«Строймонтаж»: Призрак обманутого дольщика ушел. Обязательства остались

Деятельность холдинга «Строймонтаж» Артура Кириленко фактически переходит в новую плоскость. После того как компания прекратила продажи и сдала все строящиеся объекты, социальный фактор исчезнет из «диалога» с многочисленными кредиторами.

Однако, удовлетворившая в полной мере своих дольщиков компания стоит перед проблемой расчетов с кредитными структурами. И здесь еще многие вопросы не решены.

Корпорация «Строймонтаж», основанная в 1994 г., в Петербурге отметилась такими известными проектами как высотный комплекс «Монблан» в центре города, по соседству с ним – крупнейший в городе бизнес-центр класса В+ «Петровский Форт», а на Крестовском острове – элитный комплекс «Пятый Элемент» у Южного пруда. Всего же, по данным компании, «Строймонтаж» сдал за всю свою историю около 50 объектов – примерно 800 тысяч кв. м недвижимости. Причем больше трети этого объема сдавалась в 2008 г., из-за чего задолженность компании перед дольщиками к началу кризиса достигла 17 млрд. рублей.

Главная интрига была, успеет ли холдинг достроить и передать объекты клиентам до того, как долги и судебные споры смогут парализовать деятельность девелопера. Но, как отчиталась в конце мая пресс-служба «Строймонтажа», последний дом сдан. Скандала, к счастью для городских властей и, прежде всего, – покупателей жилья, не получилось. 17 млрд. вернулись дольщикам в виде построенных «квадратов».

При этом финансовые проблемы холдинга Артура Кириленко не исчерпаны, и периодически будоражат внимание прессы. Началось все с того, что в декабре 2008 г. «Строймонтаж» задержал выплаты по первому купону облигационного займа. Все эксперты тогда высказали удивление, что один из докризисных лидеров рынка вдруг не смог найти всего около 90 млн. рублей – сумму для жилищного строительства в общем-то не крупную. Однако Артур Кириленко заявил: «Мы заплатим купон, но позже. Нет ничего удивительного, что каждый рубль мы направляем на стройку». Купон действительно был выплачен неделю спустя, но компания к тому времени прославилась как первый девелопер, допустивший так называемый технический дефолт.

Сегодня был допущен второй технический дефолт – по тем же облигациям, но уже по второму купону. Многие эксперты и СМИ опять гадают, заплатит ли «Строймонтаж» за неделю или же объявит настоящий дефолт. Покажет время.

Впрочем, это уже не особо, наверное, волнует дольщиков компании. То, что деньги были вложены в завершение строительства жилых объектов сегодня сомнения не вызывает – все дома сданы. Но вот остался вопрос расчетов с кредиторами и держателями облигаций.

Позиция компании, которая предпочла сначала выполнить обязательства перед дольщиками, отложив урегулирование проблем с кредиторами (примечательно, что до сих пор девелоперы руководствовались обратной логикой, и дольщики оставались в последней очереди кредиторов), вызывает разные мнения. Однако большинство считает ее в сложившейся ситуации совершенно оправданной.

Очевидно, что такой подход, в первую очередь, устраивает дольщиков, а также городские власти, не заинтересованные в росте социальной напряженности в и без того сложных условиях экономического кризиса.

«То, что «Строймонтаж» сосредоточил усилия на сдаче объектов, вполне логично. Застройщику выгоднее завершить объектов, находящихся на завершающих стадиях строительства, так как это уже инвестированные деньги, которые нужно окупать», - говорит Евгения Васильева, руководитель отдела консалтинга Astera St.Petersburg. «На завершении начатых объектов они сосредоточились по двум причинам. Во-первых, для сохранения имиджа компании. Во-вторых, чтобы успешнее реализовать непроданные квадратные метры. Не секрет, что сейчас кто-то если и покупает на первичном рынке, то в домах высокой стадии готовности или, что еще предпочтительнее, уже сданных Госкомиссии. На полученные от продаж средства можно погасить часть задолженности», поддерживает коллегу Екатерина Марковец, директор департамента консалтинга и оценки АРИН.

Александр Мулякаев, председатель совета директоров ГК «Гласс Дизайн» отмечает: «Позиция вполне адекватна: в первую очередь дольщики, затем все остальные. Обиженные дольщики – это социальный взрыв, чего совершенно сейчас не нужно никому – ни властям, ни зайстройщикам. Поэтому выбрали меньшее из двух зол – больше страдают подрядчики, поставщики и банки. Наша компания «Гласс Дизайн» также выполняла работы для «Строймонтажа», и у корпорации была перед нами задолженность. На данный момент мы претензий не имеем, задолженность реструктуризирована и будет погашена жильем».

На прошлой неделе Артур Кириленко заявил прессе: «Мы никогда не отказывались от своих долгов. Всем и все вернем». Сделано это заявление было в день вынесения решения Петроградского суда по иску одного из крупнейших кредиторов холдинга – Балтийского банка. По этому решению с банком будет расплачиваться лично Артур Кириленко, из собственного кармана. Речь идет почти об 1 млрд. рублей – бизнесмен выступал поручителем по двум кредитам. Правда, адвокаты Кириленко собираются обжаловать это решение в вышестоящей инстанции. Также обжалуются все остальные решения Арбитражного суда, которых вынесено уже немало.

Стоит отметить, что с Балтийским банком у холдинга идет настоящая судебная война, часто перетекающая в информационную. Больше чем за полгода обмена исками банк пока так и не смог добиться окончательного решения по основным вопросам.

Более того, как сообщил в мае «Деловой Петербург», «Строймонтаж» добился в суде признания незаключенным инвестиционного договора, который давал Балтийскому банку право претендовать на 8,9 тысячи кв. м офисов в элитном комплексе «Монблан».

Как уже сообщали СМИ, Балтийский банк сегодня единственный, с кем «Строймонтаж» не смог договориться о реструктуризации долгов. Их у компании около 2,3 млрд рублей и среди основных кредиторов – банк «Санкт-Петербург», Альфа-Банк, Связь-банк и другие. В залоге у банков находятся земельные участки, где «Строймонтаж» затормозил начало строительства и не начинал продажи.

Позиция большинства банков, с которыми достигнута договоренность о реструктуризации долга оценивается экспертами, как наиболее дальновидная и продуманная. Е.Васильева отмечает: «Во внесудебной договоренности зачастую заинтересованы обе стороны: и банк, и девелопер. Банк заинтересован в получении от девелопера «живых» денег, а не активов в виде объектов незавершенного строительства. Ведь в этом случае «забота» о проекте и реализации данного актива посредством продажи квартир ложится на банк, который будет вынужден выделять ресурс для управления полученными объектами». «Кроме того, в последнее время недвижимость, которую можно взыскать по суду за долги, уже перестала быть привлекательным активом и надежным залогом. На фоне бурно растущего рынка банки часто «пропускали» завышенные оценки (иногда завышение было в 2-3 раза от докризисной цены). Соответственно сейчас реальная стоимость таких залогов составляет четверть оценочной. Если же банк будет выставлять объект, полученный по решению суда, на торги, он будет иметь право реализовывать его с дисконтом не более 10% от оценочной стоимости», добавляет Е.Марковец.

При этом эксперты отмечают, что активизация судебных разбирательств, а также связанная с этим шумиха в СМИ, подрывают и без того снизившееся в последнее время доверие граждан к строительным компаниям. Это, в свою очередь, затрудняет положение всех игроков на рынке. «Доверие граждан уже подорвано. Именно поэтому даже весьма значительное падение цен на первичном рынке не улучшает динамику продаж. Люди боятся оказаться обманутыми дольщиками», говорит Е.Марковец.

Сумеет ли «Строймонтаж» быстро рассчитаться с долгами и вернуться в число активных участников строительной отрасли Санкт-Петербурга – покажет время. Пока можно лишь отметить, что в сложной кризисной ситуации компания заняла социально-ответственную позицию и сдала все строящиеся дома. И такая позиция естественно одобряется властью и дольщиками.

 

Михаил Добрецов

 

 

Ландшафтная история: право на переписку

В начале июня в Петербурге под эгидой Международной федерации ландшафтных архитекторов (IFLA) и Ассоциации ландшафтных архитекторов стран СНГ, а также правительства Санкт-Петербурга прошла III Международная конференция «Исторические ландшафты и современность». На этот раз состав ее был особенно представительным. Активное участие в конференции приняли участие специалисты из стран Северной и Южной Америки, Западной и Восточной Европы и Ближнего Востока. Функцию организаторов дискуссии поделили между собой Санкт-Петербургская государственная лесотехническая академия и Университет Линкольна (Новая Зеландия).

От природно-культурного до исторического

Следует заметить, что за пределами конференции, которая проходит в Петербурге уже в третий раз, превратившись в ежегодную и собирает весьма представительный состав участников из разных уголков света, сам термин «исторический ландшафт» не обрел пока устойчивого статуса и толкования. Так что, к примеру, противники высотного строительства в Петербурге, запросто могут понимать под ним исторически сложившиеся линии крыш на уровне горизонта. Так же неоднозначно используется это понятие в процессе разработки региональных градостроительных норм в различных субъектах РФ: где-то говорится об охране «исторического», а где-то «культурного» ландшафта.

Между тем, по документам ЮНЕСКО, пристально следящего за ситуацией с планируемым строительством небоскреба «Охта-центра», такого понятия как «исторический ландшафт» попросту не существует. Обсуждение проблемы необходимости взятия под охрану объектов ландшафтной архитектуры в ЮНЕСКО впервые началось еще в 1972 г., а претвориться в официальные документы эта дискуссия смогла лишь в 1992 г. Тогда объекты наследия было решено разделить на объекты культурного и природного наследия. А объекты, сочетающие в себе ценности были отнесены к третьей, смешанной группе.

При этом, однако, новое понятие «культурный ландшафт» было отнесено к категории объектов «культурного наследия» и рекомендуемые для включения в Список всемирного наследия ландшафтные объекты, соответственно, до сих пор проходят процедуру оценки, не учитывающую природную ценность. В процессе начавшейся в 1992 г. реноминации объектов всемирного наследия, к 2000 г. под охрану ЮНЕСКО попали 480 объектов культурного наследия, 128 – природных и 30 – смешанных. За то же время нового звания «культурного ландшафта» удостоилось 14 объектов списка. А в течение последнего 10-летия в число претендентов на получение статуса попало еще порядка 20 объектов, в том числе музеи-заповедники Л.Н.Толстого «Ясная Поляна» и «Бородино», Кенозерский национальный парк (Архангельская обл.), Соловецкий музей-заповедник и дворцово-парковые ансамбли окрестностей Санкт-Петербурга.

Согласно документам ЮНЕСКО, «культурный ландшафт» - это результат сотворчества человека и природы, несущий выразительный отпечаток социальных, экономических и культурных процессов, присущих своему региону. Термин «исторический ландшафт» еще более конкретизирует эти характеристики, задавая этим процессам временные рамки. В то же время он открывает новую ветвь дискуссии о необходимости возврата тому или иному объекту ландшафтной архитектуры облика, задуманного его создателями – ландшафтными архитекторами.

Нам важно сохранить для будущих поколений не только физику, но и историю места, добиться устойчивой жизни ландшафта и научить людей жить в согласии с ним, - заявила президент IFLA Дайана Мензиес. Над этой задачей, по ее словам, будут трудиться представители Международной федерации ландшафтных архитекторов в составе недавно созданной рабочей группы по историческим ландшафтам при ЮНЕСКО.

 

Сохранять – значит управлять

Как бы не вздыхали сердобольные граждане по произрастающим самым естественным образом садам и паркам, без вмешательства человека сберечь исторический культурный ландшафт невозможно, - считают специалисты. Чтобы сохранять просветы и лужайки, или определенный колорит красок растительности, а также представителей коренной фауны, обитающей в ней, дикорастущие деревья и кусты необходимо удалять, а травы стричь в различных режимах.

Насколько этот вопрос может быть неоднозначным на практике, рассказали на сотрудники Дирекции королевских парков Великобритании Найджел Дж. Рив и Рут Холмс на примере реализации проекта реставрации одного из старейших в Лондоне Гринвичского парка. Разброс посадок, осуществлявшихся до начала ХХ в. на его территории, оказался весьма нелогичным. Так что в процессе их восстановления архитекторам пришлось больше ориентироваться на общий дух планировочной структуры. Отдельным приоритетом стало намерение сохранить группу деревьев, растущих в парке с XVIII в. Каждое из 64 деревьев-патриархов оказалось на особом счету. «Это не просто старые деревья. Они являются важной частью ландшафта и культурным наследием», - сообщила Р.Холмс, пояснив, что ближайшему окружению долгожителей пришлось либо подстроиться под них, либо покинуть парк.

Чтобы восстановить исторический облик ландшафта, необходимо вначале выделить те его элементы, которые впоследствии станут ключевыми, организующими композицию, - говорит глава Национальной службы парков США Роберт Пэйдж, ссылаясь на Флорентийскую хартию по сохранению исторических садов. По его словам, недостаточно только восстановить ландшафт, необходимо еще и зафиксировать его в этом состоянии, установить контроль над его дальнейшим развитием. «Управление ландшафтом важнее сохранения того, что существует», - заявил он.

Для работы на таких объектах нужен квалифицированный персонал. Поэтому на базе Национальной службы парков США реализуются программы профессионального обучения рабочих и операторов историческим ландшафтом. Получившие сертификаты специалисты могут остаться на этих курсах в качестве преподавателей. «Мы заинтересованы в том, чтобы приобщить к истории новое поколение, молодежь», - заметил Р. Пэйдж.

Дирекция королевских парков Великобритании имеет собственный взгляд на решение просветительско-воспитательной задачи, надеясь привлечь к созданию нового фруктового сада в Гринвичском парке волонтеров и общественные организации. «Это существенная проблема, - говорит Р.Холмс. – Общество должно быть информировано о том, что мы собираемся сделать». В мегаполисах практически любой зеленый уголок подвергается сверхнормативной антропогенной нагрузки. Тем более это касается исторических садов и парков, которые привлекают множество посетителей, в том числе туристов.

Как сделать так, чтобы сохранить их доступными для всех, и притом не потерять историческую, антикварную и вместе с тем научную ценность объекта? В руководстве Государственного ботанического сада РАН (ГБС РАН, Москва) считают, что средства на реставрационные работы будут эффективно использованы лишь в том случае, если удастся увести людей подальше от дендрария и лесной части, где намечены рубки и новые посадки, в сторону отдельных ландшафтных экспозиций. Как рассказала главный ландшафтный архитектор сада Елена Голосова, в Москве для посетителей по-прежнему останутся доступными яблоневый сад и розарий, сад непрерывного цветения и сад прибрежных растений. А попутно могут быть также реализованы новые проекты, не требующие больших затрат – создание сада ароматов, сада папоротников и др.

В советские времена научная функция Ботанического сада превалировала, в результате чего его территория стихийно и довольно плотно застраивались корпусами прикладного назначения. В конце концов, от резко повысившейся пешеходной и рекреационной нагрузки начала страдать коллекция, - пожаловалась Е.Голосова. Новая схема дорожно-тропиночной сети, организация дополнительных входов и выходов и усиление научно-просветительской функции помогут изменить ситуацию после реконструкции, - надеется она. А пока этот проект дожидается окончания кризиса.

 

Очень современная история

Вместе с проектом реконструкции Ботанического сада, вызревают, дожидаясь конца кризиса, и новые планы по созданию новых пешеходных в рамках программ по благоустройству исторического центра Петербурга. Однако, теперь позиция городских властей такова – создание новых пешеходных зон в центре должно окупаться. И это требование, по мнению главного ландшафтного архитектора Петербурга Ларисы Канунниковой, вполне реализуемо. Например, за счет выделения некой единой функциональной особенности, которая будет работать на привлечение «целевой аудитории», в чем могут быть заинтересованы потенциальные спонсоры и инвесторы таких проектов.

Вместе с тем недоумение иностранных участников конференции вызвал рассказ сотрудницы Лесотехнической академии Татьяны Трубачевой об инвестиционном проекте по реконструкции территории бывшей Контрольно-семенной опытной станции в центре Пушкина. Этот объект, связанный с именем Вавилова, не удалось защитить ни петербургским парламентариям, ни общественности. Согласно Генплану Санкт-Петербурга, он оказался включенным в зону малоэтажной жилой и общественно-деловой застройки. Но городские власти и инвестор обещают сохранить для просветительских и социальных функций по крайне мере ту половины коллекции, которая дожила до сегодняшних дней. Если, конечно, кризис не отразится и на этом проекте.

Впрочем, нынешний мировой кризис – не чета тому затяжному состоянию инвестиционной апатии, которая длится десятилетиями на постсоветском пространстве. Так, особенно удручающее впечатление произвел рассказ о нынешнем состоянии ирригационных построек в Ереване. Трубопровод, построенный в рамках грандиозного проекта озеленения в 1960-х гг., практически не используется и вряд ли может быть восстановлен, и город с климатом полупыстыни постепенно лишается зеленых насаждений, - рассказала архитектор Нарине Ефремян.

И все-таки грамотное воссоздание исторических ландшафтов способно разрешить самые актуальные проблемы больших городов, - считает Д.Мензиес. В качестве образца, к которому следовало бы стремиться, она привела пример реконструкции исторического центра бельгийского Гента. Высвобождение пространства за счет строительства подземных парковок и иных сооружений, позволило восстановить забытые средневековые контуры города, добавить зелени.

Если верить московским специалистам Государственного ботанического сада РАН, можно разрешить и не менее актуальную для Петербурга проблему озеленения загазованных городских центров с истощенными почвами. Деревья не приживаются в городах, потому что не могут расти на узком слое привозных удобренных почв, они должны уходить корнями в гумус, а вместо этого упираются в культурный слой, - замечает московский микробиолог Александр Рапопорт. А вместе с тем ценный гумус, залегающий подчас на глубине 1-4 м, которого строители каждый раз достигают на стадии рытья котлованов, никак не используется для озеленения, а вместо этого перемешивается с культурным слоем.

Проблем в сфере ландшафтной архитектурны немало, но и способов и решения в мире разработано не меньше. Надо только озаботиться изучением международного опыта, адаптацией его к российским условиям и эффективным применением. Как показывает практика такая работа, особенно в исторических садах и парках может быть выгодна даже экономически, не говоря об огромном культурном и просветительском потенциале.

 

Наталья Черемных