Районная сегрегация
Население Петербурга, как и любого мегаполиса, разнородно по своему социальному составу. В городе уже есть разделение на более и менее благополучные районы. Опасность формирования гетто и перспективы появления новых престижных локаций обсудили участники заседания круглого стола "Плохие" и "хорошие" районы: грозит ли Петербургу социальное расслоение?", организованного газетой "Строительный Еженедельник" в рамках выставки "Ярмарка недвижимости".
Валерий Грибанов, главный редактор газеты "Строительный Еженедельник", модератор
Надежда Калашникова, директор по развитию Компании Л1
Анна Лыкова, помощник руководителя департамента новостроек ООО "НДВ СПб"
Инна Малиновская, заместитель генерального директора по связям с общественностью ГК "ЦДС"
Юлия Жалеева, руководитель отдела маркетинга и продаж ООО "Петра-8"
Олег Паченков, директор Центра прикладных исследований Европейского университета
Юлия Ружицкая, руководитель департамента недвижимости массового спроса ООО "ЛСР. Недвижимость – Северо-Запад"
Екатерина Евсеева, руководитель подразделения Санкт-Петербургского отделения КТ "СУ-155"
Светлана Денисова, начальник отдела продаж ЗАО "БФА-Девелопмент"
Валерий Грибанов:
– Во всех крупных городах мира есть бедные и богатые кварталы, что является большой социальной проблемой. Можно ли говорить о том, что сегодня подобный процесс начался в Санкт-Петербурге, и грозит ли нашему городу социальное расслоение?
Светлана Денисова:
– Эти процессы в том или ином виде существовали в городе и раньше: районы делились по престижности и существенно различались. К примеру, в советские времена район "Гражданки" делился на две зоны: одна называлась ГДР ("Гражданка" дальше ручья) и ФРГ (фешенебельный район "Гражданки", который располагался южнее Муринского ручья). В настоящее время эти процессы тоже существуют, но они подлежат регулированию. Мы видим это по сделкам и по разнице в стоимости квадратного метра. Отдельные территории могут превращаться в гетто, если там не ведется реконструкция сетей, инфраструктуры, фасадов и идет процесс обветшания. Эти явления могут возникать и в районах, где ведется новое строительство, если жилье не обеспечено необходимой транспортной и социальной инфраструктурой. Такой район имеет все шансы довольно стремительно превратиться в депрессивный. При приобретении квартиры покупателю необходимо в первую очередь обращать внимание на транспортную доступность места, наличие детских дошкольных заведений, школ, учреждений дополнительного образования и объектов социальной инфраструктуры. Сегодня город перекладывает бремя создания социальной инфраструктуры на застройщиков, процессы эти обусловлены наполненностью городского бюджета.
Валерий Грибанов:
– Как может происходить превращение нового квартала в гетто? Ведь стоимость квадратного метра довольно высока, и приобрести жилье может не каждый.
Анна Лыкова:
– Для начала необходимо определиться с тем, для кого застраивался тот или иной новый квартал. К примеру, есть район Шушары, где строится социальное жилье для военных, для нужд расселения, очередников и также есть новое жилье, которое стоит чуть дешевле, чем новое жилье в районе "Звездной". Входной порог для приобретения строящегося жилья в Шушарах гораздо ниже, чем стоимость покупки квартиры в районе станции метро "Звездная", соответственно, и социальное окружение будет разным.
Валерий Грибанов:
– Цена вопроса составляет как минимум несколько миллионов рублей. Едва ли маргиналы обладают такой суммой денег. Главная опасность, пожалуй, кроется в сдаче жилья в аренду.
Анна Лыкова:
– Да, опасность превращения в неблагополучные есть у районов, где квартиры не приобретаются в собственность, а сдаются в аренду. Например, такие кварталы есть в Красногвардейском и Калининском районах.
Инна Малиновская:
– Угрозу превращения районов Санкт-Петербурга в гетто могут создать, на мой взгляд, не граждане России, а трудовые мигранты, которых с каждым годом становится все больше. Примером тому ситуация в Европе и Америке, где сформированы районы компактного проживания мигрантов со всеми последствиями. В Петербурге на сегодняшний день нет практически ни одного района, который можно было бы назвать депрессивным. Везде активно развивается инфраструктура, строятся новые дома. Пожалуй, только Адмиралтейский – в нем много коммуналок и практически нет новостроек. Новые районы точно не могут стать гетто, жилье в них приобретают люди достаточно однородного социального статуса. Согласитесь, жилье стоит дорого, и не каждый петербуржец может себе это позволить, тем более трудовой мигрант. Не секрет, что ремонты в новых домах, да и в старых, делаются усилиями иностранной рабочей силы, но это реалии, с которыми приходится мириться.
Олег Паченков:
– Люди, которые способны образовать так называемое гетто, как правило, не в состоянии купить себе жилье и довольствуются съемной квартирой. Наш рынок арендного жилья далек от западного, поэтому возникновение анклавов нам пока не угрожает. Российская и в частности петербургская специфика в этой связи не выглядит пугающей.
Валерий Грибанов:
– Зато наш рынок аренды, в отличие от западного, никак не регулируется, и большая его часть находится в тени.
Олег Паченков:
– Механизмы регулирования многогранны. К примеру, в скандинавских странах государство покупает квартиры для социальных нужд в новых районах в домах не ниже комфорт-класса и таким образом создает благополучную среду. Возникновению гетто препятствует развитая социальная и транспортная инфраструктура. В европейских городах люди переезжают в те кварталы, где ребенка можно отдать в школу. Мы с отставанием в несколько лет повторяем этот опыт. На сегодняшний день мы в отличной ситуации и имеем все возможности, чтобы не допустить возникновения гетто в нашем городе.
Валерий Грибанов:
– Как получается так, что, купив жилье в когда-то благополучном квартале, человек рискует через 10‑15 лет получить квартиру в гетто? Как защитить приобретенную недвижимость от падения стоимости, вызванного неблагоприятным окружением?
Инна Малиновская:
– Владелец квартиры в новостройке в гораздо меньшей степени подвержен таким рискам, потому что он и его сосед смогли заработать несколько миллионов, которые вложили в жилье, социальная однородность очевидна. Новые районы обеспечены новой качественной инфраструктурой, как правило, предусмотрена охрана территории, паркинги. Ну а от того, что кто-то сдает свое жилье в аренду, не застрахован никто.
Надежда Калашникова:
– Два миллиона рублей – это та сумма, которую вполне способны освоить мигранты. В районах, где есть такое недорогое предложение, уже сегодня формируются этнические анклавы. Это касается территорий на окраинах города, в Девяткино, на "Парнасе". Застройщики, к сожалению, не могут решить вопрос с формированием гетто, так как это задача государственной власти.
Инна Малиновская:
– Зачастую мигранты могут себе позволить только купить комнату в коммуналке, но это уже другая проблема – проблема наличия коммуналок.
Валерий Грибанов:
– Есть мнение, что дома, перегруженные однокомнатными квартирами и студиями, способствуют постепенной маргинализации этого жилья, так как большая часть таких квартир будет сдаваться в аренду. Согласно данным мировой статистики, если 15% населения квартала составляют представители чужой культуры, то повернуть процесс вспять практически невозможно. Так, если 15% квартир в новом доме сдано в аренду мигрантам, то другие собственники будут вынуждены со временем либо продать квартиру, либо тоже сдать ее в аренду.
Инна Малиновская:
– Однокомнатные квартиры часто приобретаются как первое жилье для детей и молодых семей, для пожилых родителей, так что контингент проживающих может быть вполне благополучным и однородным. Согласно исследованиям, число владельцев однокомнатных квартир – молодых успешных людей, которые хотят жить отдельно, – с каждым годом растет.
Анна Лыкова:
– Я бы хотела добавить, что для образования гетто иногда бывает достаточно и меньшего процента проживающих с иной культурой. К примеру, в одном из благополучных кварталов в израильском городе кто-то продал одну квартиру представителю палестинского народа. Через пять лет в этом микрорайоне остались одни мусульмане, и прежним жителям пришлось продавать свое жилье.
Светлана Денисова:
– В США престиж района определяется в первую очередь тем, какого уровня образовательные учреждения там находятся. Как бы мы ни старались за счет технических и архитектурных решений провозгласить свое жилье престижным, огромное значение имеет так называемая большая среда. Для того чтобы отдать ребенка в престижную школу, чтобы у семьи была возможность на общественном городском транспорте добраться до очагов культуры, музеев, театров нужно все-таки жить в Петербурге, а не за его пределами на расстоянии пяти, а то и двадцати километров от города. В этом смысле все кварталы, которые строятся за границами Петербурга, – это уже кандидаты на то, чтобы оказаться депрессивными. Для борьбы с неблагоприятным окружением в период заселения нового дома необходимо как можно больше квартир сдавать с готовой отделкой. Чтобы жилье не теряло в стоимости, а население не маргинализировалось, необходимо, чтобы рынок стал более здоровым и недвижимость не была бы единственным средством сохранения денег.
Валерий Грибанов:
– А возможно ли в Санкт-Петербурге появление новых престижных районов? К примеру, если еще 15 лет назад Песочная набережная была депрессивной территорией, то сегодня там начал формироваться новый элитный квартал.
Юлия Ружицкая:
– Сегмент премиальной недвижимости более консервативен в части появления новых престижных районов, так как премиальные локации уже определены. Несмотря на это в последнее время мы видим появление новых зон с премиальными объектами. Массовый сегмент более мобильный, и мы считаем, что даже окраинные территории можно превратить в зоны комфортного проживания. К примеру, наш проект "Южный" в Красносельском районе Петербурга обеспечен всей необходимой инфраструктурой. Похожий проект мы сейчас реализуем в Красногвардейском районе города. В рамках проекта «Новая Охта» будет освоено около 600 га, ориентировочно 4 млн кв. м. Старт проекту дает жилой комплекс площадью 860 тыс. кв. м на 12 тыс. квартир. Основную часть в этом проекте будут составлять двух-, трех- и четырехкомнатные квартиры.
Юлия Жалеева:
– В городе действительно есть ограниченное количество территорий, на которых возможно появление элитных районов. А новые кварталы сегмента комфорт плюс могут активно появляться. В качестве примера можно привести проект «Балтийская жемчужина». Ранее некоторые участники рынка опасались, что там будет сформировано китайское гетто, но сегодня мы видим, что застройщик обеспечил на этой территории высокое качество жилой среды.
Олег Паченков:
– С точки зрения развития городской среды появление элитных кварталов, так называемых gated community, расценивается сегодня мировым сообществом как негативное явление. Наличие же в любом квартале сугубо жилой функции неминуемо ведет к геттоизации. На Западе в последние десятилетия в жилые кварталы активно включают другие функции – бизнес-центры, объекты торговли, культуры. Общепризнано, что смешение функций – это благо. У нас этот процесс идет медленнее.
Екатерина Евсеева:
– Мы строим жилье массового спроса и руководствуемся принципом квартальной застройки. Однако, несмотря на то что наши дома относятся к эконом-классу, они обеспечены необходимой транспортной и социальной инфраструктурой. Наш квартал в Каменке строится рядом с проектом "Юбилейный квартал", который позиционируется классом выше. Но так сложилось, что вся социальная инфраструктура будет на территории нашего квартала, поэтому этим двум жилым проектам придется со временем ассимилироваться.
Анна Лыкова:
– Я хотела бы привести в качестве примера смешения классов жилья в рамках одного проекта объекты холдинга RBI "Четыре горизонта" и "Дом на излучине Невы". Ближе к Неве расположены дома бизнес-класса, дальше – класса комфорт. В них различается высота потолков, метражи квартир и, конечно, цена.
Валерий Грибанов:
– Возможно ли разместить рядом дома бизнес- и эконом-классов?
Надежда Калашникова:
– Сегментация в первую очередь обусловлена месторасположением объекта. Если строительство ведется в центре и прилегающих к нему районах, то там не будет жилья низкого ценового сегмента, так как это экономически нецелесообразно.
Валерий Грибанов:
– В нашем городе есть пример, когда застройщик еще на этапе строительства продал один из блоков жилого дома финской компании, которая собиралась сделать там доходный дом. В результате этот доходный дом превратился в дом публичный. Какие опасности могут в себе таить мультиформатные комплексы?
Олег Паченков:
– Дело в том, что в русском языке нет слов neighborhood (в пер. с англ. "соседство") и community (в пер. с англ. "сообщество"), а значит, этих понятий нет в опыте. Они означают, что горожане, живущие на одной территории, должны договариваться между собой о том, как они будут пользоваться их общим пространством. Механизмы по созданию таких комьюнити могут быть разными, и они в том числе в руках архитекторов и градостроителей. К примеру, построив точечный объект или дом-каре, мы получим две абсолютно разные жилые среды. В точечном доме люди не будут общаться между собой, а в доме-каре будут вынуждены это делать. Таким образом, строители либо создают комьюнити, либо препятствуют его формированию. Для того чтобы подобные неприятные для жильцов ситуации не возникали, необходимо разрабатывать определенные юридические механизмы.
Валерий Грибанов:
– В проекте, о котором мы говорим, флигель был продан, когда в доме еще не было жильцов, и, соответственно, никто не мог выразить свое несогласие.
Олег Паченков:
– Чтобы избежать таких неприятностей, определенные ограничения по дальнейшему использованию помещений должны прописываться в договорах. К примеру, девелопер в договорах с субдевелоперами может прописать, что на этой территории можно строить здания только определенной архитектурной формы и высоты. Это должно регулироваться городской властью, но мы видим, что сегодня часть таких задач берет на себя частный бизнес. К примеру, заботу о публичных пространствах. В конечном счете забота о таких вещах повышает капитализацию проекта в целом.
Надежда Калашникова:
– К сожалению, на сегодняшний день у нас нет действенных инструментов, чтобы регулировать качественный состав жильцов многоквартирного дома. Но в мировой практике есть примеры того, как некогда депрессивные территории изменили свой статус на более престижный. В качестве примера можно привести район Брайтон-Бич в Нью-Йорке. После великой депрессии это был депрессивный район, где селилась нищета, но после того как там появились выходцы из бывшего СССР и была открыта школа русского балета, это район стал считаться престижным.
Екатерина Евсеева:
– Несмотря на то что мы продаем жилье эконом-класса, на лестничной площадке у нас находится всего по четыре квартиры. Несколько раз за последний год я встречала людей, которые просили рассказать о том, что за люди приобрели соседние квартиры, их фамилии, род деятельности, состав семьи. Исходя из этих данных они принимали решение о покупке той или иной квартиры, при этом параметры квартиры интересовали их во вторую очередь.
Надежда Калашникова:
– Можно познакомиться с соседом, но, въехав в дом, с удивлением обнаружить, что живут в ней абсолютно другие люди: студент с шумными компаниями или гости из ближнего зарубежья. Этот процесс отрегулировать пока невозможно.
В Петербурге прошел IX Общероссийский форум «Стратегическое планирование в регионах и городах России». В этом году главной его темой стала модернизация – стратегия модернизации и модернизация стратегий.
От регионов к округам
Для того чтобы добиться успехов в модернизации инфраструктуры и промышленности, необходимо качественно обновить стратегические подходы к этой задаче – таков основной посыл, которые выразили в своих выступлениях на форуме представители Минрегиона и Минэкономразвития.
Спустя несколько лет после принятия Градостроительного кодекса РФ, они решили вернуться к истокам дискуссии, зародившейся на I форуме по стратегическому планированию с подачи «Центра стратегических разработок», объявив разработку стратегий развития первоочередной задачей по сравнению с разработкой документации градостроительной.
Как сообщили организаторы, сегодня 10-летний план – стратегию социально-экономического развития имеет подавляющее большинство субъектов РФ. Следующий шаг – это разработка на их основе окружных стратегий.
«Мы начали эту работу еще в 2006 г. с Дальневосточного округа, потом на основе этого опыта был составлен аналогичный продукт для Южного федерального округа в 2008 г.», - рассказал директор Департамента специальных программ и проектов территориального развития Минрегиона Никита Исаев. Разработчики, которые, по его словам, активно привлекаются для воплощения свого продукта в жизнь – как в качестве консультантов, так и в качестве руководителей различных направлений и проектов.
Разработкой стратегии для Северо-Кавказского федерального округа занимается группа под непосредственным руководством Минрегиорна. Инвестиционно-консалтинговая компания AV при поддержке Московского общественного научного фонда провела сравнительный анализ конкурентоспособности и стратегий регионов СКФО. О работе над окружной стратегией рассказал директор компании Strategy Partners Максим Лозовский.
Он пообещал к 2025 г. на средства ОАО «Корпорация развития регионов СКФО», единственным учредителем которого является ВЭБ, превратить СКФО в ведущий туристический центр, сделать из него крупнейшего поставщика сельхозпродукции, развитый транспортный узел и привлекательный для жизни регион.
Подведены итоги тендера на разработку окружной стратегии и для Северо-Западного федерального округа. Победителем стал петербургский филиал ГУ «Высшая школа экономики». Сроки, отпущенные разработчикам, очень жесткие – стратегия должна быть представлена на согласование в Минрегион уже в декабре. Но помощь обещают не только в аппарате полпредства СЗФО, сообщил начальник Департамента финансового и экономического мониторинга полпредства Сергей Зимин, но и в Ассоциации «Северо-Запад». Как рассказал вице-президент исполкома ассоциации Слава Ходько, организацией было выработано несколько объемных документов, посвященных стратегическому планированию в округе.
Замдиректора Департамента согласования долгосрочных отраслевых стратегий развития, федеральных целевых и ведомственных программ Минрегиона Евгений Елисеев со своей стороны пообещал, что министерство вовлечет в процесс согласования и руководителей регионов СЗФО. «Моя работа заключается в том, чтобы согласовать и увязать между собой намерения и планы всех сторон, не только по регионам, но и по отраслям – на уровне министерств, ведомств и корпораций», - заверил он.
Е.Елисеев также подчеркнул, что ДВФО, СКФО и СЗФО – являются приграничными округами, в которых чувствуется тяготение к внешним экономическим центрам, и, как следствие – ослабление связи с центральными регионами. Сплочение внутри округов на стратегическом уровне, по его мнению, должно сбалансировать эти тенденции, упрочить взаимосвязи смежных отраслей, выстроить систему приоритетов в области государственно-частного партнерства, повысить инвестиционную эффективность и социально-экономический масштаб отдачи проектов ГЧП, и, таким образом, в конечном счете, увеличить потенциал регионов.
Закона все нет
Между тем, участники форума – руководители регионов и представители научно-исследовательских структур, вовлеченных в региональную политику – не могли сдержать удивления и недоумения по поводу переформулированной задачи. «Не получится ли с региональными стратегиями то же самое, что происходит сегодня со схемами территориального развития?», - задалась вопросом президент Фонда «Институт экономики города» Надежда Косарева.
Она напомнила, что сроки завершения разработки схем терпланирования уже однажды были перенесены – с 1 января 2010 г. на 1 января 2012 г. А теперь региональные власти, поспешив переключиться на разработку стратегий, фактически остановив работу над схемами.
В поддержку продолжения работы над документами территориального планирования выступил вице-губернатор Ленинградской области Григорий Двас. Процитировав положения Градкодекса, он подчеркнул, что в этом законе четко прописано, что именно нужно делать для создания в т.ч. и стратегий социально-экономического развития. По мнению Г.Дваса, Градкодекс является на сегодняшний день основной, и притом единственной базой, для регионального планирования.
«Если бы документы территориального развития разрабатывались, это было бы большой подвижкой в деле формирования стратегий, - признал Е.Елисеев. – Но дело в том, что Градкодекс – это, по сути, не закон, а скорее инструкция. Для того чтобы привести его в формат закона необходимо 2-3 года работы юристов».
Как пояснила депутат Госдумы Галина Изотова, законопроект о государственном стратегическом планировании, о необходимости принятия которого говорится едва ли не с момента основания форума, находится сегодня только в начальной стадии обсуждения в Правительстве РФ. «При Правительстве создана рабочая группа по этому закону, в которую вошли разработчики, в том числе и я. Мы прилагаем все силы для принятия этого закона, но пока я вряд ли взялась бы сказать, когда именно законопроект будет внесен на рассмотрение Госдумы», - сообщила она.
Финансы для модернизации
Как рассказал на форуме министр финансов РФ Алексей Кудрин, начиная с 2012 г. бюджет РФ будет формироваться на принципиально иных основах – он станет программным. 97% расходов бюджета будет прописано в 39 различных целевых программах, которые планируется утвердить уже в конце 2010 г. 2011 г. будет переходным, пояснил он.
Поэтому, чтобы претендовать на федеральное финансирование, регионы должны иметь собственные стратегии, подкрепленные соответствующими программами и «подушкой» из собственных инвестиционных проектов, желательно признанных приоритетными на уровне окружной стратегии социально-экономического развития.
До сих пор, как отметил А.Кудрин, российское правительство не пренебрегало индивидуальным подходом к региональным программам и проектам, откликаясь на призывы губернаторов. Но когда таким образом распределяется едва ли не две трети средств, запланированных на поддержку регионов, государственная региональная политика становится неэффективной – слабеет стимул к накапливанию региональных бюджетов путем наращивания налогооблагаемой базы, к поддержке наиболее перспективных и значимых инвестиционных проектов.
Уже в 2011 г., как сообщил Кудрин, федеральные власти будут вынуждены либо сокращать расходы бюджета, либо увеличивать налоги. Этот выбор придется сделать в силу грядущего финансового дефицита и в регионах. Ситуация будет непривычной, доходы будут расти медленно, предупредил он. А принцип, которым будут руководствоваться в правительстве, помимо «окружной значимости» программ – это финансирование на основе «выравнивающих» субсидий, дотаций и субвенций, то есть принцип софинансирования – как на уровне региональных бюджетов, так и на уровне привлечения внешних финансовых источников.
Пути решения
Принципиальные изменения появятся в программах, проводником которых является Фонд ЖКХ. В зоне особого внимания правительства – судьба Инвестиционного фонда РФ.
«До тех пор, пока не сформированы другие каналы поддержки проектов ГЧП, за исключением структур ВЭБа, вопрос с Инвестфондом, конечно, нужно решать», - высказала свое мнение по этому вопросу на форуме заместитель директора Департамента инвестпроектов Минрегиона Анна Печенова.По ее словам, проблема невостребованности средств Инвестфонда решается путем помощи в доработке региональных проектов, и не в последнюю очередь достижением межрегиональной согласованности действий.
«Создание региональных инвестиционных фондов позволило бы перераспределить часть дотаций и субсидий без контрагентов, - отметила А.Печенова. – При наполнении этих фондов средствами из федерального бюджета, которые будут предоставляться на условиях софинансирования, регионы были бы заинтересованы в проработке и продвижении инвестпроектов, привлечении инвесторов.
Она также сообщила, что Минрегионом подготовлен и подан на согласование в правительство проект постановления о создании региональных инвестфондов, уточнив, впрочем, что такие решения не принимаются в отсутствии принципиальной ясности с финансированием.
Большинство институтов регионального развития было создано в течение последних 5 лет, но каналов для поддержки модернизационных процессов все равно недостаточно, отметил зампред правления ВЭБ Сергей Васильев. Он также согласился, что одним из сдерживающих факторов модернизации является «крайне низкое» качество подготовки документов и, как следствие – недостаток перспективных проектов.
Нужны фонды, которые могли бы стимулировать грантами инновационные разработки, что позволило бы не перегружать заемщиков тех финансовых инструментов, которые выпускает ВЭБ для реализации своих программ. Нужны, очевидно, и пилотные проекты в области ГЧП, которые позволили бы получить опыт, возможность для анализа и доработки при последующем распространении таких проектов. Возможно, нужны корпорации развития и за пределами СКФО. Таковы, на взгляд С.Васильева перспективы дальнейшей работы.
Не исключено также и появление новых отраслевых и межотраслевых структур на основе рабочих групп, занимающихся сегодня разработкой той или иной ФЦП и стратегии. «Мы считаем, что концепции регионального развития приморских городов, в силу общей и своеобразной специфики, требуют особого внимания, так же, как и территории Крайнего Севера, например», - заявил советник Департамента государственных целевых программ и капитальных вложений Минэкономразвития Юрий Михайличенко. Министерство добивается внесения изменений в Морскую доктрину и стратегию морской деятельности, сообщил он, с тем, чтобы эти документы были ориентированы не только на обеспечение национальной безопасности, но и служили росту экономики на приморских территориях.
Наталья Черемных
Отличительной чертой элитной недвижимости Петербурга эксперты определяют местоположение в исторической части города. Существенное влияние на статус объекта оказывают архитектура и планировки квартир, наличие закрытого придомового пространства, развитой инженерной инфраструктуры, уровень безопасности и комфорта. О тенденциях развития сегмента беседовали эксперты на круглом столе «Элитная недвижимость: прошлое, настоящее и будущее», организованном Ассоциацией риэлторов Петербурга и Ленобласти.
Рядом с властью
На формирование элитных кварталов в Петербурге всегда оказывало влияние близость власти, считает генеральный директор ООО «Прогулки по Петербургу» Александр Чернега. Свой экскурс в историю он посвятил аспектам развития элитного жилья в Петербурге.
Так, рядом с построенным Летним дворцом Петра I, естественно стала селиться и знать. А первый элитный квартал Петербурга возник между Дворцовой набережной и Миллионной улицей – знать осваивала территории рядом с Зимним дворцом. Однако, когда в
На примере отдельных районов Петербурга эксперт показал, как со временем они меняли свое значение. Так, район Коломны первоначально населяли крепостные, рабочие Адмиралтейских верфей, однако его статус изменился после строительства здесь театра. А наводнение
Местоположение и вид на воду
Над определением понятия «элитная недвижимость» специалисты бьются уже не менее 20 лет, и до сих пор не могут окончательно прийти к общему мнению. Однако критерий местоположения остается определяющим, отметил директор компании «Невский простор» Александр Гиновкер.
«Место, место и еще раз место, а в Петербурге еще и вид на воду. И уже потом такие вторичные критерии элитности жилья, как паркинг, планировка, инфраструктура дома, входная группа, формат дома, дизайн, отделка и т. д.», подчеркнул эксперт. Есть в элитном сегменте и такое понятие как «фишка», изюминка дома, которую придумывают авторы проекта для нового жилого комплекса, и которую выдумывать не надо в историческом центре города. Например, про дома на Мойке, 40, достаточно сказать, что здесь А.Пушкин писал свою «Полтаву».
С этим согласна и руководитель проекта Консалтингового центра «Петербургской недвижимости» Юлия Нигуль. В целом, по ее мнению, элитную недвижимость можно разделить на два класса: «Элита класса А» - эксклюзивные объекты с видами на исторические памятники, воду и «Элита класса Б», не имеющая таких эксклюзивных видовых характеристик.
Сегодня среди покупателей элитного жилья можно выделить две группы, считает А.Гиновкер. Первая – это, москвичи и люди из нефтяных регионов, которым интересна вторичная группа факторов элитности жилья; вторая – это жители Петербурга, и иностранные граждане, акцентирующие внимание на историческом аспекте. Начиная с 1990-х гг. много недвижимости в центре Петербурга скупается именно иностранцами, которые понимают, что наиболее ценно, и что подорожает в дальнейшем.
К специфике центра Петербурга эксперт относит такое понятие как «малый девелопмент». Это строительство мансард, обустройство отдельных подъездов, реконструированные дома в старом фонде. При этом, однако, социальное окружение остается разнородным, возникают проблемы с управлением домом. «Бывает так, что 1-2 человека могут «угробить» всю идею престижного дома», отмечает он.
По мнению экспертов, сегодня центр Петербурга представляет собой достаточно контрастную среду: в исторических зданиях «уживаются» и коммунальные квартиры, и дорогие апартаменты. И если несколько лет назад отремонтированную квартиру в старом фонде уже можно было считать элитной, то теперь одного вида на исторические достопримечательности явно не достаточно. Транспортные пробки, отсутствие парковочных мест, проблемы с инфраструктурой, социальная неоднородность среды – все это способствует смещению покупательского спроса в пользу новых обособленных кварталов застройки и развитию рынка загородного элитного жилья.
Не жилье, а стиль жизни
Как отмечает А. Гиновкер, жилье может потерять свою привлекательность и в связи с новым строительством. Примером может послужить строительство «Морского фасада», в результате которого жители Васильевского острова, приобретавшие квартиры с видом на залив, скоро будут «любоваться» новыми кварталами. То же самое произойдет в ближайшем будущем в Курортном районе, где коттеджи, расположенные у залива окажутся в середине вновь намытых территорий, подчеркнул он.
Со строительством городских объектов статус жилья может измениться, согласился руководитель Департамента продаж ООО «Петербург сити» Владимир Федоров. Примером тому может послужить и жилье на Крестовском острове – его будущее неясно в связи со строительством там огромного стадиона, считает он.
Если брать настоящую нормальную элиту, то выбор ее невелик, отмечает эксперт, «но ее не должно быть много и здесь необходима жесткая классификация». По его мнению, сегодня только несколько объектов в центре Петербурга могут считаться полноценной «элиткой» и вызвать значительный интерес у покупателя. Это дома на Фонтанке, 1, Большой Морской, 4, Итальянской, 4 и 12, Мойке, 11 и 20, Гангутской, 8 и Литейном, 57.
Обусловлено это, по мнению В.Федорова, тем, что рынок перестал быть рынком продавца, но так и не стал рынком покупателя, поскольку предложить ему сегодня особо нечего, особенно в пределах т.н. «золотого треугольника»: территории между наб. Невы, Фонтанки и Невским пр. Зона эта иногда искусственно расширяется риэлторами до жилых кварталов за Фонтанкой и Суворовского пр. Покупатели вынуждены выбирать из того, что есть. А тенденция последнего времени такова, что теперь выбирается не просто жилье, а стиль жизни, а таких предложений на рынке совсем немного.
Сегодня на первый план выходит именно планировочная среда, отмечает В.Федоров. Сейчас проект идет «изнутри наружу» и решающее значение начинают оказывать архитектура здания, уровень финишной отделки, позиционирование объекта. Важным фактором эксперт считает возможность привлечения ведущих западных архитекторов.
543 тысячи квадратов элиты
На конец августа
Стоимость жилья в элитном сегменте начинается от 200-250 тыс. рублей за 1 кв. м, но разброс цен очень велик, и стоимость элитного квадрата может доходить до 1,8 млн. рублей. Столько запрашивают за объект в доме на Зоологической ул. На Захарьевской, 41 квартира обойдется покупателю в 350 млн. рублей, на Малой Невке в 500 млн. рублей.
Эксперт считает, что в современном элитном доме должно быть не более 50-100 квартир. Среди крупных объктов элитного строительства Ю.Нигуль выделяет такие проекты как «Парадный квартал», «Леонтьевский мыс», «Резиденцию на Суворовскам».
Новое строительство дает девелоперам больше гибкости и меньше затрат, считает руководитель отдела элитной жилой недвижимости Knight Frank St.Petersburg Елизавета Конвей. Редевелопмент в центре обходится дороже: так, стоимость 1 кв. м на пустующем пятне в центральной части Петербурга обойдется 1,5-2 тысячи долларов, а при сносе старого жилья в 1,8-2,3 тысячи. А реконструкция и реставрация требуют не только дополнительных затрат, но и длительных разрешающих и согласовательных процедур.
Ю.Нигуль подчеркнула, что спрос на элитную недвижимость в последние годы остается стабильным, на него не оказал влияния и кризис. «То есть от общего объема реализованного по городу жилья эта цифра составляет примерно 1,5-3%. Динамика продаж на удачных объектах может достигать 5-10 квартир в месяц, а есть и такие объекты, где за месяц нет ни одной продажи», сказала эксперт.
Среди покупателей элитной недвижимости участники круглого стола выделили, прежде всего, бизнесменов, топ-менеджеров и чиновников, при чем доля последних в последнее время растет и составляет примерно 5-10%.
Что загородом?
Сегодня наметилась тенденция приобретать элитное жилье в новых кварталах, а также загородных поселках, отметил гендиректор компании «Элитные квартиры» Леонид Рысев. Этому способствует фактор социальной однородности проживающих.
Говоря о перспективах развития сегмента элитной недвижимости Петербурга, он предположил, что в ближайшие годы произойдет смещение спроса в пользу загородной недвижимости. Этому способствует активное развитие транспортной инфраструктуры города, широкое внедрение Интернета. «Уже сегодня нет необходимости регулярно присутствовать в офисе, можно работать дистанционно», говорит Л.Рысев.
При этом эксперт считает, что центр по-прежнему будет дорогим и востребованным, но там будет жилье представительского класса, а жизнь постепенно «перетечет» в загородную зону. Особенно перспективна, по его мнению, территория Курортного района Петербурга.
Ирина Васильева