Обещавший «Рай в шалаше» угодил за решетку


08.07.2013 14:05

Бывший руководитель ООО «СТК Полифас» Сергей Кадубинский, обещавший дольщикам построить «Рай в шалаше», проведет за решеткой минимум 2 месяца. «Шалаш» за 365 миллионов
В Петербурге создан судебный прецедент в сфере долевого строительства. Сергей Кадубинский, некогда являвшийся генеральным директором ООО «СТК Полифас», застройщика малоэтажного жилого комплекса «Рай в шалаше», по решению Сестрорецкого районного суда проведет два месяца в следственном изоляторе. Мера пресечения ему избрана в рамках ранее возбужденного уголовного дела по части 4 ст. 159 УК РФ (мошенничество в особо крупном размере).
Таким образом, судья Анна Прокофьева удовлетворила ходатайство следственных органов о заключении под стражу бывшего бизнесмена, а ныне безработного. По мнению следствия, имело место ненад­лежащее использование средств частных инвесторов – физических лиц, участвующих в строительстве второй очереди малоэтажного жилого комплекса комфорт-класса «Рай в шалаше» в Курортном районе Петербурга. Незаконные схемы позволили Сергею Кадубинскому и его компаньонам, которых следствию еще предстоит установить, похитить у людей более 365 млн рублей. «Полифас» находится в процедуре банкротства. Есть основания полагать, что процессу активно помогали сам Сергей Кадубинский и его сообщники.
Следователь Главного следственного управления СК РФ по Санкт-Петербургу Александр Несвит принял решение ходатайствовать об избрании в отношении Сергея Кадубинского меры пресечения в виде заключения под стражу на том основании, что, находясь на свободе, экс-предприниматель может влиять на ход процедуры банкротства и контролировать финансовые потоки «Полифаса», ведь у него есть некие «связи». 24 июня Кадубинский был задержан и допрошен, в тот же день в его квартире прошли обыски.

Рай в деталях
Малоэтажный жилой комплекс комфорт-класса «Рай в шалаше» неподалеку от Сестрорецка возводится с августа 2003 года. Застройщиком и генеральным инвестором выступает ООО «СТК Полифас», генподрядчиком – ЗАО «Метаполис». Земельный участок находится в аренде у ООО «Коттеджстрой».
«Рай в шалаше» – это восемь 4-этажных корпусов с мансардами и 64 коттеджа класса таунхаус. Вторая очередь «Рая» должна была быть сдана в эксплуатацию в 2009 году, однако разрешение на ввод не получено до сих пор.
Проект кредитовал Балтинвестбанк. Представители этой организации не уточнили, каким образом намерены взыскивать утраченные сотни миллионов со структуры, которая сама в долгах как в шелках перед десятками дольщиков. Да и скажется ли позорное пятно «Рая в шалаше» на репутации финансово-кредитной организации – вопрос почти определенный.
«В 2009 году, который был указан в договоре, этот дом не мог быть сдан никаким образом по объективным причинам: не было разрешения на строительство второй очереди. Первая и вторая очереди комплекса строились одновременно. На первую очередь разрешение было получено. А в доме второй очереди был надстроен этаж, не предусмотренный первоначальным проектом. Таким образом, заключая договор с нами, господин Кадубинский прекрасно знал, что комплекс не будет введен ни в 2009-м, ни в 2010 году. Только в конце 2012 года после неоднократных обращений в авторитетные органы инициативной группы дольщиков проект прошел экспертизу и было получено разрешение на строи­тельство», – рассказала одна из дольщиц. Ее семья потеряла в «Раю» около 8 млн рублей, заключив договор на строи­тельство двух квартир. Вот уже три года, несмотря на соответствующее решение суда, господин Кадубинский не возвращает ей стоимость квартиры, договор по которой был расторгнут. «Это было сделано по инициативе самого застройщика в связи с очередным продлением сроков строительства. Но Сергей Кадубинский сразу заявил: «Возмещать я вам ничего не буду», – сообщила Галина Золотарева. К слову, когда Сергей Кадубинский оказался перед началом судебного заседания буквально бок о бок с дольщицей, и женщина обратилась к нему, он поинтересовался: «Кто это такая? Я ее не знаю».

А дольщики кто?
Сейчас в реестр участников долевого строительства, имеющих право на квартиры в до сих пор не сданной второй очереди «Рая в шалаше», внесены около 130 человек. На большую часть жилья претендуют кредиторы – юридические лица. По версии следствия, в их числе есть аффилированные с «Полифасом» структуры, принад­лежащие родственникам либо знакомым Сергея Кадубинского. «Наша квартира еще до решения суда о расторжении договора долевого участия была продана фирме родственников генерального директора ООО «Полифас» всего за 1,3 млн рублей. Эта информация есть в открытом доступе на сайте Арбитражного суда», – сообщила в суде дольщица.
«После того как в течение года дом так и не был сдан, мы с дольщиками объединились и начали разбираться в причинах ситуации. Мы столкнулись с тем, что господин Кадубинский – только верхушка айсберга. Мы имеем дело с хорошо организованной преступной группой, у которой есть связи как среди чиновников, так и среди ответственных лиц других органов. Вся эта машина была направлена с самого начала на совершение мошеннических действий», – заявил Сергей Беляков, председатель ЖСК «Двенадцатый квартал», созданного дольщиками второй очереди «Рая в шалаше». «Никому не желаю пережить то, что переживаем мы и наши семьи», – добавил он.
По словам Сергея Белякова, в числе дольщиков есть сегодня такие, кого пытаются лишить родительских прав из-за того, что они живут с детьми в деревянном доме без воды и тепла. Кто-то из-за перипетий, связанных со сдачей дома, потерял ребенка. Некоторые пожилые инвесторы ушли из жизни, так и не дождавшись обещанного «Рая» на земле.
«Не могу понять, что движет Сергеем Кадубинским. Еще в 2010-2011 годах он рассылал дольщикам письма с просьбой доплатить до 10% от суммы договора в связи с непредвиденными затратами, а сам через фирмы родственников спокойно выводил эти средства и дошел до процедуры банкротства с тем, чтобы ликвидировать основное юридическое лицо и не нести никакой дальнейшей ответственности. Сергей Кадубинский – человек, «благодаря» которому я потерял единственное жилье», – заявил Никита Скворцов, еще один участник ЖСК «Двенадцатый квартал».

«Косвенно виноватый»
Доставленный из следственного изолятора в суд бывший генеральный директор «Полифаса» Сергей Кадубинский до начала заседания активно общался с журналистами, но в этом чувствовалась нотка иронии по отношению к происходящему и присутствовавшим.
«Дольщикам я приношу свои глубочайшие извинения за то, что так случилось. Я выполнил перед ними все обязательства. Дома я построил в 2009 году. Из-за извест­ных причин и целенаправленной работы активной группы дольщиков, которые решают только свои корыстные цели, нам затянули ввод как минимум на два года. Конечно, сегодня этим людям выгодно всю вину свалить на застройщика». В дальнейшем господин Кадубинский последовательно возвращался к идеям о том, что, хотя «косвенно» он «виноват» в том, что обязательства перед дольщиками до сих пор не выполнены, виновным в мошеннических действиях себя не признает – напротив, он сам является жертвой рейдерского захвата. «Некая группа под управлением господина Беля­ко­ва вводит дольщиков в заблуждение, рассказывает им сказки. И в общем-то, то, в чем меня обвиняют, – чисто рейдерская позиция. Это они не хотят дать людям получить жилье. Я сделал со своей стороны (и спасибо огромное конкурсному управляющему Андрей Енькову) все для того, чтобы дом был сдан. Думаю, что господину Енькову удастся выполнить то, что не удалось закончить мне, и эта мыльная опера будет закончена», – заявил Сергей Кадубинский.
Он акцентировал внимание на том, что фактически жилой комплекс был построен в 2009 году, «в самый разгар кризиса», но ввести в эксплуатацию объект не дали. Однако как раз в день задержания экс-руководителя ООО «Полифас», 24 июня, выдано заключение Службы госстройнадзора и госэкспертизы Санкт-Петербурга о соответствии корпусов 11, 12, 13, 14 комплекса малоэтажной застройки по адресу: Санкт-Петербург, пос. Горская-Александровская, требованиям технических регламентов и проектной документации, в соответствии с которыми осуществлялось строительство. «Это основной документ для ввода в эксплуатацию. Все дольщики по решению суда будут обеспечены квартирами. Из конкурс­ной массы всем кредиторам денежным будут выплачены суммы», – заявил Сергей Кадубинский. Однако, у независимых экспертов по поводу вышеуказанного заключения есть другое мнение: законность его выдачи можно поставить под сомнение.

Торг неуместен
В ходе судебного заседания адвокат Кадубинского Дмитрий Баринов настаивал, что согласно предъявленному обвинению преступление совершено в сфере предпринимательской деятельности, мера пресечения в виде заключения под стражу не вписывается в нормы УПК. «Мы сейчас не рассматриваем вопрос о виновности или невиновности. Решается только вопрос о необходимости заключения обвиняемого под стражу», – подчеркнул Дмитрий Баринов.
Он представил в суде справки о наличии хронических заболеваний у самого обвиняемого, а также о тяжелом состоянии здоровья его престарелой матери, предложив рассмотреть возможность внесения денежного залога для обвиняемого в хищении у дольщиков 365 млн рублей в размере всего 0,5 млн рублей (официально Сергей Кадубинский безработный, и залог была готова внести его супруга). Однако суд не счел возможным заменить заключение под стражу денежным залогом. Стоит упомянуть, что присутствовавшие на заседании потерпевшие, кроме одного воздержавшегося от высказывания своей позиции, поддержали меру пресечения, о которой ходатайствовало следствие.
После оглашения судебного решения Сергей Кадубинский заявил: «Судья приняла позицию следователя, которая совершенно не обоснована. Я буду подавать на апелляцию».

«Рай в шалаше», но без крыши и дороги
История дольщиков «Рая в шалаше» служит наглядным примером несовершенства законодательства в сфере долевого строительства. Ведь когда люди заключали инвестиционный договор с застройщиком, объект был уже в высокой степени готовности, и все документы, оформленные надлежащим образом, им предоставлялись. «Если кто-то считает, что мы сами виноваты, что невнимательно читали договор, я еще раз повторюсь: с документами все было в порядке. Я приехал на объект, зашел в квартиру: там вода, свет, все готово. В итоге мы живем на головах у родственников», – с горечью кон­статировал председатель ЖСК «Двенадцатый квартал» Сергей Беляков.
В ЖК «Рай в шалаше» дольщики уже живут – всего там планируют разместить примерно 700 семей, сейчас обжиты уже примерно 30% таунхаусов и квартир, некоторые домики до сих пор стоят с табличкой sale.
Эдуард Ридель – генеральный директор управляющей компании ООО «Комфорт Плюс», также обслуживающей комплекс.
«У жилого комплекса «Рай в шалаше» раньше была другая управляющая компания. В этом году они проводили тендер, мы этот тендер выиграли. И когда пришли, мы начали разбираться, какие проблемы предстоит решить», – рассказал он. Прежде всего, к домам не было никаких подъездных путей и вообще никаких дорог. «Вместо них мы увидели только разбитую брусчатку. То есть инфраструктура в плане подъездных путей полностью отсутствовала. Вторая проблема, с которой мы столкнулись, была в том, что застройщик построил дома с крышами, которые сильно текли. Третья проблема – в том, что когда тает снег, вода идет в дома. Стали разбираться и увидели, что гидроизоляция вообще отсутствует, ливневая канализация отсутствует, были сложности с дренажными каналами. В некоторых домах подвалы затоплены по колено. Молниезащиты тоже нет». Такой вот «рай в шалаше» в понимании застройщика.
Сейчас местные жители и коммунальщики заняты устранением строительных недоделок. «Асфальтированные дороги к домам уже проведены. Крыши мы починили. Сейчас мы делаем гидроизоляцию и разрабатываем проект громоотводов. Все работы ведутся полностью за средства жильцов», – говорит господин Ридель.
Не лучшего мнения о «наследстве» застройщика и председатель первой очереди ТСЖ «Рай в шалаше» Анна Плисова.
«Недоделок по документам еще на 140 млн, а застройщик скинул все на дольщиков, и нам приходится за свой счет все это делать и исправлять. Мы собираемся идти в суд», – говорит женщина.
Она считает, заключение под стражу станет хорошим уроком для тех, кто берет деньги с дольщиков, но не выполняет обязательств.

Мнение:

Вера Путина, дольщица жилого комплекса «Рай в шалаше»:
– Мечтала о ребенке, который будет жить вдалеке от городского смога, на берегу залива, где есть много зелени. Двухуровневая квартира в комплексе «Рай в шалаше» обещала оправдать свое название. В 2010 году мы приобрели это жилье и были уверены, что ситуация разрешится. Нам об этом говорили неоднократно. Жалко людей, которым негде жить, – молодые семьи, пенсионеров.

Эдуард Ридель, генеральный директор управляющей компании ООО «Комфорт Плюс»:
– Чтобы иметь представление, о каких суммах (за устранение недоделок застройщика – прим. авт.) идет речь, можно обратиться к экспертизе, которая проводилась по «Раю». В этих документах обозначена общая цена – 140 млн рублей. Но недоделок, как мы видим, предостаточно, и ответить, в какое количество денег по итогу это все выльется, на настоящий момент я не возьмусь.

Анна Плисова, председатель первой очереди ТСЖ «Рай в шалаше»:
– Дольщики рады, что Сергея Кадубинского посадили. Не было ни одного, кто бы сказал, мол, «он тоже жертва» или «он этого не заслужил». Некоторые просто не верили в произошедшее.
Застройщик должен был к 2007 году сделать подъездную дорогу, на это было собраны дополнительные средства (10% на непредвиденные расходы), но куда пропали эти средства, никто не знает.
На железной крыше нет молниезащиты, а это просто опасно для жизни.
Застройщик пытался получить права на владение бесплатными парковочными местами и сделать там платную стоянку. Таких примеров у нас очень много.

Сергей Беляков, председатель ЖСК «Двенадцатый квартал»:
– Никому не пожелаю такой уча­сти. Все это время не было никакой поддержки от чиновников, хотя, конечно же, ключевой момент во всей этой ситуации – это судьбы людей. 


ИСТОЧНИК: АСН-инфо



25.08.2010 11:56

Последнее заседание петербургского Градсовета было посвящено обсуждению знакового проекта: и по авторству – его представлял известный голландец Эрик ван Эгераат, и по расположению на карте города. Спроектированный элитный жилой комплекс, по замыслу мэтра, будет отражаться в водах Мойки и Крюкова канала. Его силуэт, асимметричный и стремительный, будет по-разному смотреться с двух сторон Мойки, но в любом случае станет приковывать взгляд – и лебединой белизной, и «необщим выражением» подчеркнуто современного фасада.

 

Превратности функций

На крутых поворотах истории невинной жертвой зачастую оказывается архитектура, причем по мотивам, связанным не с эстетикой, а исключительно с функцией.

В Санкт-Петербурге, на повороте течения Мойки за Поцелуевым мостом, в 1796 г. Иван Старов построил здание для Литовского мушкетерского полка с приземистыми круглыми башнями, напоминавшее крепость. Спустя 40 лет Иосиф Шарлемань, переосмыслил здание для другого предназначения – Исправительного арестантского дома. При Александре II здесь стали содержать как уголовников, так и «политических». И эта «комплексная» функция обрекла замок на гибель в феврале 1917 г. В те дни от Литовского замка остались одни головешки.

Советская власть приспособила образовавшуюся пустоту для принципиально иной функции: у остатка стены замка возникла школа, а на фасадной линии Мойки в 1961 г. построили по-хрущевски минималистский домик-кубик для детского сада. Нельзя сказать, что он радовал глаз среди архитектуры XVII-XIX вв.

Однако на очередном крутом повороте «кубик» стал смотреться чуждо, и не только по эстетике, но опять же по функции. Он занимал место, которое в новом градостроительном языке принято называть видовым, или открыточным. И когда детское учреждение отсюда переехало, стало ясно, что «кубику» жить недолго, и на этом месте возникнет нечто кардинально новое – сугубо частное, для потребностей нового состоятельного класса.

Альтернатива была. На заседании Градсовета архитектор Юрий Земцов напомнил, что при разработке проектов Мариинки-2 и Новой Голландии весь квартал между рекой, каналом, ул. Декабристов и пер. Матвеева предлагали снести, чтобы образовать по-европейски просторную пешеходную площадь.

Но история вновь слегка повернулась: случился финансовый кризис, широким массам стало не до досуга, трансформация Новой Голландии замерла, а затем переосмыслилась, а процедура сноса квартала в новых бюджетных реалиях оказалась неподъемной. Тем более что в таких случаях необходимо разрешать имущественные вопросы, а участок на углу Мойки и канала был уже в собственности «Охта-Групп».

 

Что такое контекст?

Для разработки проекта 20-квартирного жилого дома из 6 этажей на месте Литовского замка компания пригласила именитого голландца Эрика ван Эгераата. Член Градсовета Станислав Гайкович посетовал, что вообще-то для проектирования в таких местах был бы уместен архитектурный конкурс. Это замечание осталось без ответа и даже без дискуссии, благо на заседании не было ни Никиты Явейна, ни Евгения Герасимова, у которых есть опыт конкурсных побед над европейскими знаменитостями.

Тем не менее, совсем без дискуссии собрание обойтись никак не могло. Ван Эгераат задумал здание архитектуры XXI в., что явствовало из каждой детали: плоской кровли – впрочем, волнообразно поднимающейся к углу канала и реки, образуя небольшой высотный акцент; навесного фасада, отстоящего на полметра от основной стены с увеличением «отрыва» снизу вверх, так что верхняя часть сетки при боковом обзоре образовывала сквозные просветы; формы этой сетки, где вертикали иррегулярно сменяются диагоналями; заглублением цокольного, отделанного гранитом этажа; неровной линией фасада вдоль канала, образующего выступ – надо полагать, для создания видовых возможностей потенциальным обитателям «боковых» квартир.

Ничего подобного в архитектуре соседних исторических зданий нет и быть не может. Помимо этого, фасад проектируемого здания резко выделяется еще и ярко-белым цветом. Ю.Земцов высказал мягкое замечание именно по части цвета, напомнив о превратностях климата. Больше никаких пожеланий у рецензента не возникало, и потому именно к нему, а не к ван Эгераату, обратился академик Юрий Курбатов: вписывается ли представленный проект в градостроительный контекст? Ответ был удивительнее вопроса: ничего подобного на Градсовете ранее слышать не приходилось. «А я не знаю, что такое контекст», - заявил Ю.Земцов.

Догадываясь, что спор зашел о принципах, ван Эгераат высказал собственные аргументы. Он напомнил о том, что дома в Петербурге все-таки очень разные, а общим свойством является высокое качество. А что касается эстетики, то все внешние элементы, характерные для классической застройки, здесь присутствуют: и эркеры, и консоли, и вариативная группировка окон.

Особо подчеркивалось, что здание не превышает 23,5 м при предельно допустимых 28; что оно выполняет фасадную линию, делая плавный изгиб вдоль поворота; что на углу Мойки и канала фасад закруглен, что напоминает о башне Литовского замка, а также созвучно закруглению стены комплекса Новой Голландии. Цвет обязательно должен быть ярко-белым, а внешний фасад будет выполнен из натурального камня.

И получалось, что архитектурному сообществу сказать как бы нечего. С того момента, как выяснилось, что контекст – это неизвестно что, критикам оставалось «цепляться» разве что к деталям. Так, Михаил Мамошин отметил, что для классической петербургской архитектуры типично вертикальное членение – иначе говоря, разновысотность этажей со своим стилем оконных проемов. Но замечание было не вполне уместно, поскольку у соседнего дома членение этажей было как раз нетипичным.

 

Теперь окна будут

«Пристрастный» академик Ю.Курбатов адресовал участвовавшему в заседании Градсовета замглавы КГИОП Алексею Комлеву тот же вопрос: предъявлялись ли к архитектору при проектировании в зоне ЗРЗ-1 требования по стилистической части? «Мы не настаивали на том, чтобы у здания была скатная крыша», - продолжил А.Комлев разговор о частностях. Он торопился на совещание к вице-губернатору, но академик успел задать ему еще один «каверзный», но безответный вопрос: рассматривался ли проект на Совете по культурному наследию?

Член этого Совета Олег Иоаннисян сообщил, что ничего не слышал о проекте. Он напомнил, что сохранившийся фрагмент стены Литовского замка обрушился при строительстве подземной части Мариинки-2. «Вот ведь как совпало», - заметил археолог.

Глава студии «Литейная часть» Рафаэль Даянов подчеркнул, что два здания в квартале как раз такой высоты, как проектируемый дом ван Эгераата, а кроме того, у них тоже плоские кровли. Он, впрочем, забыл добавить, что эти здания на фасадную линию Мойки не выходят и расходящимися диагоналями не эпатируют. Но это был опять же вопрос о контексте. Что касается других частностей, то у Литовского замка, напомнил Р.Даянов, была стена без окон. А теперь окна будут – может быть, косые и расходящиеся, но все-таки они будут.

Если, продолжив анализ Р.Даянова, окинуть взглядом соседние кварталы, то нельзя не заподозрить, что проект Мариинки-2 послужил неким прецедентом для архитектурных новаций близ Театральной пл. Сам ван Эгераат, впрочем, не считает Мариинку-2 шедевром. Более того, на торцах его здания, обращенных к улице Декабристов, окон не предусмотрено вовсе. Потенциальные приобретатели недвижимости будут любоваться только классическими красотами.

 

Правила мешают полету

«Если бы кто-то из нас предложил нечто подобное, идея была бы отвергнута однозначно», - заявил М.Мамошин под конец дискуссии. В самом деле, можно себе представить, какие эпитеты были бы применены к новаторскому проекту в центре, будь его автором кто-нибудь из российских архитекторов. Влетело бы и за крышу, и за окна, и за ухищрения коммерческого назначения. Достаточно вспомнить, как «распекали» Евгения Подгорнова за еле заметные «видовые уголки» на наб. Робеспьера. Но, как заметили еще древние римляне, quod licet Jovi non licet bovi.

Нельзя сказать, что выразительных эпитетов в адрес проекта ван Эгераата вовсе не прозвучало. «Дырявость – это свойство скорее средиземноморской архитектуры, чем петербургской», - отметил глава Союза архитекторов Санкт-Петербурга Владимир Попов. Сергей Орешкин назвал здание «каким-то дробным и разваливающимся». Кроме него, кажется, никто не обратил внимания на иррегулярные диагонали. И даже Ю.Курбатов в итоге высказался в пользу проекта с учетом замечаний.

Откровеннее всех оказался В.Григорьев, неполиткорректно положив конец обсуждению частностей. «Бывают традиционалистские проекты, а бывают модернистские. Этот – модернистский», - заявил он. Он не заметил, что проект не вписывается в некоторые требования ПЗЗ. Со стороны канала динамичный силуэт внешнего фасада, по его оценке, дважды нависнет над красной линией. А значит, придется делать одно из двух: либо приспосабливать правила к автору, либо автора к правилам.

Главный архитектор города Юрий Митюрев не отреагировал на это замечание напрямую, но его заключительное выступление содержало исключительно похвалы в адрес голландского мастера. Более того, по мнению Ю.Митюрева, здание настолько индивидуально, что почерк ван Эгераата угадывается мгновенно.

 

Какой Эгераат нам нужен

Общий знаменатель всех завершающих рекомендаций выразился в восклицании М.Мамошина: «У нас европейские архитекторы уже 15 лет ничего не могут построить. Дайте Эгераату такую возможность!».

В самом деле, общую благосклонность обычно придирчивого Градсовета трудно было объяснить чем-либо иным, кроме отношения к мэтру. Перед ним как-то неловко: его проекты уже выставлялись на городские конкурсы, но не удостаивались первого места. И в результате в других европейских городах есть ван Эгераат, а у нас нет.

Но вот что интересно: его прежние проекты для Петербурга (в отличие от разработок для Москвы и Ханты-Мансийска) как раз не были модернистскими. Его «голландский городок» в Новой Голландии как раз воспроизводил традиционную европейскую архитектуру. А его дома-«дольки» в комплексе «Театральный» у Юсуповского дворца прятались за фасадами на набережной, не звучали намеренным вызовом градостроительной среде (избежим «неведомого» термина «контекст»).

«Все дома разные, как и люди», - пояснял голландец на Градсовете, явно ожидая сопротивления консерваторов. «И есть такие люди, которые хотят обязательно оказаться на виду», - дополнил В.Попов.

После одобрения проекта, ван Эгераат сообщил, что считает свое произведение великолепным. Более того, по его словам, он намеренно хотел внедрить архитектуру XXI в., пусть и делающей некоторые реверансы перед традицией, на отдельно взятом небольшом участке в центре города, чтобы преодолеть «главную проблему» Петербурга – недоверие к новшествам.

Мойка, даже с точки зрения формальностей охранного зонирования, а не индивидуальных вкусов, - не то же самое, что Большая Невка у «Русского дизеля», и даже не Крестовский. Но революционный напор возможен теперь и здесь – поскольку дозволен и более того, приветствуется. «Выбрав этого автора, мы сознательно пошли на то, что эта архитектура будет узнаваемой», - пояснил Ю.Митюрев, таким образом не оставляя сомнений в том, какой именно ван Эгераат ныне востребован: именно модернистский, именно вызывающий. Другое дело, что понятие «мы» остается несколько неопределенным: понятно только, что оно не распространяется на Совет по культурному наследию. Насколько это «мы» распространяется на жителей Центрального района, прояснится, надо полагать, на общественных слушаниях: проект планировки и межевания преобразуемого квартала еще не утвержден.

 

Константин Черемных


ИСТОЧНИК: АСН-инфо
МЕТКИ: ОХТА ГРУПП



18.08.2010 14:01

К окончанию первого полугода с момента ввода саморегулирования в строительной отрасли, в Петербурге было создано больше СРО, чем в любом другом регионе России. И если ключевые параметры саморегулирования отрасли закладываются на законодательном уровне в Москве, то в Петербурге, раньше и яснее, чем где бы то ни было, просматриваются основные тенденции развития этого процесса.

 

Состоялось, но не устоялось

Три первых петербургских СРО, созданных на основе профессиональных объединений, были зарегистрированы еще в августе 2009 г. Количество членов этих СРО составляло тогда около 800 компаний.

Как отметили участники круглого стола, посвященного итогам первого года работы петербургских СРО, пик роста числа СРО и их членов пришелся на конец 2009 – начало 2010 г. В этот период количество членов СРО в Петербурге увеличилось в 8 раз – с 2500 до 9810 компаний. На сегодняшний день в городе действует 23 зарегистрированных строительных СРО. И более 90% из их членов – это компании, являющиеся представителями малого и среднего бизнеса.

В июле 2010 г. пионеры саморегулирования в строительстве в третий раз переписывали свои самые первые свидетельства о допусках, посетовал президент СРО «Объединение строителей Санкт-Петербурга» (ОССПб) Максим Шубарев. Как известно, перечень видов работ, влияющих на безопасность строительства, впервые был установлен приказом Минрегиона РФ №274, затем откорректирован в приказе №480 в октябре 2009 г. и вновь изменен приказом №624 с июля 2010 г.

Изменение перечня произошло без переходного периода, что внесло сумятицу не только в работу членов СРО, но и их заказчиков из числа государственных структур. Часть компаний малого бизнеса получили возможность покинуть СРО, поскольку их деятельность более не требует получения допусков, в результате чего некоторые СРО из-за сокращения числа членов просто прекратили существование.

 

Ближе к делу

Предупредить такие потрясения в будущем позволило принятие новых поправок к Градкодексу – в составе закона №240-ФЗ от 24 июля 2010 г. Причем на сей раз СРО и профессиональные объединения Петербурга и Ленобласти приняли активное участие в обсуждении документа. Благодаря поправкам было введено универсальное правило, установившее полугодовой переходный период для всех изменений в перечень видов работ, влияющих на безопасность строительства.

Кроме того, введена не менее важная норма, которая избавит СРО от многомесячного ожидания решений Ростехнадзора: отсутствие запретительного предписания на поданные документы в течение 10 дней можно расценивать как согласие.

Наконец-то была достигнута определенность в спорном вопросе о хранении средств в компенсационных фондах. Теперь СРО, доверившие их управляющим компаниям, должны будут их изъять и разместить на банковских депозитах.

Законодательно установлены минимальные требования к выдаче допусков не только к работам, которые оказывают влияние на безопасность строительства, но и к работам по организации строительства.

Решена судьба Национальных объединений СРО – законом закреплена возможность создания только по одному Нацобъединению для строителей, проектировщиков и изыскателей, что должно предотвратить «размножение» «альтернативных» объединенных структур.

Государство также делегировало СРО право осуществлять контроль деятельности своих членов в области соблюдения технических регламентов.

Однако главная проблема технического и нормативного регулирования – сфере, которую государство оставило за собой – не решена. Нормативная база к закону «О техническом регламенте безопасности зданий, строений и сооружений» еще не разработана, а СНиПы и ГОСТы носят только рекомендательный характер, напомнил председатель правления Группы ЛСР Александр Вахмистров.

В области нормативного регулирования строительного процесса сохраняется еще очень много деструктивных моментов, соглашается глава совета директоров Холдинга RBI Эдуард Тиктинский. Это касается и процедуры общественных слушаний, и территориальных норм. «СРО «Объединение строителей Санкт-Петербурга», в которую входит наша компания, принимала активное участие в обсуждении региональных законов о Генплане, ПЗЗ, об объединенной охранной зоне, - говорит он. – И у нас только одна просьба к законодателю: нам бы хотелось, чтобы профессионалы привлекались к разработке и обсуждению отраслевого законодательства на более ранних стадиях».

Этот тезис Э.Тиктинский проиллюстрировал примером «нормативной нестыковки» - недавно введенными требованиями по согласованию проектной документации на любые объекты в Санкт-Петербурге с Росохранкультурой. Из-за этого нововведения процесс тормозится на 2 месяца, причем данные экспертизы документации на региональном уровне не учитываются. Предприниматель не понимает, почему нужно согласовывать в Росохранкультуре проекты, не соприкасающиеся с зонами охраны объектов культурного наследия.

 

Ближе к регионам

В пользу делегирования части функций Нацобъединений СРО региональным структурам в области саморегулирования высказался глава петербургского Комитета по строительству Вячеслав Семененко.

Нацобъединения, по его мнению, должны в первую очередь заниматься проблемами методологии, но есть ряд вопросов, которые целесообразно решать внутри регионов. В частности, на общенациональном уровне целесообразно разработать принципы профессиональной этики, но третейские суды, которые будут ими руководствоваться, логичнее приблизить к местам, где возникают споры.

Не определен также механизм выставления счета к СРО, выдавшей допуск организации, которая проштрафилась в ходе выполнения работ по государственному или частному заказу. Кроме того, сегодня принимаются важные решения об участии государства в строительстве инфраструктуры в составе проектов комплексного освоения территорий. Наконец, в Петербурге формируются новые нормативы, касающиеся строительства в центре города. «СРО должны стать партнерами государства по всем вопросам, касающимся отрасли», - подчеркнул В.Семененко.

В Петербурге по сути дела уже созданы органы, которые регулируют взаимоотношения СРО с властью – это Советы при городском правительстве и при полпредстве, напоминает А.Вахмистров. По его мнению, в каждом регионе, возможно, и не стоит учреждать вертикально интегрированные структуры, но на уровне 7 федеральных округов создать объединения СРО вполне резонно.

 

Саморегулируемая миграция

Поскольку Санкт-Петербург оказался в авангарде саморегулирования, в городские СРО – особенно сформированные по отраслевому, а не региональному принципу – «подтягиваются» компании из других городов. Но, по словам М.Шубарева, о многих иногородних компаниях нет достоверной информации – в том числе потому, что в провинции вообще царит «информационный голод по теме саморегулирования. Половину заявок ОССПб оставляет без удовлетворения».

Чтобы обезопасить СРО от недобросовестных членов, необходимо наладить обмен информацией о компаниях между регионами, считает он. Пока не известно, возьмет ли НОСТРОЙ на себя функцию по созданию единой информационной базы. Но ряд петербургских СРО уже готовы принять участие в формировании «черных списков» организаций, исключенных из СРО по разным причинам.

Трудно сказать, плохо это или хорошо, но миграция компаний из одной СРО в другую все равно будет, считает А.Вахмистров. Возможно, некоторые СРО прекратят свое существование, как это произошло с одной из карельских организаций после вступления в силу Приказа Минрегиона РФ №624.

Кроме того, эксперты предполагают, что некоторые компании захотят перейти из одной СРО в другую – ту, что наиболее полно и адекватно представляет их интересы. Но они предупреждают, что выход из СРО будет сопровождаться утратой взноса в компенсационный фонд и внесением нового взноса в фонд другой СРО.

Изживать проблему недобросовестных компаний СРО придется в порядке «самоочищения», считают петербургские лидеры саморегулирования. По их мнению, следующие полгода работы по госзаказу также помогут пролить свет на вопрос «кто есть кто» среди СРО и их членов.

 

Наталья Стандровская


ИСТОЧНИК: АСН-инфо