Что мешает в России строить современные школы
Еще буквально десять лет назад главной задачей было устранение дефицита учебных мест в школах. Сегодня ситуация начала меняться. Более того, речь все чаще заходит о создании современных образовательных учреждений. Однако это требует консолидации усилий девелоперов, администраций школ и органов государственной власти.
Архитектура традиционной школы-«казармы» с бесконечными коридорами, изолированными классами-«клетками» безнадежно устарела. Как считают психологи, школа «прошлого» отражает образовательную парадигму, где учитель был единственным источником знания, а ученик — пассивным получателем информации. Современное образование основывается на развитии критического мышления и «мягких навыков». Поэтому требуется кардинально новый подход не только к обучению, но и к образовательной среде, а значит, необходима архитектурная трансформация. По словам архитектора Никиты Явейна (все цитаты — по DP.ru. — Примеч. ред.), сегодня школа должна стать «третьим местом» — социальным центром, куда дети идут с удовольствием.
В новой реальности пространство становится частью образовательного процесса. Оно должно не просто предоставлять место для занятий, но и поощрять неформальное общение, совместное творчество, предоставлять возможности для разных форматов работы: от уединенной индивидуальной до шумной групповой деятельности. Как отмечают эксперты, современная школа должна быть многофункциональной: в ней могут проходить не только уроки, но и мероприятия для жителей всего района, что превращает ее в общественный хаб.
И такие успешные примеры уже есть. Например московская «Хорошкола» или иркутский образовательный центр «Точка будущего», а также другие современные образовательные учреждения наглядно демонстрируют осуществимость новой концепции. Ярким примером также можно считать проект «ПроШкола», который предлагает комплексное архитектурно-технологическое решение для строительства современных образовательных объектов. Проект демонстрирует, как можно эффективно зонировать пространство, разделяя его на шумные и тихие места, создавая интерьеры, которые легко адаптируются под разные педагогические сценарии. Здесь школьное пространство способно трансформироваться в открытый кампус, где атриумы и рекреации становятся полноценными учебными зонами, стимулируя общение среди учеников. Перечисленные проекты показывают: школа может быть не просто зданием, а открытым, живым кампусом, где светлые атриумы заменяют коридоры, а мобильные перегородки и трансформируемая мебель позволяют педагогам и ученикам легко адаптировать образовательную среду под текущие задачи. Как говорит Никита Явейн, такие пространства проектируются по принципу «города в городе» — с улицами, площадями и даже своим «парком», что способствует социализации и создает ощущение свободы.
Тормоза новых приоритетов
Однако путь к массовому созданию школ нового поколения еще наталкивается на системные препятствия. Таковым можно считать нормативную базу, которая в существующем виде, скорее, подавляет инновации, чем способствует им. Как пример — СанПиН: «Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания» или свод правил «Здания общеобразовательных организаций. Правила проектирования». Несмотря на благие цели — обеспечение безопасности и здоровья детей, — на практике эти документы создают барьеры для современной образовательной архитектуры, так как усложняют проектирование и строительство современных школ. Например жесткая привязка к устаревшей «классно-урочной» модели.
Правила предписывают обязательное наличие изолированных кабинетов и лаборантских, что не дает возможности создания современных открытых образовательных хабов, многофункциональных библиотек-коворкингов. Другой пример — требование, чтобы все учебные помещения имели естественный свет исключительно сбоку. Это делает архитектурно невозможной организацию полноценных учебных зон в просторных атриумах с верхним освещением, которые являются композиционным и функциональным «сердцем» многих современных школ во всем мире. И таких примеров можно привести много. Архитектор Никита Явейн подтверждает, что существующие нормы не учитывают появление новых типов пространств, и приводит в пример атриум, который по действующим правилам считается «коридором», что накладывает целый ряд ограничений и не позволяет использовать его потенциал в полной мере.
Еще одной существенной проблемой можно считать межбюджетный дисбаланс: строительство школы финансируется из федерального или регионального бюджета в рамках нацпроектов или государственных программ, в то время как содержание и капитальный ремонт, коммунальные платежи, заработная плата технического персонала ложатся на муниципальный бюджет. Эта система порождает порочную практику: сторона, отвечающая за строительство, не имеет прямой экономической заинтересованности в долгосрочной эксплуатационной эффективности объекта. В погоне за выполнением планового показателя по вводу учебных мест гораздо проще, дешевле и быстрее применить проверенный типовой проект, не задумываясь о том, в какую сумму он будет обходиться муниципалитету ежегодно на протяжении следующих десятилетий. Как отмечается на профильных ресурсах, ключевая проблема — в разрыве между теми, кто строят, и теми, кто потом эксплуатируют здание. Кроме того, застройщик, не неся ответственности за будущие расходы на ремонт, может выбрать самые дешевые и не всегда эффективные решения.
Вместе — сила
Эксперты считают: преодоление барьеров находится в плоскости пересмотра устоявшихся ролей. Для девелоперов и застройщиков современная школа должна стать инструментом повышения привлекательности строящегося жилого комплекса, а не социальной обузой. Активное партнерство с будущей администрацией школы и муниципалитетом на самых ранних, предпроектных стадиях позволит создать функциональный, экономичный в долгосрочной эксплуатации объект. По мнению Никиты Явейна, именно девелопер как интегратор должен брать на себя инициативу по созданию такой школы, поскольку именно он больше всех заинтересован в повышении привлекательности своего жилого комплекса.
Если говорить об администрациях школ, для них настал момент проактивного участия. Директор и педагогический коллектив должны научиться формулировать свое видение на понятном для девелоперов и архитекторов языке: как будет организован образовательный процесс, какие зоны для каких видов активности необходимы, как будут двигаться потоки детей. Современная школа — это сложный организм, и планировка должна быть прямым следствием образовательной концепции, а не результатом подгонки под шаблонный, обезличенный проект.
Для органов государственной и муниципальной власти стоит задача эволюционировать от роли контролера к роли активного участника, который создает гибкие и стимулирующие бизнес-правила игры. Возможно, даже самими инициировать пилотные проекты, в которых можно апробировать новые архитектурно-педагогические подходы в обход устаревших, сковывающих норм. И главное — власти могут организовать платформу для диалога: создание действующих рабочих групп и проектных офисов, объединяющих застройщиков, директоров школ, архитекторов и депутатов на стадии предпроектного планирования и выработки концепций. Например, Никита Явейн видит роль власти в создании «дорожной карты» для таких сложных проектов и выступает за создание специальных рабочих групп при губернаторе, которые могли бы курировать проектирование и строительство школ, выступая арбитром между всеми участниками процесса.
Школы будущего
Несмотря на все сложности, облик школ завтрашнего дня уже хорошо просматривается. Это кампусная модель, где школа — не единое монолитное здание, а разнородный город в миниатюре с разнообразными пространствами, подчиненными единой логике. Не менее важно соблюдать принцип трансформации и гибкости, позволяющий легко и быстро адаптировать образовательную среду под быстро меняющиеся педагогические задачи и формы активности. И главное, наблюдая за реализованными современными проектами, можно констатировать: школа становится полноценным общественным центром микрорайона, где библиотеки, спортивные комплексы, актовые залы и кафе работают и на местное сообщество. Как считает Никита Явейн, будущее — за школами, которые работают с восьми утра до десяти вечера, предлагая кружки, лекции и спортивные секции не только ученикам, но и их родителям, становясь тем самым настоящим «третьим местом» для всего района.
Строительство современной школы — это сложная задача, которую девелоперу невозможно решить в одиночку. Как показывает опыт, только объединив финансовые и управленческие возможности девелоперов, педагогическое видение и практический опыт администраций школ с функциями власти, можно совершить качественный скачок и превратить каждую новую школу в центр притяжения для микрорайона.
Кадровые перестановки в строительном блоке Правительства Ленинградской области приобретают характер административной реформы. Глава Комитета по архитектуре и градостроительству (КАГ) Вячеслав Шибаев ушел в отставку, а после изменилось и название ведомства. Бывший глава Аннинского городского поселения Игорь Кулаков стал председателем уже областного Комитета по градостроительной политике – и уверяет, что изменилось не только название.
Отставка Вячеслава Шибаева не была сюрпризом. О том, что он еще до Нового года написал заявление на увольнение по собственному желанию, официально не сообщалось, однако на условиях анонимности это подтверждали многие осведомленные источники. Сам Вячеслав Шибаев свою отставку пока не комментирует, однако, по данным ряда СМИ, ему предложили работать в Государственном экспертном институте регионального законодательства.
Игорь Кулаков для строительной отрасли человек не новый. Помимо того, что он возглавлял Аннинское поселение, он также был генеральным директором ЗАО «Северный научно-исследовательский институт гидротехники и мелиорации» (СевНИИГиМ), дочерней структурой которого является управляющая компания «Новоселье: городские кварталы». «Я на протяжении 10 лет был главой муниципального образования на непостоянной основе, с 2007 года я занимался комплексным инвестиционным развитием поселка Новоселье», – сообщил Игорь Кулаков.
12 февраля 2019 года Игорь Кулаков официально занял пост главы КАГ. В этот же день на Съезде строителей региона губернатор Александр Дрозденко сообщил, что ведомство меняет название и становится Комитетом по градостроительной политике.
«Это не просто переименование, будет трансформироваться и функционал комитета», – сообщил Игорь Кулаков, пообещав рассказать все подробности позже. Он добавил, что не планирует менять кадровый состав КАГ: «Если какие-то отставки и будут, то они будут идти в рамках озвученной губернатором административной реформы».
Александр Дрозденко возлагает множество задач на нового руководителя комитета, однако особенно выделяет необходимость победить высотное строительство.
Напомним, с декабря 2017 года законодательство Ленобласти ограничивает жилищное строительство в городских поселениях 9–12 этажами, а в сельских – 5–9. Тем не менее, ряд компаний, получивших ППТ до введения ограничений, эти правила не соблюдает, полагая, что закон обратной силы не имеет. Из-за такой законодательной коллизии «высотки» продолжают строиться. Александра Дрозденко сложившаяся ситуация не устраивает.
«Важно утвердить во всех населенных пунктах градостроительную документацию и привести Правила землепользования и застройки в соответствие региональным нормативам. Я также попросил Игоря Яковлевича взять под жесткий контроль – особенно в районах новостроек – плотность застройки, высотность и формирование комфортной среды, соответствие социальных объектов количеству населения», – подчеркнул глава региона.
Игорь Кулаков отметил, что готов к недовольству строителей, которые не планировали учитывать ограничения 2017 года: «Вероятно, недовольные застройщики будут, но губернатор четко озвучил приоритетность региональных нормативов над ПЗЗ. Каждый конфликт будет решаться индивидуально».
При этом девелоперы оценивают фигуру Игоря Кулакова скорее положительно, ведь о строительстве он знает не понаслышке.
Руководитель проектов комплексного освоения территорий компании «Строительный трест» Анзор Берсиров рассказал, что знаком с Игорем Кулаковым с 2013 года: «Мы вместе работаем над развитием проекта «NEWПИТЕР» в Новоселье. Он профессионал высокого класса, превосходный управленец. Будучи главой Аннинского поселения, он серьезно подошел к изучению градостроительной тематики и смог задать образцово-показательный вектор комплексного развития территории в Ленобласти».
Образцово-показательным развитие Новоселья назвал и президент Союза строительных организаций Ленинградской области (ЛенОблСоюзСтроя) Руслан Юсупов: «Игорь Кулаков архитектуру и градостроительное планирование знает не только как теоретик, но и как практик. Это хорошо видно на примере Новоселья. Мне кажется, полученный опыт и знания позволят ему сделать работу комитета более эффективной».
Отметим, что в феврале 2018 года, когда главой КАГ стал Вячеслав Шибаев, без административной реформы также не обошлось. Тогда губернатор разделил должности главы комитета и главного архитектора Ленобласти. Последним стал Михаил Киреев. Это была первая попытка отделить практику от теории, так как трудно найти профессионала, который бы преуспел и в градостроительстве, и в архитектуре. Интересно, что до назначения Вячеслава Шибаева ходили слухи о том, что КАГ возглавит именно Игорь Кулаков.
Кстати
В рамках начатой административной реформы 2019 года губернатор Александр Дрозденко передал в ведение заместителя председателя Правительства Ленобласти Михаила Москвина еще два комитета: по жилищно-коммунальному хозяйству и топливно-энергетическому комплексу.
Михаил Москвин признался, что вопросы ЖКХ пока не курировал, однако кое-какой опыт у него все же имеется: «Я был директором Всеволожского предприятия электрических сетей, возглавлял компанию «Ленинградские областные тепловые системы», работал в МУП «Единая служба заказчика» при Администрации Всеволожского района. В общем, опыт у меня есть, но законодательная база с тех времен сильно изменилась. Тем не менее, мы тесно работаем с коллегами, которые курируют вопросы ЖКХ, а у этих двух комитетов есть председатели и сотрудники, которые как работали, так и будут работать».
С января 2019 года в России действует упрощенный процесс регистрации граждан в домах, расположенных в садоводческих товариществах. Но дача, на которой можно прописаться, должна соответствовать ряду важных условий.
По оценке экспертов, около 15% россиян постоянно проживают на своих дачах. Ранее прописаться в таких домах было достаточно сложно. Возможность постоянного проживания в них очень часто приходилось доказывать через суд. С 1 января 2019 года вступил в силу 217-ФЗ, регулирующий положения о садоводстве и огородничестве. Ряд его новелл устранил препятствия для регистрации граждан на даче.
Соответствуя стандартам
Новый закон упразднил большинство видов объединений садоводов. Оставлены только две юридические формы: садоводческие некоммерческие товарищества и огороднические некоммерческие товарищества. При этом прописаться можно только в жилых строениях первой из них.
По словам генерального директора ГУП «ГУИОН» Аллы Эккерман, загородная жилая постройка, в которой возможна прописка, должна быть пригодна для круглогодичного проживания – в частности, по составу помещений, размерам комнат, высоте потолков, наличию в них отопления, вентиляции, водоснабжения, канализации, электроснабжения, а также радиовещания. Это должно быть отдельно стоящее здание с количеством этажей не более чем три и высотой не более 20 м. Постройка не должна быть предназначена для последующего раздела на самостоятельные объекты недвижимости.
Все эти нововведения законодательства, отмечает эксперт, должны сегодня учитывать владельцы земельных участков, планируя новое строительство на своем садовом участке или желая поставить на кадастровый учет уже возведенную постройку и получить в ней прописку.
«На наш взгляд, очень часто целесообразность получения постоянной регистрации в садовом доме упирается в уровень развития окружающей инфраструктуры. Согласитесь, для многих наших граждан не последнюю роль играет наличие рядом с домом, и желательно даже в шаговой доступности, различных магазинов (в первую очередь продуктовых), асфальтовых дорог, взрослых и детских поликлиник, больниц, аптек, детских садиков и школ. И когда возможности для комфортного проживания в доме не совпадают со степенью развитости окружающей инфраструктуры, вопрос о прописке там отпадает сам собой», – считает Алла Эккерман.
Эксперты отмечают ряд сложностей, связанных с пропиской в садоводческих товариществах. Руководитель практики земельного права, недвижимости и строительства компании «Пепеляев Групп» в Петербурге Елена Крестьянцева поясняет, что зарегистрироваться можно не в любом садовом строении, а только в пригодном для проживания на основании решения органа местного самоуправления. Согласно порядку признания садового дома жилым, на него должны быть оформлены правоустанавливающие документы, присвоен кадастровый номер. «Это первая сложность, поскольку права на дачные дома далеко не у всех оформлены надлежащим образом. Также необходимо заказать у члена СРО в области инженерных изысканий обследование дома на предмет соответствия нормам строительной и пожарной безопасности. Высок риск не получить положительное заключение, поскольку дачные дома строились не профессионалами. Срок рассмотрения заявления о признании дома жилым длительный – 45 дней с момента подачи всех необходимых документов. Если прибавить еще время обследования дома, то процесс может занять несколько месяцев», – полагает специалист.
«Амнистия» торопит
Отметим, что 13 лет назад в стране была запущена «дачная амнистия», предполагающая упрощенную регистрацию прав собственности на приусадебные участки и строения на них. Ее несколько раз продлевали. Последняя «крайняя дата» – 1 марта 2020 года, но часть положений «амнистии» заканчивает действие 28 февраля 2019 года.
Поскольку упрощенный порядок регистрации того, что уже создано, действует в течение нескольких лет, отмечает юрист практики по недвижимости и инвестициям адвокатского бюро «Качкин и Партнеры» Константин Клошко, за это время было легализовано подавляющее большинство объектов, в том числе для налогообложения.
Эксперт напомнил, что в 70 субъектах РФ благодаря региональным законам уже действует порядок налогообложения объектов недвижимости физлиц исходя из кадастровой стоимости. Кроме того, с 1 января 2019 года изменился порядок перерасчета налога на имущество физлиц. Он будет производиться только в том случае, если не повлечет за собой увеличения ранее уплаченной суммы. В случае оспаривания кадастровой стоимости сведения о ее новом значении, установленном после 1 января 2019 года решением суда или комиссии при управлении Росреестра, будут учитываться при определении налоговой базы начиная с периода налогообложения объекта по оспоренной кадастровой стоимости. «С учетом приведенных изменений в порядке определения налогооблагаемой базы представляется, что на возможное изменение размера имущественных налогов граждан в первую очередь окажут влияние рыночные факторы», – считает Константин Клошко.
По словам генерального директора ООО «Первое кадастровое бюро» Андрея Козодаева, пока садоводы-дачники еще имеют возможность не уведомлять о строительстве и реконструкции домов местную администрацию. С 1 марта 2019 года уведомление должно быть обязательным. Кроме того, вводятся новые требования к сносу объектов капитального строительства. В связи с этим меняется и состав исходных документов для подготовки акта обследования.
Эксперт напоминает, что при регистрации строения одним из обязательных документов является технический паспорт, который разрабатывается кадастровым инженером.
«В целом, выбор кадастровой компании зависит от уровня задач. Если у вас в собственности садовый дом с прямоугольным земельным участком, можно обратиться к кадастровому инженеру как к ИП. Информацию о кадастровом инженере можно найти в Интернете. А если вы хотите поставить на кадастровый учет многоквартирный дом, надо провести определенный отбор. Компания не должна состоять из двух кадастровых инженеров и одного ксерокса. Не исключу привлечения службы безопасности, для определения надежности компании, и финансиста, который убедит руководство в том, что, если за работу, которая стоит 100 тыс. рублей, подрядчик предлагает 50 тыс. рублей, значит, подрядчик либо не выполнит работу, либо выполнит с соответствующим качеством», – подчеркивает Андрей Козодаев.
Кстати
В настоящее время на территории 172 муниципальных образований Петербурга и Ленобласти действуют свыше 3 тыс. садоводств. На них расположено более 700 тыс. участков.