Рынком не вышли. Зачем государству нужно вмешиваться в развитие ИТ-отрасли
Российский ИТ-бизнес начинает ориентироваться на запросы общества и все чаще становится социально ответственным. Построить технологический суверенитет и защититься от внешних угроз невозможно без вмешательства государства. К такому выводу пришли участники дискуссии, которая состоялась в рамках форума «Цифровые решения».
Первый российский форум информационных технологий «Цифровые решения» стал одной из самых масштабных площадок для диалога бизнеса и государства. Он прошел в национальном центре «Россия» в Москве и собрал более 600 спикеров. На пленарной сессии выступил Председатель Правительства России Михаил Мишустин, который сообщил, что вклад отечественной ИТ-индустрии в валовой внутренний продукт за пять лет достиг 2,4%. Свою роль в развитии отрасли сыграли преференции для аккредитованных организаций. В прошлом году вклад таких компаний в ВВП составил почти 6%, а их выручка достигла 12 трлн руб., увеличившись на 27%. По словам премьер-министра, государство продолжит поддерживать отечественные компании, например льготами на страховые взносы и налоги на добавленную стоимость и прибыль.
Светлый путь
О необходимости поддержки со стороны государства говорили и участники сессии издательского дома «Коммерсантъ» «Цифра как драйвер устойчивого развития и безопасности среды», которая состоялась в первый день форума. Несмотря на то, что здесь собрались преимущественно представители бизнеса, разговор часто перетекал в философское русло, а начался и вовсе с обсуждения проблем коллективизма. Такой тон дискуссии задал генеральный директор Российской ассоциации электронных коммуникаций Дмитрий Гуляев, который предположил, что в ближайшие десять лет компании, начинавшие с продуктового подхода, перейдут от клиентоцентричности к социоцентричности.
— Во главе угла будет стоять общественное благо. В отличие от западной модели, где царит культ индивидуализма, социоцентричный подход предполагает, что бизнес будет оценивать воздействие технологии на группу людей в целом, а затем на конкретного индивидуума. И тогда мы будем говорить о противопоставлении общества потребления обществу созидания. Сегодня компании делают шаги в этом направлении и поддерживают социальные проекты, — отметил Дмитрий Гуляев. Он напомнил, что на пленарном заседании особое внимание уделялось подготовке кадров и работе с молодежью, чем и занимается отечественный бизнес.
Рынок не решает
Точку зрения Дмитрия Гуляева поддержал и заместитель генерального директора по научной работе АО «СиСофт Девелопмент» (входит в ГК «СиСофт») Михаил Бочаров, который заявил, что подобный философский подход поможет выстроить технологический суверенитет. Чтобы стать независимыми, во главу угла надо ставить не отдельную личность, а базовые потребности общества.
— Представители бизнеса говорят, что роль государства очень мала, потому что иногда у нас складывается излишняя конкурентоспособность, о чем шла речь и на пленарном заседании. Нам не нужно десять, а тем более сто операционных систем, необходимо переходить от количества к качеству. Государство должно определять, что полезно обществу, и именно туда вкладываться интеллектуально и финансово. Иначе мы потратим ресурсы впустую. Нужно создавать научно-исследовательские институты по разным направлениям ИT-отрасли, а не отдавать все на откуп рынку. Стремление к технологическому суверенитету должно быть комплексным, — заявил Михаил Бочаров.
Он привел в пример цифровой двойник Центра управления коммунальным хозяйством в Печатниках, который объединяет в себе много различных государственных и информационных систем. Однако интероперабельность при этом отсутствует: нет всеобщего управления данными.
— Мы все равно часть наших продуктов скоро отдадим искусственному интеллекту. Это рутинная работа, которая будет выполняться автоматизировано. Сейчас, на этапе апробации, мы должны подумать о безопасности. Потому что все технологии хороши, но они не все наши. Импортное ПО — это ягодки, которые растут на грозди винограда. А кто будет замещать саму кисть: стандарты, протоколы и форматы? Вот когда у нас все это появится, тогда мы сможем говорить об информационной безопасности, — отметил Михаил Бочаров.
Пожары просят огня
Технический директор компании Bercut Алексей Чистяков согласился с этими тезисами и заявил, что цифровой суверенитет держится на трех фундаментальных китах: данные, инфраструктура и среда. И последний «кит» «находится в коме».
— Сейчас в госпроектах крупных компаний экстракция данных, их фильтрация, обогащение и передача дальше — это каждый раз уникальный процесс, на котором зарабатывают вендоры и интеграторы. Некоторые вещи не должны быть многообразными: две-три операционные системы, два-три производителя в каждом классе своего продукта. В Российской Федерации ограниченный ресурс, и его нужно использовать очень рачительно. Мы как вендоры не хотим строить операционную систему, запускать корабли в космос и так далее, — отметил Алексей Чистяков.
Он добавил, что любая технология — обоюдоострый меч: с помощью нейросети можно создать новый шедевр или спровоцировать человека на какие-то негативные поступки. И если говорить об угрозах извне, должно подключаться государство.
— Если над вашим ребенком прицельно годами работает нейросеть, за которой стоит другая страна или страны с технологической базой, у нас должны быть симметричные инструменты для ответа: анализ сетевого трафика, контента. И такие технологии есть, но они при помощи государства должны становиться общедоступными, — сказал Алексей Чистяков.
Михаил Бочаров добавил, что подобные решения можно сравнить с методом встречного пала: когда тушат лесной пожар, на его пути поджигают траву.
Глас народа
Такое сравнение впечатлило участников сессии, и вскоре выяснилось, что государство не стоит в стороне и активно работает с детским контентом. Например, аудитория социальной сети LOOKY насчитывает более пяти миллионов человек. По словам технического директора проекта Александра Ларионова, ML-модели оценивают контент, перепроверяют друг друга и создают рекомендательные модели. Персонализация учитывает более 250 факторов.
Вскоре подростков и детей будут защищать и просвещать при помощи сериалов. Анимационная компания «ЯРКО» работает над аниме «Технолайк», рассказывающим о ситуациях, с которыми может столкнуться любой ребенок, например с кибербуллингом.
Запрос на вмешательство регуляторов в сферу безопасности существует не только у бизнеса, но и у общества. Директор по работе с органами государственной власти ВЦИОМ Кирилл Родин вспомнил, что в свое время треть опрошенных одобрила идею регистрировать в социальных сетях только тех пользователей, которые имеют паспорт. В основном «за» выступали родители.
— Если сто лет назад человек мог за всю жизнь не увидеть ни одной инновации, то теперь они каждый год сыплются на всех: от пионеров до пенсионеров. При внедрении искусственного интеллекта и других решений надо понимать, насколько к таким процессам готовы люди, чего они боятся. Если этого не знать, мы не сможем управлять ситуацией. И тогда она или будет развиваться стихийно — с помощью сарафанного радио, или ей будет управлять кто-то другой — например мошенники, — подытожил Кирилл Родин.
Сколько раз инвестор готов платить за разработку эскизного проекта одного и того же здания? Оказалось, много. Иногда из-за неточного технического задания, а иногда — из-за того, что архитектор не учел технические особенности участка и нового строительства. Как защитить заказчика от траты лишних денег, времени и нервов, разбирались в рамках 25-й Международной выставки архитектуры и дизайна «АРХ Москва».
Проблема № 1 — дорогостоящие ошибки
С проблемой переплаты сталкиваются не только новички рынка, но и опытные участники. Например, компании «ПСН» пришлось значительно увеличить затраты на проектирование третьей очереди ЖК «Домашний» из-за некачественно выполненного эскизного проекта.
Так получилось, что авторы эскизного проекта забыли учесть инсоляцию. В итоге при проектировании вместо трех зданий высотой 29, 21 и 29 этажей получились две 31-этажные башни и одна в 17 этажей. «Да, количество этажей вроде бы сохранилось, но сами понимаете, что внутри все абсолютно по-другому, включая площади квартир на этажах, — рассказывает Анастасия Остапенкова, руководитель по развитию бизнеса компании GENPRO, которая занималась проектированием третьей очереди ЖК "Домашний" и получила в качестве исходных данных эскизный проект. — Заказчик, наверно, испытал одно из самых плохих чувств — разочарование. Я уже не говорю о том, что было потрачено дополнительное время, дополнительные деньги на то, чтобы привести документацию во вменяемый вид».
Проблема № 2 — амбиции заказчика
Однако не всегда вина за неверную документацию ложится исключительно на плечи архитекторов. Зачастую выполнить работу верно мешают амбиции заказчика, который формулирует техническое задание тремя словами — «сделайте мне красиво», не понимая, что красота и желание заказчика в данном вопросе, увы, не главное.
«Очень часто заказчик делает 2−3 и сколько угодно эскизных проектов, потому что красоту, которую сделал архитектор и которая очень понравилась инвестору, не приняла градостроительная комиссия. Все пропало, и проект нужно делать заново, — приводит пример Ольга Смоленская, директор и главный архитектор проектного объединения "УНИКУМ"». А не принимают эскиз, потому что будущий объект может по многим параметрам не соответствовать нормативам. Такое случается, когда в разработке эскизного проекта задействован только архитектор без специалиста по пожарной безопасности, генпланиста, технолога, конструктора, инженеров всех основных инженерных разделов и визуализатора.
Заказчик действительно не всегда понимает важность работы над эскизным проектом, соглашаются в GENPRO. «Здание — это не просто стены. Мы все хотим, чтобы у нас горел свет, чтобы было тепло, чтобы из крана текла горячая вода. Парадоксально, но заказчики об этом знают не всегда, — говорит Анастасия Остапенкова. — У заказчиков очень прагматичный подход к проектированию: важны только цифры продаваемых метров, количество машино-мест и квартирография, которую им подсказали маркетологи, а все остальное остается за скобками».
«Но если вдруг мы не будем учитывать инженерные решения при создании эскизного проекта, то потом что произойдет? Поедет вся планировка. Если мы здание сразу не расположим правильно на генеральном плане, то эскиз окажется неверным. То есть его придется значительно переделывать на стадии проектирования и заново проходить эскизную стадию», — добавляет Ольга Смоленская. И именно это произошло с ЖК «Домашний», о котором мы рассказывали выше.
Решение 1 — комплексный подход
Эксперты рынка сходятся во мнении, что заказчику есть смысл потратить чуть больше средств на начальном этапе, подключив к работе не только архитекторов, но и генпланистов, инженеров различных направлений и конструкторов, чтобы заложить в основу проекта изначально правильную финансовую модель, а в итоге и сэкономить — не переделывая по 25 раз одно и то же здание.
Проблема № 3 — смена курса
А бывают случаи, когда переделывать эскиз заново приходится из-за того, что заказчик вдруг решил поменять концепцию будущего объекта. И эта проблема не обходит стороной ни малые проекты, ни гигантские, вроде парка «Зарядье» в Москве и Судебного квартала в Санкт-Петербурге.
Архитектор Никита Осадов указывает, что в этих случаях инвестор платит не то, что дважды, а по 4−5 раз. И, к сожалению, это становится печальной практикой.
«С точки зрения рациональности это очень странная история. Да и смена концепции — это не всегда плюс, — говорит Никита Осадов. — Вспомните парк "Зарядье" в Москве, который первоначально планировался как крупный деловой центр. Было разработано множество проектов, знаковые архитектурные силы были задействованы. Тем не менее спустя десять лет проектных работ было принято решение (компромиссное, но в чем-то неудачное) по созданию парка. Когда столько ресурсов потрачено на разработку разных подходов, все выглядит очень странно. Похожая история сейчас с Судебным кварталом в Санкт-Петербурге, который тоже превратился в парк».
Если смене курса подвержены мегапроекты, то что говорить о небольших ЖК. «Сейчас рынок жилья и сам продукт меняется очень быстро — люди хотят большего и лучшего за те же самые деньги, — соглашается Марина Сергеева, архитектор студии Никиты Маликова. — Поэтому часто бывает, что проект ЖК или благоустройства устаревает даже в процессе проектирования и требует пересмотра. А это дополнительные затраты на корректировку документации».
Решение 2 — искусство диалога и компромисса
Архитектура сегодня превратилась в искусство диалога и компромисса в поисках обоснованных взаимовыгодных решений.
Олег Манов из архитектурной мастерской FUTURA-ARCHITECTS считает, что единственно верный подход к решению данной проблемы — не жалеть времени на обсуждение задумки инвестора и всех частей технического задания. Это избавит от головной боли и переплат в будущем.
«Часто слышу от молодых коллег, что они не понимают архитекторов, которые готовы идти на поводу у заказчика. Понятно, что у инвестора есть свое мнение, но мы просто обязаны объяснять и доказывать, как сделать правильно, в том числе и для экономики проекта в целом, потому что от решения архитектора очень часто зависит и будущая стоимость объекта», — говорит Олег Манов. Аналогично и при смене концепции — не нужно сразу соглашаться с заказчиком, что эскиз бесполезный, а стоит искать варианты для решения новой задачи.
Пандемия выступила катализатором — ускорила процесс цифровизации ипотечного кредитования. При этом пространство для дальнейшего роста и совершенствования цифровой ипотеки все еще есть.
Цифровизация ипотеки позволяет сократить количество операций, ускорить их, нередко — оптимизировать расходы, а также выполнять операции дистанционно.
Цифровая ипотека стартовала несколько лет назад, но пандемия показала всем участникам рынка: необходимо как можно больше процессов перевести в виртуальное пространство. Работали собственные системы банков, распространялась электронная регистрация, но ипотечные сделки перешли в онлайн именно в текущем году, подчеркнул Иван Зинченко, директор филиала «Ипотека.Центр» (Санкт-Петербург), на Петербургском ипотечном форуме, который прошел в рамках Международного жилищного конгресса.
По данным Владимира Шикина, заместителя директора по маркетингу НБКИ, после апрельского спада последовал рост ипотечных заявок. При этом, например, в июле 2020 года заявок в онлайн зафиксировано больше на 24% относительно марта, в офлайн — меньше на 15%. Однако уровень одобрения в онлайн-каналах в 3,5 раза ниже, чем в офлайн.
При этом, говорит Игорь Пинаев, руководитель проекта «Нмаркет.ПРО: Ипотека» (Санкт-Петербург), обычно посреднические компании указывают в рекламе, будто работают с сотней банков, хотя цифровую ипотеку предлагают не более трех десятков банков, а реально серьезно ею занимаются семнадцать.
Нивелирование рисков
Один из заметных игроков — банк «Санкт-Петербург». Екатерина Синельникова, руководитель бизнеса ипотечного кредитования банка, отмечает: с началом пандемии банки были вынуждены пересмотреть свои продуктовые линейки. Вместе с тем выяснилось: больше половины документов по сделке невозможно оцифровать. Но когда количество сделок стало стремительно сокращаться, банк незамедлительно отказался от ряда документов вообще, для некоторых документов нашлись аналоги, поддающиеся оцифровке, также пришлось отказаться от некоторых продуктовых линеек. Все это позволило перевести сделки в онлайн.
Однако, по словам Синельниковой, риски остаются, поэтому необходимо совершенствовать технологии постоянно.
По мнению Шикина, следует использовать скоринговые модели — прескоринг заявок на получение кредита и скоринг в процессе оценки рисков.
«Абсолют Страхование» (Москва) как раз использует скоринговые решения при ипотечном страховании. Как рассказала Лидия Ефимова, руководитель управления ипотечного страхования компании, скоринговые решения исключают необходимость проверки всех клиентов. Для каждого выбирается свой перечень банков, устанавливается свой лимит. Система может интегрироваться в любую чужую систему, а при необходимости можно подключить андеррайтинг.
Перспективы цифровой ипотеки
Основная задача цифровизации — минимизировать усилия клиента. «Весь мир идет к тому, чтобы продукт был однокликовым», — говорит Иван Зинченко.
По его мнению, в перспективе цифровизация позволит свободно работать на «удаленке», выстроить баланс между работой и личной жизнью, даст человеку независимость, доход, право выбирать продукт. Кроме того, полагает эксперт, нас ждет в числе прочего упрощение законодательства.
Цифровых платформ сегодня достаточно — базы данных на сайтах разных компаний, брокерские платформы, собственные системы банков, экосистемы и маркетплейсы. Последние два вида получают все большее распространение, поскольку из обычного аутсорсера оказывающая услуги компания превращается в участника экосистемы.
Сергей Гордейко, эксперт по ипотечному кредитованию, кандидат технических наук, полагает, что благодаря цифровизации ипотечный рынок ждут консолидация игроков, изменения и даже ликвидация некоторых ипотечных продуктов, расширение перечня залогов, но также — среди прочего, перепроизводство ипотечной продукции и доступность ипотечных услуг с обезличиванием банка-кредитора. Большинство околоипотечных услуг уйдут на аутсорсинг, в облачную экосистему того или иного банка.
По мнению Гордейко, эффекта от цифровизации ипотечного кредитования рынку хватит года на два. Затем, ориентировочно после 2024 года, рынку понадобится новый драйвер. Какой — пока не проглядывается.
Мнение
Светлана Четина – Начальник ипотечного центра Санкт-Петербургского филиала ПСБ:«Электронная регистрация сделок с недвижимостью в ПСБ была запущена в середине октября и уже востребована. Сейчас доля таких сделок в Санкт-Петербургском филиале в общем объеме ипотечных сделок составляет около 3-5% и будет только расти.
Дистанционный сервис позволяет быстро и безопасно провести регистрацию без посещения МФЦ. Клиент оформляет электронную цифровую подпись, которой может пользоваться целый год. Документы, подписанные электронной подписью, имеют такую же юридическую силу, как и бумажный вариант».
Вячеслав Лебедев, директор направления по работе с партнерами и ипотечного кредитования Северо-Западного банка Сбербанка: