Продать, чтобы стать арендатором
Схема sale-and-leaseback, при которой крупная компания строит под себя офис, а затем продает его сторонней организации и становится арендатором этого здания, широко распространена на Западе, но пока редко применяется в России. Впрочем, в Петербурге уже есть подобные сделки, говорят эксперты.
Крупные компании, нуждающиеся в больших офисах, нередко предпочитают не искать готовые помещения в аренду, а построить их с нуля. Однако держать такие крупные активы на балансе для многих крайне невыгодно, а потому они нередко находят покупателя на такое здание, а затем заключают с новым владельцем договор на несколько десятилетий.
В первую очередь схема sale-and-leaseback позволяет собственнику, а впоследствии арендатору пустить вырученные средства либо на развитие текущего бизнеса, либо, например, на расчет по банковским обязательствам. К тому же, как правило, ставка, по которой бывший владелец арендует весь бизнес-центр или помещения в нем, фиксируется с учетом эскалации на длительный срок. Для инвестора сделка по такой схеме интересна получением стабильного дохода.
Без массового характера
Как правило, эта схема широко распространена на Западе. Впрочем, Максим Клягин, аналитик УК «Финам Менеджмент», говорит, что подобную практику уже можно назвать достаточно распространенной и в России. «Впрочем, пока сделки sale-and-leaseback в России не носят массового характера. В целом операции купли-продажи недвижимости по схеме sale-leaseback, на наш взгляд, сегодня являются весьма актуальным инструментом привлечения средств, так как позволяют продавцу не только получить необходимые денежные суммы, но и сохранить за собой право долгосрочной аренды продаваемого объекта (часто с правом последующего обратного выкупа). Кроме того, продавец несколько оптимизирует налогооблагаемую базу за счет ее уменьшения. Покупатель, со своей стороны, получает стабильный источник дохода в виде рентных платежей. При этом контрагенты, как правило, договариваются о взаимном дисконте: к цене продажи объекта и, соответственно, к ставке последующих арендных платежей», – говорит господин Клягин.
Ольга Пономарева, вице-президент инвестиционной группы компаний «Леорса», добавляет, что среди компаний, которые строят здания, а потом продают их по схеме sale-and-leaseback, есть, например, некоторые дочерние компании Газпрома. «Но в большинстве случаев, не считая «Лахта-центра», такие компании выкупают или арендуют офисы, построенные профессиональными девелоперами, а не строят их самостоятельно, так как для того чтобы построить действительно качественный объект, отвечающий всем современным требованиям, нужно обладать обширными знаниями и опытом», – отмечает она.
Интересно инвестфондам
Юрий Тараненко, директор департамента коммерческой недвижимости группы компаний RRG, полагает, что сегодня в России развитие непрофильного бизнеса – речь о самостоятельном строительстве офиса – оказывается экономически неоправданным, компании проще обратиться к профессиональному девелоперу.
Он говорит, что чаще такие схемы в России реализуются на складском рынке.
Альберт Харченко, генеральный директор East Real, говорит, что такие схемы более распространены в Москве. «В качестве примера можно вспомнить покупку Fleming Family & Partners офисно-торгового здания (Лесная ул., 3-9) у компании Coalco, которая потом арендовала там помещения; компания Ericsson продала свой московский офис на ул. 8 Марта «Пермской финансово-производственной группе»; компания Samsung продала бизнес-центр в Гнездниковском пер. девелоперской компании Capital Partners», – перечисляет господин Харченко.
Александр Артюхов, генеральный директор девелоперского направления ГК «Аури», утверждает, что покупателем зданий, продающихся в рамках sale-and-leaseback, могут быть различные паевые инвестиционные фонды, а также крупные игроки, которые формируют портфель управления активами.
Станислав Кривенков, финансовый директор ГК AAG, добавляет: «Инвестиционный фонд – обычно именно он выступают покупателем – получает заполненный объект, в котором риск потери арендных поступлений значительно меньше, чем в классическом офисном центре. Пониженный риск потери аренды находит свое отражение в стоимости сделки по продаже объекта либо в величине арендной ставки. Компания-продавец, ставшая арендатором, использует высвободившиеся денежные средства для развития бизнеса, где они приносят большую доходность по сравнению с тем, если бы они оставались вложенными в построенный объект.
У нас такая сделка была совершена представителями финского бизнеса в 2008 году. Строительный концерн «ЮИТ» построил бизнес-центр на Приморском пр., в котором после продажи объекта сам стал якорным арендатором, заняв большую часть площадей».
Мнение:
Алексей Кольчик, руководитель филиала Банка Москвы в Санкт-Петербурге:
– Нередко схема sale-and-leaseback применяется и среди автодилеров для снижения издержек. Не исключено, что этот стандарт будет принят на вооружение другими компаниями, например складскими комплексами большого формата. Банки, к сожалению, сейчас не имеют четкой схемы финансирования таких проектов, но, я думаю, что если будет расти спрос, то появится и предложение.
Руководство саморегулируемых объединений Петербурга направило в Минэкономразвития предложения по поводу разрабатываемого ведомством законопроекта «О федеральной контрактной системе» (ФКС), среди которых — создание рейтинга строительных компаний и учет их прежнего опыт работы в области госзаказа.
Руководители СРО НП «Строительный ресурс» и НП «Специальный ресурс» на прошлой неделе направило в Минэкономразвития свои предложения о проекте закона «О ФКС». Как сообщил на круглом столе в СПбГУ руководитель отдела специальных проектов СРО НП «Строительный ресурс» Игорь Немчиков, чиновникам предложено возложить на правительство РФ обязанность вести рейтинги строительных компаний, а на руководителей СРО – обязанности вести такой рейтинг среди своих членов.
Начальник службы Госстройнадзора Петербурга Александр Орт согласился с предложениями. «В 90-х годах нас направляли на обучение в Германию. Мы интересовались у немцев, как у них организована работа в сфере госзакупок. Они говорили, что работают по прямым связям безо всяких конкурсов. Скажем, если я построил объект с подрядчиками, то на другой объект я приду с ними же. В этом смысле опыт и деловая репутация действительно очень важны», — сказал он.
Инициаторы поправок в тексте своих предложений обращают внимание на то, что, по проекту закона, участники торгов обязаны дать обоснование в случае понижения цены на 25 и более процентов.
«Неясно, как это будет реализовано в условиях непрерывных электронных торгов, поэтому мы предлагаем обязать участников конкурса предоставлять обоснование о снижении цены на 15%, 20% и 30% до начала самого конкурса. Если участник конкурса не планирует снижать цену более, чем, скажем, на 15%, он не сможет этого сделать во время конкурса из-за электронного блокирования», — сказал господин Немчиков.
Одним из соавторов предложений является доцент высшей школы экономики СПбГУ Андрей Иванов. По его мнению, необходимо создать реестр контрактов, содержащий оценку качества его выполнения, при этом оценку должно совершать незаинтересованное третье лицо. Также для компаний, которые хотят принять участие в конкурсах, он предлагает установить предел суммы ранее выполненных контрактов, без которого компании не смогут в нем поучаствовать.
Подобные ценовые пороги существуют в странах Евросоюза. Ценовой порог для конкурсов на закупку товаров и услуг у правительственных организаций составляет 137 тыс. евро, у коммерческих — 211 тыс. евро, а для заказа на выполнение работ (в том числе строительных) — 5,3 млн евро, говорится в тексте предложений. При этом из предложений неясно, в каких случаях, по мнению авторов, необходимо устанавливать порог и как молодым компаниям накопить нужную сумму контрактов, если, скажем, во всех конкурсах присутствуют эти ценовые пороги.
Справка
Проект закона «О федеральной контрактной системе» начали разрабатывать сотрудники Минэкономразвития в 2011 году. Ответственным за разработку назначен замглавы Минэкономразвития Михаил Осеевский. В настоящий момент законопроект рассматривается в правительстве РФ. В начале мая 2012 года он должен быть вынесен на первое чтение в Госдуму РФ.
Участники строительной отрасли пришли к выводу о том, что власти Петербурга должны создать механизм экономического стимулирования проектов по редевелопменту территорий памятников промышленной архитектуры. Иначе памятники будут разрушаться, считают они.
Представители строительной отрасли, обсуждая на прошлой неделе экономические проблемы редевелопмента памятников промышленной архитектуры, пришли к выводу о том, что без денежного участия властей перестройка производственных зданий, как правило, невозможна. По их мнению, правительство Петербурга должно дать предпринимателям льготы — например, налоговые.
Как заявил председатель совета директоров ассоциации «Управляющий холдинг «Адамант» Дилявер Меметов, памятники промышленной архитектуры сохранить невозможно, если правительство города и предприниматели не найдут компромисса. «Я считаю, что подобные проекты нужно стимулировать экономическими методами. Например, ввести пониженный налог на имущество, земельный налог. Если это инвестпроект, правительство может построить часть инфраструктуры. Подобные правила можно вводить либо по функциональным зонам, либо отдельно, по каждому объекту», — сказал он.
По словам господина Меметова, инициатива по перестройке промышленных зданий должна исходить от правительства. «Сейчас от правительства никаких предложений», — отметил он.
С ним полностью согласен доцент кафедры архитектурного проектирования Петербургского архитектурно-строительного университета Владимир Линов. «Мне кажется, городские власти могут выразить свои предложения через Генплан, как раз сейчас в него готовятся поправки. Нужно увечить количество территорий, подлежащих реконструкции (сейчас, по Генплану, их очень мало). Кроме того, правительство должно за свои деньги провести исследование и составить «досье» на каждый потенциальный объект, чтобы неожиданно в ходе проектирования, как это водится, не всплывали историко-архитектурные экспертизы, которые ставят под угрозу весь проект», — считает он.
Если правительство не будет помогать предпринимателям, памятники промышленной архитектуры будут разрушаться, считает сопредседатель петербургского отделения ВООПИиК Маргарита Штиглиц. По ее словам, в стадии разрушения сейчас находятся такие объекты, трамвайный парк на Васильевском острове (Средний пр., 77/79). «Несмотря на то, что компания «Тригранит» объявила о большом проекте на его месте, никаких работ там не ведется», — сказала она.
Еще одним объектом, с неясным, по ее мнению, будущим, является бывший завод «Красное знамя» (между Пионерской и Большой Разночинной ул.).
Неясной остается судьба бывших зданий Ижорского завода в Колпино (между ул. Урицкого и бульваром Свободы), сказала Маргарита Штиглиц. По данным «Строительного Еженедельника», администрация Колпинского района намерена вложить не менее 150 млн рублей бюджетных средств на ремонт здания, после чего в 2014 году переехать в него из дома 1 по ул. Урицкого (там хотят сделать отделение ЗАГСа).
Впрочем, по словам госпожи Штиглиц, есть и удачные примеры редевелопмента промышленных зданий, представляющих культурную ценность. Среди них реконструкция в 2010 году здания на территории прядильно-ниточного комбината им. Кирова под Единый центр документов (ул. Красного текстильщика, 10–12, застройщик — ХК «Форум»), реконструкция под бизнес-центры корпусов завода «Красный треугольник» (наб. Обводного канала, 138, инвесторы — ЗАО «Компания «Музей», ООО «Сити центр»).
Банки не видят смысла кредитовать подобные проекты, поскольку возвратность денег весьма сомнительна. Кроме того, банк в таких случаях рискует не собственными средствами (их у любого банка немного), а деньгами клиентов, утверждает советник руководителя Северо-Западного регионального центра ОАО «Банк ВТБ» Семен Миксин. «Мы готовы финансировать любые интересные проекты, но редевелопмент и вывод предприятий за счет банковских средств, как правило, невозможен», — сказал он.
Мнение
Рафаэль Даянов, гендиректор ООО «Архитектурное бюро «Литейная часть-91»:
Очень не хватает перестройки промышленных зданий для нужд образовательных учреждений. Нельзя было придумать ничего глупее, чем загнать СПбГУ в Петергоф, когда в центре Петербурга столько возможностей (в Петергофе сейчас находятся общежития университета. — «Строительный Еженедельник».).