартал отчитываться о выполнении плана его поступления не только по «Сургутнефтегазу», но и по другим предприятиям энергетической отрасли. Таким образом, мы будем оперативно реагировать на возможные «провалы».
Мы вышли на бездефицитный бюджет, но сегодня, конечно, для нас главное – экономия. Она, прежде всего, в ликвидации, упразднении, объединении неэффективных государственных предприятий и учреждений.
Я уже сказал, что все госпредприятия, убыточные в течение более трех лет, будут либо ликвидированы, либо преобразованы через приватизацию в акционерные общества. Либо мы их услуги (опять-таки через ликвидацию) передадим на частный рынок.
Нам необходимо оптимизировать сеть госучреждений: сегодня есть такие, которые дублируют функции, - значит, их надо объединять. Мы также будем, например, ликвидировать те госучреждения, услуги которых возможно передать частному рынку. Например, это содержание домов престарелых. Сегодня уже есть организации, которые готовы оказывать эту услугу, причем при устраивающих нас расценках. То же самое – по социальному обслуживанию на дому.
Оптимизировать сеть госучреждений позволит и создание единых юридических лиц. Например, если в муниципальном районе как самостоятельные юрлица существуют музыкальная, художественная школы и так далее нужно ввести все эти муниципальные учреждения в состав школы искусств. Естественно, преподавательский коллектив не пострадает, но будет меньше чиновников, меньше надстройки. Это реальная экономия, которая опять-таки будет направляться на оказание конкретных муниципальных и государственных услуг.
Мы сегодня говорим о том, что необходимо привязать систему материального стимулирования руководителей госучреждений к расходованию энергоресурсов. Причем не в денежном выражении, а в натуральном. Чем меньше израсходовали электроэнергии, тепла, воды, чем меньше заплатили за стоки, тем больше возможность премировать руководителя. Но если расходы увеличиваются, должна действовать система депремирования. Мы уже ввели систему материального поощрения председателей комитетов и вице-губернаторов в зависимости от результатов, оцениваемых по 15 параметрам. Я уже приводил пример: мы начинали с исполнительской дисциплины в выполнении распоряжений губернатора и правительства с показателем в 52% - вышли на 99% и даже в отдельные месяцы 100%.
Мы сегодня должны максимально упростить конкурсные процедуры. Любая конкурсная процедура – это три-четыре месяца. Но чем больше мы переносим срок освоения бюджетных денег, тем меньший объем мы можем выполнить за те же деньги. Поэтому мы предлагаем при сумме государственного контракта до 50 млн рублей конкурсные процедуры упростить – вернуться к методам запроса котировок, предложений и к подбору добросовестных компаний. Причем предпочтение отдавать местным компаниям.
У нас, например, очень хорошие предложения по крупным бюджетным контрактам: в них должны участвовать только компании с уставным капиталом не ниже суммы бюджетного контракта. И самое главное – нужно учитывать опыт работы. Компания, которая выигрывает большие тендеры, большие конкурсы, большую стройку, должна иметь опыт не менее трех лет работы с бюджетом и не менее двух добросовестно исполненных бюджетных контрактов. Вы скажете: «Тогда мы ограничиваем доступ». Пожалуйста, пусть, если компания хочет работать с бюджетом, она потренируется на исполнении бюджетных заказов до 50 млн рублей, докажет, что она состоятельна, минимум два раза исполнит бюджетные обязательства, взятые на себя, и затем придет на более крупные конкурсы. Недобросовестные компании в эти – особые – времена не должны с бюджетом работать.
Мы выступили с предложением субсидировать кредитную процентную ставку (до 50%) социально ориентированным субъектам малого и среднего бизнеса, крестьянским и фермерским хозяйствам. И вообще наше ноу-хау – это трехгодичные налоговые каникулы малому бизнесу, который в небольших населенных пунктах (до 125 жителей) создает самое малое три рабочих места и оплачивает эти рабочие места не ниже прожиточного минимума. Недополученные налоговые поступления мы будем компенсировать сельским поселениям из бюджета Ленинградской области. Это не очень большие суммы для нас, но это хорошие средства для поддержки поселений. А три года освобождения от уплаты всех местных и областных налогов – очень хорошая форма поддержки для малого бизнеса.
Все, что было представлено на заседании правительства, будет оформлено в виде поручений губернатора Ленинградской области, которые будут разосланы по профильным комитетам и муниципальным образованиям. А часть поручений мы оформим в виде законопроектов на уровне Ленинградской области и наших законодательных инициатив на уровне Российской Федерации.
- В какие сроки и в каком формате будут направлены на федеральный уровень эти законодательные инициативы?
- У нас очень богатый опыт работы с федеральными органами власти по нашим предложениям. Достаточно сказать, что за последние два года все наши предложения по реформе местного самоуправления нашли свое отражение, причем очень быстро. Приведу другой пример. Не далее как вчера на Госсовете обсуждался вопрос по итогам Года культуры. И прозвучали предложения, которые давали мы, - это упрощение процедуры передачи в аренду или собственность памятников культуры федерального и регионального значения, которые сегодня находятся в руинированном состоянии.
Думаю, наши предложения должны быть услышаны не позднее первого квартала следующего года. Более того – я буду работать с федеральными надзорными органами, чтобы, может быть, опережающими темпами мы часть законов приняли на территории Ленинградской области экспериментально, но с соблюдением всех необходимых требований для того, чтобы они не противоречили федеральному законодательству. Тем самым можно будет показать, что эти нормы и законы могут работать на конкретной территории.
- Какие именно поправки в федеральное законодательство необходимо внести, по вашему мнению?
- Не нужно по каждому моему предложению по изменению 44-ФЗ принимать отдельное решение. Федеральные власти должны дать субъектам Российской Федерации право организации и упрощения конкурсных процедур для заключения государственных контрактов на сумму до 50 млн рублей. И второе – это учесть все наши предложения по социальным льготам для малого и среднего бизнеса. Наши решения сегодня от федерального бюджета не зависят: мы их примем на уровне региона, как, например, закон о детях войны. Но я остаюсь при своем мнении, что такой закон не должен приниматься в каждом субъекте отдельно. Ну чем дети войны в Ленинградской области отличаются от детей войны в других субъектах Российской Федерации? У нас этот закон будет действовать – в других регионах не будет. А он должен быть один. Вообще социальные выплаты и компенсации должны быть едиными. Мы, например, приняли решение о том, что два раза в год на период, как я говорю осторожно, ожидания большой инфляции будем индексировать все социальные выплаты; средства на закупку лечебными учреждениями лекарственных препаратов как платных, так и бесплатных; средства на организацию питания в детских садах, школах и больницах. То же самое мы будем предлагать установить на федеральном уровне.
И еще одно интересное предложение – это переход к социальным льготам исходя из принципа нуждаемости.
- А в чем суть инициативы о возможности торговли акцизными товарами для малого бизнеса?
- Знаете, есть решения популистские, а есть решения конкретные. Меня на днях спросили, как я отношусь к решению разрешить малому бизнесу в новогоднюю ночь продавать бутылку шампанского. Я воспринял это с иронией: бутылка шампанского в новогоднюю ночь малый бизнес не спасет. Другое дело – поддержать малый бизнес, прежде всего, тех, кто работает в ларьках и магазинах площадью менее 50 кв. м, разрешив им, точнее вернув, право продавать подакцизные товары: сигареты, пиво, иные слабоалкогольные напитки.
Что такое ларек в деревне? Это когда индивидуальный предприниматель поехал в большой сетевой магазин, закупил товар, установил небольшую наценку и эти товары продает в деревне. Но сегодня такому предпринимателю конкурировать с сетевиками становится все труднее. А вокруг каждого ларечка кормится, как минимум, три семьи.
Да, это акцизные товары, не столь необходимые человеку. Но они помогут малому бизнесу выживать. Я считаю, что на переходный период, по крайней мере на 2015 год, это надо разрешить. Иначе мы потеряем практически весь малый бизнес в торговле.
Суть проста: либо мы справляемся с теми вызовами и задачами, которые перед нами стоят, и получаем конкретные результаты, либо мы проигрываем. Я точно среди проигравших быть не хочу.
Об актуальных проблемах российского ЖКХ беседуем с Александром Садыговым, генеральным директором ЗАО «РСУ «Строй-Сервис», членом Экспертного совета по ЖКХ при Комитете Госдумы РФ по строительству и земельным отношениям, членом Общественного совета по вопросам модернизации систем жизнеобеспечения (ЖКХ) Минрегионразвития РФ. — Александр Шыхалыевич, каковы, по Вашему мнению, основные проблемы российского ЖКХ?
— До недавнего времени у меня была четкая формулировка ответа на этот вопрос: несоответствие высоких цен и низкого качества услуг ЖКХ. Вроде бы и добавить больше нечего, этим все сказано. Однако в последнее время появилось, на мой взгляд, просто огромное число сообщений о несчастных случаях, вызванных деятельностью жилищных и коммунальных служб. От обрушений кровель, падения снега и льда, аварий в жилищном и коммунальном хозяйстве гибнут люди. К сожалению, уровень ответственности работников ЖКХ неуклонно снижается. Не хочу о них всех говорить плохо, я знаю немало квалифицированных и порядочных людей в этой отрасли, но деятельность той части ее работников, которая не отличается добросовестностью, сегодня не только бьет по карману простых россиян, но и лишает их жизни, которая священна и бесценна. Поэтому сейчас на первый план выступает проблема безопасности. К счастью, когда растает снег, эта проблема будет уже менее острой, но я бы не хотел, чтобы жилищные службы расслаблялись. Им уже давно пора по-настоящему «готовить сани летом».
Таким образом, для ЖКХ саморегулирование будет более губительным, чем для строительной отрасли. В первую очередь пострадает потребитель. Судите сами. Проект закона № 435903-5 «О внесении изменений в Жилищный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации» предполагает дополнить Жилищный кодекс статьей 171, которая регламентирует размер компенсационного фонда для СРО в ЖКХ в сумме не менее 100 тыс. рублей. Очевидно, что расплачиваться за вступление управляющих компаний в СРО будут их клиенты — жители многоквартирных домов. Правда, после обсуждения законопроекта в первом чтении, туда была добавлена фраза: «Взнос в компенсационный фонд не может быть отнесен на расходы, предусмотренные в составе платы, взимаемой с собственников помещений в многоквартирном доме по договору управления» (п. 2 упомянутой 171-й статьи новой редакции Жилищного кодекса РФ).
Есть изменения в разделе «Плата за жилое помещение и коммунальные услуги». Так, например, жильцы получат возможность вносить плату за коммунальные услуги непосредственно ресурсоснабжающим организациям, минуя управляющие компании. Это, правда, не касается коммунальных услуг, потребляемых при использовании общего имущества в многоквартирном доме.
Существенно дополняется раздел «Управление многоквартирными домами». В частности, значительно расширяется статья 161 ЖК РФ «Выбор способа управления многоквартирным домом». Там не только перечисляются эти способы, но и излагаются требования к их осуществлению, более детально регламентируется деятельность управляющих компаний, иными словами, устраняется некий правовой вакуум при выборе способа управления.
На прошлой неделе девелоперская компания «Охта Групп» объявила о создании очередного клубного дома. Он будет построен на базе существующего отеля «Карелия».
На продажу выставлены 350 апартаментов двух типов – квартиры-студии площадью
Вячеслав Балабаев, руководитель проекта «Клубный дом «Карелия», уверен, что объем выручки от реализации проекта будет больше 2 млрд рублей.
«Данный объект кажется несколько ущербным с точки зрения правового статуса, а также по конструктивным особенностям, потому как, видимо, там минимальные затраты на реконструкцию. Но, в принципе, при грамотной маркетинговой политике предложение найдет своего покупателя. Ведь это жилье в не самом плохом месте Петербурга, пусть и с какими-то минусами. Я думаю, что в данном проекте должен быть установлен дисконт порядка 5-15% к среднему ценообразованию по сходным объектам в данном районе, но более понятным с юридической точки зрения. В целом, мне пока не очень понятно, как эта схема будет выглядеть», — говорит Игорь Лучков, директор департамента консалтинга NAI Becar.
По словам Татьяны Дивиной, ведущего аналитика отдела исследований Cushman & Wakefield, отсутствие прописки — главная привлекающая девелоперов особенность такого сегмента жилой недвижимости, как апартаменты. В этом классе на рынке сегодня реализуется другой похожий проект — жилой комплекс в районе метро пр. Просвещения Yellow Submarine компании «Пионер».
Девелоперские компании, работающие на рынке жилья, периодически пытаются найти новые маркетинговые ходы, способные выделить их объект на общем фоне и привлечь внимание покупателя. В последнее время ряд проектов стали позиционировать как «клубные дома». Однако эксперты рынка считают, что клубных домов в Петербурге не может быть больше десятка.
Понятие «клубный» дифференцируется, и в его основе лежат или определенные интересы проживающих, или чисто корпоративное объединение. Такие поселки строятся либо для сотрудников крупных фирм, и посторонних туда не пускают, либо собственников объединяют определенные увлечения. Отсюда и специфика таких домов — они никогда не появляются в широкой продаже. Истинный клубный дом не подразумевает широкой рекламы. Но есть ситуации, когда «клубность» - всего лишь рекламный ход, и в итоге покупатели получают стандартный дом на небольшое количество жителей с дополнительными удобствами в виде бассейна.
«Спрос на такие проекты всегда будет оставаться стабильным, как на все предметы и объекты роскоши. Другой вопрос, что количество мест, где можно реализовать такие проекты (центр города, Крестовский и Каменный острова), ограничено. Стоимость жилья в клубном элитном доме может быть сравнима со средним значением на эксклюзивные предложения и составлять от $10 тыс. за кв. м», – говорит заместитель директора департамента консалтинга Colliers International Евгения Васильева.
Если посмотреть на проекты, реализованные на рынке элитного домостроения Петербурга, то они отклоняются от «клубного стандарта» по нескольким параметрам, прежде всего, по количеству квартир и селективности состава жильцов. Многоквартирность диктуется девелоперам стоимостью земли в прайм-локейшн, полагает генеральный директор ООО «Практис КБ» Сергей Федоров.
«Экономику проектов в этом случае не окупить 5-10 квартирами даже по максимальной для Петербурга цене (здесь в отличие от Москвы премиальный сегмент рынка жилья как слой тонкого масла на бутерброде). К стандарту клубного дома, безусловно, близки жилой комплекс БСК на 2-й Березовой аллее Каменного острова или «Пятый элемент» ныне почившей компании «Строймонтаж» на Крестовском. Сюда же можно отнести жилой комплекс «Новая звезда» RBI на Песочной набережной. Однако все они слишком многоквартирны, и реализовывались на открытом рынке, поэтому говорить о том, что это клубные дома, можно с натяжкой. Отличием клубных домов я все же назвал бы местоположение, локацию в зеленых, малонаселенных зонах, немноголюдное окружение. Каменный остров в этом смысле - идеальное место, Крестовский - убит наповал наличием метро. Что касается сервиса, то, безусловно, клубный дом должен быть насыщен релаксационной инфраструктурой. Фитнес с бассейном - хорошая опция, присутствующая, например, в «Новой звезде». И, кстати, на эксплуатационных расходах это не очень сильно сказывается - многоквартирность все же компенсирует эффект удорожания. Из ныне реализующихся проектов я бы отметил, со многими оговорками, проект «Сэтл Сити» «Лэйк Хауз» на Выборгском шоссе. Это не прайм-локейшн, но зеленая зона малоэтажной застройки, проект с однородным составом жильцов и небольшим количеством квартир, с автономной системой теплоснабжения и собственным пляжем», – рассказывает Сергей Федоров.
Управляющий директор NAI Becar в Санкт-Петербурге Илья Андреев уверен, что в европейском понимании клубных домов в России нет, но есть вполне респектабельное элитное жилье, которое правильно продвигается на рынок. «Заявить о том, что объект будет оснащен всем, чего пожелает душа богатого человека, это одно, а реализовать на деле — совсем другое. Поэтому все элитные дома, которые изначально позиционировались как клубные, сейчас таковыми не являются. Сначала проект предусматривает наличие аптеки, а на выходе на ее месте размещается пивной ресторан. Последнее слово все равно остается за собственником объекта», — говорит эксперт.
Елизавета Конвей, руководитель направления «Элитная жилая недвижимость» Knight Frank St.Petersburg, называет клубными домами такие объекты, как, например, наб. Фонтанки, 1, Динамо, 4, Кемская, 10-12, Б.Морская, 4, Невский, 133-137, Итальянская, 12, проект дома на Захарьевской (д.41), Зоологический и др. При этом, делает она оговорку, определение такого рода жилья очень размыто. «Необходимо отметить, что наши клубные дома и клубные дома в Европе — это, как принято говорить, «две большие разницы». В нашем понимании «клубный дом» — это дом с ограниченным количеством квартир, равно как и клубный поселок на загородном рынке. В европейском понимании «клуб» — это некая общность интересов, которая объединяет жильцов либо дает определенные привилегии в дружественных бренду структурах», — говорит госпожа Конвей.
Заместитель директора департамента консалтинга Colliers International Евгения Васильева полагает, что в Петербурге строительство клубных домов продиктовано, в основном, такими закономерностями, как ограничения по строительству в центральной части города, в том числе высотным регламентом. Таким образом, клубный дом — своего рода естественная и зачастую единственная возможность девелопера реализовать элитный проект в центре (как правило, это выкупаемые у города особняки и другие здания небольшой площади, где возможна реконструкция и приспособление объекта под жилую функцию).
Мнения
Заместитель директора АН «Бекар» Леонид Сандалов:
Одним из первых построенных клубных домов в Петербурге является малоэтажный комплекс в районе Купчино на Бухарестской улице. Его строили «под себя» —для работающих в газовой отрасли. К клубным можно отнести небольшие дома в центре города, которые ориентировались на «своих», и на рынке, как правило, не продавались, а также дома на Каменном острове и на 2-й Березовой аллее.
В Петербурге клубных домов мало. Главным признаком клубного дома является небольшое количество квартир — приблизительно до 50. Такие квартиры редко появляются в свободной продаже, информация расходится среди «своих», поэтому спрос на квартиры в подобном доме небольшой. В Москве бывают случаи, когда жильцы клубного дома рассматривают кандидатуру покупателя — будущего соседа. В Петербурге, возможно, тоже есть такая практика.
Председатель правления Северо-Западной палаты недвижимости Павел Созинов:
Расположение клубного дома «Карелия» довольно удачное, даже несмотря на то, что ближайшая набережная находится в некотором запустении. В целом, было бы правильно располагать подобные дома на набережных, но там сегодня, как правило, ведется строительство многоэтажек, которые снижают стоимость и престиж этих мест, понижая класс объектов, которые тут могут быть построены.