"Строймонтаж" хочет дешево отделаться
Учредители строительной компании "Строймонтаж" сформулировали условия мирового соглашения с кредиторами, которое может быть утверждено 20 декабря. Выход из банкротства обойдется застройщику всего в 1% от общей суммы задолженности.
Компания "Строймонтаж" Артура Кириленко банкротится с 2008 года. Общая сумма ее долгов на данный момент - почти 4,9 млрд рублей. У компании 52 кредитора. В их числе три российских банка, на долю которых приходится 40% требований (более 1,8 млрд рублей). На днях учредители "Строймонтажа" предложили кредиторам условия мирового соглашения. Они готовы заплатить 49 млн рублей - 1% от общей суммы долга банкрота. Собрание кредиторов, которое должно утвердить эти условия, состоится 20 декабря.
Конкурсный управляющий "Строймонтажа" Андрей Шутилов сообщил, что на сегодняшний день все активы банкрота реализованы. Дебиторская задолженность месяц назад продана на электронных торгах, и процент погашения требований составил 20%. По его мнению, предложенные условия - исходя из того что имущества у банкрота не осталось - "все-таки лучше, чем ничего".
Связаться с Артуром Кириленко не удалось. "Насколько я знаю, он давно вне страны и вне бизнеса", - говорит Денис Химиляйне, управляющий партнер бюро Prime Advice (в начале разбирательства вел правовую защиту интересов Артура Кириленко). Он тоже считает, что условия мирового соглашения приемлемы. "В апреле, если не будет достигнуто мировое соглашение, компанию исключат из реестра юрлиц, и кредиторы вообще ничего не получат", - напоминает он.
Представители банков официально комментировать условия мирового соглашения со "Строймонтажем" отказались. Но в неофициальном общении они назвали предложенные банкротом условия "кабальными". Банки вынуждены будут их принять, поскольку остались в меньшинстве. Сейчас дружественные Артуру Кириленко структуры аккумулировали 60% требований к банкроту и диктуют условия всем остальным. "Этого можно было бы избежать, если бы банки были залоговыми кредиторами. Мировое возможно только при 100%-ном их согласии", - пояснил партнер "Дювернуа лигал" Игорь Гущев.
"Они точно не вернутся в элитное строительство, где нужно привлекать серьезные банковские средства. А вот эконом-класс не исключен. Для того чтобы купить землю на окраине и сделать проект, много "длинных" средств не требуется. А репутация среди покупателей у компании несмотря ни на что нормальная. Она ни одного обиженного дольщика после себя не оставила. И сможет использовать этот факт при возвращении", - заявил генеральный директор ГК "Новый Петербург" Андрей Вересов.
История банкротства
Проблемы у "Строймонтажа" начались в конце 2008 года, когда сумма долгов компании превысила 6,1 млрд рублей. Крупнейшим кредитором оказался Балтийский банк, которому компания задолжала около 1 млрд рублей. Договориться о реструктуризации этого долга стороны не смогли. Менее крупные кредиторы - Кредит Европа Банк, Альфа-Банк и Росбанк, которым "Строймонтаж" задолжал более 1 млрд рублей, - оказались сговорчивее. Рассчитавшись с ними, застройщик обанкротился. При этом компании удалось достроить свои дома и раздать квартиры на 20 млрд рублей нескольким тысячам дольщиков. После краха "Строймонтажа" Балтийский банк инициировал уголовное преследование Артура Кириленко, обвинив его в преднамеренном банкротстве. Но в начале 2011 года дело было закрыто за отсутствием состава преступления.
Блокада «первички»
Больше всего г-на Штепана возмущает Закон «О ЖСК». И если закон о «долевке» может привести к снижению темпов строительства за счет жестких ограничений и санкций по отношению к строителям, то «кооперативные» новации, на его взгляд, лишают тысячи людей всякой возможности приобрести жилье по доступным схемам. Дело в том, что закон вводит ограничения на приобретение жилья на первичном рынке. Так, только 20% жилья ЖСК может приобрести на «первичке», остальные квартиры должны покупаться на вторичном рынке.
Смысл столь странного ограничения понятен мало. Возможно, разработчики закона решили таким образом «обезопасить» членов кооператива от рисков, связанных с покупкой нового жилья? Но вся проблема в том, что члены крупнейших российских ЖСК ориентируются именно на приобретение квартир на первичном рынке. Так, в Башкирии, являющейся сегодня лидером жилищно-кооперативного движения, к этому стремятся 90% членов местных ЖСК, а в кооперативе «Строй и Живи» – 80%. И теперь система ЖСК попросту может рухнуть, так как перестанет удовлетворять запросы населения.
Ипотека никому не интересна
Что касается ипотеки, то эксперты рынка недвижимости единодушны в том, что в ближайшие годы она реально не заработает.
«Этого не произойдет до тех пор, пока банковские проценты не станут приемлемыми для населения», – говорит гендиректор АН «Невский Простор» Александр Гиновкер.
Хуже не будет?
Впрочем, не все участники рынка недвижимости настроены столь пессимистично. Так, заместитель директора Городского жилищного агентства (ГЖА) Валерий Старостенко считает, что Закон «О долевом строительстве» (на пересмотре которого настаивают многие строители, риэлтеры и депутаты) является «шагом вперед» в деле защиты интересов потребителя. Он говорит, что с его введением 1 апреля, этот день для строителей «уж точно перестанет быть смешным». Старостенко считает, что новый закон ставит застройщика в такие жесткие рамки, что дольщик может быть уверен «на все сто», что государство защитит его от недобросовестных фирм. Важным моментом он считает положение о том, что застройщик несет ответственность за качество построенного им дома в течение пяти лет после его сдачи в эксплуатацию. «Этот закон – яркий пример того, как на федеральном уровне можно защищать права наших граждан», – говорит Старостенко.
Но мнение замдиректора ГЖА – одинокий глас вопиющего оптимиста в безбрежной пустыне неверия и критики «жилищных» законов. Общее впечатление от них «оппозиции» суммирует Александр Гиновкер. «Ясно одно: потребителю от этих законов легче не стало. С долевым строительством много неясного, кооперативное движение под угрозой, ипотека по-прежнему неприемлема для большинства», – «загибает пальцы» г-н Гиновкер. Многие другие законодательные инициативы в этой сфере также не породили ничего, кроме новых проблем, считает он. В качестве примера он называет реформу системы госрегистрации прав на недвижимость, которая привела к увеличению сроков регистрации и вызвала панику среди желающих оформить сделки. А долгожданная отмена обязательного согласования сделки (если в семье имеется несовершеннолетний ребенок) с органами опеки, вообще обернулась курьезом. Соответствующее положение было внесено в Гражданский кодекс, а вот в Семейный кодекс его внести «забыли». В итоге без согласия органов опеки такие сделки по-прежнему невозможно зарегистрировать.
Игорь ЧЕРЕВКО
Вчера в пресс-центре ИТАР-ТАСС состоялся круглый стол, в рамках которого эксперты обсудили закон «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости», вступающего в силу 1 апреля 2005 года.
Последние 5 лет долевое строительство – единственная возможность покупки жилья по доступным ценам. За это время практика взаимоотношений застройщика и дольщика уже сложилась, и вполне устраивала обе стороны.
Во-первых, на рынке строящегося жилья случаи мошенничества со стороны строительных компаний единичны. Во-вторых, осторожный дольщик всегда может застраховать свои риски, обратившись в страховые компании. Так что на сегодня проблемы «незащищенных дольщиков нет. Что касается рынка доступного жилья, то едва ли его формированию будет способствовать повышение стоимости квадратного метра – а это будет вынужденной меры со стороны строителей», – констатирует Кирилл Вязовский.
А как относятся к новому закону сами дольщики? Оказывается, они также не испытывают оптимизма. Эта мысль прозвучала в выступлении директора Консультационного центра по долевому строительству и недвижимости Анны Максимовой. «Дольщики понимают: все беды застройщиков отразятся на них, и возможно они будут лишены возможности участия в долевом строительства. Горожане не в восторге от того, что нарушатся существующие схемы взаимодействия, которые всех устраивают, и с недоверием относятся к возможной разработке новых», – говорит Анна Максимова.
Петр Горбунов