Ведущий отечественный поставщик насосов для бытового, коммерческого и промышленного применения существенно расширил парк оборудования на заводе в Ногинске. С организацией производственных процессов нас познакомили специалисты предприятия.

Долгое время пальма первенства в сегменте насосного оборудования на российском рынке принадлежала зарубежным производителям. Уход иностранных игроков стал мощным драйвером роста отечественных компаний. Они продемонстрировали не просто жизнеспособность, но и в ряде случаев уникальный потенциал для развития производства. ООО «ВИЛО РУС» — в их числе.

Компания WILO — мировой поставщик насосов и насосных систем для различных объектов в 1997 году создала российское подразделение с целью локализации производства и обеспечения близости к рынку сбыта. В 2016-м открылся завод в Ногинске. На сегодняшний день на территории России действуют 31 филиал компании, 13 региональных складов и более 130 авторизованных сервисных партнеров.

Продукция предприятия — насосы и насосные установки, а также приборы автоматического управления — широко применяется в системах ЖКХ, строительстве, на объектах энергетики, водоканалах. Спрос на нее высок и не подвержен спадам, связанным с экономическими и геополитическими потрясениями. Для того чтобы удовлетворять его в полной мере, компании приходится увеличивать свои производственные мощности, внедрять современные технологии.

Максимальная надежность поставок

В течение всего 2024 года происходила работа по монтажу и пусконаладке станочного оборудования для механической обработки деталей насосов — одной из важнейших технологических операций, оказывающей непосредственное влияние на эксплуатационные характеристики изделия: надежность и энергоэффективность. Это ключевая компетенция производителя насосного оборудования.

— За последние несколько лет существенно расширился парк технологического оборудования завода в Ногинске, — отмечает технический директор ООО «ВИЛО РУС» Павел Филиппенков. — Как видите, установлены шесть металлообрабатывающих станков различных типов и все необходимое сопутствующее оборудование: грузоподъемные механизмы, системы фильтрации СОЖ (смазывающая и охлаждающая жидкость), измерительная лаборатория с координатно-измерительными машинами различных типов.

По словам специалиста, в совокупности весь этот технологический комплекс способен обеспечить полностью независимый процесс механообработки деталей для насосов определенных типов, а также служить резервом производительности в случае непредвиденных сбоев у внешних поставщиков, от услуг которых компания не планирует отказываться. Хотя значительная часть заготовок сегодня обрабатывается собственными силами, такая гибкая схема позволит обеспечить максимальную надежность поставок продукции заказчикам.

Индивидуальный подход к каждой детали

Процессы производства компонентов проходят три основные стадии: литейная заготовка, механическая обработка, нанесение на деталь катафорезного покрытия, которое обеспечивает изделиям высокие антикоррозионные свойства.

— Для каждой детали процесс подбирается индивидуально, исходя из габаритов изделия, геометрии, серийности, — поясняет Павел Филиппенков. — Качество литейной заготовки самым непосредственным образом влияет на характеристики будущего насоса. Шероховатость поверхности проточной части и рабочего колеса, точность геометрических размеров, отсутствие смещения песчаных стержней при сборке литейной формы — эти параметры чрезвычайно важны и требуют постоянного инструментального и визуального контроля.

Мы убедились, что он осуществляется на всех стадиях производства: от выбора процесса и изготовления оснастки до определения температуры расплава металла при заливке формы.

Далее детали насосов направляют на стадию нанесения катафорезного покрытия. Готовые изделия с покрытием поступают на сборку.

— Участок сборки насосных установок организован так, чтобы обеспечить баланс между скоростью сборочного процесса и его гибкостью, то есть возможностью производить огромное многообразие типов и моделей установок, — продолжает специалист. — Здесь выделены несколько зон: для механического монтажа установки, электроподключений и испытательный стенд. На отдельном участке производится сборка приборов автоматического управления насосными установками.

Внимание — качеству

Каждая деталь, начиная от спектрального анализа металла на литейном производстве и заканчивая функциональным испытанием в составе готового изделия, проходит несколько десятков измерений, проверок, операций визуального и инструментального контроля.

— Вся совокупность таких операций регламентирована и строго контролируется отделом качества производственного департамента WILO RUS в Ногинске, — поделился технический директор ООО «ВИЛО РУС» Павел Филиппенков. — Он оснащен самым современным оборудованием: здесь применяется трехмерное сканирование, которое позволяет построить точную 3D-модель заготовки и сравнить ее параметры и параметры, заданные конструктором. А координатно-измерительная машина способна определить отклонения размера в полтора микрона. Для испытаний готовых насосов и насосных установок на заводе имеются испытательные стенды различных габаритов и назначения.

Технический директор ООО «ВИЛО РУС» Павел Филиппенков:

— Производство трубопроводной обвязки насосных установок осуществляется на автоматизированном комплексе орбитальной сварки. Оборудование лазерной резки трубных заготовок обеспечивает исключительную точность размеров компонентов и готовых коллекторов, что упрощает сборку насосной установки. Для очистки поверхности изделий из углеродистой стали применяется лазерный очиститель, который имеет существенные преимущества перед традиционными технологиями пескоструйной очистки.

Следующий этап развития — установка в начале 2026 года роботизированного сварочного комплекса, который позволит значительно повысить производительность и качество сварки.

Участники конференции, посвященной «зеленой» теме, выявили целый ряд проблем в благоустройстве и озеленении жилой застройки и общественных пространств Петербурга, но также предложили решения для некоторых случаев.

Конференцию «Зеленое строительство в устойчивом развитии городов: от стратегии к стандартам безопасной, комфортной городской среды» в рамках специального проекта «Городская среда: Экология. Комфорт. Трансформация» XXIV Международного форума «Экология большого города 2025» организовали Совет по зеленому строительству Санкт-Петербургского Союза архитекторов, РИА «Архитектурные сезоны», ООО «ЭФ-Интернэшнл» при поддержке КГА и СРО НП «Гильдия архитекторов и инженеров Петербурга». В качестве модератора выступал Сергей Цыцин, председатель Совета по зеленому строительству Санкт-Петербургского Союза архитекторов, генеральный директор «АМЦ-Проект».

Конфликт машин и деревьев

Согласно новому Генплану Петербурга, вступившему в силу в 2024 году, 29% в городе занимают рекреационные зоны, что сопоставимо по площади с территорией жилой застройки, и больше, чем занимают промышленные земли. Смольный поставил цель увеличить площадь рекреационных зон, поскольку состояние и настроение граждан зависят, в том числе, от среды, в которой они живут.

Задача решается постепенно. В частности, ближайшая — связать зеленые зоны, создав зеленый каркас, сообщила Елена Крамскова, начальник Управления ландшафтной архитектуры и монументального искусства КГА. Но сделать это непросто.

По словам Елены Крамсковой, в центральной части Петербурга исторически выделялось мало места под зелень: «Застройка доходными домами, дворы-колодцы не позволяют должным образом озеленить эту часть города сегодня».

Кроме того, под свободными от застройки участками, как правило, проложены коммунальные сети.

По мнению специалиста, можно использовать деревья в кадках и сады-трансформеры — это почти единственный вариант озеленить историческую часть города. Существуют, конечно, иные варианты — озеленение кровли, вертикальное озеленение фасадов. Но, посетовала Елена Крамскова, расположение домов и наш климат не позволяют озеленить фасады. «При реконструкции, наверное, можно предусмотреть террасы, ярусные сады», — добавила она.

В «сталинской» застройке есть возможность увеличить зеленые площади. Самая, наверное, лучшая ситуация — в кварталах, застроенных пятиэтажными домами. При возведении таких домов уже действовали нормы озеленения. Однако сегодня ситуация меняется, причем зачастую — в худшую для зеленых насаждений сторону. Выросло количество личных автомобилей, людям понадобились места для парковок. Для их организации нередко уничтожаются зеленые насаждения. «Самая большая проблема — уширение парковок, уничтожение зелени», — констатировала Елена Крамскова.

По ее мнению, строительство паркингов на застроенных пятиэтажками территориях проблематично. Но сегодня муниципальные образования получают субсидии — у них есть средства на проектирование, и «город начал меняться».

При этом Елена Крамскова отмечает: «В советской застройке еще можно что-то придумать. Новая застройка не решает проблем, которые были, зато создает новые».

Застройщики борются за квадратные метры — появляются жилые комплексы без детских площадок и зелени. В качестве отрицательного примера приведен проект ЖК «Северная долина», где нормативы озеленения не выполняются, очень мало зелени, спортивных площадок, но при этом парковочные места заняты постоянно. То есть вопрос с парковками тоже не решен. Чтобы достойно благоустроить дворы, нужно убирать парковочные места. По мнению специалиста, надо решать проблему с парковками, поднимать проблему на законодательный уровень.

Соседство Шуваловского парка тоже не решает проблему. По словам Елены Крамсковой, в пятиминутной шаговой доступности от жилья должен находиться сквер или небольшой парк, на удалении 15–29 минут пешком — парк покрупнее: «Запирать людей в “клетках” неправильно и должно быть изменено».

По ее словам, жители «человейников» находятся постоянно в состоянии стресса, а отдохнуть им негде. Это касается не только «Северной долины» — на намыве Васильевского острова есть проекты, где в половине дворов располагаются парковки, в другой половине — газоны.

При этом в некоторых ЖК построены многоярусные паркинги, но места в них не покупают — нередко у приобретателей квартир в ипотеку не хватает средств на парковочное место. Постепенно паркинги перепрофилируются в магазины, зооцентры, медицинские центры.

Впрочем, есть и другие примеры. По словам Елены Крамсковой, в Выборгском районе стали появляться нарядные экологичные детские площадки. В Приморском районе береговая полоса пользуется большим вниманием жителей. Людей интересуют экотропы, доступ к воде, индивидуальные зеленые дворы.

Методы борьбы

По мнению Сергея Цыцина, нужны подземные гаражи. Он подчеркнул необходимость проектировать дворы без машин в массовом сегменте тоже, поскольку в ЖК более высокого класса подземные парковки проектируются.

Сергей Цыцин поинтересовался: «Нельзя ли, чтобы комитет вышел с инициативой: если дома больше пяти этажей, комфортная среда должна побеждать паркинги. Застройщики, пока нет такого регламента, будут руководствоваться своими интересами. Мы создаем ущербную среду, а потом думаем, как с этим бороться».

Из зала прозвучал вопрос: «А кто должен заниматься озеленением? Застройщики вкладывают минимум, УК практически не тратится. Мы вкладывались сами, чтобы посадить деревья. Нам пришлось столкнуться с огромным количеством согласований».

Елена Крамскова объяснила: чаще всего озеленением занимаются муниципальные образования, но собственники вправе решить этот вопрос на общем собрании и обязать управляющую компанию.

По мнению Елены Крамсковой, надо менять законодательные нормы по озеленению. Осталось выяснить, как.

Сергей Цыцин полагает, что подобные изменения можно указать в Правилах землепользования и застройки.

А у законодателей уже есть идеи. Михаил Амосов, депутат Законодательного собрания Санкт-Петербурга, доцент кафедры физической географии и ландшафтного планирования СПбГУ, отметил: в январе прошли общественные обсуждения по теме зеленых зон, в результате сформулированы три идеи.

Первая — внеся изменения в законодательство, гарантировать участие жителей в обсуждении проектов зеленых зон. «У нас сейчас если что-то строится, это подлежит обсуждению, благоустройство — нет. У людей — другой взгляд», — прокомментировал Михаил Амосов.

Например, сделана реконструкция второй очереди Муринского парка, но третья при этом еще даже не благоустроена. Жителям не нравится то, что появилось в результате реконструкции, они полагают, что деньги надо было потратить на благоустройство третьей очереди.

По словам Михаила Амосова, Ленобласть участвует в федеральной программе, получает серьезные средства на благоустройство, и федеральный центр принуждает регион обсуждать с жителями проекты. Петербург в такой программе не участвует, но двигаться в сторону обсуждений надо, полагает депутат. По его словам, уже собирается рабочая группа для корректировки закона по благоустройству.

Вторая идея — создание городских лесопарков. Это крупные парки, как правило, на окраинах Петербурга, — бывшие участки лесов. Для таких территорий необходимы обследования, а также зонирование в проектах — спорт, другие активности, нетронутые участки.

Третья идея — временные зеленые зоны. Это могут быть территории, зарезервированные под конкретные объекты, но в далекой перспективе. В прошлом году Смольный решил создать сад сирени рядом с Невской ратушей — на месте, где зарезервирован участок под станцию метро, а раньше была автостоянка. Средства в бюджете уже запланированы.

Подобная ситуация — на Кушелевке, где проект планировки, принятый лет 15 назад, вообще не предусматривал зеленых зон. По периметру квартала располагаются паркинги, на которые спроса нет. В перспективе вместо них появятся школы, но пока можно выполнить временное благоустройство.

Алексей Саянов, кандидат географических наук, руководитель ГК SayanGroup, генеральный директор ООО «Смарт Руф», рассказал о другом способе благоустройства — озеленении крыш. Он указал на активную субурбанизацию территорий, в том числе застройку пригородов высотными домами, и возникновение конфликтов интересов. Отсутствие водно-зеленого каркаса формирует дополнительную нагрузку на инфраструктуру, также возникают риски подтопления территорий. «Создать дополнительное озеленение на крышах — хороший элемент водно-зеленой структуры», — полагает Алексей Саянов.

Зеленые кровли дают много преимуществ: в зависимости от типа озеленения растения удерживают 40–99% осадков, что существенно снижает нагрузку на ливневые канализации; увеличивает энергоэффективность зданий; улучшают микроклимат; берегут здания от воздействия экстремальных температур — летом снижают температуру, зимой лучше сохраняют тепло.

По мнению Алексея Саянова, зеленые кровли позволят восстановить биоразнообразие в городской среде, организовать фермерские зоны и т. д. Однако пока спрос на зеленые крыши мал, производство дорого и невелико. Безусловно, есть климатические ограничения. «Нет господдержки. Может, это и хорошо, когда естественным путем снизу вырастает новая технология», — заключил Алексей Саянов.

Как отметил Сергей Цыцин, конференции с «зеленой» повесткой проходят регулярно, но возникают все новые проблемы, которые необходимо разрешать. Можно догадаться, что новое мероприятие — не за горами.

Мнение

Алексей Саянов, кандидат географических наук, руководитель ГК SayanGroup, генеральный директор ООО «Смарт Руф»:

— Технологии кровельного озеленения активно применяются на крышах и стилобатах. Различают два основных типа: экстенсивное, пригодное для крыш с ограниченной несущей способностью, и интенсивное — сложные системы для создания полноценных садов и парков.

Экстенсивное озеленение годится для многоквартирных домов, интенсивное — больше для общественных пространств.

С точки зрения развития водно-зеленого каркаса Петербурга необходимо увеличение площади и количества зеленых зон. Это могут быть дополнительные рекреационные пространства на плоских крышах или создание новых общественных пространств на крышах в промзонах, то есть джентрификация городского пространства. В промышленных районах плоские крыши заводских зданий могут стать основой для парков. В жилой застройке неиспользованные стилобаты можно озеленить, создавая зоны отдыха. Подземные парковки и развязки также могут быть перекрыты зелеными крышами. Особенно важно развивать зеленые зоны в районах с высокой плотностью застройки, где кровельное озеленение становится единственным решением для увеличения зеленых насаждений.

Сергей Цыцин, председатель Совета по зеленому строительству Санкт-Петербургского Союза архитекторов, главный архитектор «АМЦ-Проект»:

— До последнего времени озеленение проводилось по остаточному принципу, очень дешево. Была распространена сдача объекта в зимнем варианте, когда все покрыто снегом, когда еще не привезен грунт. А уже весной-летом доделываются эти работы, ведутся посадки.

В настоящее время сами инвесторы инициируют качественные проектирование и реализацию проектов благоустройства, будучи заинтересованными, чтобы их объект имел конкурентные преимущества.

Главный резерв для создания зеленых зон — серый пояс, половина территории которого используется очень неэффективно для города. Эта серая зона при едином плане развития города могла бы представлять мощное зеленое кольцо, которое сочеталось бы с новым транспортным кольцом, новой застройкой. Это можно превратить в зеленый пояс, который связал бы различные зеленые участки в единое целое, значительно улучшил бы качество проживания и вообще градостроительный статус нашего города. Это могло бы стать легкими Петербурга.