«Строймастер‑2026» объявляет лидеров в Санкт-Петербурге
Стали известны имена победителей регионального этапа Национального конкурса профессионального мастерства «Строймастер-2026» в номинациях «Лучший монтажник каркасно-обшивных конструкций» и «Лучший штукатур», которые отправятся представлять наш город на всероссийском этапе конкурса.
Открытие конкурса
Состязание, традиционно организуемое Ассоциацией «Национальное объединение строителей» (НОСТРОЙ), Минстроем России при поддержке правительства Санкт-Петербурга и профсоюза строителей и профсообществ, объединило более 20 участников из числа городских строительных компаний и студентов профильных образовательных учреждений, разделенных на две категории соревнующихся — профессионалов и учащихся. В этом году соревнование проходило в шестой раз, и по традиции СПб ГБПОУ «Колледж метростроя» предоставил свои площади для определения лучших в своей специальности.
Деловым партнером конкурса выступила компания СТД «Петрович», которая уже почти 30 лет помогает строителям, начиная с крупных застройщиков и заканчивая домашними мастерами, реализовывать проекты любой сложности, и является поставщиком качественных строительных материалов и инструментов. Компании важно быть не сторонним наблюдателем, а частью процесса, где рождается профессиональная гордость и растет уровень. В 2025 году НОСТРОЙ и СТД «Петрович» заключили соглашение о сотрудничестве, направленное на консолидацию усилий по отбору добросовестных производителей и поставщиков стройматериалов, инструментов и оборудования.
Работу конкурсантов оценивало жюри, в которое вошли сотрудники строительных компаний и преподаватели учебных заведений.
Присутствовавший на торжественном открытии конкурса заместитель председателя Комитета по строительству Санкт-Петербурга Артур Сливний отметил, что комитет всегда поддерживает профессиональные строительные конкурсы. «Строительная отрасль в Петербурге развивается. Отрасли нужны настоящие мастера своего дела. Не менее важно, что такие мероприятия помогают повысить престиж рабочих профессий».
Представитель комитета также отметил, что участие и победа в таком конкурсе — отличная возможность заявить о себе, показав свою высокую квалификацию. Он также отметил, что год от года растет количество участников строительных конкурсов, а значит — и повышается уровень профессиональной подготовки строителей.
«Конкурс стал центром притяжения для лучших представителей строительной отрасли. «Строймастер» — это возможность продемонстрировать свой профессионализм, обменяться опытом и задать высокую планку для будущих поколений специалистов. Региональный этап конкурса станет отличной площадкой для честной борьбы и профессионального роста», — добавил начальник отдела надзора за строительством и реконструкцией объектов Правобережной зоны Санкт-Петербурга Сергей Коротич.
Со своей стороны генеральный директор СРО А «Объединение строителей Санкт-Петербурга» Алексей Белоусов напомнил, конкурс «Строймастер» зародился в Петербурге в 2007 году и уже спустя четыре года получил статус национального. «Теперь это состязание проводится на всей территории России. Победители регионального этапа отправляются на всероссийский финал», — уточнил Алексей Белоусов и вручил директору колледжа Метростроя Александру Филатову почетный диплом НОСТРОЙ за организацию и проведение финала «Строймастер-2025». «Надо отметить, что финал прошел на очень достойном уровне и был высоко оценен как представителями Минстроя России, так и другими органами государственной власти», — уточнил Алексей Белоусов. Александр Филатов отметил, что конкурс очень важен не только для бизнеса и власти, но и для ребят. «Это своеобразная преемственность поколений, когда взрослые соревнуются вместе с молодежью, и у студентов есть возможность увидеть и узнать новое», — подытожил он.
Национальный стандарт
Конкурс профессионального мастерства «Строймастер» — пожалуй, одно из значимых отраслевых соревнований — традиционно проходит в два этапа: региональный и всероссийский.
Представители строительного бизнеса неоднократно заявляли, что участники конкурса становились лидерами в коллективе и на стройплощадке. К ним прислушиваются, у них учатся. Поэтому компании всегда поддерживают сотрудников, изъявивших желание проверить свои силы.
Среди прочего конкурс позволяет оценить уровень подготовки кадров и воочию убедиться, что строительная отрасль готовит высококлассных отечественных специалистов.
Президент Национального объединения строителей Антон Глушков неоднократно называл город на Неве одним из флагманов строительного образования, так как в городе расположено много профильных учреждений для отрасли, в том числе и по обучению рабочим специальностям.
В конце января Росстандарт утвердил ГОСТ Р 72509-2026 «Отделочные работы. Требования к результатам работ», который вводит единые критерии оценки качества отделки в новостройках. Стандарт закрепляет систему восьми классов отделки, шесть из которых применяются для жилых помещений. Единые критерии оценки позволят улучшить качество отделки жилья.
«Думаю, что девелоперы охотно будут пользоваться этим документом, потому что на сегодняшний день, помимо стандартов отделки, там урегулированы вопросы устранения недостатков. То, что раньше было предметом судебных споров, теперь однозначно трактовано», — цитировали СМИ слова Антона Глушкова.
Карьерный лифт
Для линейных рабочих конкурс — это не только возможность проверить свои силы. Победа на любом этапе автоматически повышает востребованность работника на рынке труда и подтверждает статус высококлассного специалиста, что много значит в современных реалиях, когда многие компании сокращают количество проектов. Если взглянуть на данные сервиса по поиску работу hh.ru по СЗФО, объем предложений для отделочников в 2025 году (более 1,6 тыс. вакансий) составил 73% от объема 2024 года. Одновременно число резюме специалистов в Санкт-Петербурге демонстрирует рост: в 2025 году в сравнении с 2024 годом их количество увеличилось на 24,3%.
Если говорить о материальном вознаграждении, медианная предлагаемая зарплата в вакансиях в 2025 году относительно 2024 года выросла с 89,5 тыс. рублей до 100,2 тыс. рублей. Зарплатная вилка расширилась: если в 2024 году диапазон составлял от 60 тыс. до 144,2 тыс. рублей, то в 2025 году он сместился вверх — от 67,1 тыс. до 158,6 тыс. рублей.
Если рассматривать специальность «штукатур», то медианная предлагаемая зарплата выросла в 2025 году относительно 2024 года — с 87,3 тыс. до 97,7 тыс. рублей. Диапазон зарплат расширился: нижняя граница поднялась с 57,5 тыс. до 60 тыс. рублей, а верхняя — со 150 тыс. до 160 тыс. рублей. Для маляров наблюдается аналогичная тенденция: медианная предлагаемая зарплата увеличилась с 88,3 тыс. до 100,2 тыс. рублей. Зарплатная «вилка» также сместилась вверх: нижняя граница выросла с 60 тыс. до 70,1 тыс. рублей, а верхняя — с 140,9 тыс. до 159,2 тыс. рублей.
Анализ ожидаемых зарплат показывает, что соискатели надеются на зарплату порядка 100 тыс. рублей, что совпадает с медианной предлагаемой зарплатой в 2025 году и говорит о сбалансированности рынка.
Взгляд изнутри
Состав участников конкурса варьируется от «профессиональной» лиги до «студенческой». Например, Александр Фадейчев, который занимается монтажом гипсокартона и уже пятый год участвует в конкурсе, занимая призовые места. Забегая вперед скажем, что в этом году он добавил себе на форму еще одну «звездочку» победителя.
«Здесь я могу проверить себя. В реальной стройке ты работаешь с объемами, на объектах разрешается определенный допуск. Здесь — совсем другое, тут считают каждый миллиметр. Критерии оценки — жесткие. Это как хирургия, только с гипсокартоном. Когда ты работаешь в таком формате, руки не имеют права врать. И это заставляет быть собранным, точным, дотошным. Именно эти качества я переношу на свои объекты, — говорит Александр Фадейчев. — И знаете, после пяти лет я понял одну вещь: конкурсная площадка и реальная стройка — это два разных мира, но они дополняют друг друга. Стройка прощает сантиметр, здесь не прощают миллиметра. Приду и на следующий год. Не ради очередной победы, а ради того, чтобы снова проверить в себя».
Мастер производственного обучения колледжа «ПетроСтройСервис» Михаил Самусенко также участвует в состязании каждый год. Его студенты в соседнем помещении соревнуются со своими сверстниками. Он — как играющий тренер: «Для меня это не просто традиция — это принцип. В моем понимании мастер производственного обучения — это не тот, кто стоит в стороне и указывает. Это человек, который может встать рядом. Если мастер не умеет делать руками, как он может научить? Никак. Теория — это не профессия».
И похоже, методика Михаила Самусенкова — правильная: «В прошлом году Дмитрий Масюк взял первое место среди мастеров, а он тогда был еще студентом четвертого курса. Владислав Смирнов — первое место среди профессионалов, Егор Сидоренков — третье. Это результат не просто тренировок, а системного подхода, когда и студент, и наставник говорят на одном языке, потому что наставник сам прошел через тот же путь. Поэтому я участвую в каждом чемпионате. Не ради наград, а ради того, чтобы оставаться в тонусе и передавать детям самое ценное — не просто навыки, а уверенность: “Ты сможешь, потому что я сам это сделал и знаю”».
Дмитрий Масюк — студент колледжа «ПетроСтройСервис», как и его наставник, участвует в «Строймастере» четвертый год. Дважды ездил на всероссийский финал, занял третье место. «Кто-то скажет: третье — это не первое. А я считаю, что третье на финале России — это уже серьезный уровень. Я прихожу сюда за опытом, который не получишь в аудитории. Каждый конкурс — это новое задание, новые условия, новые люди вокруг. Ты выходишь на площадку, и у тебя нет права на ошибку. Это интересно», — объясняет он. Как рассказал Дмитрий, четыре года участия — это не просто строчка в резюме, это путь. «Сперва было страшно, руки дрожали. Потом начинаешь чувствовать площадку, видеть свои слабые места. И каждый раз хочешь сделать лучше, чем в прошлый», — вспоминает Дмитрий.
В составе участников — много первокурсников. По мнению мастера производственного обучения колледжа Метростроя Эдуарда Симоняна, — это правильный подход. «Он знает, что такое волнение, и научился с этим справляться. С одной стороны, это опыт. Но с другой — для меня теряется главное: азарт, чистота реакции, тот самый огонь, когда все в новинку. Первокурсник приходит на конкурс без этой брони. Он боится, он сомневается, он может ошибиться в самом простом. Но именно в этот момент происходит настоящий рост. Он не просто выполняет задание — он проходит через стресс, через неуверенность, через желание бросить все прямо на ходу. И если он справляется, это меняет его как будущего специалиста», — заключил Эдуарда Симонян.
Член жюри Родион Божаров оказался на конкурсе как частное лицо, но на самом деле он здесь неслучайно. «Когда-то я сам стоял на этой площадке. Участвовал, доходил до федерального уровня. Тогда все было по-другому. Говорю не только про технологии и материалы, хотя они, конечно, шагнули вперед. Я — про другое: про подход к оценке, про саму философию соревнования. Раньше больше смотрели на скорость, на то, как ты управляешься с инструментом. Сейчас важнее точность, понимание процесса, умение работать чисто, без брака. “Строймастер” стал более профессиональным, если хотите — более жестким».
Впрочем, новички не выглядели «белыми воронами». Победительница в номинации «Лучший штукатур» Ирина Долиненко (ООО «ЛСР. Строительство — Северо-Запад») на вручении выглядела немного растерянной. Однако, когда речь зашла о практической стороне, уверенность вернулась. «Победа в конкурсе стала полной неожиданностью. Когда мне в компании сказали, что нужно ехать, я сначала растерялась. Для меня это был абсолютно новый опыт, даже немного пугающий, но при этом безумно интересный. Если говорить о программе, для меня она не стала сложной, но для кого-то могла показаться серьезным испытанием», — говорит Ирина Долиненко.
Студентку первого курса колледжа Метростроя Екатерину Поплевко победа в конкурсе также привела в замешательство. «Что было самое сложное? Даже не знаю. Для меня сложнее всего — это, наверное, нервы и переживания… Первый раз все-таки. Когда выходишь на старт, внутри все трясется. А так, по сути, ничего запредельного, — сказала победительница. — Специальность выбрала потому, что она мне по душе. Один раз попробовала — и все: поняла, что это мое. А где пробовала? Дома. Просто взяла и сделала ремонт в своей комнате. Получилось даже лучше, чем ожидала!»
Список победителей
Среди профессионалов в номинации «Лучший монтажник каркасно-обшивных конструкций-2026» диплом I степени вручили Александру Фадейчеву (ИП «Фадейчев А. Д.»), диплом II степени разделили Андрей Пильгун (ООО «ЦИСТ») и Михаил Самусенко («ПетроСтройСервис»), диплом III степени получил Александр Теленков (ООО «ЛСР. Строительство — Северо-Запад»).
В номинации «Лучший штукатур-2026» победу одержала Ирина Долиненко (ООО «ЛСР. Строительство — Северо-Запад»), дипломы II степени получили Андрей Пильгун (ООО «ЦИСТ») и Хасан Юсупов (ООО «КВС-Строй»), диплом III степени достался Александру Ильичеву (ООО «ЦИСТ») и Нумонджону Хасанову (ООО «КВС-Строй»).
В категории «Студенческая лига» лучшим монтажником каркасно-обшивных конструкций стал Павел Бокаютов, диплом II степени получил Андрей Костяков, диплом III степени — Евгений Соколов (все — из колледжа Метростроя).
В номинации «Лучший штукатур» среди учащихся дипломом I степени наградили Екатерину Поплевко (колледж Метростроя), дипломом II степени — Викторию Ковальчук (Академия реставрации и дизайна), дипломом III степени — Никиту Баринова (колледж Метростроя).
Одно из направлений развития Петербургской агломерации — появление транспортно-пересадочных узлов (ТПУ). Локаций для них достаточно, в новом генеральном плане города их создание предусмотрено; есть несколько стихийно возникших ТПУ. Однако все ограничивается рассуждениями и архитектурными проектами — дальше этого дело не двигается.
Главная задача ТПУ — стать драйвером для развития окружающей территории, интегрировать удаленные районы в городскую инфраструктуру. О значении ТПУ для развития Петербургской агломерации и препятствиях в этом развитии говорили участники конференции «Значение строительства ТПУ (транспортно-пересадочных узлов) в экоустойчивом градостроительном развитии агломерации», организованной Советом по зеленому строительству при Санкт-Петербургском Союзе архитекторов под руководством генерального директора ООО «АМЦ-ПРОЕКТ» Сергея Цыцина, АО «НИПИИ “Ленметрогипротранс”», РИА «Архитектурные сезоны».
Специалисты отметили необходимость комплексного подхода к созданию ТПУ на всех этапах — от выбора места до периода эксплуатации, обозначили целый ряд попутно возникающих проблем, а также указали на тянущиеся годами обсуждения и предложили переходить от слов к делу.
Речь шла о ТПУ на территории Петербурга и ближних районов Ленинградской области, образующие вместе Петербургскую агломерацию. Алексей Косарев, начальник отдела стратегического планирования Комитета экономического развития и инвестиционной деятельности правительства Ленинградской области, отметил разбалансированность транспортного и градостроительного планирования на территории агломерации. Власти региона предпринимают попытки сдержать расползание массового строительства в зоне агломерации на границе Петербурга. Однако транспорт остается проблемой для жителей прилегающих к городу районов области.
Приоритет в областной стратегии развития отдается общественному транспорту. Даже разработана отдельная Стратегия действий Ленинградской области по развитию общественного транспорта.
Александр Баранов, генеральный директор компании «Лабград», также отмечает «уже сформированную проблему» транспортного сообщения и необходимость «сшивки города и агломерации», что позволит сократить время на дорогу. Однако, по его словам, город не ставит задачу создать ТПУ. Речь идет о рекомендациях.
«ТПУ — предложение, которое позволит перераспределить транспортные потоки, нагрузку на отдельные виды транспорта и сделать их более эффективными», — рассуждает Александр Баранов.
В то же время он подчеркивает: в Градкодексе понятие ТПУ — нормативное. В качестве примера выступает железнодорожная платформа Броневая с подземным переходом. Но ТПУ, по мнению Александра Баранова, — не только транспортная инфраструктура, но также элемент городского пространства, общественного пространства. Чтобы создать такой проект, необходимо изменить парадигму восприятия транспортной инфраструктуры как элемента городского пространства.
Александр Баранов также обратил внимание на практику формирования локальных ТПУ в России. Подобные проекты можно создавать без значительных капиталовложений. Масштаб ТПУ, по его мнению, может быть разным — от локальных до федерального значения.
Антон Финогенов, директор по развитию городской среды ДОМ.РФ, полагает, что Петербургу уже сейчас нужны не меньше дюжины ТПУ. И в предыдущих генпланах такие проекты были. «Последние лет двадцать слышу о развитии ТПУ в Петербурге. Планы сильно отстают от реализации», — отметил он.
Схема размещения и развития на расчетный срок реализации генерального плана и прогнозируемый период основных объектов капитального строительства транспортной инфраструктуры федерального, регионального и местного значений с выделением сооружений внешнего транспорта, городского транспорта, автомобильных дорог общего пользования (городской транспорт)
Проблемы в комплексе
Участники конференции сходятся во мнении: к созданию ТПУ должен быть комплексный подход. Но уже на этапе проектирования обнаруживается масса проблем, начиная от проблемы увязки проекта ТПУ с существующей застройкой.
Сергей Ветлугин, первый заместитель генерального директора АО «НИПИИ ”Ленметрогипротранс”», обозначил несколько специфических моментов. Все начинается с разработки обосновывающих документов. На этом этапе проводится анализ, выполняется проект планировки территории и т. д. Но затем выясняется, что на участке есть инженерные сети, которые монополисты не разрешают переносить. Например, такая ситуация сложилась при разработке участка для станции метро «Горный институт». А чтобы запустить уже построенную станцию «Театральная площадь», нужно выкупить здание, находящееся в частной собственности. Это не вписывается в экономику проекта, поэтому город получит транзитную станцию, которая будет работать на прогон, — войти или выйти пассажиры не смогут.
Второй специфический момент — расчеты, связанные с потоками транспорта и пассажиров.
Если предварительная работа уже сделана, начинаются согласования. И у каждого комитета — свои требования, которые иногда невозможно совместить. Есть разработанные концепции, которые не получается сдвинуть с места.
Если и этот этап пройден, начинается работа с Главгосэкспертизой, когда надо увязать в проекте вокзалы, железную дорогу, объекты внутри ТПУ. На этом этапе, подчеркивает Сергей Ветлугин, «любые пограничные вопросы могут превратиться в тупиковые».
«Проекты должны быть комплексными, под руководством единого заказчика — отдельные проекты будут десятилетиями притираться друг к другу», — убежден он.
Дмитрий Бойцов, главный архитектор АО «НИПИИ ”Ленметрогипротранс”», прямо указывает на необходимость единой координирующей структуры, приводя в пример Москву, где увязка проектов происходит на уровне вице-мэров. В столице, по его сведениям, построены десятки ТПУ, при строительстве задействованы большие участки, привлекаются частные инвесторы для строительства коммерческих площадей. «Для реализации проектов должно быть административное курирование на уровне вице-губернаторов, потом должны быть конкурсы. И в рамках ТЭО в конкурсной документации надо ответить на вопросы по выносу сетей, усилению зданий и прочее», — полагает Дмитрий Бойцов.
Координация, по его словам, необходима, поскольку в условиях плотной городской застройки нужна интеграция на всех уровнях, включая подземный. «Сталкиваемся с перечнем проблем – усиление зданий, мониторинг, переход на временное движение транспорта… Если все пошагово делать — каждый раз весь перечень, в разы дороже получается», — пояснил Дмитрий Бойцов.
Помимо этого, отмечает он, остается открытым вопрос сроков: строительство ТПУ необходимо синхронизировать со строительством транспортных артерий — ТПУ нельзя рассматривать отдельно.
Упоминания о подземном строительстве звучало на конференции неоднократно. Чаще всего упоминалась площадь Восстания, в подземной части которой завяз не один проект.
Алексей Шашкин, генеральный директор компании «Геореконструкция», подтвердил: монополисты, владеющие сетями, строить не дают. По его словам, согласовывая проекты, монополисты требуют оставить три метра им.
Алексей Шашкин убежден: для развития подземного строительства надо все сети упаковать в проходные коллекторы. «Никаких сложностей, чтобы сделать проходные коллекторы, нет. А тогда и можно развивать подземное пространство. Не строить под землей для Петербурга расточительно», — говорит он.
Илья Филимонов, главный архитектор бюро Intercolumnium, предлагает рассмотреть варианты, когда можно не только уходить под землю, но в новых районах подняться на верхние уровни. Это не менее сложный вариант, поскольку есть разные собственники. У архитекторов был опыт частных заказов на ТПУ, но сложные увязки с разными собственниками не позволили реализовать проекты. «Для комплексной работы необходим единый заказчик, который бы состыковал все профильные ведомства и частного заказчика», — подчеркнул он.
Одна из инициатив властей Ленобласти вызвала нечто вроде локальной бури. Алексей Косарев привел пример комплексного планирования: внесены изменения в градостроительные документы в логике ТОР (территория опережающего развития) — сокращение числа парковочных мест в жилых комплексах.
При сохранении существующего движения, в том числе по железной дороге — восемь тысяч пассажиров в день, решено сократить обеспеченность парковочными местами для новых ЖК: в зоне железной дороги в радиусе 1 км — на 15%, в зоне ТПУ — на 20%, автотрасс в радиусе 400 метров — на 10%. Документ появился 15 августа 2024 года.
По оценке Алексея Косарева, документ, скорее, запретительный.
Из зала посыпались вопросы и реплики.
— А что люди об этом думают?
— Мало автодорог, автобусов…
— Не хватает общественного транспорта, чтобы сократить частный.
— Сдача транспортных объектов отстает, транспортных узлов практически нет…
— Это ужасно!
Алексей Косарев возразил: «Надо сначала найти локации, где эти нормы можно применить. Пока таких локаций мы не видим».
Александр Баранов поддержал: «Сокращение парковочных мест — мотивирующий инструмент, чтобы девелоперы развивали не только жилую функцию».
Еще одна проблема касается всех регионов, кроме Москвы. ТПУ — дорогостоящий объект. Но в регионах нет инвесторов — нужно бюджетное финансирование. «История с переездом административной функции в ТПУ ложится на плечи региональных бюджетов. Переезд — драйвер, но бюджеты ограничены. Проекты вне Москвы появляются крайне редко», — констатирует Антон Финогенов.
По его словам, вне Москвы не найдены механизмы, которые бы позволили ускорить появление ТПУ и на их базе — общественно-деловых центров. Сейчас процесс начинает сдвигаться с мертвой точки: в двухстах городах разрабатываются мастер-планы. Однако Петербург не входит в это число.
«Исключительно коммерческий путь не работает в регионах, нужны стимулирующие меры», — убежден Антон Финогенов.
Он утверждает: никаких мер поддержки коммерческой инфраструктуры в Петербурге никогда не было. Последние инвестиции были в территорию Пулково-3, где последний объект введен уже пять лет назад. Частный бизнес самостоятельно развивается вдоль Кольцевой автодороги.
По его мнению, надо расширять инфраструктурное меню, нужны налоговые или иные меры поддержки, ГЧП. «Я бы предложил начать дискуссию про инструменты — что нужно, чтобы девелоперы, которые вкладывают миллиарды в строительство жилья, вложились в другие проекты», — говорит Антон Финогенов.
Реальные ТПУ
Несмотря на сложности в создании ТПУ, они все же есть в Петербурге, говорят эксперты.
Андрей Хилинский, врио первого заместителя председателя КГА, отметил: «Мы уже выявили несколько узлов — “Беговая” на Яхтенной в их числе. Мы по максимуму увязали развитие железной дороги и метро, чтобы обеспечить бесшовную связь пассажиропотока».
Транспортный узел создается на базе станции метро «Купчино». Есть немало частных проектов. На базе Финляндского вокзала, где инвестор пытался создать ГЧП; ТПУ «Парнас» с автовокзалом, общественно-деловыми функциями; ТПУ в районе «Лахта Центра» «Лахтинский поток» — автовокзал, метро, железная дорога; на базе станции «Проспект Большевиков».
По мнению Александра Баранова, в городе есть неорганизованные ТПУ — как группа сконцентрированных объектов инфраструктуры с локальными элементами общественных пространств. Это «Старая Деревня», Ручьи, уже реализованный проект в Зеленогорске. «Площадь Восстания» можно считать ТПУ, равно как Балтийский, Ладожский вокзалы, Пулково. «Там нет торговых центров или бизнес-центров, но есть удобство пересадки», — констатировал он.
Илья Филимонов резюмировал: «Существующие несформированные и дискретно развивающиеся транспортные узлы создают узкие места в городской инфраструктуре, что приводит к транспортным проблемам и снижению качества жизни».
По его словам, проектирование ТПУ как многофункциональных пространств, объединяющих транспортные функции с коммерцией, офисами и общественными пространствами, имеет положительное влияние на формирование полифункциональной структуры города и уменьшение суточной миграции, способствуют созданию архитектурных объектов, улучшающих архитектурную среду и культурную идентичность. А необходимость проектировать ТПУ с учетом зеленых технологий имеет долгосрочный эффект для городской экономики.
«ТПУ в агломерации должны рассматриваться как общая ответственность нескольких регионов, что требует гармонизации подходов и планирования для обеспечения единой транспортной стратегии, учитывая потребность всех вовлеченных территорий. Для совершенствования концепции совместного развития необходимо создание специализированного межрегионального развития, что позволит координировать инициативы по улучшению ТПУ и обеспечению системного подхода к развитию. Такой орган может содействовать совместным проектам и финансированию. Развитие транспортно-коммунальных узлов в Петербургской агломерации требует комплексного подхода, сочетающего архитектурные, градостроительные и экологические принципы. Это не только улучшит транспортные потоки, но и добавит ценности к городской среде, создавая удобные и комфортные пространства для жителей и гостей города», — заключил Илья Филимонов.
В России пока только набирает популярность модульное строительство. Отель «Игора. Времена года», спроектированный бюро Rhizome на территории всесезонного курорта «Игора» в Ленинградской области, собрал в 2023 году несколько архитектурных наград благодаря необычной архитектуре, применению деревянных конструкций и модульной технологии.
Отель «Игора. Времена года» располагается на 54-м километре Приозерского шоссе. Само строительство заняло девять месяцев, открылся отель в сентябре 2022 года.
В 2023 году отель получил Гран-при фестиваля «Архитектон» и победил в номинации «Лучший реализованный объект общественной функции» фестиваля. Объект также получил премию АРХИWOOD как лучшее общественное сооружение. Архитектурное бюро Rhizome награждено в рамках номинации «Проект туристического объекта или туристической инфраструктуры» конкурса креативных индустрий G8 Creative Awards.
Хотя отель отмечен «деревянной» премией АРХИWOOD, по мнению Павла Слепнева, генерального директора проектной мастерской «ПЕТЕРГОФ» (генеральный проектировщик), главная фишка — не деревянные конструкции, а модульное строительство: «Деревянные балки — не несущий конструктив здания, а пристройка к модульному зданию».
Свобода и гибкость
Для бюро Rhizome «Игора. Времена года» — очередной пример комбинирования пространственных модулей с конструктивом из клееной древесины, отмечает Евгений Решетов, партнер Архитектурного бюро Rhizome. По его словам, «Времена года» — это сотня видовых номеров, дополненных зданием ресепшн и лобби-бара.
«Будучи ограниченными высотой двух этажей и необходимостью разместить 200 постояльцев, мы сжали, изломали и искривили планировки корпусов. Мы расположили корпуса отеля на участке наподобие протяженной изгибающейся ленты. Так, чтобы из каждого номера открывался выразительный вид на поросший мхом еловый лес.
Используя современные и экологичные решения, мы стремились вступить в диалог с лучшими северными образцами архитектуры гостеприимства и здоровья середины XX века — будь то финский функционализм или советский модернизм. Отсюда — выбор примененных цветовых и формальных решений», — рассказал Евгений Решетов.
Все постройки на территории отеля сформированы из стандартных модулей площадью 20 кв. м и 40 кв. м, которые можно собирать по-разному — от обычного прямоугольного дома до сложных объемов.
Именно так собрана «змейка» корпусов, которая позволила сделать все номера видовыми.
В отеле — четыре корпуса, выносное лобби и отдельно административно-бытовой корпус — все не как в стандартном отеле, подчеркивает Павел Слепнев. По его словам, сложно выделить какие-либо нестандартные решения, их много. «Например, номера, которые состоят из двухэтажных модульных построек и снаружи — деревянная конструкция. Получается, что эта конструкция накрывает модули, то есть у нас идет двойная крыша: крыша модулей, потом полуметровое пространство, далее общая крыша, которая накрывает и модули, и террасу. Или, например, лобби сделано по совмещенной схеме: половина — из модулей, половина — традиционным способом», — поясняет Павел Слепнев.
Корпуса соединяет галерея, выполненная из клееной древесины. Поставщик — норвежская компания RamFjord. Между блоками корпусов расположены лестницы.
«Неординарным решением является само сочетание пространственных модулей на базе металлического каркаса с “обвесом” зданий из клееной древесины и деревянного погонажа. Это сочетание позволило как выполнить объект в логике высокой заводской готовности, так и избежать излишней скованности при оперировании ”кубиками” модулей номерного фонда. Дерево дает нужную свободу и гибкость», — пояснил Евгений Решетов.
Сборка проекта
Модульные технологии имеют целый ряд преимуществ. Например, не зависят от погодных условий, поскольку сборка модулей происходит заводским способом. После завоза на стройплощадку остается только правильно собрать готовые модули, что заметно сокращает сроки самого строительства.
Строительство отеля «Игора. Времена года» длилось меньше года. «Применение компонентов высокой степени заводской готовности сделало возможным производство и сборку отеля за девять месяцев», — говорит Евгений Решетов.
Генеральным подрядчиком выступил Опытный завод строительных конструкций из Гатчины.
«Выгода от модульных технологий — сроки и качество; отличие от традиционных технологий — возможность перекрывать большое пространство и решать нетиповые задачи», — утверждает Павел Слепнев.
Кроме того, модульная технология позволяет сохранять в относительной чистоте строительную площадку и не производить много шума. Это было важно, поскольку строительство велось на действующем курорте.
Возникали также сложности иного рода, касающиеся внутренней планировки отеля. Павел Слепнев пояснил: «По законодательству при эвакуации из номера надо попасть сначала в коридор, потом на закрытую лестничную клетку и только потом уже на улицу. А вариант эвакуации сразу на улицу из номера в нормах не прописан, поэтому пришлось идти за СТО и эту историю прописывать. Хотя решение, которое реализовано, более безопасно».
Но каких-либо чрезвычайных, выходящих за рамки обычного процесса проектирования и строительства нового объекта, сложностей в этом проекте не было, говорит Евгений Решетов. По его словам, проект «Игора. Времена года» является последовательным развитием методов и технологий, которые отработаны в предыдущих отельных проектах сети «Точка на карте».
«Команда проектировщиков и подрядчиков также была сработанной, все знакомы как с процессами, так и друг с другом», — уточнил он.
Назад, в будущее
Деревянное строительство на протяжении многих лет считалось уделом индивидуального строительства. Однако теперь появились нормы, которые позволяют строить не только частные домики.
Определенные требования к деревянному строительству, конечно, есть. «Главная специфика, разумеется, — в повышенном внимании к соответствию нормам пожарной безопасности здания, но, на наш взгляд, — проектная вводная, одна из многих, влияющих на проект, но не определяющих его. Важным моментом, разумеется, является понимание дерева как материала, его внутренней логики и свойств. Как в “сыром” виде, так и в виде изделий из клееной древесины. Эстетика работы с деревом для нас органична, мы не приходили в деревянную архитектуру из других дисциплин (железобетона или металла), для нас архитектурное проектирование с самого начала работы нашего бюро во многом и есть проектирование из дерева. Это наша стихия, наша среда», — говорит Евгений Решетов.
По его словам, в настоящее время уже работают новые нормативные документы, позволяющие реализовывать из древесины как жилые многоквартирные дома, так и общественные здания большой площади и емкости при соблюдении рационально необходимых подходов к проектированию и эксплуатации таких объектов. «К сожалению, пока не произошло взрывного роста в количестве реализованных проектов с использованием конструктива из клееной древесины, так как такие конструкции обычно дороже, чем более традиционные решения, а законодательного или общественного давления в разрезе экологичности, устойчивости и ограничения углеродного следа в строительстве в РФ пока не наблюдается; однако именно эти аспекты в первую очередь являются драйверами роста объемов строительства из возобновляемых источников в Европе и других передовых в отношении внедрения дерева в строительство странах», — заключил Евгений Решетов.