Свет в конце тоннеля еще далеко
21 января
Плохие – хорошие времена
Несмотря на сложности с получением федерального финансирования и нехваткой средств бюджета регионального, глава Метростроя уверен, что без метро транспортной проблемы такого мегаполиса, как Петербург, не решить. А, следовательно, Метрострой никогда не потеряет своей экономической и социальной значимости.
Отказ от федеральной поддержки развития метро – это своего рода нонсенс, рассуждает глава петербургского Метростроя. Такого нет ни в одной стране. Где-то на развитие метро из госбюджета выделяется 30%, где-то 50% средств (остальное – из муниципальных бюджетов), где-то 100%. По идее, государству следовало бы поддержать хотя бы развитие метрополитенов двух столиц.
Но принципиальное решение принято – метро признано муниципальным транспортом, и с этим решением в Петербурге, по сути дела, смирились уже давно. Чтобы понять, когда именно произошел перелом в сознании города и метростроевцев, достаточно вспомнить восьмилетнюю историю ликвидации последствий размыва между станциями «Лесная» и «Площадь Мужества».
Аварийный участок между этими станциями на время подмораживали азотом еще за 20 лет до
Единственным федеральным политиком, оказавшим помощь не только на словах, но и на деле стал Сергей Шойгу, который выделил на ликвидацию аварии 5 млрд. рублей из бюджета собственного ведомства.
Было решено закупить тоннелепроходческий комбайн «Виктория». Наверное, если бы ликвидацию последствий разлива доверили своим, денег так бы и не выделили, поясняет В. Александров, но, поскольку пригласили итальянцев, тогдашний губернатор Владимир Яковлев принял решение выделить средства из городского бюджета. И только тогда, хотя бы и к окончанию работ, дождались и федеральных денег. Так что можно считать, что после размыва, наступили, наконец, нормальные времена, констатирует глава Метростроя. Нормальные, потому что деньги стали выделяться регулярно. Немного, но появилась уверенность, что они обязательно будут. Как и сейчас, средства разбиты поквартально, что дает возможность планировать.
«Вот сейчас вернусь на свое рабочее место, и будем кромсать наши планы, говорит В. Александров - Мы там набрали на следующий год на 2 млрд. рублей одних только ремонтных и профилактических работ, а надо ужаться до 800 тысяч».
Держать петербургскую марку
Вообще-то, приглашать иностранцев для работы в метро в советские времена не разрешалось – в виду секретности объектов подземки. Кстати эта секретность, напоминает гендиректор петербургского Метростроя, и до сих пор не снята. Хотя в некоторых случаях она выглядит довольно абсурдно. Секретом, например, является глубина заложения станций, подсчитать которую в уме мог бы каждый школьник.
Но петербургские метростроевцы – все как один самородки в своем деле, утверждает В. Александров – освоят любую технику, лишь бы она была. Первый горнопроходческий щит для перегонных тоннелей, был изготовлен ленинградскими метростроевцами совместно с Кировским заводом. «У нас на него спорили, вспоминает глава Метростроя, - сколько он сможет пройти за месяц: 200-300-
Этот щит, усовершенствованный на украинском заводе, до сих пор используется на строительстве петербургского метро. Но, увы, не до рекордов в условиях «кромсания планов» - сохранить бы кадры. А в этом деле главное – стабильность и планирование. «Допустим, наберем мы рабочих, которых, кстати говоря, нужно обучать премудростям проходческого дела, постепенно повышая квалификацию на протяжении довольно длительного времени, рассуждает директор. - Но работы по прокладке тоннелей в городе заканчиваются в этом году, и уверенности в том, что объем таких работ увеличится, нет», заключает он.
Когда-то городские власти могли себе позволить уделять самое пристальное внимание системе профессионально-технического обучения, о чем с благодарностью вспоминают ветераны-метростроевцы, выступившие с инициативой о присвоении собственному профессиональному лицею имени первого секретаря Ленинградского обкома КПСС, члена Политбюро ЦК КПСС Григория Романова.
Но все-таки, гораздо важнее на сегодня восстановить пул специалистов, уверен В. В. Александров, и загрузить работой профильный институт. И, следует отметить, сделать это практически удалось. Сейчас «Ленметрогипротранс», не считая изыскательских работ, занимается проектированием, по крайне мере, трех веток петербургского метро – продолжением первой (Красносельско-Калининской) линии, а также продолжением второй, Фрунзенской, и четвертой, Театральной, до Каменки и будущего зоопарка в Юнтолово.
Петербургский стиль и профессионализм метростроевцев, по словам В. Александрова, отчасти замешан на петербургских же сложностях с грунтами, каких нет, к примеру, в Москве. К тому же московские коллеги имеют сравнительно меньшие сложности с финансированием. Отсюда и произрастают некоторые нюансы во взаимоотношениях со столичными метростроевцами, рассказывает он.
Так, москвичи обогнали петербуржцев в процессе поиска финансирования, когда петербургский «Метрострой» искал средства для того, чтобы воплотить в реальность разработанный совместно с германской Herrenknecht AG уникальный по российским меркам проходческий комплекс, и сделали заказ на основе этой разработки в Голландии. В результате все недостатки в работе создателей щита, выявились на практике в Москве, а Петербург получил скорректированный, улучшенный образец.
Так или иначе, а руководство Метростроя определилось с курсом на увеличение количества инженерно-технического персонала, организации обучения сотрудников и повышения их квалификации, рассчитанной на работу с новым оборудованием и технологиями. «В конечном счете, мы должны стремиться к такому светлому будущему, когда ни одному рабочему не придется взять в руки отбойный молоток», говорит генеральный директор Метростроя.
Трепетная история
Ожидания, связанные с новым щитом и его дальнейшим усовершенствованием, едва ли не превосходят надежды, которые возлагались на легендарного метростроевского первенца. Первый экзамен на соответствие жестким требованиям по осадке машина выдержала при строительстве наклонного хода станции «Обводный канал». Следующий и еще более сложный объект – наклонный ход станции «Адмиралтейская».
При работе в историческом центре осадки не должно быть в принципе, говорит В. Александров, ни в процессе строительства, ни в последующий период эксплуатации. Работа с новым тоннелепроходческим комплексом и по усовершенствованным технологиям позволяет обойтись без заморозки грунтов, и, соответственно, избежать осадки после разморозки.
Почему, к примеру, необходимо закрыть на ремонт станцию «Петроградская», объясняет он: наклонный ход станции строился с установкой чугунной обделки на замороженные грунты, а трещины заливались свинцом, из-за чего со временем не избежать протечек. Сейчас же в некоторых случаях возможно и сооружение монолитного наклонного хода с бетонированием постоянных конструкций, и струйная цементация грунтов (Jet Grouting), и частичная заморозка с последующей установкой монолитной постоянной обделки. А в расселины кладут пластичный резиновый герметик. Поэтому гарантийный срок эксплуатации ремонта увеличивается вдвое – до 100 лет.
Работать без заморозки грунтов также означает работать безостановочно. И с этим метростроевцы испытывают большие сложности. Все равно – в историческом центре или в спальном Купчино - как только рабочий шум помешает отдыху пожилого петербуржца, тут же раздается звонок, на стройплощадку является инспектор и выписывает штраф, работа останавливается.
«Мы понимаем жильцов. И когда объясняем им, что никто не заботится о них так, как мы, поскольку после ввода станции цены на их квартиры взлетят вверх, они задумываются и соглашаются. Но спустя какое-то время все повторяется», - жалуется глава Метростроя. Недавно метростроевцы нашли выход из этой ситуации, собрав надувную звукоизоляционную конструкцию, внешне напоминающую, по выражению В. Александрова, шапито. Благодаря этой находке, работы по сооружению наклонного хода «Адмиралтейской», временно приостановленные в конце ноября, обещают возобновить в ближайшие дни.
Но, несмотря на огромное желание соответствовать недавно утвердившейся усилиями городских властей и метростроевцев традиции – дарить Петербургу хотя бы по одной новой станции в качестве подарка к Новому году и Дню строителя, с «Адмиралтейской» метростроевцы не торопятся. Ведь из предписанных постановлением еще Анатолием Собчаком нескольких ветхих домов, находящихся непосредственно над наклонным ходом, снесен был лишь один.
В процессе сноса выяснилось, что стены примыкающих домов необходимо укреплять, и метростроевцы очень бережно стянули их специальным каркасом, а снизу укрепили цементной платформой, не прибегая к расселению. Но и это еще не все – разбирая вручную конструкции, предназначенные под снос, рабочие внезапно проникли в квартиру соседнего дома, хозяин которой устроил внутри несущей стены нишу для бара. В итоге, стены соседних домов пришлось еще и утеплять.
Если гора не идет к Магомету
Так уж получается ввиду объективного существования местных особенностей, что почти каждое нововведение петербургских метростроевцев оригинально и пригодно в основном для использования в Петербурге, разводит руками Александров. Но при этом нельзя сказать, что они нечутки к восприятию зарубежного опыта и разработок, к знакомству с принципиально иными методами и условиями работы. К примеру, побывав во Франции, они всерьез задумались над возможностью применения в Петербурге метода разжатия грунтов после разработки породы для сооружения верхнего свода станций колонного типа, а также пешеходных переходов между станциями.
Но поездка в так называемом Дубайском метро совершенно разочаровала главу петербургского Метростроя. Во-первых, это метро не под землей, а над землей, во-вторых, в его поезде всего 4 вагона, а в-третьих, поездка на нем стоит 30 евро, перечисляет он. Стоит ли объяснять, что это для Петербурга не годится? Но вот вопрос – годится ли в Дубай то, что могут строить петербуржцы? И петербургский Метрострой ответил на него, открыв сначала свое представительство, а затем и филиал в столице Объединенных Арабских Эмиратов Абу-Даби. До сих пор это предприятие было предметом вложений, но к сентябрю
Работа для петербургских метростроевцев нашлась и в Москве. Столичная мэрия во главе с Сергеем Собяниным заявляют о том, что на развитие московской подземки в
Есть крупные заказы и в родном городе – хотя бы и не в области метро. Третий конкурс подряд в качестве генподрядной организации Метрострой выиграл на строительстве Комплекса защитных сооружений Петербурга от наводнений, также строит тоннели и микротоннели для Главного канализационного коллектора, завершает работу на строительстве второй сцены для Мариинского театра, рассчитывает на крупные подряды на ЛАЭС-2.
Случаются в борьбе за заказы, впрочем, и поражения, и неоднозначные ситуации. Так, в
20 лет спустя
О планах развития петербургской подземки глава Метростроя говорит неохотно: они будут обсуждаться в рамках специального совещания в Смольном в феврале. Предполагается, что итоговым документом этого совещания станет общая схема развития городского транспорта до 2020 - 2025 года. «Я вам скажу, вы напишете, а после мне будут предъявлять претензии, что обещал, но не построил. Сколько раз так было, - отнекивается он. – Я бы построил, но не я эти планы корректирую», добавляет В. Александров.
Определенный городским бюджетом лимит Метростроя на
Губернатор Петербурга Валентина Матвиенко не раз обращала внимание метростроевцев на то, что горожане очень ждут, когда станция «Спасская» обретет собственный выход; торопила их со строительством пешеходного тоннеля, соединяющего станцию «Спортивная» с наб. Макарова. Тоннель необходим для того, чтобы поставить на реконструкцию «Василеостровскую» и снизить на нее нагрузку в будущем.
Кроме того, в связи с планами по приему ЧМ-2018, в Петербурге обсуждают проблемы транспортного обеспечения будущего стадиона на Крестовском острове. Глава Метростроя предлагает в связи с этим оборудовать второй выход со станции «Старая деревня» у моста на Елагин остров.
К проектам строительства скоростного трамвая и наземных станций метро В. Александров относится сдержанно. В частности, ему не нравится идея о наземном продолжении Фрунзенской линии в районе пр. Славы. «Все рассуждают о дороговизне строительства метро, - замечает он, - и если кто-то еще учитывает стоимость земли, которую экономит подземка, то стоимость дорог, транспортной инфраструктуры никто при этом в расчет не берет». Можно вспомнить в связи с этим историю строительства наземной станции «Дачная», которая должна была стать конечной на первой линии после «Автово». Когда же было принято решение о продолжении ветки в сторону пр. Ветеранов, «Дачную» пришлось попросту ликвидировать.
Предложение экономить на отделке он тоже считает неэффективным. Стоимость отделочных работ никогда не превышает 2-5% от общей суммы затрат. В качестве альтернативы строительству типовых станций, по его мнению, было бы неплохо рассмотреть идею своего рода типовых линий: например, одну из линий сделать целиком колонную, другую – с мозаичными стенами. Экономить нужно на технологиях строительства, уверен он. Использование щита, который способен прокладывать проход сразу для 2 тоннелей, поможет сократить расходы как минимум на 15-20%. А с учетом того факта, что новая техника в некоторых случаях позволяет делать станции неглубокого заложения, сберечь можно гораздо больше.
«Вообще, Петербург отстает с развитием метро примерно на 20 лет, говорит В. Александров. - Подлинная транспортная доступность - это когда расстояние от любого дома до ближайшей станции метро составляет не больше
Наталья Черемных
Адмиралтейский район не случайно считается ядром исторического центра. Основанный в 1704 году, он и сегодня в отдельных местах практически не изменил своего первоначального облика. Но время берет свое. В соответствии с Генеральным планом развития Адмиралтейскому району уготована судьба стать местом, где намечены перспективные градостроительные преобразования.
В настоящий момент подготовлена документация по планировке территории, ограниченной Московским проспектом, набережной Обводного канала, полосой отвода Балтийской линии Октябрьской железной дороги, Благодатной улицей. Это так называемая «Измайловская перспектива», которая охватывает территории и соседнего Московского района. Зона «сити» станет отправной точкой в дальнейшем развитии территории Обводного канала. Среди запущенных проектов – развитие квартала Шкапина-Розенштейна, реконструкция огромной и вместе с тем проблемной территории завода «Красный треугольник».
Предполагается дальнейшее преобразование территорий трамвайного парка им. Коняшина, фабрики «Скороход». ООО «Финансово-консалтинговая группа» готовит проект планировки и межевания территории на бывших территориях фабрики «Гознак». На бывших объектах военного назначения на острове Новая Голландия года через четыре появится большой общественно-деловой и развлекательный комплекс.
Как рассказал в интервью Алексей Степанов, начальник отдела строительства и землепользования Адмиралтейского района, сейчас на различных стадиях реализации находится 199 объектов. Из них на этапе формирования инвестиционной заявки и предварительного согласования – 85. На 36 объектах идут строительно-монтажные работы. Четыре объекта вводятся в эксплуатацию. 15 объектов являются особо значимыми.
Но есть в районе объекты, которые не бросаются в глаза, но для инвестиционной привлекательности района, его развития они крайне важны. К примеру, в начале 2008 года введена в эксплуатацию районная трансформаторная подстанция ПС-40А на Рижском проспекте. Для ее ввода было проложено более
Учитывая ошибки прошлого
По словам Алексея Степанова, в связи с изменениями, внесенными в Градостроительный кодекс, стало легче работать с документами при рассмотрении того или иного объекта строительства или реконструкции. Теперь при разработке градостроительного плана земельного участка еще до этапа рабочего проектирования должны быть представлены документы по его формированию под объект строительства или реконструкции. Кроме того, должны быть обеспечены технические условия, необходимые для подключения объекта к системам инженерного обеспечения. Были в районе прецеденты, когда объекты не были своевременно сданы в эксплуатацию, – в частности, жилые дома на углу 5-й Красноармейской улицы и Советского переулка и в Большом Казачьем переулке.
– За прошлый год и первую половину 2008 года в наш отдел поступило примерно 50 обращений от ГУ «Управление инвестиций» по вопросу согласования проектов реконструкции под функции, не противоречащие Генплану, – сообщил Алексей Степанов. – Из них было отклонено восемь. Это связано с тем, что проект, например, негативно влияет на зону зеленых насаждений и благоустройство прилегающей территории. Или в процессе их реализации ухудшаются условия проживания граждан.
Так, например, одна из инвестиционных заявок была отклонена в связи с желанием компании пристроить к существующему зданию на улице Писарева новый объект. Отклонили и проект строительства между домами 16 и 18 по Дровяному переулку, чтобы не допустить уплотнительной застройки и нарушения благоустройства территории.
Адресные программы
В районе, где жилой фонд старый, хватает зданий, претендующих на признание их аварийными.
– По большому счету, говорить об аварийности или предаварийном состоянии здания можно по результатам технического обследования, – утверждает Алексей Степанов. – Это не только серьезная, но и дорогостоящая процедура. В районе много зданий, за которыми мы наблюдаем. Здания, признанные аварийными, включены в соответствующее постановление правительства Санкт-Петербурга. И по ним уже ведется или будет вестись определенная работа. Есть объекты, которые необходимо обследовать. Как вариант решения вопроса, связанного с ветхим и аварийным жильем, администрацией района было высказано предложение о строительстве многоэтажного жилого комплекса площадью свыше 90 тысяч квадратных метров в районе набережной Бумажного канала, Бумажной улицы, Нарвского проспекта и Перекопской улицы. Сейчас на этот квартал КГА разрабатывает проект планировки территории.
Этот проект повысит инвестиционную привлекательность и доступность других объектов в районе. Поскольку строительство жилого комплекса правительство города берет на себя, затраты бюджета будут компенсированы за счет привлечения инвесторов в реконструкцию освобождаемых зданий.
Долгострою говорят «нет»
Есть в районе объекты, которые числятся «долгостроями». Они находятся на особом контроле. В прошлом году выездная коллегия рассматривала вопрос об изъятии у инвестора объекта в Подъездном переулке, 13. В настоящий момент рассматривается возможность строительства на этом месте автоматического подземного паркинга. Предложение получило поддержку со стороны администрации города.
Администрация района совместно с КУГИ решает вопрос о замене инвестора, который намеревался реконструировать здание на Серпуховской улице, 2/68.
Внебюджетные источники
Реализация инвестиционных проектов на территории района направлена не только на обеспечение капиталовложений и инвестиций частных инвестиционных компаний. В районе активно осуществляется реконструкция и модернизация школ и дошкольных учреждений. Так, на улице Егорова планируется реконструкция здания школы, в переулке Бойцова, 3 – реконструкция здания с последующей пристройкой.
Власти района намерены осуществить строительство новых спортивных сооружений и многофункциональных комплексов, в которых предусмотрено размещение спортивных объектов. Например, в квартале 4 южнее Обводного канала (за «Варшавским экспрессом») на площади
Марианна Рахман, Строительный Еженедельник
Начало реконструкции Восточного крыла Главного штаба – проекта, который 6 лет вынашивал и энергично продвигал директор Государственного Эрмитажа Михаил Пиотровский - совпало с периодом горячих споров о возможном объеме и характере вмешательства современных архитекторов в застройку исторического центра. Как известно, наиболее ревностные защитники облика города считают, что в «золотом треугольнике», главной жемчужиной которого является ансамбль Дворцовой пл., недопустимы никакие работы, кроме реставрации. Между тем, проект, необходимый Эрмитажу для расширение площади экспозиции, предполагает не только реставрацию, но и реконструкцию здания Главного штаба. И даже после того, как по архитектурной концепции был найден компромисс, функциональное использование новых площадей остается предметом дискуссии.
Соломоново решение
М.Пиотровского упрекают в двух взаимно противоположных вещах. Одни приписывают ему излишний консерватизм, другие, напротив, опасное стремление к новаторству. Своими многочисленными письмами в высокие инстанции, руководитель богатейшего в стране музея раздражает столичных и местных пиар-менеджеров, настаивающих на использовании Дворцовой пл. в качестве подмостков для всевозможных концертных шоу и гуляний со звуковыми и световыми эффектами. К примеру, руководителю московской компании Bosco di Cillegi Михаилу Куснировичу трудно понять, почему Красную пл. ему легко позволили использовать под ледяной каток, а вокруг Дворцовой возникли споры и общественное возмущение. Точно так же директор Агентства городского маркетинга Виталий Рицци не понимает, почему там нельзя выпекать блины и ходить с факелами.
С другой стороны, стоило М.Пиотровскому завести разговор о реконструкции здания Главного штаба, как его самого заподозрили в покушении на святое: сопредседатель петербургского ВООПиК Александр Марголис назвал проект «по сути противозаконным», а директор Института искусствознания Алексей Комеч охарактеризовал его как «глобалистический ампир», и уличил во вторжении в историческую архитектуру.
За годы, пока вынашивался проект реконструкции, федеральные и городские ведомства, придирчиво рассматривавшие инициативы М.Пиотровского, столкнулись прецедентами настоящего варварства. Сначала в новогоднюю ночь сгорела, задетая петардой, статуя богини Ники на Колеснице Славы. Когда посетители нелюбезного директору, но дозволенного Минкультом катка отвинтили от воссозданной решетки Александровской колонны 12 орлов, а после их восстановления постепенно «улетело» еще 40 железных птиц, претензии М.Пиотровского на контроль Эрмитажа над всей Дворцовой пл. перестали рассматриваться как амбиционная блажь. Сейчас злополучная решетка находится под охраной музея, а передача колонны осложняется только противоречиями в юридической трактовке: то ли это недвижимость, то ли экспонат.
Разноречия законодательных трактовок затормозили и сам проект работ на Главном штабе: в федеральном законе №73 нечетко прописан термин «реконструкция». Когда законы бессильны, решить вопрос может только государственная воля. В данном случае ее вмешательство подготовили зарубежные друзья Эрмитажа, и российские предприниматели-меценаты. Немаловажную роль сыграла и готовность Всемирного банка предоставить кредит на осуществление проекта.
Проект преобразования Главного штаба оказался в итоге тем редким случаем, когда здравый смысл прорвался и сквозь лабиринты правового крючкотворства, и через заведомо неразрешимые противоречия между консерваторами и новаторами, и через различия между европейским и российским подходом к реконструкции объектов культурного наследия. Инициативы «внешних сил» в лице Фонда Соломона Гугенхайма не зря настораживали петербургскую общественность. Чего стоило высказывание директора Фонда Томаса Кренца, что внутреннее пространство Главного штаба должно выглядеть неожиданно, «как начинка традиционного русского пирога». Однако подлинное соломоново решение вынесло жюри архитектурного конкурса, в котором европейские архитектурные бюро, включая мастерскую Рема Колхааса, были побеждены петербургской «Студией 44», которая и предложила самый «нежный» вариант преобразования внутренних дворов здания в анфиладу.
В победе «Студии 44» была особая историческая логика: ее руководитель Никита Явейн в недавнем прошлом возглавлял КГИОП и стоял на страже культурного наследия в ту пору, когда права этого комитета еще не были урезаны федеральным законодательством. Неудивительно, что архитектурному бюро регулярно достаются самые ответственные проекты, предусматривающие творческую переработку архитектурной классики или ее качественную имитацию – как, к примеру, в придворцовом квартале Петергофа.
Столь же логичной была победа в конкурсе на роль генпроектировщика реконструкции консорциума петербургских компаний ООО «Интарсия» и ЗАО «ПО «Возрождение», доказавших свое мастерство в десятках проектов реставрации. Работа в здании-памятнике требует досконального знания материала XIX в. в прямом и переносном смысле, а трансформация военного учреждения под музейные цели стала по существу эксклюзивной специализацией «Интарсии».
Возвращаясь к замыслу Росси
Объем необходимых работ впечатляет. Предстоит произвести ремонт и реставрацию 9200 кв. м интерьеров восточного крыла Главного штаба, 14000 кв. м фасадов. Предполагается не только усилить существующие фундаменты и укрепить грунты несущего слоя основания, но и заглубить дворы и подвалы на 0,5 м ниже отметки существующих фундаментов, а также укрепить арку Главного штаба путем протезирования поясов ферм. Деревянные перекрытия здания будут заменены на железобетонные, что, без ущерба для внешнего облика, обеспечит долговечность нового музейного комплекса. В процессе полной реновации всех инженерных систем будут проложены газопроводы среднего давления, а на кровле здания будет установлена газовая котельная. По специальному проекту изготавливаются 10 нестандартных лифтов для здания. Общая площадь реконструируемого пространства составит около 60 тысяч кв. м, 80% которых займут музейные экспозиции.
«Мы ничего не будем менять во внутренней планировке зданий, расположенных по контуру восточного крыла штаба», - обещает главный архитектор «Студии 44» Олег Явейн. Действительно, снаружи ничего не изменится. Даже перекрашивать фасады Главного штаба в россиевский жемчужно-серый никто не будет. И входы во внутренние дворы, нетрадиционно низкие со стороны площади останутся прежними, как и расположение кабинетов по обе стороны от центральных проходов внутри тех зданий, которые мы привыкли видеть с Дворцовой и Мойки.
Вместе с тем архитекторы намерены кардинально изменить роль внутреннего объема дворов, сделав их центральной осью всего здания. Внутридворовое пространство будет впервые открыто для города и для музея, превратившись в Новую Большую анфиладу.
Решение было «выращено изнутри», сложившись в ходе третьей переработки проекта после пристального изучения чертежей Карла Росси. Как поясняет О.Явейн, триумфальная арка с Колесницей Славы исторически вовсе не была отправной точкой проекта. В центре замыслов Росси была именно организация сквозных цепочек залов – анфилад.
Анфилада соединит внутренние дворы восточного крыла здания Главного штаба, прорезав высокими воротами перемычки, отделяющие друг от друга дворы между площадью и наб. Мойки. Через эти врата Новая Большая анфилада пройдет на уровне второго этажа. Подняться на нее можно будет с двух сторон по лестницам, спроектированным в виде амфитеатров. Пространство Большой анфилады по направлению от Большой Морской к Певческому проезду будет сужаться по мере сужения внутридворового пространства. Когда анфилада будет построена, существующие министерские анфилады станут играть роль, которую играют в схеме средневековой трехнефной базилики боковые арки.
Трехэтажные двери, вращающиеся стены и пирамидальные фонари
«Нежное» вмешательство новых технологий в архитектурную композицию Росси будет ощущаться лишь в определенные часы. Так, ступени амфитеатров, ведущих на анфиладу, будут обогреваться по утрам – специально для пришедших заранее посетителей. А массивные врата будут открываться и закрываться под музыку.
Кроме того, в определенный час в одном из залов Большой анфилады можно будет наблюдать поворот вращающихся стен. Таким образом, авторы проекта заложили возможность поменять установленную на них экспозицию. В анфиладе предполагается разместить выставочные залы высотой в 3 этажа. Рассматривается возможность создания на перекрытии-стилобате нового «висячего сада», по аналогии с существующим в Зимнем дворце. Сверху Большая анфилада будет закрыта от стихии стеклянным потолком, образующим два атриума площадью 2400 и 1900 кв. м.
Именно организация верхнего света вызвала самые бурные споры архитектурной общественности, равно как и проект использования чердачного этажа самого здания Главного штаба, не имеющего окон, для музейной экспозиции. Здесь также задуман верхний свет, для чего решено сконструировать специальные светорассеивающие конструкции, снаружи неотличимые от труб. Пирамидальные конструкции в этих залах будут трехчастными – так, чтобы свет идущий с неба отражался от косых светлых стен средней части и, минуя затемненную нижнюю часть, рассеивался вблизи картин. Посетитель, не подозревая о сложности оптической системы, увидит изнутри лишь плоское окно на плоском потолке.
Стеклянная крыша, разумеется, изменит облик здания с высоты. Насколько допустима подобная вольность в обращении с архитектурной средой самого сердца исторического центра города? Глава петербургского Союза архитекторов Владимир Попов отмечал, что гениальность петербургских зодчих проявлялась в том, что их шедевры представляют совершенство гармонии и при взгляде с высоты, хотя в их времена не было вертолетов. Но если обратиться к фотографиям с высоты, сделанным в то время, когда и Главный штаб, и Крюковские казармы, и Новая Голландия были заняты объектами Минобороны, мы увидим в обшарпанных дворах временные технические пристройки. Неужели солнечный блик, отраженный от галереи с зимним садом, больше повредит музейному пространству?
Пространство фантазии
Проект реконструкции, подготовительный этап которого уже начался в июле, открыт как для российской, так и для международной общественности. Неделю назад он был представлен на обсуждение директоров всемирно известных музеев – нью-йоркского Музея современного искусства, Художественного музея Филадельфии, Королевского музея Амстердама, Русского музея Санкт-Петербурга, Государственного исторического музея Москвы, Третьяковской галереи, музея «Московский Кремль», Художественно-исторического музея Вены, афинского Акрополя и Государственных музеев Берлина.
Слушая рассказы гостей, можно было лишний раз убедиться в том, что проект «Студии 44» несравнимо более тактично обходится с культурным наследием, чем проекты реконструкции в других странах мира. В то же время модернизируемое архитектурное пространство отвечает всем требованиям современного музея. Это признают и спонсоры из Всемирного банка, который, несмотря на кризис, предоставляет на реализацию проекта очередной транш 150-миллионного займа. Как рассказал Вернер Панов, заместитель гендиректора Фонда инвестиционных строительных проектов – заказчика реконструкции, Всемирный банк согласен на продление договора о софинансировании проекта до 2011 г. По его словам, на весь 2009 г. проект обеспечен финансовой поддержкой.
Доверив проект отечественным архитекторам, руководство Эрмитажа не закрывает двери для творческой фантазии зарубежных коллег. Так, Рем Колхаас представляет проект реконструкции внутренних помещений первого этажа Эрмитажа для экспозиции искусства Востока. Ее можно будет развернуть после того, как часть экспозиции Зимнего дворца переместится в Главный штаб вместе с коллекциями, ныне хранящимися в запасниках, а в части второго этажа дворца будет восстановлено убранство царских покоев.
Западные мастера предложат свои соображения и по устройству первого этажа восточного крыла Главного штаба под анфиладой. Спекуляции о том, что новое пространство станет большой «торговой точкой», явно преждевременны. М.Пиотровсикй напоминает о том, что музею требуется создать помещения не столько для арт-магазинов и экскурсионных бюро, сколько для много лет существующих при музее «эрмитажных клубов».
Таким же пространством фантазии остается использование самой Дворцовой площади, на которой М.Пиотровский намерен устроить развод караула. В имперские времена эта церемония осуществлялась в центральном дворе Зимнего дворца. Опять новаторство? Несомненно. Как и музей русской гвардии, который директор Эрмитажа предлагает военным открыть в западном крыле Главного штаба, остающемся в пользовании Минобороны. Но эта новация – из той категории, которая прямо противоположна стихии разрушения. Как сама площадь, так и пространство под анфиладой, и вновь созданные сквозные переходы предназначены для создания такого общественного пространства, которое формирует петербургскую душу, а не открывает волю низменным инстинктам. И не столь важно, будет ли сама площадь, не являющаяся предметом охраны, собственностью музея или нет: более существенна та новая тенденция в организации пространства культурного наследия, которая придает ему предназначенный «строгий, стройный вид», ничуть не ущемляя творческой фантазии.
Наталья Черемных