О приоритете публично значимых целей в строительных спорах
Выполнение работ в бюджетной стройке всегда являлось предметом пристального внимания со стороны органов контроля и несло повышенные риски для исполнителей. В последнее время при судебном рассмотрении споров с участием публичной стороны в судебных актах прочно укрепилось понятие «приоритет публично значимых целей». О том, почему одного только знания закона для подрядчика может оказаться критично мало, и о том, что обязательно нужно знать исполнителям госконтрактов, «Строительному Еженедельнику» рассказала Екатерина Лизунова, руководитель ООО «Юридическая компания “Контрактика”», автор ТГ-канала «Лизунова | Юрист в строительстве».
Определенная часть строительных споров разрешается в судах по правилам, о которых в законе прямо ничего не написано. Или написано совершенно обратное. Речь идет о бюджетной стройке и приоритете публично значимых целей.
Нулевым километром, с которого стартовал подход о приоритете публичного интереса в подрядных спорах, стали дела о неосновательном обогащении подрядчиков, инициированные заказчиками по результатам проверок финансового контроля.
Ситуация, знакомая уже большому числу исполнителей бюджетных контрактов. Работы выполнены, приняты и оплачены, контракт сторонами исполнен. Через какое-то время приходит проверка и находит множество нарушений: неверно применены сметные нормы или расценки, фактическое выполнение меньше, хуже или дешевле сметного. Заказчику выдается предписание о необходимости сделать что-то, чтобы возместить потери, которые понес бюджет. Чтобы исполнить предписание, заказчик идет к подрядчику с требованием вернуть полученные ранее денежные средства или их часть.
Когда практика судов по данной категории дел только начинала формироваться, суды часто поддерживали подрядчиков, указывая на следующее:
– работы выполнены в полном объеме, что подтверждается подписанными обеими сторонами формами КС-2, КС-3, принятыми заказчиком без замечаний;
– недостатки, на которые указывает заказчик, являются явными, должны были быть обнаружены при приемке, поэтому на основании ст. 720 ГК РФ заказчик не вправе на них ссылаться;
– оплата по контракту произведена по согласованной цене, изменение цены контракта после его исполнения на основании результатов последующих проверок не предусмотрено нормами бюджетного законодательства;
– акт проверки не может являться допустимым доказательством при рассмотрении спора между заказчиком и подрядчиком, поскольку проверка проводилась в одностороннем порядке. Органы финансового контроля не являются стороной подрядных отношений;
– исковая давность для предъявления подобных требований, истекла, так как с момента приемки/оплаты выполненных работ прошло более трех лет.
На сегодняшний день картина в судах сильно изменилась. Даже если на уровне первой и апелляционной инстанций мы еще можем встретить такие выводы, то суды округов все чаще отменяют принятые в пользу подрядчиков решения и направляют дела на новое рассмотрение.
«Между тем судами не учтено следующее…»
Ключевые тезисы, перенесшие строительные споры с участием бюджетных заказчиков в правовое зазеркалье, были сформированы в ряде определений Верховного Суда РФ: от 07.09.2021 г. № 305-ЭС21-5987; от 01.12.2021 г. № 306-ЭС21-14798; от 22.12.2021 г. № 305-ЭС21-7750; от 17.01.2022 г. № 302-ЭС21-17055.
- Принцип эффективного использования бюджетных средств (ст. 34 БК РФ) неразрывно связан с положениями 44-ФЗ, который был принят в целях обеспечения эффективности и результативности осуществления закупок, их гласности и прозрачности, предотвращения коррупции и других злоупотреблений. Сама же бюджетная эффективность заключается в том, что при составлении и исполнении бюджетов нужно исходить из необходимости достижения заданных результатов с использованием наименьшего объема средств (экономности) или достижения наилучшего результата с использованием определенного бюджетом объема средств (результативности).
- Поскольку последующий финансовый (бюджетный) контроль направлен на реализацию публично значимых целей бюджетного законодательства и законодательства о государственных закупках, а именно: на защиту общего публичного интереса в экономичном и эффективном расходовании бюджетных средств, действия сторон частноправового характера (подписание соответствующих актов приемки, соглашений и т. п.) сами по себе не могут нивелировать публично значимые цели.
- Цели судебного рассмотрения по данной категории дел заключаются в защите публичных интересов и установлении баланса интересов сторон спорных правоотношений (читай – бизнеса и государства). Для достижения этих целей судебное рассмотрение должно быть направлено на устранение нарушения принципа эффективного использования бюджетных средств.
- Добросовестный исполнитель всегда имеет возможность доказать законность и добросовестность своих действий. Поэтому баланс интересов сторон таких неравных спорных отношений соблюдается и не несет для исполнителя чрезмерного бремени.
Со временем эти формулировки стали все более активно применяться остальными судами, причем не только в спорах о неосновательном обогащении, но и в ряде других категорий подрядных споров, где одной из сторон выступает бюджет.
В итоге исполнителям бюджетных контрактов сегодня нужно быть готовыми к следующему.
- Тот факт, что работы приняты без замечаний, еще не значит, что нарушения не были допущены. Заказчик и после приемки вправе представить суду возражения по объему и стоимости работ (здесь суды ссылаются на п. 12 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 24.01.2000 г. № 51).
- Правило о том, что заказчик не вправе ссылаться на явные недостатки принятых работ, которые он мог и должен был обнаружить при приемке (ст. 720 ГК), в бюджетной стройке не работает. В целях защиты публичного интереса суды это правило не применяют. При наличии в правоотношениях концентрации таких общественно значимых публичных элементов, как исполнение государственного заказа и расходование бюджетных средств на достижение публично значимых целей, делает обязательным для суда при рассмотрении спора применение норм законодательства комплексно (Постановление АС Московского округа от 23.04.2026 г. по делу № А40-16576/2025).
- То обстоятельство, что спорная стоимость работ подтверждается положительным заключением государственной экспертизы, еще вовсе не означает, что в смете нет ошибок, приводящих к неэффективному использованию бюджетных средств (например Постановление АС Московского округа от 22.10.2025 г. по делу № А40-148620).
- Тот факт, что срок исковой давности для требования о возврате неосновательно полученной оплаты по принятым работам для заказчика истек, не является безусловным основанием для отказа в иске. Суды указывают на то, что определение начала течения срока исковой давности датой приемки или оплаты работ не соответствует характеру выявленных контрольным органом обстоятельств и фактически нивелирует контрольную деятельность в сфере бюджетных правоотношений и правоотношений в области государственных закупок, что недопустимо (Постановление АС Уральского округа от 09.04.2026 г. по делу № А76-3590/2025; от 05.12.2025 г. по делу № А47-20152/2023; Постановление АС Московского округа от 27.0.1.2026 г. по делу № А40-19144/2025).
- И наконец — главное. То, что контрольные мероприятия были проведены в одностороннем порядке, а сотрудники контрольных органов — не строители и не сметчики, под сомнение не ставится. Но с учетом того, что деятельность контролеров направлена на возврат незаконно, неэкономно или несоразмерно потраченных бюджетных средств, суды с целью защиты публичных интересов должны обеспечить состязательность и в этом сегменте контрольно-ревизионных отношений. Правда, почему-то не напрямую, а через иски заказчиков, получивших соответствующие предписания этих самых контролеров.
По мнению судов, оставление без судебной оценки фактов, которые были установлены по результатам проверок, пусть даже после завершения хозяйственных отношений сторон, фактически нивелирует контрольную деятельность в сфере государственных закупок. Такой подход приводит к бессмысленности деятельности по финансовому (бюджетному) контролю расходов бюджетных средств в условиях государственного заказа.
А практика, конечно же, не стоит на месте. С приоритетом публично значимых целей теперь можно встретиться и в других категориях споров: при проверке соблюдения правильности процедуры заключения контракта, при оценке потребительской ценности результата работ для заказчика, при оценке существенности нарушений подрядчика, послуживших основанием для отказа заказчика от контракта, и др.
В целом работа в бюджетной стройке сегодня все больше напоминает полет камикадзе: когда успешность полета непременно определяется гибелью пилота.
Если изменение экономической конъюнктуры оказывает такое явное воздействие на правоприменение, может, есть смысл уже установить эти новые правила открыто? Вместо того чтобы и дальше раскатывать тяжелым катком под названием «публично значимые цели» многие важнейшие институты обязательственного права, исковую давность, состязательность и равноправие сторон.
Ведь под этим огромным слоем предпринимательского риска ужесовсем не видно самого подрядчика. Скоро просто некому будет эти риски нести. И строить, соответственно, тоже.
Более подробно разбираю самые интересные дела в своем канале «Лизунова | юрист в строительстве» (Макс, ТГ), присоединяйтесь!
Региональные центры по энергосбережению и повышению энергоэффективности, которые помогли бы выполнить госпрограмму, не наделены нужными полномочиями, имеют разное подчинение, да и реально работающих структур в стране осталось мало.
Выход из ситуации искали участники панельной дискуссии «Развитие региональных центров по энергосбережению и повышению энергоэффективности», которая прошла в рамках VII Всероссийского форума «Энергоэффективная Россия».
Проблемы
По мнению Татьяны Соколовой, директора Санкт-Петербургского государственного бюджетного учреждения «Центр энергосбережения», в России сейчас 55 региональных центров. По оценке Петра Бобылева, директора департамента конкуренции, энергоэффективности и экологии Минэкономразвития России, их не больше десятка, «которые что-то делают, копошатся».
Организованные в большинстве регионов после выхода 261-ФЗ, они создавались, как правило, под федеральную субсидию. С 2015 года федеральные субсидии перестали поступать, центры стали закрываться.
Но и действующие центры далеко не всегда работают эффективно. Они находятся в подчинении различных региональных структур, которые ставят или не ставят перед ними определенные задачи. Унифицированного перечня функций для региональных центров нет. Нет у них и конкретного статуса. «Если мы хотим вывести на новый уровень энергоэффективность, подобные структуры должны быть в каждом регионе — с определенными полномочиями. Это единственная структура в регионах, которая действительно заинтересована в энергоэффективности», — заявила Т. Соколова.
П. Бобылев от имени министерства обещает реанимировать региональные центры. Сейчас готовится новая редакция распоряжения 703, где будет пункт о наделении набором полномочий региональных центров.
Полномочия
Все понимают, что у региональных центров должен быть определенный статус, чтобы они могли участвовать в выполнении региональных программ на любой стадии.
«Они должны быть аудиторами с какой-то долей ответственности конкретных мероприятий. Они должны быть координаторами и участвовать в разработке региональных программ энергосбережения», — уточнил П. Бобылев.
Андрей Богатенков, директор проектов ПАО «Ростелеком», указывает на необходимость создавать шаблоны документов — в каждом регионе свои, в соответствии с уровнем подготовленности региона.
«Центры не влияют на программы энергоэффективности ресурсоснабжающих организаций. Это еще одно направление, которое должно появиться в перечне полномочий — участие третьей стороной или верификатором программ», — говорит А. Богатенков.
По его словам, есть еще одна черная дыра — организации с регулируемыми видами деятельности. «Есть организации с регулируемыми видами деятельности, есть ресурсоснабжающие организации, есть бюджетный сектор. И над ними как-то необходимо надстроить центры энергоэффективности. Выступая третьей стороной контрактов, центры энергоэффективности в том числе подтверждают факт экономии и достижения энергоэффективности», — добавил он.
Инструмент
Чтобы региональные центры возродились во всей стране, нужны полномочия. Этим займется Ассоциация региональных центров энергосбережения, заявила Татьяна Соколова. Структура создается на базе петербургского центра, который всеми признается лидером в вопросах энергоэффективности.
О создании Ассоциации уже объявлено на IV Всероссийском совещании региональных центров энергосбережения в Петербурге, которое прошло 24–25 июня. там же состоялось первое заседание учредителей ассоциации.
По словам Т. Соколовой, уже начат процесс регистрации юрлица. «Ассоциация будет неким мостиком между регионами и Министерством экономического развития, федеральными органами власти, экспертным сообществом в вопросах энергоэффективности. На сегодняшний день идею ее создания поддержали и стали учредителями три региона в лице соответствующих центров энергосбережения — Самарская область, Республика Коми и Санкт-Петербург», — сказала она в интервью ТАСС.
Кроме статуса и полномочий, в задачах ассоциации — создание общероссийского реестра добросовестных энергосервисных компаний.
Парадокс сегодняшнего времени: студии развития и культурного воспитания уходят на первые этажи новостроек, а не заполняют здания, которые для этого созданы, — Дома культуры пустеют, разрушаются или вовсе меняют функцию. Можно ли вернуть советским ДК былую красоту и о роли центра эстетического воспитания рассуждали архитекторы и чиновники на «Арх Москве».
По оценкам Союза архитекторов, в России более 42 тысяч Домов культуры. Большинство построено в 70–80-х годах прошлого века и сегодня отчаянно нуждается в реконструкции.
Частично государство выделяет деньги на ремонт ДК, но архитектурное сообщество заботит качество проведенных работ, ведь зачастую они проходят без участия архитектора по проекту, который дешевле всего реализовать. В итоге фасады остаются без авторских мозаик, фресок и других архитектурных деталей, есть вопросы и к качеству материалов.
«Очень обидно, что после советского периода рассвета в строительстве ДК мы скатились к тому, что имеем сегодня, — говорит архитектор Дарья Наугольнова. — Здание Дома культуры — это место, которое отвечает за эстетическое воспитание, поэтому именно оно должно быть самым прогрессивным в городе».
Однако есть примеры, когда реконструкция дает Дому культуры вторую жизнь и превращает в центр эстетического воспитания. Например, так произошло в Воронеже.
ДК от архитекторов в Воронеже
Архитекторы российско-голландского бюро Visota Дарья Наугольнова и Алексей Боев предложили властям родного Воронежа вместе подумать над реконструкцией местного ДК «Машиностроитель». Чиновники откликнулись и пригласили к обсуждению молодых архитекторов и неравнодушных горожан, чуть позже бюджет выделил деньги на реконструкцию.
В результате реализовали проект, который показал в выгодном свете советскую архитектуру Дома культуры. Не обошли стороной даже утраченную фреску на фасаде. При помощи IT-технологий один из художников восстановил изображение в виртуальном формате, и теперь любой желающий ее может увидеть, считав QR-код на фасаде здания.
«Для нас это показатель того, что несколько хороших инициатив позволяют городской власти принять правильное решение и найти средства на поддержку таких проектов», — резюмировал главный архитектор Воронежской области Андрей Еренков.
Авторы отмечают важность и того, что работа над проектом реконструкции шла с участием директора ДК, поэтому в обновленном здании удалось реализовать новую концепцию работы Дома культуры как прогрессивного центра развития и просвещения.
ДК в Якутии с нотами местного колорита
Воодушевившись результатами Воронежа, к проекту подключились власти Республики Саха (Якутия). Здесь бюро Visota работает над реконструкцией Дома дружбы народов. Сейчас сделан проект, в ближайшее время начнутся строительные работы.
В ходе реконструкции архитекторы предложили доработать типовой проект и сделать пристрой на месте внутреннего двора (в условиях вечной мерзлоты люди им не пользуются), убрать голубые окна, установленные в начале 2000-х, и вернуть витражи.
«Здесь, в отличие от Воронежа, мы посмотрели, насколько здание можно увеличить в объеме, не сильно нарушая типовой проект. Вторая наша задача в том, чтобы сохранить элементы региональной идентичности: мозаики, барельефы и витражи, — рассказывает архитектор Алексей Боев, один из авторов проекта. — В интерьере мы предлагаем использовать дерево, но не превращать пространство в выставку якутской этники».
Спасенный ДК в Ельце
Параллельно команда российско-голландских архитекторов работает над реконструкцией Дома культуры «Эльта» в Ельце (Липецкая область).
Как рассказывает главный архитектор Ельца Марина Молодых, этот единственный в городе Дом культуры удалось спасти от демонтажа — повторная экспертиза показала, что разрушения не столь значительны и здание еще может жить: «На данный момент закончена работа над проектной документацией, мы ушли в экспертизу. И сейчас ждем реализации проекта по воссозданию этого важного для города объекта культуры».
Также в Ельце планируется реконструировать советский кинотеатр «Луч», превратив его в молодежный образовательный центр.
