Что мешает в России строить современные школы
Еще буквально десять лет назад главной задачей было устранение дефицита учебных мест в школах. Сегодня ситуация начала меняться. Более того, речь все чаще заходит о создании современных образовательных учреждений. Однако это требует консолидации усилий девелоперов, администраций школ и органов государственной власти.
Архитектура традиционной школы-«казармы» с бесконечными коридорами, изолированными классами-«клетками» безнадежно устарела. Как считают психологи, школа «прошлого» отражает образовательную парадигму, где учитель был единственным источником знания, а ученик — пассивным получателем информации. Современное образование основывается на развитии критического мышления и «мягких навыков». Поэтому требуется кардинально новый подход не только к обучению, но и к образовательной среде, а значит, необходима архитектурная трансформация. По словам архитектора Никиты Явейна (все цитаты — по DP.ru. — Примеч. ред.), сегодня школа должна стать «третьим местом» — социальным центром, куда дети идут с удовольствием.
В новой реальности пространство становится частью образовательного процесса. Оно должно не просто предоставлять место для занятий, но и поощрять неформальное общение, совместное творчество, предоставлять возможности для разных форматов работы: от уединенной индивидуальной до шумной групповой деятельности. Как отмечают эксперты, современная школа должна быть многофункциональной: в ней могут проходить не только уроки, но и мероприятия для жителей всего района, что превращает ее в общественный хаб.
И такие успешные примеры уже есть. Например московская «Хорошкола» или иркутский образовательный центр «Точка будущего», а также другие современные образовательные учреждения наглядно демонстрируют осуществимость новой концепции. Ярким примером также можно считать проект «ПроШкола», который предлагает комплексное архитектурно-технологическое решение для строительства современных образовательных объектов. Проект демонстрирует, как можно эффективно зонировать пространство, разделяя его на шумные и тихие места, создавая интерьеры, которые легко адаптируются под разные педагогические сценарии. Здесь школьное пространство способно трансформироваться в открытый кампус, где атриумы и рекреации становятся полноценными учебными зонами, стимулируя общение среди учеников. Перечисленные проекты показывают: школа может быть не просто зданием, а открытым, живым кампусом, где светлые атриумы заменяют коридоры, а мобильные перегородки и трансформируемая мебель позволяют педагогам и ученикам легко адаптировать образовательную среду под текущие задачи. Как говорит Никита Явейн, такие пространства проектируются по принципу «города в городе» — с улицами, площадями и даже своим «парком», что способствует социализации и создает ощущение свободы.
Тормоза новых приоритетов
Однако путь к массовому созданию школ нового поколения еще наталкивается на системные препятствия. Таковым можно считать нормативную базу, которая в существующем виде, скорее, подавляет инновации, чем способствует им. Как пример — СанПиН: «Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания» или свод правил «Здания общеобразовательных организаций. Правила проектирования». Несмотря на благие цели — обеспечение безопасности и здоровья детей, — на практике эти документы создают барьеры для современной образовательной архитектуры, так как усложняют проектирование и строительство современных школ. Например жесткая привязка к устаревшей «классно-урочной» модели.
Правила предписывают обязательное наличие изолированных кабинетов и лаборантских, что не дает возможности создания современных открытых образовательных хабов, многофункциональных библиотек-коворкингов. Другой пример — требование, чтобы все учебные помещения имели естественный свет исключительно сбоку. Это делает архитектурно невозможной организацию полноценных учебных зон в просторных атриумах с верхним освещением, которые являются композиционным и функциональным «сердцем» многих современных школ во всем мире. И таких примеров можно привести много. Архитектор Никита Явейн подтверждает, что существующие нормы не учитывают появление новых типов пространств, и приводит в пример атриум, который по действующим правилам считается «коридором», что накладывает целый ряд ограничений и не позволяет использовать его потенциал в полной мере.
Еще одной существенной проблемой можно считать межбюджетный дисбаланс: строительство школы финансируется из федерального или регионального бюджета в рамках нацпроектов или государственных программ, в то время как содержание и капитальный ремонт, коммунальные платежи, заработная плата технического персонала ложатся на муниципальный бюджет. Эта система порождает порочную практику: сторона, отвечающая за строительство, не имеет прямой экономической заинтересованности в долгосрочной эксплуатационной эффективности объекта. В погоне за выполнением планового показателя по вводу учебных мест гораздо проще, дешевле и быстрее применить проверенный типовой проект, не задумываясь о том, в какую сумму он будет обходиться муниципалитету ежегодно на протяжении следующих десятилетий. Как отмечается на профильных ресурсах, ключевая проблема — в разрыве между теми, кто строят, и теми, кто потом эксплуатируют здание. Кроме того, застройщик, не неся ответственности за будущие расходы на ремонт, может выбрать самые дешевые и не всегда эффективные решения.
Вместе — сила
Эксперты считают: преодоление барьеров находится в плоскости пересмотра устоявшихся ролей. Для девелоперов и застройщиков современная школа должна стать инструментом повышения привлекательности строящегося жилого комплекса, а не социальной обузой. Активное партнерство с будущей администрацией школы и муниципалитетом на самых ранних, предпроектных стадиях позволит создать функциональный, экономичный в долгосрочной эксплуатации объект. По мнению Никиты Явейна, именно девелопер как интегратор должен брать на себя инициативу по созданию такой школы, поскольку именно он больше всех заинтересован в повышении привлекательности своего жилого комплекса.
Если говорить об администрациях школ, для них настал момент проактивного участия. Директор и педагогический коллектив должны научиться формулировать свое видение на понятном для девелоперов и архитекторов языке: как будет организован образовательный процесс, какие зоны для каких видов активности необходимы, как будут двигаться потоки детей. Современная школа — это сложный организм, и планировка должна быть прямым следствием образовательной концепции, а не результатом подгонки под шаблонный, обезличенный проект.
Для органов государственной и муниципальной власти стоит задача эволюционировать от роли контролера к роли активного участника, который создает гибкие и стимулирующие бизнес-правила игры. Возможно, даже самими инициировать пилотные проекты, в которых можно апробировать новые архитектурно-педагогические подходы в обход устаревших, сковывающих норм. И главное — власти могут организовать платформу для диалога: создание действующих рабочих групп и проектных офисов, объединяющих застройщиков, директоров школ, архитекторов и депутатов на стадии предпроектного планирования и выработки концепций. Например, Никита Явейн видит роль власти в создании «дорожной карты» для таких сложных проектов и выступает за создание специальных рабочих групп при губернаторе, которые могли бы курировать проектирование и строительство школ, выступая арбитром между всеми участниками процесса.
Школы будущего
Несмотря на все сложности, облик школ завтрашнего дня уже хорошо просматривается. Это кампусная модель, где школа — не единое монолитное здание, а разнородный город в миниатюре с разнообразными пространствами, подчиненными единой логике. Не менее важно соблюдать принцип трансформации и гибкости, позволяющий легко и быстро адаптировать образовательную среду под быстро меняющиеся педагогические задачи и формы активности. И главное, наблюдая за реализованными современными проектами, можно констатировать: школа становится полноценным общественным центром микрорайона, где библиотеки, спортивные комплексы, актовые залы и кафе работают и на местное сообщество. Как считает Никита Явейн, будущее — за школами, которые работают с восьми утра до десяти вечера, предлагая кружки, лекции и спортивные секции не только ученикам, но и их родителям, становясь тем самым настоящим «третьим местом» для всего района.
Строительство современной школы — это сложная задача, которую девелоперу невозможно решить в одиночку. Как показывает опыт, только объединив финансовые и управленческие возможности девелоперов, педагогическое видение и практический опыт администраций школ с функциями власти, можно совершить качественный скачок и превратить каждую новую школу в центр притяжения для микрорайона.
Дмитрий Астафьев, совладелец компании «ЛенСпецСтрой», вышел из СИЗО под подписку о невыезде. Но строителей, допустивших ошибки в бизнесе, все чаще призывают к ответственности. Задержание совладельца «Норманна» Владимира Смирнова – самый свежий пример.
Петербургский городской суд на днях изменил миру пресечения по делу совладельца «ЛенСпецСтроя» Дмитрия Астафьева. Бизнесмена под подписку о невыезде отпустили из СИЗО, где он провел последние полгода. В окружении Дмитрия Астафьева информацию подтвердили, но сообщили, что по настоянию адвокатов бизнесмен никаких комментариев давать не будет.
Дмитрия Астафьева задержали 9 августа прошлого года. Его подозревают в мошенничестве в особо крупном размере с деньгами дольщиков. Речь идет о проекте жилого комплекса «Ленинградская перспектива» в Мурино, который под руководством Астафьева с 2013 года строили его же компании. В этом проекте дольщикам продали 779 квартир на сумму 2,4 млрд рублей. Сдать объект обещали еще осенью 2017 года. Но воз и ныне там. Следствие полагает, что часть собранных денег – минимум 200 млн рублей – девелопер израсходовал нецелевым образом. Но адвокат бизнесмена обвинения отрицал, подчеркивая, что дело сфабриковано, и речь идет о рейдерском захвате активов компании. Как освобождение Дмитрия Астафьева скажется на судьбе «Ленинградской перспективы», пока можно лишь гадать. Сроки сдачи дома уже продлевали: первую очередь должны были завершить до конца 2018 года (пока не закончили), срок окончания второй - декабрь 2019 года.
Глава «ЛенОблСтройСоюза» Руслан Юсупов считает, что сам девелопер проект вряд ли закончит. «Мне кажется это дело бесперспективное. Скорее всего, стройку передадут для завершения какой-нибудь областной структуре. Бизнесу она не будет интересна, поскольку у проекта слабая готовность, но большой объем распроданного жилья. Для достройщика там практически нет экономики», - говорит он. По мнению Руслана Юсупова, ситуация с «ЛенСпецСтроем» развивалась логично. «Финал ожидаем. Еще в начале «нулевых» компания «Маяк-ЛенСпецСтрой», к которой Астафьев имел отношение, чуть не засыпалась. Их проект в Приморском районе был напротив нашего, и я видел, с каким скрипом его завершали. Были просрочки, недоделки, низкое качество, из-за которых и Госстройнадзор получал выговоры - мол, зачем приняли. А если бы не приняли, уже тогда получили бы множество обманутых дольщиков…Но в тот раз Бог миловал. А второй раз – не обошлось», - вспоминает Руслан Юсупов.
«Уголовное преследование (или его угроза) никогда не улучшало финансовые показатели застройщика и не помогало ему достроить дом. Обычно оно больше демотивирует строителей, чем стимулирует. Но все зависит от добросовестности конкретного застройщика», - добавляет партнер юридического бюро «Качкин и партнеры» Дмитрий Некрестьянов. По его словам, законодательство создает предпосылки для увеличения рисков для дольщиков, так как многие поправки в 214-ФЗ, продиктованные лучшими побуждениями, на практике оказались крайне губительными для рынка и поставили под угрозу даже вполне добропорядочных застройщиков.
«Ограничения по размеру займов от материнских компаний при очевидной невозможности получения банковского кредита, правило об автоматической остановке продаж на всех объектах при просрочке по одному и другие нормы - это избыточные или вообще неправильные методы помощи дольщикам. Удивляет то, что при наличии специальных составов преступлений в УК РФ по нарушению прав дольщиков в данном деле разбирательство шло по "резиновой" статье о мошенничестве. Не знаю, как обстоят финансовые и прочие дела у девелопера, но уверен, что на свободе у него точно больше возможностей и стимулов довести начатую работу до конца», - говорит Дмитрий Некрестьянов.
Кстати:
На днях был задержан по делу о мошенничестве в особо крупном размере и совладелец ГК «Норманн» Владимир Смирнов (правда, уже на следующий день бизнесмена отпустили под обязательство о явке по требованию следователя). У компании возникли серьезные просрочки в сдаче объектов в Петербурге и Ленобласти. Девелопер объяснял их тем, что продавал жилье по низким ценам, делая бизнес на объемах продаж. Но в кризис число сделок сократилось, и экономическая модель рассыпалась – начались сбои в графике. «Норманн» начал продавать активы и искать партнеров. Процесс затянулся. Недавно власти Ленобласти заявили, что ведут переговоры о передаче строек «Норманна» другой компании. В январе текущего года сам девелопер сообщил, что нашёл финансирование для достройки комплексов «Ижора Парк» (в Металлострое») и «Десяткино» (в Мурино). Но имя инвестора до сих пор не раскрыто.
Руководитель Службы госстройнадзора Петербурга Евгений Ким покинул свой пост. Должность (пока с приставкой и. о.) получил его бывший зам Вячеслав Захаров. Строители этому назначению рады.
Глава Службы госстройнадзора Петербурга Евгений Ким покинул свой пост. Он написал заявление по собственному желанию. Некоторые источники поспешили связать эту отставку с состоявшимся 24 января этого года визитом в Госстройнадзор сотрудников ФСБ. Но, по официальным данным, обыски в ведомстве никто не проводил и никаких уголовных дел в отношении сотрудников организации не возбуждалось.
Вакантный пост главы Госстройнадзора, с приставкой и. о., занял Вячеслав Захаров, бывший зам Евгения Кима. О кадровой перестановке коллективу Госстройнадзора сообщил «строительный» вице-губернатор Николай Линченко. Он поблагодарил Евгения Кима за плодотворную работу и призвал коллектив надзорного ведомства к большей прозрачности.
«Уверен, что слаженная работа службы будет продолжена. Вы должны полагаться не только на свой опыт, но и учесть достижения в развитии электронного документооборота федеральных органов исполнительной власти, таких как Главгосэкспертиза и Ростехнадзор. Важно работать на результат. А основная задача на текущий год – строительство и ввод в эксплуатацию городских объектов по государственному заказу», – цитирует вице-губернатора пресс-служба Госстройнадзора.
Напомним, что Евгений Ким занимал должность главы Госстройнадзора Петербурга с апреля 2018 года. До этого он с 2008 года был первым замом начальника Службы Леонида Кулакова, который перешел на работу в городской Комитет по строительству. До работы в ведомстве Евгений Ким был генеральным директором в совместном советско-норвежском предприятии «Внешстройсервис», работал в предприятии «Фирма Русский Дизель», руководил финансово-экономическим управлением Российского агентства по государственным резервам, а также Внешнеэкономическим объединением «Тяжпромэкспорт» Минэкономразвития.
Его отставку бизнес воспринял спокойно. «Неожиданно немного. Но для рынка в этой рокировке никакой беды не вижу. Застройщикам региона Вячеслав Захаров известен даже лучше Евгения Кима, поскольку именно он работал «на земле» – то есть решал основные рабочие вопросы с бизнесом. А Евгений Ким непосредственно в надзоре не участвовал. Решал, видимо, какие-то другие задачи. Вячеслав Захаров – профи. Знает работу службы «от и до». Если назначат именно его постоянным главой Службы, это будет очень неплохо. Он знает всех застройщиков города, поскольку работает в ведомстве со времен Александра Орта», – говорит глава «ЛенОблСоюзСтроя» Руслан Юсупов.
«Строителям важна четкая работа Госстройнадзора и прозрачность процедур, определяющих его взаимодействие с бизнесом. Поэтому от нового главы Службы ждем желания и готовности создавать условия, в которых ведомство будет четко функционировать в соответствии с утвержденными процедурами. Надеемся, что переходный период, связанный со сменой руководства, пройдет быстро и без потерь», – говорит руководитель направления девелопмента Becar Asset Management Екатерина Тейдер.