Большой Смоленский мост – стиль Петербурга
Петербург славится большим количеством мостов, в первую очередь – разводных. Нынешним летом через Большой Смоленский мост смогут проходить суда. В следующем году будет открыто рабочее движение по мосту. Работы идут с опережением графика, готовность моста превышает 80%. Ввод запланирован на год раньше срока, в 2028 году.
Большой Смоленский мост – первый разводной мост, который строится в Петербурге за последние 40 лет. Он возводится в рамках поручения президента по развитию дорожно-транспортной инфраструктуры Санкт‑Петербургской агломерации.
Большой Смоленский мост располагается в Невском районе, между Володарским мостом и мостом Александра Невского. Он свяжет Большой Смоленский проспект на левом берегу Невы и улицу Коллонтай на правом. Сейчас это самый протяженный участок в черте города без автодорожных переправ — 6,4 км.
К улично-дорожной сети мост будет подключён через три развязки: на проспекте Обуховской обороны, Октябрьской набережной и на пересечении Дальневосточного проспекта с улицей Коллонтай и Союзным проспектом.
Цель – разгрузить исторический центр города. В рамках этой идеи всего планируется построить пять мостов через Неву. По расчетам, после их ввода сократится время в пути между левым и правым берегами Невы, снизится нагрузка на Володарский мост и мост Александра Невского, появится новая связка между Дальневосточным проспектом, Октябрьской набережной и проспектом Обуховской Обороны. По некоторым оценкам, мост улучшит передвижение для 800 тыс. петербуржцев.
«40 лет не строилось ни одного разводного моста, и если мы бы не начали решать эту проблему, то через два-три года нас мог ожидать коллапс», – сказал Александр Беглов, губернатор Петербурга, выступая с отчетом в Законодательном собрании города.
Он подчеркнул: в 2019 году Петербург считался самым загруженным городом в стране. Тогда совместно с правительством Ленинградской области при поддержке президента РФ была составлена программа по созданию нового транспортного каркаса агломерации. Мосты – его важнейшая составляющая.
Мост с историей
Большой Смоленский мост планировалось строить еще в 2010 году. Но проектирование началось в 2015-м: «Институт Гипростроймост» начал работу по заказу Setl Group. Собственно этот проект лег в основу первого этапа строительства.
Конкурс на строительство выиграла компания «Дороги и Мосты» («ДиМ»), входящая в холдинг Нацпроектстрой. Контракт с ГКУ «Дирекция транспортного строительства» и «ДиМ» был подписан в марте 2024 года.
В перечне обязательств – разработка проектной документации, строительство моста и прилегающей дорожной инфраструктуры, сооружение трех транспортных развязок, обеспечивающих бесшовную интеграцию моста в существующую улично-дорожную сеть, подземных переходов, а также перекладка более 120 км существующих коммуникаций и благоустройство прилегающих территорий.
Генеральным проектировщиком стало ООО «БКН-Проект». Строительство ведут дочерние структуры АО «Дороги и Мосты».
Предварительно стоимость строительства Большого Смоленского моста оценивалась в 54,5 млрд рублей, стоимость первого этапа дорожных развязок — около 9,7 млрд рублей. Затем цена подросла. В начале 2024 года СМИ сообщали, что предварительная стоимость проекта увеличилась до 64 млрд рублей.
Контракт с компанией «Дороги и Мосты» подписывался на 40 млрд рублей, плюс 6 млрд – строительство развязки на Дальневосточном проспекте.
В начале апреля 2026 года стартовал заключительный этап пусконаладочных работ. И состоялась первая технологическая разводка моста.
В компании указали: «По плану «крылья» разводного пролёта сооружения должны подниматься и опускаться поэтапно, начиная с 5° с последующим увеличением угла поворота до проектного. В первый день работ угол подъема был доведен до 50°. После достижения угла разводки в 72° и проведения всех необходимых испытаний подвижные части пролетного строения будут зафиксированы в раскрытом положении на срок до месяца. Это позволит обеспечить беспрепятственную проводку крупногабаритных судов по фарватеру Невы и провести демонтаж временных сооружений».
В сведенном положении высота центральной части Большого Смоленского моста над водой составит 15 метров, а ширина судоходного пролета – 60 метров. Это самый большой судоходный габарит среди всех разводных переправ Петербурга с двумя «крыльями». Он позволит пропускать небольшие суда в навигацию без разводки.
«Мы уже его смонтировали практически полностью. Два крыла по 600 тонн каждое. Первая навигация уже прошла с разводным мостом. Это первый мост за 40 лет, который, по вашему поручению, строится в Петербурге. В 2028 году окончим полностью, со всеми развязками. В 2027 году запустим рабочее движение», — доложил Александр Беглов на встрече с Владимиром Путиным, президентом России.
Воздух в арках
В плане архитектуры мост – арочный, состоит из цельносварных арочных конструкций коробчатого сечения, что делает его визуально легким.
Ранее Виктор Галас, заместитель директора «Института Гипростроймост», в интервью «Строительному Еженедельнику» рассказал: «При разработке проекта мы стремились заложить в него современные конструкционные решения, строительные технологии и материалы. Речь идет о применении цельносварных арочных конструкций коробчатого сечения, минимизации элементов, чтобы фасад был максимально прозрачным. В данном случае мы конструировали не решетчатую комбинацию, как на других пролетных строениях на Неве, где проезжая часть поддержана большим количеством решетчатых элементов. У нас запроектирована чисто арочная конструкция и дополнительные подпружные арки, которые поддерживают как раз верхнюю часть пролетного строения. Арки расположены достаточно широко в верхней части, а к опорам сходятся».
По его словам, проектировщики ушли от классической громоздкой схемы с четырьмя параллельными арочными конструкциями. Было решено наклонить арки и соединить попарно в местах опирания. Таким образом, в конструкцию привнесены воздушность и визуальную проницаемость, а также уникальность. Кроме того, это решение позволяет экономить материалы опор и фундаментов.
Проблемы и как их преодолеть
Мосты – сложные конструкции, а возведение большого мостового сооружения – вдвойне сложно. Выступая на сочинском форуме дорожных инициатив в августе прошлого года, Игорь Сенцов, заместитель управляющего проектом по производству АО «Дороги и Мосты», назвал главные сложности в реализации проекта: гидрология, судоходство, строительство в зоне объекта культурного наследия.
«Учитывая высокие скорости течения в русле Невы и динамическую нагрузку водного потока, важным этапом является защита бетонных элементов опор от размыва и разрушения. Для этого предусматривается устройство буронабивных свай диаметром 1,5 и 2,0 м в защитных металлических оболочках. Эти металлические оболочки имеют круглую форму, обеспечивающую минимальное сопротивление движению воды, а также обеспечивают защиту бетона от размыва и механических повреждений. Такой подход позволяет сохранить целостность бетонных свай и предотвратить их разрушение», - рассказал Игорь Сенцов.
По его словам, одна из проблем – поставка и укладка больших объемов бетона в условиях открытой воды и сильного течения. Для решения этой задачи была проработана и внедрена технология, основанная на использовании двух бетононасосов, работающих по последовательной схеме подключения. Использование баржи в качестве платформы для второго насоса дает возможность подходить максимально близко к опоре, что обеспечивает подачу бетона в конструктив по всей его площади. Такой подход позволяет обеспечить непрерывную подачу бетонной смеси длительное время, минимизируя сбои темпа укладки бетонной смеси.
«Последовательность сборки блоков пролетного строения моста играет ключевую роль в процессе сооружения. Разработанная последовательность монтажа необходима для равномерного распределения нагрузок на конструктивные элементы и предотвращения возникновения чрезмерных напряжений, которые могут привести к деформациям или разрушению пролетного строения… Разводное пролетное строение является уникальной конструкцией, поэтому технология его монтажа включает последовательный комплекс мероприятий, требующих высокой точности и скоординированных действий», - отметил Игорь Сенцов.
Совет по сохранению культурного наследия Санкт-Петербурга ради сооружения Большого Смоленского моста разрешил снести восемь корпусов постройки первой половины ХХ века по проспекту Обуховской Обороны, 44. Однако Октябрьская набережная никуда не делась. «В связи с этим при их производстве необходимо обеспечить сохранность ОКН, а также, параллельно со строительством моста, осуществить ремонтно-реставрационные работы Октябрьской набережной, что накладывает дополнительные ограничения на использование механизмов и методов строительства. Например, применение тяжелой строительной техники, мощных кранов или методов с вибрационным воздействием может привести к повреждению объекта культурного наследия или нарушению его архитектурных элементов. Поэтому в таких условиях предпочтительно использование легкой техники, а также проведение работ в режимах, минимизирующих вибрационное и механическое воздействие», - рассказал Игорь Сенцов.
Он уверен: исходя из всех перечисленных проблем и их преодоления, строительство моста можно считать уникальным.
При сооружении моста использовались цельносварные коробчатые арки по предложению «Института Гипростроймост», а также инновационные ортотропные плиты вместо традиционных бетонных, что позволяет уменьшить вес пролетов.
Кроме того, во влажном питерском климате очень актуальна защита от коррозии. Специальную антикоррозионную систему для защиты металлических конструкций разработал холдинг ВМП – на основе эпоксидной грунтовки с ингибитором коррозии пролонгированного действия ИЗОЛЭП-primer. Финишное покрытие защищает металл от ультрафиолетового излучения и обеспечивает долговечность конструкций, одновременно сохраняя высокие декоративные свойства покрытия, включая устойчивость к выцветанию на протяжении всего срока службы.
Также специальные покрытия разработаны для защиты свайных опор моста, постоянно находящихся в воде и для защиты бетонных элементов русловых опор мостового перехода.
Предусмотрена, кроме того, защитное покрытие от любителей рисовать граффити. Используемые в покрытии материалы позволят удалить рисунки без повреждения основного защитного покрытия.
«Первая ласточка»
Всего через Неву планируется построить пять мостов. Большой Смоленский – первый в этом списке.
Следующий крупный мост предстоит построить в составе Широтной магистрали скоростного движения. По словам Александра Беглова, уже летом освободившиеся силы со строительства Большого Смоленского моста будут переведены на этот объект. Мост планируется возвести к 2030 году.
Строительство еще двух мостов – Ново-Адмиралтейского и Арсенального было задумано ещё в советские времена, они фигурируют в генеральных планах развития Ленинграда. Ново-Адмиралтейский должен решить транспортные проблемы Васильевского острова, разгрузить существующие мосты. Арсенальный мост станет частью будущей магистрали М-7. Он соединит Таврическую и Арсенальную улицы.
Ещё один мост через Неву планируется соорудить в рамках первого участка КАД-2 в Отрадном в Ленинградской области.
«Итого у нас в агломерации будет пять новых мостов: четыре в Санкт‑Петербурге, один в Ленинградской области», – подытожил Александр Беглов.
В Санкт-Петербурге завершился первый год масштабной реставрации Дома Радио. За это время специалисты выполнили расчистку поздних наслоений и укрепили конструкции здания, а также запустили обновление инженерных систем. В исторических залах продолжается комплексная реставрация интерьеров. Проект реализует ВТБ в рамках программы банка «Культурная страна».
За год в Доме Радио демонтировали все не имеющие ценности перегородки и конструкции – из здания вывезли 12 тысяч кубометров строительного мусора. Одновременно реставраторы на 90% завершили расчистку лепных элементов от поздних наслоений и загрязнений. Специалисты продолжают реставрационные мероприятия в аванзале, исторических студиях и других парадных помещениях, возвращая к жизни исторический облик интерьеров.
Параллельно в здании запустили полную замену аварийной инженерной инфраструктуры – ведется прокладка новых систем вентиляции, отопления, водоснабжения и электроснабжения, которые деликатно интегрируются в исторические пространства. Общая протяженность новых трубопроводов отопления и водоснабжения превысит 8 км, а кабельных трасс – 80 км.
«Мы завершаем важный этап, связанный с конструктивными, архитектурными решениями и прокладкой инженерных систем, что позволит нам провести все работы по реставрации до конца будущего года. Параллельно ведется научная реставрация исторических интерьеров. Такой комплексный подход помогает нам одновременно решать задачи сохранения и адаптации памятника, чтобы вернуть его городу с максимальным сохранением исторической подлинности и современным уровнем комфорта для посетителей», – отметила Дарья Филиппова, старший вице-президент ВТБ.
На крыше выполнен основной объем работ по ремонту и усилению несущих конструкций. Специалисты завершают укрепление стальных ферм и замену поврежденных элементов стропильной системы, что гарантирует долговечность всей конструкции кровли. Особенностью этого этапа стал ручной монтаж крупногабаритных металлических элементов с учетом стесненных условий исторического центра.
Во всем здании оштукатуривают стены, так как оригинальная штукатурка была сильно повреждена или утрачена, а в специальных образцовых помещениях проводят подготовительные работы для финального этапа реставрации. Специалисты подбирают цвета для окраски стен и реставрации паркета. Цветовые решения тщательно выверяют с помощью архивных данных и натурных исследований, чтобы обеспечить максимальное соответствие историческому облику.
В работах по реставрации Дома Радио задействовано более 250 специалистов различной квалификации: архитекторы, художники-реставраторы, инженеры, электрики, сварщики, монтажники, а также бригады общестроительных работ.
Еще буквально десять лет назад главной задачей было устранение дефицита учебных мест в школах. Сегодня ситуация начала меняться. Более того, речь все чаще заходит о создании современных образовательных учреждений. Однако это требует консолидации усилий девелоперов, администраций школ и органов государственной власти.
Архитектура традиционной школы-«казармы» с бесконечными коридорами, изолированными классами-«клетками» безнадежно устарела. Как считают психологи, школа «прошлого» отражает образовательную парадигму, где учитель был единственным источником знания, а ученик — пассивным получателем информации. Современное образование основывается на развитии критического мышления и «мягких навыков». Поэтому требуется кардинально новый подход не только к обучению, но и к образовательной среде, а значит, необходима архитектурная трансформация. По словам архитектора Никиты Явейна (все цитаты — по DP.ru. — Примеч. ред.), сегодня школа должна стать «третьим местом» — социальным центром, куда дети идут с удовольствием.
В новой реальности пространство становится частью образовательного процесса. Оно должно не просто предоставлять место для занятий, но и поощрять неформальное общение, совместное творчество, предоставлять возможности для разных форматов работы: от уединенной индивидуальной до шумной групповой деятельности. Как отмечают эксперты, современная школа должна быть многофункциональной: в ней могут проходить не только уроки, но и мероприятия для жителей всего района, что превращает ее в общественный хаб.
И такие успешные примеры уже есть. Например московская «Хорошкола» или иркутский образовательный центр «Точка будущего», а также другие современные образовательные учреждения наглядно демонстрируют осуществимость новой концепции. Ярким примером также можно считать проект «ПроШкола», который предлагает комплексное архитектурно-технологическое решение для строительства современных образовательных объектов. Проект демонстрирует, как можно эффективно зонировать пространство, разделяя его на шумные и тихие места, создавая интерьеры, которые легко адаптируются под разные педагогические сценарии. Здесь школьное пространство способно трансформироваться в открытый кампус, где атриумы и рекреации становятся полноценными учебными зонами, стимулируя общение среди учеников. Перечисленные проекты показывают: школа может быть не просто зданием, а открытым, живым кампусом, где светлые атриумы заменяют коридоры, а мобильные перегородки и трансформируемая мебель позволяют педагогам и ученикам легко адаптировать образовательную среду под текущие задачи. Как говорит Никита Явейн, такие пространства проектируются по принципу «города в городе» — с улицами, площадями и даже своим «парком», что способствует социализации и создает ощущение свободы.
Тормоза новых приоритетов
Однако путь к массовому созданию школ нового поколения еще наталкивается на системные препятствия. Таковым можно считать нормативную базу, которая в существующем виде, скорее, подавляет инновации, чем способствует им. Как пример — СанПиН: «Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания» или свод правил «Здания общеобразовательных организаций. Правила проектирования». Несмотря на благие цели — обеспечение безопасности и здоровья детей, — на практике эти документы создают барьеры для современной образовательной архитектуры, так как усложняют проектирование и строительство современных школ. Например жесткая привязка к устаревшей «классно-урочной» модели.
Правила предписывают обязательное наличие изолированных кабинетов и лаборантских, что не дает возможности создания современных открытых образовательных хабов, многофункциональных библиотек-коворкингов. Другой пример — требование, чтобы все учебные помещения имели естественный свет исключительно сбоку. Это делает архитектурно невозможной организацию полноценных учебных зон в просторных атриумах с верхним освещением, которые являются композиционным и функциональным «сердцем» многих современных школ во всем мире. И таких примеров можно привести много. Архитектор Никита Явейн подтверждает, что существующие нормы не учитывают появление новых типов пространств, и приводит в пример атриум, который по действующим правилам считается «коридором», что накладывает целый ряд ограничений и не позволяет использовать его потенциал в полной мере.
Еще одной существенной проблемой можно считать межбюджетный дисбаланс: строительство школы финансируется из федерального или регионального бюджета в рамках нацпроектов или государственных программ, в то время как содержание и капитальный ремонт, коммунальные платежи, заработная плата технического персонала ложатся на муниципальный бюджет. Эта система порождает порочную практику: сторона, отвечающая за строительство, не имеет прямой экономической заинтересованности в долгосрочной эксплуатационной эффективности объекта. В погоне за выполнением планового показателя по вводу учебных мест гораздо проще, дешевле и быстрее применить проверенный типовой проект, не задумываясь о том, в какую сумму он будет обходиться муниципалитету ежегодно на протяжении следующих десятилетий. Как отмечается на профильных ресурсах, ключевая проблема — в разрыве между теми, кто строят, и теми, кто потом эксплуатируют здание. Кроме того, застройщик, не неся ответственности за будущие расходы на ремонт, может выбрать самые дешевые и не всегда эффективные решения.
Вместе — сила
Эксперты считают: преодоление барьеров находится в плоскости пересмотра устоявшихся ролей. Для девелоперов и застройщиков современная школа должна стать инструментом повышения привлекательности строящегося жилого комплекса, а не социальной обузой. Активное партнерство с будущей администрацией школы и муниципалитетом на самых ранних, предпроектных стадиях позволит создать функциональный, экономичный в долгосрочной эксплуатации объект. По мнению Никиты Явейна, именно девелопер как интегратор должен брать на себя инициативу по созданию такой школы, поскольку именно он больше всех заинтересован в повышении привлекательности своего жилого комплекса.
Если говорить об администрациях школ, для них настал момент проактивного участия. Директор и педагогический коллектив должны научиться формулировать свое видение на понятном для девелоперов и архитекторов языке: как будет организован образовательный процесс, какие зоны для каких видов активности необходимы, как будут двигаться потоки детей. Современная школа — это сложный организм, и планировка должна быть прямым следствием образовательной концепции, а не результатом подгонки под шаблонный, обезличенный проект.
Для органов государственной и муниципальной власти стоит задача эволюционировать от роли контролера к роли активного участника, который создает гибкие и стимулирующие бизнес-правила игры. Возможно, даже самими инициировать пилотные проекты, в которых можно апробировать новые архитектурно-педагогические подходы в обход устаревших, сковывающих норм. И главное — власти могут организовать платформу для диалога: создание действующих рабочих групп и проектных офисов, объединяющих застройщиков, директоров школ, архитекторов и депутатов на стадии предпроектного планирования и выработки концепций. Например, Никита Явейн видит роль власти в создании «дорожной карты» для таких сложных проектов и выступает за создание специальных рабочих групп при губернаторе, которые могли бы курировать проектирование и строительство школ, выступая арбитром между всеми участниками процесса.
Школы будущего
Несмотря на все сложности, облик школ завтрашнего дня уже хорошо просматривается. Это кампусная модель, где школа — не единое монолитное здание, а разнородный город в миниатюре с разнообразными пространствами, подчиненными единой логике. Не менее важно соблюдать принцип трансформации и гибкости, позволяющий легко и быстро адаптировать образовательную среду под быстро меняющиеся педагогические задачи и формы активности. И главное, наблюдая за реализованными современными проектами, можно констатировать: школа становится полноценным общественным центром микрорайона, где библиотеки, спортивные комплексы, актовые залы и кафе работают и на местное сообщество. Как считает Никита Явейн, будущее — за школами, которые работают с восьми утра до десяти вечера, предлагая кружки, лекции и спортивные секции не только ученикам, но и их родителям, становясь тем самым настоящим «третьим местом» для всего района.
Строительство современной школы — это сложная задача, которую девелоперу невозможно решить в одиночку. Как показывает опыт, только объединив финансовые и управленческие возможности девелоперов, педагогическое видение и практический опыт администраций школ с функциями власти, можно совершить качественный скачок и превратить каждую новую школу в центр притяжения для микрорайона.